Нас больше чем один. Знакомство

Учитель, оперевшись руками о свой рабочий стол, чуть нервно окинул класс взглядом, уделяя большее внимание родителям, что пришли на открытый урок посмотреть, как их чадо постигает сложные науки. — Итак, — губы учителя изогнулись в приветливой улыбке, — сегодня у нас день открытых уроков. Вы наверняка нервничаете. — Он подмигнул ученикам. — Не нужно. Просто расслабьтесь и ведите себя как обычно. И я тоже буду ошибаться как обычно. — Ну зачем вы пришли… — чуть слышно пробормотал сосед сбоку от Тсуны. Тсунаёши на секунду скосил в сторону взгляд, краем глаза наблюдая, как этот человек обхватил голову руками. С губ шатена сорвался еле ощутимый смешок. «В этом году выделяться будем?» — деловито спросил Демон. «Не выйдет, многие знают, что я хорошо говорю на итальянском. Вот с английским в прошлом году хорошо было.» «Жаль, что у нас китайский не преподают, — угрюмо протянул Ангел. — Вот было бы классно. Там одно и то же, произнесённое с отличными интонациями, обозначает совсем разное.» «Ага, — мысленно кивнул Тсуна, — если бы я учил этот язык не в период Великой депрессии, то доводил бы своего учителя этим намеренно.» -Ох! — Дверь со стуком отъехала в сторону, впуская чуть запыхавшегося Саваду-старшего. — Простите! — довольно громко произнёс он. — Я опоздал. — Он перевёл взгляд с учителя на Тсунаёши. — Привет, Тсу. Савада-младший, повернув голову, послал ему тёплую улыбку и отвернулся обратно. — Савада, Вы опоздали, — строго произнёс учитель, но его тон терялся на фоне понимающей улыбки. — В наказание напишите десять страниц на кандзи. — Хорошо, сенсей! — махнул рукой Нана перед тем, как присоединиться к толпе родителей. Написав несколько предложений на английском на доске, учитель начал опрашивать школьников. Спросив двоих, он посмотрел в журнал и, кивнув самому себе, произнёс фамилию: — Следующий вопрос… Канеда, переведи. Альфа, стоило только ему услышать свою фамилию, всполошился. — Чт-то? — чуть ли не пискнул он. Сжав тетрадь в руках, он неловко встал со стула. — Н-ну, это, я думаю… — невнятно начал он. Среди родителей послышался смешок превосходства. — Это проще простого для моего маленького Асумы, — заулыбался омега, — он же пойдёт учиться в Токийский университет. — Ох, — прижал руку к губам стоящий рядом с ним. — Я Вам завидую, — сказал третий, с неким трепетом улыбнувшись Канеде-старшему. — Скучно, — фыркнул Хаято. Ему уже надоело слушать блеянье барашка в исполнении вызванного одноклассника. Да и вообще в целом этот урок ему наскучил, что он и продемонстрировал, закинув ноги на парту и положив руки за голову. — Гокудера, не болтай, — сделал ему замечание учитель. Хранитель Урагана только, чуть поморщившись, пренебрежительно хмыкнул, прикрыв глаза. Родители сзади неодобрительно загудели. — Как он сидит? — осуждающе покачал головой тот, что ранее охнул от высказывания Канеды-старшего о своём чаде. — Он, должно быть, преступник, — пренебрежительно насупил носик Канеда-старший, сложив руки на груди. — Очень похож, — доверительно вторил им третий омега. Хаято задрал нос и во всю зафыркал от их высказывания. Тсуна на это ребячество взирал со смесью нежности и умиления. — Гокудера, ты не можешь сидеть на этом уроке нормально хотя бы во время открытого урока? — строго спросил его учитель, негодующе прожигая ученика взглядом. — Невозможно, — не открывая глаз, ответил тот. — Что? — Учитель всполошился. — Ладно, Гокудера, попробуй перевести следующее предложение без подсматривания в тетрадь. Хаято лениво приоткрыл один глаз и произнёс то, что от него просили, не меняя своей расслабленной позы. — П-правильно… — вымолвил учитель. Но он не растерял своей раздражённости от этого. — Тогда шестое! Гокудера всё с той же ленцой ответил, чем вызвал несколько восторженных омежьих писков. — Савада-младший прикрыл ладонью рот, заглушая хихиканье. Учитель печально вздохнул и окинул взглядом всех школьников, остановившись на одном из них. — Савада, — произнёс он. Тсунаёши со вздохом встал с места, поднимая с собой тетрадь. Он завис на пару секунд, смотря в записи пустым взглядом, и с нотками нерешительность в голосе начал говорить. Но не успел он произнести до конца даже первое предложение, как его прервал резкий глухой звук из коридора. Учитель, как, впрочем, и все остальные, с удивлением посмотрели в сторону звука, что повторился снова, но уже громче. Родители зашептали, учитель со стуком положил журнал на стол и пошёл к выходу из класса, но, не дойдя до неё, остановился. Дверь с деревянным скрежетом треснула, проламываясь под весом чужих тел. Двое сильных будто бойцовские собаки альф впились в друг друга взглядами. Тсунаёши в этих двоих сразу узнал собственного репетитора и Хранителя Облака — от изумления он даже чуть приоткрыл рот. Реборн, лёжа под Хибари, держал кулак напротив его лица, вторую же руку удерживал Кёя над головой, упёршись ему болезненно в живот. На лицах обоих застыли маски ненависти. — Травоядная гниль, — выплюнул Хранитель Облака, его руки подрагивали от силы бывшего Аркобалено Солнца. — Чтоб тебе всю жизнь заниматься пассивной некрофилией! — Лицо киллера исказила едкая усмешка. В этот момент Гокудера чуть не рухнул со стула от удивления. — Убейся где-то по-тихому. — Кёя сделал неудачный рывок. — Век бы на тебя смотрел… сквозь оптический прицел, — рыкнул репетитор на это. В этот момент через дверной проём залетела канарейка, что весело чирикала гимн Намимори. Свой полёт она закончила, угнездившись на макушке шатена. Это заставило многих отмереть. — Что тут про… — начал с высокой ноты кричать учитель, но его перебил другой голос. — Что вы не поделили, петухи-бойцовские?! — Вокруг Савады-младшего начала распространяться гневная аура, из-за чего многие на него покосились с не меньшей смесью страха, чем на тех двоих. «Охуенно…» — между тем пролепетал Ангел. Реборн и Кёя в ту же секунду резко повернулись в его сторону и, не меняя позы, одновременно слаженно выкрикнули: — Хибёрда. У шатена дёрнулся глаз и уголок губ.

***

-…я понимающий человек. Я всё, чёрт возьми, понимаю, но устраивать бессовестные драки в школе!.. — Тсунаёши ходил взад-вперёд в гостиной, не переставая выносить своё негодование невольным слушателям, чтобы те поняли степень своего проступка. — Вы, те, кто, по идее, не пропустили ступень эволюции; я верил, что вы не деградированные представители человеческой расы, что только и могут, что мериться… — он чуть запнулся, — силой! И что я сегодня видел?! Вы как два барана при родителях затеяли драку и поломали школьное имущество! — Он остановился и по очереди посмотрел на стоящих альф. — Реборн, ты взрослый человек! А ты, Кёя, так печёшься о благе школы! — Просим прощения… — донеслось из одного угла комнаты. — Обещаем, что больше не будем… — из другого. «…попадаться», — пронеслось в головах обоих провинившихся.