Город между Раем и Адом

«Счастье любит тишину и чувствует без слов И свободу, и любовь. Давай пополам, все пополам. Вчера, сегодня, завтра. Давай пополам, все пополам. Рассветы и закаты. От дома ключи, зонт и дожди. Любить, мечтать, сбываться. Засыпать, просыпаться И счастье с тобой по утрам давай делить пополам». — Волнуетесь перед венчанием? — Сергей открыл дверь в комнату для консультаций, — Проходите, сейчас всё обсудим ещё раз… Ох ты ж! — Что это такое? Это кто?! — девушка смотрела на пол круглыми от изумления глазами. Её возлюбленный был удивлён ничуть не меньше, но промолчал, потому что добавить тут, в принципе, было нечего. Топалов, вошедший следом за ними, вопрос проигнорировал. — Прошу прощения, уважаемые, — Дима приподнялся и головой ударился об стол, — Ай, блять! Первая ночь в церкви выдалась тяжёлой. Лера выдала гостю старый матрас, подушку и длинную простыню. Дима поблагодарил её и, оставшись в одиночестве, постелил себе на полу. Сон не шёл — мужчине казалось, что он упустил что-то важное, и это не давало ему покоя. Поворочавшись полчаса, Билан сообразил, что не так. Окно было расположено таким образом, что если бы он уснул в том месте на полу, наутро его бы сожгли солнечные лучи. Дима сел и стал думать, куда свет точно не упадёт. Решив, что безопаснее всего лечь под расположенный у самого окна стол, вампир перенёс свою постель туда. Теперь перед Биланом стояла другая проблема — из-под стола нужно было выйти, а как это возможно, если лучи восходящего солнца уже залили пол? Простыня хоть и длинная, но не настолько, чтобы можно было замотаться в неё полностью, а ему необходимо покрыть все участки тела, поскольку спать он лёг в одних трусах. Дима накинул простыню на плечи и завязал концы спереди, затем раскрыл зонт и вылез из-под стола, прикрывая уже и так пострадавшую голову. Парень что-то зашептал любимой, и она начала кивать. Вот уж воистину необыкновенное зрелище — мужик с «плащом» супергероя и с зонтом Мэри Поппинс. — Я уже ухожу, — Дима открыл шкаф и достал оттуда свой белый костюм, после чего направился к двери, — Счастья молодым! — Надеюсь, у него хватит ума не показываться в таком виде в зале? — Влад говорил с возмущённой интонацией, на его лице было написано что-то вроде «Я же говорил тебе, что это была очень плохая идея». — Так, а кто это? — теперь уже и жених не удержался от этого вопроса. — А это вот объяснит отец Сергей, — Топалов снисходительно улыбнулся. Ему стало интересно, как тот выкрутится. — Друг, — соврал Лазарев, и ему показалось, что прозвучало совсем не убедительно, — Жена домой не пустила, вот он и… здесь. Влад закатил глаза, но промолчал. — Надеюсь, у нас такого не будет, — девушка нервно засмеялась и посмотрела на жениха, ожидая, что он убедит её в этом. — Не будет, зай, ну что ты, — парень поцеловал любимую в макушку. — Присаживайтесь, — Сергей указал гостям на стулья, сам сел напротив, — Как проходит подготовка? Топалов, которому не хватило стула, прислонился к стене. — Мы выполняем все ваши рекомендации, — заверила Сергея прихожанка, — соблюдаем пост, читаем молитву, ну и от интимной близости пока отказались. — Хорошо. Свидетелей нашли? — Да, это наши друзья, — сообщил парень, — Оба крещённые, в отношениях друг с другом не состоят. Люди приличные, без грехов, даже без вредных привычек. «Все мы грешные, — подумал священник, — Только не все в этом признаются». — Пусть такими и остаются, — произнёс вслух Сергей. — Я хотела кое-что спросить, — невеста замялась и обернулась на Топалова, — У вас обоих. Это, правда, немного личное… — Спрашивайте, — великодушно разрешил Лазарев, — Что вас беспокоит? — Я не уверена, но я где-то слышала, что венчать могут вроде как только женатые мужчины, — девушка по очереди посмотрела на священников, — Вот я и хотела спросить… Вы женаты? В смысле, жёны у вас есть? — Я женат, — Топалов, гордый, что соответствует желанию невесты, вытянул вперёд руку с обручальным кольцом, — Детей нет пока, но мы очень хотим стать полноценной семьёй. Ждём, когда Бог ребёночка пошлёт. — Пусть так и будет, — девушка улыбнулась и переключила внимание на Сергея, — А у вас я что-то кольца не вижу… — Я не женат, — честно ответил Лазарев, — Для священнослужителя моя ситуация достаточно нестандартная… — Более чем, — не удержавшись, фыркнул, Влад. — Да, довольно необычная ситуация, ведь принято считать, что у священников обязательно есть жена и дети. Но не в моём случае. Хотите знать, почему я не женат? — Сгораем от нетерпения, Серёж, — Влад скрестил руки на груди, — Поведай же нам, почему? — С удовольствием, — отреагировал Сергей, — Я считаю, что свадьба — это очень серьёзный шаг, которого достойна только настоящая любовь. Понимаете, это должны быть такие сильные чувства, чтобы ими можно было поклясться перед Богом. А такая любовь сразу не приходит. Это долгий и непростой путь. — Ой, я вас уверяю, у нас всё именно так, — девушка занервничала и повернулась к своему парню, — Да ведь? — Конечно, зай, — парень успокоил невесту, погладив её по руке, — Значит, вы просто ещё не любили по-настоящему? Повисла тишина. Святой отец собирался с мыслями. Обманывать прихожан во второй раз ему не хотелось. — Любил, — глаза Лазарева наполнились солью, — Но просто любить недостаточно. Эту любовь ещё нужно уметь удержать.

***

Электронные часы показали ровно два. В последнее время Серёжу мучила бессонница. Наверное, это происходит со всеми, кто ждёт появления на свет своего ребёнка. Или не своего, но всё равно уже такого родного… Интересно, что горит ярче — звёзды или огонёк на конце зажигалки? Услышав звук сзади, Лазарев обернулся. Дима прикрыл дверь балкона и подошёл ближе. Даже в полутьме его лицо выглядело невероятно красивым. Серёжа до сих пор не мог поверить, что всё вокруг него реальность. Казалось, этот счастливый хрупкий мир исчезнет, стоит только закрыть глаза. — Ну как ты тут? — дрожь в голосе удивила Лазарева. Случилось что-то нехорошее, или он тоже волнуется за будущее? А волноваться, конечно, стоит. Мужчины, у которых есть проблемы с законом, и нет права воспитывать вместе детей в этой стране — да что может пойти не так? Серёжа сам себя убеждал в готовности к любым невзгодам. Но внушить себе что-то гораздо легче, чем справляться потом с реальными проблемами. Лазарев счастлив здесь и сейчас, но как же он боится разбить это чувство словно хрустальную вазу. — Дим, я думал, может, всё? — Что — всё? — переспросил Кузнецов, хотя он прекрасно понял, что Серёжа имеет в виду. — Ну, может, давай завязывать со всем этим? Нашему сыну и так будет херово. Не надо добавлять ему лишних проблем. Дима задумался. Он и сам осознавал, что нужно делать выбор — либо привычная криминальная жизнь с нелегальным заработком и дурманом от лёгких наркотиков, либо семья, пусть в контексте России такая же нелегальная, но крепкая и надёжная. — Я по-другому жить уже и не умею, — признался Кузнецов, — Всё что есть во мне сейчас, это весь я. Да, я вот такой, блять. Я хуёвый человек, который никогда не поступит правильно. — Да и я не святой, раз ввязался в это всё, — Серёжа со вздохом затушил сигарету о металлическую пепельницу, — Мама так переживала из-за моей условки, пиздец. Если б у неё опять инсульт случился, я бы себе не простил. — Мы плохие люди, — подытожил Дима, — Но сын в этом не виноват. Так что давай, пока он мелкий, мы притормозим, а там посмотрим? Лазарев кивнул и положил руку мужчине на плечо. — Давай, — лицо Лазарева стало хмурым от воспоминаний. Всё-таки подобный образ жизни очень сильно сказывается на семейных отношениях. — Я знаю, как тебя отвлечь, — Дима медленно опустился на колени. Серёжа, ухмыльнувшись, схватил пальцами ремень. — Стой, погоди, погоди, не сейчас, — Кузнецов выставил одно колено вперёд, а затем сунул руку в карман джинсов и достал оттуда маленькую бархатную коробочку, — Я давно хотел это сделать, и вот, как видишь, решился. Прости, что не подготовил романтику, и всё такое, я, блять, просто уже не могу ждать. Лазарев Сергей Вячеславович, ты выйдешь за меня? Сердце Лазарева забилось чаще, а ноги его подкосились. Когда он был маленьким, мама говорила ему, что однажды он подарит кольцо самой красивой девушке на свете и создаст с ней свою семью. Но такого исхода мама предугадать не смогла. — Да, — это слово легко сорвалось с губ, — Да, я выйду за тебя. Дима с облегчением выдохнул и, поднявшись с пола, схватил Серёжину ладонь. Кузнецов надел кольцо на палец Лазарева. Серёжа взял второе кольцо и сделал то же самое. — Я знаю, что это бессмысленно, просто я хочу, чтобы ты называл меня своим мужем. Ну, чтоб было как у всех. Типа, такая имитация нормальной жизни. Серёжа заметил, как повлажнели глаза напротив. Он и сам чувствовал, что готов заплакать. Нахуй тех, кто говорят, что мужчины не плачут. — Я люблю тебя, — произнёс Лазарев, ощущая, как по всему телу разливается приятное тепло, — Теперь наш сын родится в браке. Ну, так обычно говорят люди. Из той, нормальной жизни. — Пора закрепить наш брак, — объявил Кузнецов и втянул любимого в долгий поцелуй. И пускай они все ходят в ЗАГС, пускай регистрируют брак официально, ему всё равно! Чем обмен кольцами на ночном балконе хуже того же ритуала в большом светлом зале? — А я, блять, всё думал, куда пропали деньги из тумбочки, — прошептал Серёжа Диме на ухо, и Кузнецова обдало сигаретным дымом. Он счастлив, и никогда не позволит этому миру исчезнуть.

***

— Ну, чё там? — Билан наклонился к уху священника, как только убедился, что их не слышат, — Невеста в шоке? — Спать теперь будешь в кладовке, — уведомил Диму Сергей, — Она маленькая, и там много хлама, но на ночь разместиться можно. К тому же, там нет окон, так что солнце тебе мешать не будет. — Договорились, — занять место без солнца Билан согласился, не раздумывая, — И когда намечается торжество? — Церемония через полтора часа. Ждём, когда они вернутся с гостями. — Слушай, падре, а может тяпнем немного кагора? — Дима, стараясь расположить святого отца к себе, положил на его плечо ладонь, — Чисто за здоровье молодых. — Если пропадёт хоть одна капля нашего кагора, в церкви ты не задержишься, — Лазарев дёрнул плечом, — Я ясно выразился? Повисла тишина. Настаивать на своём вампир не стал. Алкоголь хоть и хорошая вещь, но он явно не стоит того, чтобы из-за него портить отношения с человеком, протянувшим руку помощи. — Мне Лера рассказала, что не так с моим именем, — Дима тихо засмеялся, — Надеюсь, это не станет большой проблемой? — Да ну, что за глупости, — голос Лазарева стал раздражённым, так как он почувствовал себя посмешищем. На Леру Сергей не злился — подруга явно сделала это не из злого умысла. Да и ничего слишком личного она бы не разболтала точно. Лера хоть и общительная женщина, а границы допустимого знает. — Хочешь, зови меня Виктором, — предложил Билан, — Для тебя я вообще могу быть кем угодно. — Будь для меня гостем, который не заставит пожалеть о том, что его впустили. Это всё, чего я от тебя хочу. — Базара ноль, — Дима решил, что приложит все усилия для того, чтобы священник остался доволен, — Пойду, обустроюсь в своей новой комнате. Не отчаивайся, падре. Всё будет хорошо. — Ничего не будет хорошо, — прошептал Сергей, как только закрылась дверь кладовой, — Ничего.

***

Дима медленно водил влажной тряпкой по разобранному корпусу пистолета и слушал, как тикают настенные часы. Ожидание действовало ему на нервы. Взгляд его постоянно падал на лежащие рядом билеты на самолёт. «А как я ствол провезу через границу? — эта мысль заставила руки опуститься, — Или может, я где-то там достану? Сука, чё ж так сложно всё!» Кузнецов швырнул тряпку на стол, а затем взял в руки телефон и открыл переписку. Всё ещё нет ответа, хотя сообщение прочитано. Мужчина и не верил, что Серёжа согласится полететь с ним, но так хочется, чтобы в такой важный момент он был рядом. В конце концов, это касается и его самого. Это их общая история и общая боль. — Ну чё ж ты со мной делаешь такое? — пальцы будто бы сами открыли фотографию Лазарева на телефоне, — Почему, блять, я до сих пор тебя люблю? Объясни мне, нахуй, почему, за что?! На фото Серёжа широко улыбался своему фотографу. Надо же, ещё совсем недавно вместо строгой рубашки с воротником он носил кожаную куртку и любимые задрипанные джинсы. Теперь Серёжа превратился в Святого отца Сергея, и это в голове никак не укладывалось. От злости на бывшего Дима снял кольцо, но легче не стало, и он надел его обратно. — Я отомщу за нашего сына, — произнёс мужчина, смотря в такие родные глаза на фотографии, — Даже если сдохну сам.

***

— Имеешь ли ты искреннее и непринужденное желание и твердое намерение быть мужем… — Имею, отец, — ответил жених, услышав имя своей избранницы. Стоящие перед алтарём жених и невеста сжимали в руках длинные тонкие свечи — они горели слабо, зато приятно грели ладони. Свидетели держали венцы над головами возлюбленных, остальные гости, разместившись возле стен, беззвучно молились. — Не связан ли ты обещанием другой невесте? — Не связан, — заверил Сергея жених. — Имеешь ли ты искреннее и непринужденное желание и твердое намерение быть женою… — Да, — голос невесты дрогнул от волнения, — Имею. — Не связана ли обещанием другому жениху? — спросил Сергей. — Нет, не связана. — Благословенно царство Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне, и присно, и во веки веков! — Господи, благослови, — прошептала Лера и перекрестилась, — Принеси в семью покой, убереги её от беды. Священник, продавщица церковной атрибутики и вампир наблюдали за церемонией из-за прилавка. Лазарева они видели плохо, так как алтарь и прилавок находились в разных концах зала. Зато эта троица очень хорошо Сергея слышала — его громкий, преисполненный торжественности голос словно разрезал густую тишину. — Боже, надели их чистым разумом и спаси от глупости, — произнёс Влад, рассерженный тем, что молодые выбрали своим священником Сергея. Подумать только — вместо приличного женатого мужчины их венчает мужеложец! — Наполни их чаши вкуснейшим вином, — воодушевленно добавил Дима, задрав голову, — Или пивом, как им больше нравится. Хоть Билан и не знал, как нужно молиться, ему хотелось быть причастным к процессу. Если Бог позволил вампиру остаться в церкви, то может, ему нужно наладить с ним контакт? «И с падре бы ещё контакт наладить…» — Даруй им плод чрева, доброчадие, единомыслие в душах, возвысь их, как кедры ливанские… Святой отец почувствовал такую слабость, будто ещё секунда, и он упадёт на мраморный пол. Ноги его подкосились, а сердце забилось так быстро, что казалось, оно вот-вот вырвется из грудной клетки наружу. Сергей читал обращение к Господу, но делать это было всё труднее — строки плыли перед глазами. — И да узрят они сыновей от сынов своих… «Как жаль, что нельзя одновременно молиться и за себя, и за других.» — Да воссияют как светила на небе в Тебе, Господе нашем! Свечи в руках молодожёнов погасли.