Город между Раем и Адом

«Завтра мы станем лучше, Может я, может ты. Завтра мы всё разрушим, Чтоб построить новый мир. Не будет в нем огня и пепла, И каждый здесь найдет свой дом. Мы соль, мы солнце, часть вселенной Под одним зонтом. Я ставлю точку, не одиночки, Не одиночки больше мы. И этой ночью всё будет точно, Всё будет точно по любви». До конца света шесть лет и двести шестьдесят дней. — Вы знаете, мы со Светочкой уже пять лет вместе. Я люблю её безумно. Я даже не помню, как я раньше жил без неё. Макс нежно коснулся Светиной спины. Сидеть перед священником и сочинять красивую историю было забавно, только вот бесформенный серый костюм его ужасно раздражал. Неужели семьянины до сих пор так безвкусно одеваются? — Да, поверить не могу, что прошло уже пять лет, — тут же подхватила легенду Света, — Чего только у нас не было за это время. Вот, наконец-то, пополнения ждём. — Да вы что! — удивился святой отец, — А по вам и не скажешь. — Ну, я ещё только на первом месяце, — пояснила Света, улыбнувшись, — Но ощущения уже необычные. — Поздравляю! Да подарит вам Господь здорового малыша. — Спасибо, отец Сергей, дай Бог. — Мы, собственно, чего пришли, — Макс деловито закинул ногу на ногу, — Наши со Светой родители всегда воспитывали в нас уважение к Господу, и теперь мы хотим передать это и нашему ребёнку тоже. Прежде всего, нам хотелось бы подобрать какое-то особенное имя. — Ой, чё-то голова закружилась, — Света, начала усердно тереть пальцами виски, — Можно мне водички? — Да, конечно, — Сергей вскочил с места и кинулся к двери, — Секунду. Как только дверь захлопнулась, Света принялась обшаривать свою сумку в поисках маленькой скрытой камеры. — М-да, переигрываешь ты, конечно, сильно. Попробуй быть естественней, что ли. — Зато ты, я смотрю, актриса от бога, — парировал Макс, — Как будто прям щас рожать собралась. — Так, ладно, потом поругаемся, сейчас надо камеру поставить. Есть идеи, куда? — Давай на гардину, там незаметно, и обзор хороший будет. — Ты стой тогда на шухере, — велела Света и полезла на стол. Подобравшись к подоконнику, Света подняла руки, чтобы закрепить камеру на гардине. Её худые ноги тряслись от напряжения. — Осторожнее там, а то ещё выкидыш будет, — не удержался от остроты Макс. — Очень смешно, — фыркнула Света, — Я, между прочим, на каблуках, мне тяжело. — Я тоже хотел каблуки надеть, но ты мне не разрешила! — произнёс Макс обиженным голосом, — Ну чё там? — Да щас, уже почти установила… — Всё, он идёт! — шепнул Макс, услышав шаги за дверью. — Блять! Света быстро спустилась на пол, и в ту же секунду в комнату вошёл отец Сергей со стаканом воды, наполненным почти до краёв. — Держите, — он протянул Свете стакан, и та жадно припала к нему губами. — Спасибо, — выдохнула Света, сделав несколько больших глотков, — Сразу легче стало. — Ну, слава Богу, — ответил Сергей, садясь на табуретку, — На чём мы там остановились? — Мы остановились на имени ребёнка, отец Сергей, — напомнил священнику Макс, — Хотим дать доченьке такое имя, чтобы Господь её оберегал. — Вы так уверены, что будет девочка? Насколько я знаю, на таком сроке пол узнать ещё нельзя. — А я сердцем чую, что родится дочка, — Света поморщилась, — Извините, мне в туалет надо, я выйду? — Вас проводить? — Нет, не надо, я сама! Вы вдвоём пока поговорите, я щас вернусь. Света ушла; Макс остался со святым отцом наедине. Тот сложил руки перед собой, намереваясь продолжить беседу. — Так значит, у вас материнское чутьё. — Ну, не у меня, у Светы. Но я не против, я сам больше девочку хочу. Такую милую принцессу. Я ей самые крутые шмотки покупать буду, чтобы все смотрели на неё и глаз не могли оторвать. Она у нас будет модницей. — Это всё прекрасно, главное, не балуйте её сильно, а то в ней могут развиться не лучшие качества. — Да, я понимаю. Ну, если что, Света меня будет сдерживать. Мне кажется, она более строгий родитель, чем я. — А какие-то конкретные идеи по поводу имени у вас есть? — Свете нравится имя Евангелина, типа Евангелие, — сообщил Макс, — Как вы считаете, нормальное имя для девочки? — Для девочки да, мальчика я бы так не назвал, конечно, — губы Сергея тронула улыбка, — Вам самому-то нравится? — Да, звучит красиво. Можно разделить это имя на два. По чётным дням дочка будет Евой, по нечётным Ангелиной. Макс засмеялся над своей шуткой и посмотрел на святого отца исподлобья, словно проверяя, как он отреагирует. — Я надеюсь, вы осознаёте важность вашей роли как отца и как проводника в религиозный мир. Господь сбережёт вашу дочь, только не забывайте, что её прежде всего должны оберегать вы сами. Макс открыл было рот, чтобы ответить, но тут в комнату влетела Света. Глаза её были вытаращены, сама она выглядела так, будто вот-вот заплачет. — Мне только что мама звонила, у неё с сердцем опять плохо. — Опять, да что ж такое! — запричитал Макс, — Тихо, родная, не плачь. Отец Сергей, мы тогда в следующий раз… — Да, конечно, идите, — закивал святой отец, — Дай Бог здоровья вашей маме. — Спасибо вам, дай Бог, конечно, — Макс взял Свету за руку, — Пойдём, давай. До свидания! Света и Макс выбежали из комнаты и, минуя зал, помчались к воротам. Вскоре церковь осталась позади, и охотники смогли перевести дыхание. Света сняла с головы платок и убрала его в сумку. — Ну ты, конечно, быстрая, — восхитился Макс подругой, — Ты же всё установила? — Да, одну на кухне, одну в кладовой. Я всё сделала быстро, потому что там не было никого. Так бы я дольше возилась. — Значит, не пришлось тебе никому зубы заговаривать, — подытожил Макс, — Ну, кроме этого святоши. Кстати, он гей. — Ой, я тебя умоляю. — Свет, я серьёзно. — Ты так говоришь, просто потому что он тебе понравился, — Света поправила причёску и ускорила шаг. Очевидно, она не поверила другу. — Да я тебе клянусь! Ещё немного, и мы бы обменялись номерами. — У него на пальце обручальное кольцо. — Надо же, прям как у нас! — воскликнул Макс и помахал ладонью перед лицом Светы, — Вот так совпадение, правда? — Нет, ну всякое, конечно, может быть, но чё-то я сомневаюсь, что он пошёл бы работать в русскую церковь. Макс резко остановился, и глаза его хитро заблестели. — Спорим на пять тыщ! — Спорим! — Света взяла Макса за руку, но тот её одёрнул. — Гривен! — Ладно, — буркнула Света, и только тогда Макс позволил ей пожать его руку, — Зачем я вообще с тобой связалась… — Ну, во-первых, я крутой охотник, а во-вторых, я охуенный друг. — Пойдём, крутой охотник. Света и Макс развернулись и зашагали в сторону отеля, который уже стал для них новой штаб-квартирой. Скоро начнётся великая игра, и она неизбежно приведёт к чьей-то смерти. Пора ставить на кон самое ценное.

***

Сергей вышел в зал. Лера сидела за прилавком, приложив телефон к уху. По её кислому выражению лица было понятно, что абонент трубку не берёт. — Не отвечает? — задал священник риторический вопрос. — Не-а, — покачала Лера головой, — Чё с ним случилось-то, второй день подряд недоступен. Ладно, вчера выходной был, но сегодня-то что… У него же клиенты, ему работать надо. — Ну, если что, его клиентов я возьму, это не проблема. Дело-то не в этом, я же за него переживаю, за этого идиота. Где вот он, куда он пропал? — Может, Регине позвонить? — У меня нет её нового номера, вот в чём дело, — пояснил Лазарев с досадой в голосе, — Она сменила номер недавно, а у меня только старый записан. — А других номеров у тебя нет? Отца там, например? — Нет, других номеров точно нет. — Ну смотри, если с ним реально что-то случилось, Регина сама позвонила бы тебе, разве нет? — предположила Лера. — Да, наверное… — согласился Лазарев, и, немного успокоившись, оглянулся по сторонам, — А где Дима? Что-то я давно его не видел. — С ним всё хорошо, он в продуктовом, — заверила мужа Лера и улыбнулась, — Мы вчера от стресса съели чуть ли не всё, что было в холодильнике. Вот, щас заново закупается. Сказал, что и тебе что-нибудь купит, в знак благодарности. — Да мне ничего не надо, лишь бы таких происшествий больше не было… — Сергей замолчал, поскольку к прилавку подошёл юноша на вид лет двадцати. Лицо у него было красным как помидор. — Здрасьте, — кивнул он Лере и наклонился к ней, вытянув шею, — У меня такой вопрос… — Да, я вас слушаю. — А вот эти свечи, которые вы продаёте, они могут заменить ректальные? — Нет, не могут, — Лера изо всех сил сжала губы, чтобы не рассмеяться. — Вот же мудак! — воскликнул юноша, — Дайте тогда иконку, пожалуйста. Самую хорошую, какая есть. Святой отец молча отвернулся, пытаясь сдержать собственный смех. Пожалуй, стоило пройти обратно в комнату для консультаций и ждать клиентов коллеги. Всё равно этому бедняге он уже никак не поможет. Сергей шёл, и с каждым шагом сердце пропускало удар. В голове всплывали страшные картины из прошлого. Из того прошлого, в котором он больше никогда не хотел бы оказаться. «Где же тебя носит, Влад?»

***

Люди сновали в коридорах отеля как муравьи в муравейнике. Все они были заняты своими обычными делами, и никто не догадывался, что в одном из номеров ведётся наблюдение за святым местом. Света, прислонившись к стене, ела торт с фарфоровой тарелочки. Макс сидел на той же кровати, только ближе к экрану, и массировал Свете ноги. — Ничего себе, как много всего ты купил, как бы оно не испортилось, — бормотал отец Сергей, вытаскивая еду из пакетов, — Нет, Влад так и не перезвонил, Лера всё утро висит на телефоне. Конечно, я волнуюсь, он всегда выходил на работу. Ну, сегодня я его клиентов возьму, а как чё дальше, не знаю пока. — Так значит, этот Влад тоже священник, — догадалась Света, — И, судя по всему, он внезапно куда-то исчез. — Есть у меня одна версия, — Макс сильнее сжал Светины лодыжки, — Куда мог деться человек, который долго контачил с вампиром? — Давай уберём всё это в холодильник, — сказал отец Сергей, смотря в сторону, — Или ты что-то хочешь съесть сейчас? Я бы сварил нам суп, но скоро придёт человек Влада. Да, тот самый мажор, которого он разводит на деньги. — Твой вариант лежит на поверхности, но доказательств у нас пока нет. Да и потом, эта мразь получает от них неплохую выгоду. Они ему вон, и жильё предоставили, и шприцы выдают… — И минет ему делают по очереди, — подхватил Макс, — Бля, я понимаю, что он базарит не сам с собой, но всё равно такое чувство, что у него шизофрения. Знаешь, чё обидно? — Чё? — Этот мужик, который телек устанавливал, сказал, что такой плазмы нет даже в президентском номере. А вампира на нём всё равно, блять, не видно! Двадцать первый век, скоро на Марс летим, а телевизоры всё ещё не отображают вампиров, что за хуйня! — Нет, ну это, конечно, мешает расследованию, — Света отломила кусок торта ложкой и, отправив его в рот, продолжила, — но в этом тоже есть свои плюсы. Вот ты сам подумай. Если бы вампиры отражались в телевизоре, они бы становились актёрами, певцами, или, там, политиками. Я не представляю, что может быть хуже тварей, которые завоевали народную любовь. — Ну это да, согласен. Они бы ещё потом начали продвигать мысли, что типа это всё нормально. И всё, миру настал бы пиздец. Люди стали бы нелюдьми с дырявыми шеями. — Да, да, если бы им дали право голоса, пошла бы пропаганда вампиризма в чистом виде. Самое страшное, что они ведь и детям мозг засрали бы. Поэтому лично я рада, что вампиров не видно на видео и фотографиях. Бог распорядился так, что на их поганые лица не могут смотреть даже они сами. — Слушай, а наша-то красотка, Анна Корсун, она ведь фотомоделью когда-то была? — оживился Макс, вспомив информацию из досье. — Да, она снималась для мужских журналов в конце девяностых. Фоточки, кстати, ничего так были, сексуальные. Ходили слухи, что её собирались снять то ли в «Maxim», то ли в «Playboy», не помню точно. В любом случае, на обложку она уже никогда не попадёт. — Чё-то это как-то подозрительно, что американский отдел до сих пор молчит. Я думал, они сообщат о её смерти уже в первый день после побега. — Похоже, красотка оказалась не по зубам самому крутому подразделению. Дай мне ноутбук, он там, возле зеркала лежит. Я хочу спросить у них всё напрямую. — Теперь тебя должны бояться не только вампиры, но ещё и охотники, — Макс встал и тут же согнулся пополам, — Ох, блять, ноги затекли. — Зато с моими ножками всё прекрасно, благодаря тебе, — довольно улыбнулась Света, — Давай, тащи сюда мой ноут. А, погоди! — Что ещё? — Тарелочку захвати! Света протянула другу пустую тарелку, измазанную кремом. Макс послушно взял её и на ватных ногах заковылял к туалетному столику.

***

Несмотря на поздний вечер, в доме никто ещё не готовился ко сну. Саша, наконец вернувшийся из дорогой командировки, принимал душ, а Сергей сидел на диване и разбирал вещи. Он вытаскивал из спортивной сумки одежду и аккуратно складывал её на столе. Вскоре святой отец нащупал на дне что-то маленькое и твёрдое. «Это что ещё такое? — удивился Сергей, открыв бархатную коробочку, — Кому это так повезёт, интересно мне знать?» Внутри коробочки лежало обручальное кольцо. Оно было таким тонким, что не оставалось никаких сомнений — кольцо предназначалось женщине. На его гладкой серебряной поверхности блестел крохотный камешек. — Ой, хорошо, — выдохнул Саша, войдя в комнату, — Такой кайф смыть с себя всю эту грязь после дороги. Ну, как успехи? Мужчина стоял посреди комнаты в одном полотенце, свисающем с бёдер, и довольно улыбался. — Смотри, что я нашёл, — Сергей поднял коробочку в руке, — Объяснишь? — Это я могу, — Малиновский сел на диван рядом с Сергеем, — Помнишь, я вчера обещал тебя удивить? — Только не говори, что ты тоже решился на фиктивный брак. — Не дождёшься, — усмехнулся Саша, — Я сказал, что у меня есть охренительная новость. Короче, Гриша хочет Женьке сделать предложение! Четыре года, блять, целых четыре года он тянул кота за яйца! Я в шоке, мой брат наконец-то созрел для брака. Серёж, вот честно, я им очень горжусь. — Молодец Гриша, — согласился Сергей, — Так а у тебя это кольцо что делает? — Гришаня ещё не знает, как именно он ей сделает предложение, понимаешь? Здесь подходящий момент нужен, а пока он попросил меня подержать его кольцо у себя. — Надеюсь, Женя согласится, а то, мне кажется, ты ей отказа не простишь. — Да как ему вообще можно отказать? — изумился Малиновский, — Красивый, успешный, богатый, не мужик, а мечта! — Ну, тогда совет им да любовь. Что там ещё молодым желают, детей побольше? — Вот придём на свадьбу, и пожелаешь им, что захочешь. — Договорились, — святой отец убрал коробочку с кольцом обратно в сумку, — Ты так и будешь сидеть в полотенце? — Слушай, я думаю, я не буду одеваться, — голос Саши стал бархатным, как эта самая коробочка. — Это почему ещё? — Потому что мне всё равно придётся раздеться, — Саша наклонился к шее любимого и оставил на ней поцелуй, — Я хочу тебя. — Что, прямо сейчас? — Сергей слегка подался назад, — Может, хотя бы поешь? — Да я уже в самолёте поел, — за первым поцелуем последовал ещё один, более настойчивый. — Давай хоть наверх поднимемся, там кровать удобная, — предложил Сергей, уже падая на гладкий кожаный диван. — Серёж, ну куда, какой наверх, я уже не могу остановиться… Малиновский стянул с бёдер полотенце и кинул его на стол. Его член повис над ногами Сергея, и тот почувствовал, как головка коснулась штанов. Священник молча лежал, уставившись в потолок. «Наверное, за мной сейчас наблюдают. Полина и Каролина… А может, и сама Богиня, раз она сделала меня своим помощником». — Тебе всё равно придётся встать за резинкой, — Сергей заёрзал, привыкая к скользкой коже. — Щас, — Саша с неохотой оторвался от тела священника и принялся рыться в сумке в поисках презервативов, — Да где они, блять… Там целая новая пачка, я покупал. Лазарев, чтобы не мучиться неловким ожиданием, стянул с себя штаны. Время тянулось медленно и мучительно. Секса ему уже не очень и хотелось. Или хотелось, но не с ним? — Ну поищи в куртке, может, они там. «Они же всю жизнь за мной следили. Я должен просто это принять. Да и потом, я не единственный. От их глаз никому не скрыться». — Всё, нашёл, — Саша порвал упаковку и извлёк из коробочки презерватив, — Ты будешь снизу, как обычно? — Да, давай так, — Сергей закрыл глаза, чтобы не видеть, как Саша натягивает презерватив на член. Малиновский вошёл осторожно, смочив анальное отверстие слюной. Постепенно он ускорил темп, заставляя мужчину под собой дышать всё чаще. — Да, вот так хорошо, — Лазарев совсем расслабился в крепких руках, — Саша… — Гриша… — простонал в ответ Саша, и священник тут же открыл глаза. — Всё, хватит, — Сергей упёрся ладонями в мускулистую грудь, — Слезь с меня! — Блять, Серёж, я случайно, прости… — Малиновский не хотел выпускать Сергея из своих объятий, однако ему удалось вырваться, — Ну просто мы же щас обсуждали свадьбу, и это само как-то появилось в голове… — Мне всё равно, — святой отец достал из штанов трусы и надел их, — Ты сбил мне весь настрой. — Так давай настроимся заново! Серёж, ну блять, ну я же реально не виноват! — Я пойду, прогуляюсь, — Сергей начал напяливать джинсы вместо домашних штанов, — Мне надо подышать свежим воздухом. Не ходи со мной. — Не страдай хуйнёй, — взмолился Саша, — Давай поедим, ты же хотел? Что там у нас есть, макароны, пельмени? Я вино купил, твоё любимое! — Это какое, кагор для причастия? — сострил Сергей и, застегнув джинсы, выскочил в коридор. — Да что ты, нахуй, творишь вообще? — разозлился появившийся в дверном проёме Саша, — Ты, блять, на ровном месте концерт устроил, тоже мне, блять, трагедия! Я просто сказал имя своего брата, это что, запрещено? — Нет, ты можешь говорить имя своего брата когда хочешь, но только не тогда, когда ты находишься во мне! Лазарев достал из шкафа куртку и резкими движениями просунул руки в рукава. Саша заметил, как стыдливо тот избегает зрительного контакта. — Да, я ляпнул херню, я идиот, но мы все можем сказать хуйню, от этого никто не застрахован, понимаешь? Я не верю, что твой бывший ни разу ничего не ляпнул. — Мой бывший, царствие ему небесное, чё только не ляпал, но до такого даже он бы не додумался! — А что с ним случилось? — округлил глаза Малиновский. Он явно не ожидал, что Сергей ответит ему вот так. — Умер! — отрезал Сергей и наклонился, чтобы обуться, — Давай, закрой за мной. «Не знаю я, что случилось с Димой. Ну ничего, через шесть лет он мне сам об этом расскажет. А вот с тобой мне уже сейчас всё ясно». Саша ещё что-то крикнул Сергею вслед, но тот, не слушая, выбежал на улицу. В лужах от недавно пролившего дождя отражалось звёздное небо. Священник миновал двор и направился туда, куда вело его сердце. «Прости мне мою ложь, Богиня. Я хоть и святой, но всё-таки грешник».

***

Дима ворочался на старом жёлтом диване. Ему снилась погоня. Он не мог понять, от кого убегает, но знал, что там, позади, кто-то очень опасный. Надо ускориться, пока его не догнали… Раздался щелчок, и всё пропало. Погоня прекратилась. Свет пробивался сквозь опущенные веки, и Дима открыл глаза. Возле двери стоял Сергей в обычных джинсах и серой футболке. «Может, я всё ещё сплю?» — Падре? — зевнув, Дима приподнялся, — Ты чего тут делаешь? — Я хочу задать тебе один вопрос, — ответил святой отец и сел на диван рядом с вампиром. Судя по уверенному голосу, его абсолютно не смущало то, что он разбудил друга посреди ночи. — Ну, если это срочно, задавай, — кивнул Дима. Похоже, вопрос и вправду был неотложным. — Вот есть у тебя клыки, — глаза Сергея хитро заблестели, — Они такие большие и острые… — Ты о вчерашнем, что ли? Падре, я тебе клянусь, этого не повторится, больше ни одна собака не пострадает, честное… — Тебе удобно целоваться? — Что? — переспросил Билан, не веря в услышанное. — Тебе с твоими острыми клыками удобно целоваться? — повторил Сергей. Святой отец замолчал, ожидая реакции. Он сидел напротив Димы и улыбался так тепло и ласково, как не улыбался, кажется, никогда. Дима медленно подался вперёд, но Сергей ничуть не отстранился. Тогда вампир наклонился ещё ближе к священнику и осторожно коснулся его носа своим. Лазарев взял инициативу в свои руки и припал губами к мягким губам напротив. Билан обнял святого отца за талию и почувствовал его ладонь на своём затылке. Мужчины целовались, и ни один из них не желал оторваться от губ другого даже для того, чтобы сделать вдох. «Если это сон, я не хочу просыпаться».