Город между Раем и Адом

«Вечно ждать тебя или бежать по кругу? Это суета. Не найти друг друга. Пропадать в ночи или красить небо В фиолетовый вдвоём? Ты скрываешь своё сердце за куском разбитого зеркала. Пустота тебя не лечит. Что же ты со мною сделала? И, в который раз проснувшись, Открывая свои двери, Я боюсь, что не увижу тебя». До конца света шесть лет и двести шестьдесят один день. — А здесь ничего так, красиво, — Света с довольным лицом изучала зал, — Чувствую, не зря мы сюда заглянули. Снаружи церковь вовсе не казалась просторной, но изнутри было видно, какие в ней высокие потолки и широкие стены. С обрамлённых золотом икон на прихожан смотрели святые. Повсюду горели свечи; по ним медленно стекали капли пахучего воска. — Да, неплохое местечко, — согласился Макс и легонько пихнул Свету локтём, — Это их священник, что ли? Возле лавки стоял молодой мужчина в чёрной рясе и разговаривал о чём-то с продавщицей. Оба были так увлечены, что не заметили, как пристально Макс на них пялится. Продавщица чему-то улыбалась, мужчина, почёсывая щетину, улыбался ей в ответ. — Похоже на то. — Симпатичный, — протянул Макс, не отрывая от священника глаз. — Такое ощущение, что ты не в церковь, а в гей-клуб пришёл, — заворчала Света, хотя, признаться, ей тоже понравился внешний вид святого отца. — Кстати, хорошая мысль, надо будет потом устроить экскурсию по клубам. Я как-то общался с русским, и он сказал, что любит зависать в «Центральной станции». Как насчёт того, чтобы с неё и начать? — Родной, я тебе клянусь, мы обойдём все клубы Москвы, только давай сначала поймаем этого ублюдка, окей? — Ладушки, — Макс не стал спорить с подругой, — Ну что, у кого удачи просить будем? — Пока не знаю, — Света пошла вдоль стен, и Макс поспешил за ней, — Смотри, это Николай Чудотворец, что ли? Надпись на золотой раме подтвердила догадку охотницы — это была икона Николая Чудотворца или Святителя Николая. Взгляд мужчины казался суровым, но вместе с тем же и мудрым. Света трижды перекрестилась; Макс повторил её движения. — Слушай, я щас нагнулся, и меня чё-то так затошнило, — Макс, поморщившись, схватился за горло, — Наверное, вчера не всё из меня вышло. — Ты уверен, что ему стоит это знать? Я стерплю любые твои выходки, но прояви уважение хотя бы к святому! — Ой, Свет, что-то мне совсем... из уважения не буду говорить, как. Короче, если я щас не отлучусь, Бог может меня не простить. — Да иди уже, — вздохнула раздражённо Света, — Ещё не хватало, чтобы ты тут осквернил всё. — Ну ты купи пока свечки, а мы потом вместе их поставим, — предложил Макс, — В общем, не скучай. Макс послал Свете воздушный поцелуй и побежал на поиски туалета. Света обернулась в сторону лавки. Прерывать разговор священника и продавщицы ей не хотелось, поэтому она решила сперва дождаться его окончания, и только потом купить свечки на удачу. Закрыв глаза и сложив руки в молитвенном жесте, Света мысленно обратилась к Николаю Чудотворцу. «Заклинаю тебя, помоги рабе божьей Светлане и рабу божьему Максиму. Не оставь нас в неведении, укажи на нечистивого. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь». — Падре! Этот странный возглас откуда-то справа заставил Свету открыть глаза. Какой-то бледный мужчина в белом костюме стоял около священника и смотрел на него так испуганно, словно перед ним разверзлась земля. — Что случилось? — взволнованно спросил святой отец. — Пиздец, падре, вот что случилось! — мужчина дрожал как при лихорадке, — Я не могу найти свои шприцы, а мне уже очень хреново... — Ты потерял шприцы?! — вмешалась продавщица в лавке, — Да ты же только вчера их купил! «О чём они вообще? Кто этот мужик, и почему у него такое знакомое лицо?» — А сегодня их уже нет! Я умоляю, кто-нибудь, сбегайте в аптеку! — Надо Владу позвонить, — священник взял с прилавка свой телефон и, видимо, начал набирать номер какого-то Влада, — Может, он переложил их куда-то, или, может, он знает, где они. «Что, если я его уже где-то видела? Да нет, это бред какой-то. Он просто чуть-чуть похож на Макса, вот и всё». Света поймала на себе взгляд продавщицы и быстро отвернулась. Сердце застучало так, будто её поймали с поличным. «Нет, так не пойдёт. Нельзя привлекать к себе внимание». Открыв сумку, Света достала небольшое круглое зеркальце. Всё-таки лучше за этой троицей наблюдать в отражении, не стоит глазеть на них в открытую. — Вот с-с-собака, не берёт! — священник злобно оторвал телефон от уха; видимо, он до последнего надеялся, что ему ответят, — Главное, если он звонит в мой выходной, я должен тут же сорваться, а сам даже трубку поднять не соизволит! Света открыла зеркальце и повернула его так, чтобы видеть в нём говорящих. Как только она это сделала, её прошиб ледяной пот, сердце затрепеталось как бабочка в клетке. И священника, и продавщицу прекрасно можно было рассмотреть в стеклянной поверхности, но этот подозрительный бледный мужчина в ней не отражался. — Давай ты выяснишь с ним отношения потом, счёт уже на минуты идёт! Моё тело жаждет крови! «Это же вампир! Это тот самый вампир, которого мы ищем!» Зеркальце выпало из Светиных трясущихся пальцев и ударилось о пол. На звон обернулись все люди в зале. Повисло напряжённое молчание. «Да блять, чё ж у меня руки такие кривые! Королева конспирации херова!» — Не волнуйтесь, я сейчас всё уберу! — крикнула продавщица и, засуетившись, начала что-то искать. — Ты иди пока к себе, — сказал вампиру священник — негромко, но Света услышала, — Пойдём, я тебя провожу. Святой отец увёл вампира из зала, но куда, Света не поняла. «В каком смысле «к себе», он что, здесь живёт? Вампир живёт в церкви? Что вообще тут происходит?» Продавщица достала из-под прилавка совок и веник, затем она вышла к Свете и принялась подметать осколки. Стоять рядом и молчать было как-то неловко. — Вы извините меня, я случайно... — Да ничего страшного, — ответила женщина, не поднимая головы, — У нас тут ещё и не такое было. Помню, один раз пришёл парень, и знаете, что с ним случилось? Упал лицом в подсвечник. — Какой кошмар, — вырвалось у Светы, — Он хоть выжил после такого? — Выжить-то выжил, но ожоги получил страшные. Дай Бог ему здоровья. — Дай Бог, конечно, — повторила Света, глядя на святого отца, стремительно пересекающего зал. За несколько секунд он добежал до выхода из храма, и что-то подсказывало Свете, что он торопился ради помощи тому, кого она считала своим врагом. «Надо сходить на разведку». — А подскажите, пожалуйста, где туалет? — Прямо по коридору и до конца. Легко найдёте, не заблудитесь. — Спасибо, — кивнула Света и ушла, оставив продавщицу с осколками наедине. «Сейчас, главное, не попадаться никому на глаза. Блондиночка меня уже запомнила, это плохо. Да и эти двое могли рассмотреть. Чёрт!» Света, как человек религиозный, знала, что упоминать чёрта, особенно в святом месте, нельзя, но она никак не могла отучить себя от этого слова. Прямо как атеисты, которых хлебом не корми, только дай воскликнуть «Слава Богу!» или «Господи!» Слева по коридору находилась комната для консультаций; это было написано на прибитой к двери жёлтой табличке. В последний раз Света посещала такую комнату четыре года назад, когда ей требовалось обсудить со священником похоронный процесс. Она с силой сжала руки в кулаки, и её костяшки побелели. В глазах защипало, по щекам потекли дорожки слёз. Света вытерла слёзы рукавом платья и повернула голову. Справа была расположена ещё одну дверь, но поменьше. На ней не было никаких табличек, так что понять предназначение этой комнаты Свете не удалось. Зайти внутрь она не решилась. Сделав несколько шагов вперёд, Света увидела широкий дверной проём. Шкафчики, ящички, плита, холодильник и старый стол посередине не оставляли никаких сомнений, что это кухня. На кухне никого не обнаружилось, и Света пошла дальше. Заканчивался коридор стеной с двумя дверями. На одной двери схематично была изображена женщина, на другой — мужчина. Света скрылась в туалете, забежала в кабинку и опустилась на унитаз. Затем она достала телефон и, открыв список контактов, нажала на контакт «Мой придурок», украшенный эмодзи красного сердечка и бутылки. Долгие гудки действовали ей на нервы, и Света уже начала беспокоиться. «Боже, только бы он был в порядке! Да возьми ты уже трубку, блять!» — Да, Светусик, — наконец-то ответил Макс, — Как ты там, моя милая? Ты уже, небось, без меня свечки ставишь? — Нет, я сейчас в туалете. — Ты чего это меня обманываешь? — страшно возмутился Макс на том конце, — Сейчас в туалете я, и я прекрасно вижу, что тебя тут нет. — Так я в женском туалете, дебил, — выругалась Света. — А-а-а, ну это значительно меняет дело. — Мне надо сказать тебе кое-что очень важное, — на всякий случай Света перешла на шёпот, — Чтоб через минуту был у ворот, ты меня понял? — Бегу, крошка моя! Засекай время! Макс отключился. Света убрала телефон обратно в сумку и встала с унитаза. Дверцу она открыла так осторожно, будто бы вампир ждал её снаружи, норовясь поскорее вонзить клыки в нежную шею. «Ну уж нет! Пусть лучше эта тварь меня боится!» Минуя коридор, Света вышла в главный зал. Осколков на полу уже не было. — До свидания, — сказала Света продавщице, — Храни вас Господь. — Спаси Христос, — ответила женщина. Как только Света оказалась снаружи церкви, в нос ей ударил аромат свежих осенних листьев. Макса у ворот пока не было видно, зато неподалёку, высунув язык, резвилась собака. Большие уши хлестали собаку по мордочке каждый раз, когда она дёргала головой. Света не разбиралась в породах, но, поскольку животное не выглядело агрессивно, она подошла к нему. — Какой сладенький, — умилилась Света и присела, чтобы погладить пёсика, — Как тебя зовут, а? Как тебя зовут? — Нашла себе нового друга? — раздался голос Макса за спиной. — Да, решила заменить тебя на кого-нибудь поумнее, — усмехнулась Света и выпрямилась, — Ну как ты? — Хреново, — Макс вздохнул, — Тошнит, и в голове какой-то туман. Ты чего сказать-то мне хотела? — Давай, пошли, — Света взяла Макса под руку, намереваясь вывести его со двора поскорее, — Пойдём, пойдём. — Да чё случилось-то? — Случилось, ты не поверишь, что! — выпалила Света и, на всякий случай обернувшись, сняла с головы платок, — Короче, стою я, молюсь, и тут в зал выбегает мужик. Весь такой в белом, волосы светлые, крашенные. — Стильный мужик, — кивнул Макс, — Ну, и чё? — Выбегает он, значит, в зал, прямо к священнику, начинает трындеть про какие-то шприцы, типа у него шприцы закончились, и срочно нужны новые. У него там паника, его трясёт, он говорит, что щас сдохнет, в общем, жесть. — Ну, всё понятно, у нарика ломка, — перебил Свету Макс, — Шприцы вообще штука опасная, с них ведь можно и не слезть. Чё священник-то ответил? — Он сказал, что со шприцами может помочь какой-то Влад, стал ему звонить, но он трубку не взял. А мужик этот всё время стоял возле ты лавки и умолял кого-нибудь сбегать в аптеку. Ну, там их трое было — он, святой отец, и женщина, беленькая, которая свечки продаёт. — Чё-то я не вкуриваю, тормози. Ты хочешь сказать, что российские церкви спонсируют наркоманов? — Да ты дослушай, не перебивай, — рассердилась Света, — Я достала своё зеркало, ну, чтоб смотреть на них и не палиться. Так вот, эти двое отразились в зеркале, а мужик нет! Макс, это тот самый вампир, которого мы ищем! — Тот самый Дима Билан, в прошлом Виктор Белан, тыща семьсот двадцать первого года рождения и так далее? — Да, Макс, да! Я ещё, главное, думаю, что у него чё-то рожа знакомая. Ну, конечно, я же его на фотороботе видела! — Вот это ты удачно помолились, — Макс восторженно обнял Свету за плечи, — Походу, Николай Чудотворец реальные чудеса творит. — Он ещё сказал, что его тело требует крови, точную фразу не помню, но суть такая. Значит, шприцы ему нужны для того, чтобы эту кровь у кого-то брать! — Окей, со шприцами разобрались. Меня смущает другое, — на лице Макса проступила брезгливость, — Какого хера церковь прислуживает всякой нечисти? — Я тебе больше скажу: он, похоже, там живёт. Этот твой симпатичный увёл его куда-то и в аптеку побежал, роняя тапки. — Даже так? — ухмыльнулся Макс, — Он им, наверное, неплохо отстёгивает. — Да, костюмы он покупает дорогие, — Света вспомнила слова девушки из торгового центра. «И сегодня костюм на нём был такой же, как те, что она мне показывала. Как же я сразу не заметила!». — Ну так чё, готовимся к нападению? — Нет, нападать пока рано, — покачала Света головой, — Надо всё тщательно обдумать. Одно неверное движение, и с нами случится то же, что и с русскими. — Да уж, ни дай Бог. Я, конечно, люблю шары гонять, но бильярдная палка в желудке — это для меня чё-то слишком. Тогда будем думать, чё. Будем думать. — Этот Дима, сука, умный... Он ведь от нас там прячется, от охотников. Знает, что в церкви его точно искать не станут. — Ну, теперь его нашла ты, так что его дни сочтены. Свет, вот честно, я тобой горжусь, ты молодец. — Дура я, а не молодец, — возразила Света, — Я как поняла, что он вампир, от шока зеркало разбила. И этой самой продавщице, за которой я следила, пришлось это всё убирать. Шпионка, блять, недоделанная. — Она что-то заподозрила? — Да вроде нет, — Света пожала плечами, — Она сказала, что со всеми бывает. — Ну, значит, нет проблемы. А если тебе зеркало жалко, так давай я тебе прям щас новое куплю. Хочешь? — Хочу, — ответила Света. — Отлично, значит, щас мы идём за новым зеркалом, а потом начинаем разрабатывать план по уничтожению. — Зайдём ещё за мороженым, ладно? Давно я что-то не ела фруктовый лёд. — Как прикажете, моя королева, — Макс шутливо отвесил поклон, и Света засмеялась. Разбитое зеркало вмиг показалось сущей ерундой. Главное, что они, Света и Макс, сейчас вместе — такие сильные и решительные. И они обязательно убьют гниду, которая топчет землю уже почти триста лет. «Ходи, пока твои ноги тебя носят. Дыши, пока твои лёгкие пропукают воздух. Радуйся, пока твоё сердце бьётся. Только не забывай смотреть по сторонам. Я сделаю всё возможное, чтобы к своему юбилею ты оказался в могиле».

***

Сергей бежал так быстро, что болели лёгкие. Воздуха катастрофически не хватало, сердце рвалось из грудной клетки наружу. Лишь оказавшись возле кладовой, Лазарев остановился. Только тогда он почувствовал, как сильно напряглись мышцы в его ногах. Сделав глубокий вдох, Сергей постучал. — Открыто, — раздался из-за двери Лерин голос. Святой отец вошёл в кладовую и застыл. Лера сидела на диване и гладила по волосам Диму, сползшего вниз. Вампир не шевелился; он лишь тяжело дышал, подобно рыбе, выброшенной на берег. Рот, шея, белый пиджак, — всё было запачкано кровью. В бордовой луже на полу лежало разорваное тело собаки. Сергей осторожно подошёл поближе. — Это... — священник от шока даже слов не находил, — Это чё такое вообще? Вы чего тут устроили? — Ты опоздал, — объявила Лера со скорбным лицом, — Вот где тебя носило?! — В нашей аптеке шприцы закончились, мне в другую ехать пришлось... Господи, что вы натворили! — Серёж, Бог мне свидетель, мы пытались обойтись без жертв! — Лера оставила волосы Билана в покое и стала страдальчески прижимать ладони к сердцу, — Мы искали эти дурацкие шприцы везде, понимаешь, везде, где только можно! Они, блин, я не знаю, как сквозь землю провалились! «Странно. Куда они могли подеваться? Уж не Богиня ли в этом замешана?» — Где вы взяли эту собаку? — спросил Лазарев, разглядывая труп животного. «Нет, это бред какой-то. Богиня обещала, что она не будет вмешиваться в чьи-то жизни до великого суда. Ей просто незачем красть шприцы». — Да во дворе она гуляла. Я её мясом поманила, она и прибежала. — Падре, — выдохнул Дима, собрав в этом слове все свои силы. Он с усилием поднял голову, и священник увидел, что его глаза были наполнены слезами. Сергею так хотелось дотронуться до этих бледных щёк и вытереть слёзы, но он боялся запачкаться. Впрочем, была ещё одна вещь, которая его ужасно пугала. Он знал, что если коснётся кожи Димы, то уже не оторвёт от неё своих пальцев. — Тише-тише, — Лера склонилась над вампиром как мать над дитём, — Не говори пока ничего, отдыхай. Даже сейчас, жалкий и беспомощный, весь в поте, крови и слезах, Дима Билан кажется Сергею по-своему красивым. — Значит, так, друзья мои, — собрался с мыслями святой отец, — Сейчас вы возьмёте тряпку и вылижете тут всё до блеска. А ночью закопаете собаку на заднем дворе, быстро и незаметно. Давно прошли те времена, когда святой отец раздумывал о том, чтобы выгнать вампира из святого места. Теперь он не просто чудаковатый незнакомец в бегах, он друг, которому можно доверить всё. Сергей помнит тот самый вечер. Они с Димой сидели на этом же потрёпаном жёлтом диване и делились тайнами о прошлом. Жизнь поломала их обоих, но они не сдались и нашли друг друга. Два изгоя вместе бросили вызов опасному и жестокому миру. Если бы Сергей выгнал Диму из церкви сейчас, он бы наказал прежде всего самого себя. — Всё сделаем, Серёж, — заверила Лера мужа, — Только дай ему оклематься, ты же видишь, в каком он состоянии. — Само собой, — кивнул Лазарев и встретился с Димой взглядом, — Не плачь, всё хорошо. Смотри, что я тебе принёс. Священник достал из карманов шприцы и протянул их вампиру. Билан схватился за них как за спасательный круг. Руки его дрожали от усталости. Да, разумеется, животные не должны умирать такой страшной смертью. Это неправильно, несправедливо, нечестно. Но должен ли биться в муках друг, навечно запертый в требующем крови теле? Разве это справедливо, честно, правильно? — Спасибо, падре, — тихо прошептал Дима, — Спасибо. — Серёж, там к тебе пара на исповедь пришла, — вспомнила Лера, — Ты не волнуйся, я проводила их в комнату, и они сказали, что будут ждать, сколько надо. Похоже, ты их последняя надежда. — Точно, у меня же запись на сегодня, — простонал Сергей и метнулся к двери, но в последний момент остановился, — Они же ничего не слышали? — Боюсь тебя расстроить, но кое-что им всё-таки было слышно, — честно созналась Лера, — Только без паники! Я им соврала, что у меня здесь сидит племянница и смотрит «Том и Джерри». — И они поверили? — Ещё бы не поверили, — произнесла Лера угрожающе, — Они явились за прощением Господа, верить церкви — это в их интересах! — Ладно, я пошёл к ним. И ты, Лер, не задерживайся тут, у тебя тоже есть работа! С ума тут с вами сойдёшь! Священник хлопнул дверью кладовой и побежал в комнату для консультаций. Нужно хотя бы на время отпустить ситуацию, чтобы лучше сосредоточиться на проблемах своих прихожан. Как бы Сергею не было тяжело, он обязан это сделать ради милости Всевышней. «Богиня тут определённо ни при чём, Дима просто потерял свои шприцы. В следующий раз он будет внимательнее».

***

Солнце уже село, но за окнами отеля ещё не зажглись фонари. В номере горел лишь мягкий свет от ночника. Макс лежал на кровати и разглядывал потолок, в то время как Света увлечённо что-то чертила, склонившись над туалетным столиком. Её густые белые локоны падали на лист бумаги каждый раз, когда она опускала голову. — Если ты меня рисуешь, то сделай мне стрелки подлиннее, — попросил Макс Свету, — У меня ровные стрелки вообще не получаются. Бесит, блять. — Твои глаза и без стрелок красивые, — ответила Света, не отрываясь от своего занятия, — Особенно, когда у тебя зрачки не расширены. — Ладно, сегодня обойдусь без кокаина, — улыбнулся польщённый Макс, — Но стрелочки мне всё-таки нарисуй, окей? Света молча продолжила водить ручкой по бумаге. Макс великодушно решил ей не мешать и просто ждал, когда она закончит работу. — Всё, готово, — наконец, объявила Света, — Иди сюда. — Ну-ка, посмотрим, что получилось, — Макс подошёл к столу и взял в руки листок, — Да-а-а, на меня это не очень похоже. Что это вообще такое? — Это план церкви. Пока ты в туалете был, я изучила обстановку и запомнила точное расположение всех комнат. — Ой, Свет, не быть тебе архитектором... — Заткнись и слушай, — Света отняла у Макса листок и положила его обратно на стол, — Вот это зал. Здесь выход на крыльцо, тут алтарь, тут подсвечники, а вот это лавочка, где продаются всякие вещи. Свечки, книжки, всё такое. — Не, ну в зале-то я был, — со знанием дела кивнул Макс, — Пока всё, что ты говоришь, я помню, ну так, примерно. — Хорошо, идём дальше. Вот это коридор. Слева по коридору комната для консультаций. Я сама там не была, но на двери табличка висит. — Допустим, а справа что за комната? — А вот эта комната вызывает у меня больше всего вопросов, — Света обвела место на схеме ручкой, — Мне кажется, именно здесь они прячут вампира. — Почему ты так решила? — Ну сам подумай, где бы его могли прятать всё это время? В комнате для консультаций он явно бы всем мешал. В зале тупо негде разместиться, да и народа слишком много. К тому же, как я уже говорила, священник при мне его куда-то из зала увёл. Остаются только кухня и два туалета, но он же не будет жить под раковиной? — Логично, — согласился Макс, — И что мы будем делать? — Установим скрытые камеры везде, кроме туалетов, — Света подвинула листок ближе к себе и начала рисовать на нём камеры, — Вампира, конечно, мы не увидим, зато мы сможем наблюдать за теми, кто его крышует. Надо понять, что вообще происходит в этой церкви. Сейчас полезная любая информация. — То есть, ты хочешь сказать, что мы будем следить за священниками? — Ну да. — Чувствую, будет интересно, — глаза охотника загорелись озорством, — Ты знала, что среди священников очень много извращенцев? — Нет, в этом я не такой эксперт, как ты. — Я как-то видел порно. Там, короче, два священника взяли свечки и засунули... — Макс, давай серьёзно, — устало вздохнула Света, — Я понимаю, что тебе весело, но мы имеем дело с реальным упырём, это не шутки! На кону наши жизни и репутация всего украинского подразделения! — Тише, моя любовь, не нервничай, — Макс наклонился и поцеловал Свету в макушку, — Мы обязательно убьём его, слышишь? Нами будут гордиться все охотники мира, это я тебе обещаю. Света посмотрела в висящее напротив зеркало. Губы вновь растянулись в зловещей улыбке. Повисла тишина. — Знаешь, о чём я щас думаю? — прервал молчание Макс. — О чём? — спросила Света, не переставая улыбаться. — Он ведь такой симпатичный. Как же тяжело ему, наверное, столько лет жить и не видеть своего отражения. — Бедняжка, — ответила Света нарочито сладким голосом, — Ну ничего, скоро мы избавим его от всех страданий.

***

Прошло уже три месяца с того момента, как Лазарев перебрался из маленькой квартиры в просторный дом на окраине. Когда Саша уезжал в свой бизнес-тур по городам России, он сказал Сергею, чтобы тот распоряжался домом так, как посчитает нужным. Доверие, конечно, льстило, только вот священник в этих стенах чувствовал себя каким-то чужим. Сергей открыл морозильную камеру и достал пачку неприлично дешёвых пельменей. Перед глазами вновь появилась эта жуткая лужа крови и валявшееся в ней мёртвое тело собаки. В горле встал противный липкий ком, и мужчина убрал пельмени обратно. Взяв со стола бутылку воды, Лазарев поднялся на второй этаж. На тумбочке возле кровати лежала Библия, правда, не такая, какой её все привыкли видеть. Эта Библия была настоящей. Священник включил свет и устроился поудобнее на кровати, намереваясь прочитать пару глав, однако его планы прервал завибрировавший в кармане телефон. Мужчина со вздохом отложил книгу в сторону и принял видеозвонок. — Серёж, привет, — Малиновский как всегда был в хорошем расположении духа, — Надеюсь, ты по мне соскучился. — Ну а как иначе-то. Целый день сижу и скучаю. — Вот это правильный ответ, — кивнул Саша, не обращая внимания на сарказм, — Что делаешь? — Я? Да так, ничего... Ужинать вот собираюсь, — соврал Сергей, бросив взгляд на Библию. — Опять пельменями давишься? Сходил бы лучше в ресторан, поел бы нормально. — Завтра вместе сходим. Ты же завтра приезжаешь? — Да, но у меня вообще-то на тебя другие планы были, — Саша похотливо улыбнулся и понизил голос, — Такого, знаешь, более интимного характера. — Только давай не при свечах, — Сергей решил подыграть Сашиным фантазиям, — А то я буду чувствовать себя как на работе. — Договорились, никаких свечей. Как там дела в церкви? Святой отец открыл рот, но не выдавил из себя ни звука. Он так и не признался своему партнёру, что поселил вампира в кладовой храма. Прежде всего, Сергей думал о безопасности Димы и поэтому считал, что никто, кроме коллег, ничего знать не должен. Однако у его молчания была ещё причина. Лазареву казалось, что такой человек, как Саша, просто не поддержит его поступок. Особенно после того, что случилось сегодня. — Да как обычно всё. Лера книжки свои листает, Киркорова своего любимого. У Влада выходной. Так отдыхает, что даже трубку не берёт. — Интересно, зачем ты ему звонил в его выходной? — поддразнил Малиновский возлюбленного, — Чё, Серёж, мне уже пора ревновать? — Очень смешно, — Сергей улыбнулся, но внутри аж похолодел от того, как едва не спалился, — Это Лера ему звонила, она... хотела уточнить дату поставки. Да это всё фигня, это неважно. Лучше ты мне скажи, что там с этим вашим бизнесом. Живёт и процветает? — Ты знаешь, бизнес просто бомба, — Саша словно выжидал момент, чтобы похвастаться успехом, — Сегодня у нас последняя презентация, и ты прикинь, весь зал битком, свободных мест нет вообще. — Да ты что? — Я тебе реально клянусь, в ДК Саратова народу щас больше, чем, я не знаю, в самом Саратове! — Ну, это успех, что я могу сказать, — Сергей отпил воды из бутылки, — Скоро к вам будет очередь как за айфонами в первый день продажи. — Да, так и есть. Двадцать первый век, люди хотят зарабатывать. И только с нами они смогут делать это быстро и без всяких рисков. — Я рад, что дела идут в гору. Дай Бог, чтоб и дальше так было. — Между прочим, это не всё, чем я могу тебя порадовать, — Саша выдержал торжественную паузу, явно рассчитывая на какую-то реакцию, но Сергей молча ждал продолжения фразы, — Короче, у меня есть две новости: одна хорошая, другая охренительная. Начну с хорошей: я перевёл Карине часть своих средств. — Какой Карине? — нахмурился Лазарев, но тут до него дошло, — Ты имеешь в виду... — Той самой Карине, которая носит твоего ребёнка, — по лицу Саши было видно, что он страшно доволен собой, — Официальная сумма давно выплачена, но я решил чуть-чуть добавить сверху, чисто от себя, как подарок. — И чем же вызвана такая щедрость? Она вступила в ваши криптовалютные ряды? — Между прочим, у неё полно подруг с финансовыми проблемами. — Ну, понятно всё, — усмехнулся Сергей, — А вторая новость какая? — Ой, Серёж, это вообще пушка! — Малиновский засиял как медный таз, —Я тебе завтра расскажу, даже покажу. Обещаю тебя удивить! «Ну, сильнее, чем Богиня со своими планами, меня уже никто не удивит. Хотя Саша, пожалуй, может». — Всё, теперь всю ночь не буду спать, буду мучиться и думать, что же ты там такого мне рассказать хотел. — Мне приятно, что ты всю ночь будешь думать обо мне, — вновь начал заигрывать Саша, — Ой, слушай, у меня зарядки мало осталось, а мне ещё прямой эфир надо снять... Я потом тебе тогда наберу, окей? — Ладно, иди заряжаться. — Ты же посмотришь эфир? — Обязательно, — рука священника уже потянулась к книге, — Давай, пока. И, не дожидаясь ответного прощания, Лазарев сбросил звонок. Он и правда однажды пытался посмотреть прямой эфир с презентации, но мало чего понял, и едва ли не уснул. С тех пор святой отец решил не тратить драгоценное время на то, в чём разобраться ему просто не суждено. У него уже есть своё предназначение. — Ма-ло по-ло-вин, ма-ло, ма-ло по-ло-вин, — забормотал Сергей под нос песню из Библии; мотива он не знал, поскольку никогда не слышал эту песню вживую, — Я отк-ры-ва-ю мир дру-гих муж-чин... Так, на чём я остановился? Священник открыл Библию и принялся её листать. Пропустив песни, он стал искать главу, на которой остановился накануне. Глава с названием «История зарождения вампирской расы» обещала быть особенно интригующей. Этой ночью избранник Божий точно не уснёт.

***

Ночь выдалась ясная. Полная луна белым светом заливала купола церкви, которая в темноте почему-то казалась величественнее. В кустах, как всегда, громко стрекотали сверчки. — Повыше подними фонарик, — Дима бросил лопату и положил в свежую яму тело пса, — Да, вот так держи и не опускай. — Прям не задний двор, а кладбище домашних животных, — сострила Лера, — Таблички только не хватает. «У попа была собака, он её любил...» — «Она съела кусок мяса, он её убил», — продолжил, нахмурившись, Билан, — Ты думаешь, падре простил меня? — Конечно, он тебя простил. У него просто не было выбора. Дима молча принялся забрасывать яму землёй. Лера обернулась назад, словно опасаясь, что кто-то сейчас их заметит. — Знаешь, так странно, — произнёс, наконец, Дима, — Я столько лет учился тому, чтобы постоять за себя... А теперь мне кажется, что это всё бессмысленно. У меня такое ощущение, что моя судьба зависит от падре. Я не понимаю, почему так, правда, не понимаю. Пока я здесь, вместе с ним, я в безопасности. Но если он меня пошлёт куда подальше, то всё, мне конец. Где бы я ни оказался, что бы я ни делал, без него я умру. — Серёжа не пошлёт тебя, — уверенно возразила Лера, — Это просто невозможно. — Всё возможно, Лер. Любое терпение рано или поздно заканчивается. Так что лучше не зарекайся. — Дурное предчувствие? — Жизненный опыт, — вздохнул Дима и бросил в яму последнюю горсть земли, — Ну всё, могилка для пёсика готова. — Надеюсь, больше никого хоронить не придётся, — Лера выключила фонарик и вышла на ровную дорогу, — Может, перекусим? Так хочется чего-нибудь сладенького. Надышалась тут этой грязью... — Ну что за идеальная женщина! — Дима закинул лопату на плечо и поспешил за Лерой, — И труп закопать поможет, и стол накроет... Ой, Лерка, не была бы ты замужем, я сам бы на тебе женился! — Ты давай там, не отставай! — крикнула Лера, не оборачиваясь. Дима смотрел на ровную спину впереди и шёл следом за Лерой. Как же хорошо, что рядом с ним сейчас находятся такие прекрасные люди. Люди не столько по происхождению, сколько по призванию. Хоть вампир и улыбался, поднимаясь по остывшим ступеням наверх, одна мысль не давала ему покоя. И никак нельзя было отложить её на потом, убрать на задворки сознания. Она крутилась в голове как заевшая пластинка. Одно и то же, постоянно, без конца. «Куда же делись эти грёбаные шприцы?!»