Кулон

***

      Черный Mercedes медленно скользнул сквозь широко распахнутые ворота особняка. Из авто вышел брюнет и поправив густую чёлку, в сопровождении охраны хозяина сия имения, направился ко входу в дом. От гнева и пережитой утраты родного человека, сердце неприятно стучало в висках. Тело вообще отказывалось повиноваться своему хозяину, но выбора никто не давал. Ким СокДжин просто обязан был нанести, пока ещё, предупредительный визит маленькому путающемуся под ногами щенку Чон. — Сюда, — указал на дверь кабинета босса Чимин. — Спасибо, — Джин саркастично ухмыльнулся и толкнул деревянную дубовую дверь.       Брюнет не был удивлён представшей перед глазами картине: Чон Чонгук по-хозяйски развалившись у рабочего стола, ласкал сидевшую на коленях миловидную девушку. На секунду, Джину показалось, что ей противны эти касания, но он быстро вытяснил из головы эту мысль-есть более важные вопросы, которые он поставит перед этим мальчишкой. — Ким… — Чонгук наигранно поменял игривый настрой на более серьёзный. — Джису, встань, нужно встретить гостя.       Девушка покорно выполнила указание и встала с колен мужчины, не поднимая взора. Следом встал Чон и поправив чёрный пиджак, шагнул к гостю. Старший Ким напрягал его своим присутствием, но Чон на попятную больше не пойдет. Первый шаг сделан, он пойдет до конца. — Проходи, садись, — Чон указал на кожаный диванчик. — Да, — Джин не отводил взгляда ни на секунду. Он чувствовал, как кровь в жилах этого мальчишки ледянеет из-за его внезапного визита, и поэтому не верил в эту игру под названием «непринужденность». — Я сяду. Долгий предстоит разговор.       Гость сел на диван, наблюдая за тем, как Чон взяв девушку за руку прошёл к столу и расположился напротив. Брюнетка была словно зверушка в руках хозяина дома. Но зверушкам обычно нравится ласка хозяина, а по выражению лица девушки можно было заключить, что она еле сдерживает рвотные позывы. — Я хочу уйти, — брюнетка подняла смущенный взгляд, посмотрев на Чона. — Джису, детка, — хозяин дома провел ладонью по волосам девушки. — Ты много говоришь в последнее время. — Девушка может идти, — Джин перевел внимание на себя. — Ей не зачем здесь оставаться, — напряжение между мужчинами возрастало с каждым словом Кима. — А я не спрашивал твоего мнения, Ким, — Чонгук ухмыльнулся.       Джису подняла взор и впервые посмотрела в глаза гостя. Брюнет смотрел не на неё, но уловил застывшие в её глазах слёзы. Его почему-то бесило, что этот щенок обращался с человеком, как с животным. И такой скот метит на место главы всего города? Помимо очевидной причины, которая мешала ему вступить в равную борьбу с семьёй Ким, внебрачный сынок господина Чона, похоже, и близко не представлял, каким должен быть глава клана. — Ты знаешь, я как раз из-за твоего ребяческого поведения нахожусь здесь, — Джин закинул ногу на ногу и по-хозяйски откинулся на спинку кожаного дивана. — В первую очередь, нужно уважать людей, — он перевёл взгляд на девушку. — Даже если, они работают на тебя. Рано ты в главы подаешься, Чон Чонгук. Убив пару наших людей ты только утвердил это. — Хочешь сказать, что ты ради своей охраны здесь? — Чон ухмыльнулся и также откинулся на спинку дивана. — Настолько уважаешь?       Терпение потихоньку уступало место ярости. Ким подался вперёд и взглянул на хозяина дома из-под густой чёлки. — Я с тобой не в игры играю, — ледяной тон заполнил пространство кабинета. — Очнись и посмотри, кто перед тобой сидит. Я могу в секунду превратить тебя в пепел, мальчишка. Приди в себя, вспомни кто ты есть. Это моё первое и, я тебе клянусь, последнее предупреждение тебе. — У меня есть все права… — У тебя будут права до тех пор, пока я этого хочу, уясни это, — Джин ухмыльнулся и поднялся на ноги. В отличии от младшего брата старший Ким знал, когда стоит остановиться.       Взгляд плавно перешёл с кипевшего от ярости Чона на дрожащую рядом с ним девчушку. Взор её был наполнен мольбой. По крайней мере, ему так показалось. Но чего она просит? Обычно девушки рады оказаться под каком-нибудь богатым мужиком. Почему же трясёт её так? — Я не работаю на него… — по щеке скользнула очередная слеза. — Заткнись, Джису! — грубо произнес Чон и встал, равняясь с Кимом ростом. — Город ещё услышит о фамилии Чон, Ким СокДжин. — Хочешь войны? — Ещё какой, — оскалился Чон. — Значит война, — Ким слабо кивнул и медленным шагом покинул кабинет.

***

      Пак Чимин уже пару минут топтался у двери комнаты девушки, так и не решаясь войти. Пришедший к Чону Ким СокДжин явно задержал бы друга надолго, но Пак не хотел рисковать. Уже неделя, как он не видел её. Чон приставил к сестре охранника и по совместительству водителя, так что у Пака больше не было вразумительных причин быть с ней рядом. Все роли заняты. — Чим? — дверь за спиной резко распахнулась и послышался до дрожи любимый голос девушки. — Соми… — Пак выдохнул и быстро прошёл в комнату, закрыв за собой тихо дверь. — Тш… — предупредительно указал он пальцем, чтобы девушка вела себя тихо. — Я скучала… — шепотом произнесла шатенка и буквально кинулась в объятия мужчины. — Почему так долго тебя не было? — Прости, малыш, — Пак прижал ее к себе сильнее. — Скажи, что завтра ты поедешь со мной? — Соми немного отстранилась и взглянула в его глаза. — Я хочу, чтобы ты был рядом завтра. — Конечно… — Чимин обреченно выдохнул и поцеловал её в лоб.       Очередная химиотерапия, которую девушка должна была перенести, просто убивала его. Каждая процедура напоминала о болезни, которая постепенно высасывала из неё частички жизни. Когда-то красивые длинные локоны сменил парик, а тело исхудало настолько, что девушку можно было уверенно отнести к больным анорексией. — Я всегда рядом, Соми, ты же знаешь это… — Пак обхватил её лицо ладонями. — Ты единственный поддерживаешь во мне жизнь, — девушка вновь прижалась к любимому телу. — Я люблю тебя, Чимин. — Всё будет хорошо, малыш… — Пак сглотнул, скрывая дрожь в голосе. Он всегда выполнял свои обещания ей, но последние слова дались ему с трудом. Он не был в них уверен, но одно знал точно-без неё ему не жить.

***

      Ленивым шагом блондин переступил порог дома. От проливного дождя, под которым он простоял часами у могилы бабушки, одежда неприятно прилипла к телу. Слух уже прорезал кашель, но Киму было плевать. С каждым своим шагом он отпивал из почти пустой бутылки рома горькую жидкость. Только спиртное могло расслабить его сейчас. Постепенно хозяин особняка приблизился к дубовой двери своего кабинета. Для полного релакса не хватало дыма излюбленной сигары. Повернув ручку, он толкнул дверь и прошёл внутрь. Свет от луны слабо освещал помещение. Ким невольно прошелся взглядом по пространству и заметил на маленьком кожаном диванчике свернувшуюся калачиком девушку. — Чёрт… — выдохнул блондин, вспоминая нежеланную гостью. — Сучка… — голос хриплым басом распространялся по каждому уголку просторного помещения. Воспоминания потихоньку вырисовывались перед хозяином, играя отнюдь не в пользу девушки. Ким уверен, что она читала письмо. Она единственная может разоблачить его перед всеми. — Ты? — брюнетка вскочила с места, увидев силуэт мужчины над собой. — Где ты был? Меня не выпускали отсюда! — Замолкни, — зарычал Ким и швырнул стеклянную бутылку о стену. — Боже мой… — Айрин закрыла ладонями уши. — Если откроешь свой мерзкий рот ещё раз,  — блондин грубо схватил её за подбородок, сжимая. — Я заткну тебя навсегда. — Я прошу, отпусти меня… — произнесла девушка шёпотом, окольцевав маленькими ручками запястье Кима.       Он видел как по её щекам лились слёзы, но ему было всё равно. Своим появлением эта мелкая перевернула всю его жизнь вверх дном. Она не имеет права знать его тайну. Кто она такая, чтобы быть помехой по дороге к его становлению главой всего города? — Я так хотела помочь ей, прости… Я не смогла её спасти… Но я пыталась… Твоя бабушка была замечательной женщиной… — брюнетка попыталась оправдаться, не подозревая об истинной причине гнева мужчины. — Не притворяйся овечкой, — Ким оттолкнул её, швырнув на диван. — Ты понимаешь, что твоя жизнь закончилась? — ухмылка украсила красивое лицо хозяина. — Зря ты пришла сюда, мелкая. — Я ничего не сделала, — сквозь пелену слёз она видела его наглую ухмылку.       Ким схватил её за хрупкую шею и сильно сдавил. Одна мысль только, что эта девушка может проговорится, выводила его из себя. Даже Джин не имел права знать эту правду. — Прошу… — Молчи, сучка!       Резкая пощечина и боль током пронеслась по телу. От страха и режущего изнутри чувства обиды, девушка со всей силы оттолкнула его. — Животное!!! Что ты хочешь от меня?!       Ким пошатнулся. Количество выпитого им алкоголя явно сказалось на нём. Стало труднее держаться на ногах, что и сыграло на руку Айрин. — Я не читала этого письма! Мне было важнее спасти жизнь твоей бабушки! Я не читала твоего письма, пойми же ты… — выдохнула она, хватаясь за щеку.       Если бы она знала насколько Киму наплевать на её слова, то просто промолчала бы. Он надвигался на неё, заставляя вжиматься спиной в стену. Нужно было действовать, но мозг отказывался выдавать какие-либо идеи. — Думала денег заработать? — грубая хватка вновь окольцевала шею девушки. — Глупая маленькая девочка. Я просто пристрелю тебя, — Ким наклонился к её уху, шёпотом произнося приговор. — Я не церемонюсь, малявка, — второй свободной рукой блондин достал с пояса пистолет и медленно приставил к виску брюнетки. — Я… Я ничего не знаю… Прошу тебя… Отпусти… — Ты хотя бы представляешь, что ты можешь изменить всю историю? Моё главенство будет стоять под вопросом из-за тебя? В себя поверила? — железное дуло сильнее сдавило нежную кожу виска. — Ты просто маленькая шлюшка, — губы коснулись её кожи шеи.       Мурашки табуном пронеслись по телу девушки. Его дыхание обжигало кожу и заставляло затаить дыхание, в ожидании дальнейших действий. Почему-то его рука ослабла и потянулась к поясу, медленно спрятав оружие. — От тебя так приятно пахнет… — хриплым басом произнес блондин, прикрывая мирно веки и вдыхая полюбившийся аромат. — Ты… Мать твою… — теплая ладонь опустилась с шеи на бюст брюнетки. — Прошу тебя… — Айрин попыталась оттолкнуть его, хватаясь за широкие плечи. Теперь ей казалось, что пуля в лоб была лучшим вариантом, нежели эти наглые касания. — Я прошу тебя… — Ты… — резко сцепив её руки своей одной, он вжал её спиной в стену сильнее. — Ты не должна была читать это письмо, — Ким опустил голову, легко касаясь своими губами её. — Скажи, что ты хочешь? — теперь его дыхание обжигало её кожу губ, шепча еле слышные слова. — Ты пыталась спасти бабушку, за это я дам тебе право на последнее желание.       Тэхён никогда не признается, что в эту секунду безумно хотел её. Никакого желания он не намеревался ей давать. Скорее, нужен был повод подтолкнуть её к этому. Ведь безпричинное насилие, а тем более изнасилование было под строгим запретом и одним из главных принципов клана. — Пожалуйста, если хочешь убить, — брюнетка сглотнула. — Просто убей… Не унижай меня, Ким Тэхён…       Мужчину будто пригвоздили к месту. Он поднял веки и пристально посмотрел в испуганные глаза напротив. — Как тебя зовут, мелкая? — Ай-рин. — Айрин, — он прошёлся по её щеке тыльной стороной ладони, стирая на ходу слёзы. — Ты просто оказалась не в том месте, не в то время. — Ты ведь убьёшь меня? — Ты знаешь ответ, — Ким отошел на шаг, не отводя от неё взгляда. — У меня никого нет, никто даже не узнает о моей смерти, — девушка выдохнула и закрыла глаза, ожидая своей участи.       Вся жизнь Айрин прошлась перед глазами, словно лента из кинофильма, а в ушах эхом зазвучал голос матери. Как же хотелось почувствовать её присутствие рядом, почувствовать прикосновение родных теплых рук… Девушка обняла себя за плечи и съежилась, медленно глотая ртом воздух. Интересно, какого это, когда жизнь покидает тело? А может она уже мертва? — Тэхён, прекрати, — спокойный голос старшего Кима прозвучал спасением.       Девушка резко распахнула глаза, увидев, как старший брат выхватил с рук младшего пистолет. От пережитого шока и страха, брюнетка упала на колени, закрыв ладонями лицо. До сознания будто только дошла реальность всего происходящего. — Успокойся, Тэхен… — старший коснулся плеча брата и посмотрел в его прослезившиеся глаза. — Все хорошо. — У меня есть причина, хён, — Ким младший оттряхнул руку брата с плеча. — О какой причине ты говоришь? — голос Джина стал серьезней. — Что такого ты прочитал в том письме? — Дело не в письме, — отмахнулся блондин и шагнул к своему рабочему столу, по ходу включив свет. — Почему ты постоянно становишься у меня на пути?       Ким сел на кожаный стул и достал с ящика стола сигару. Его и раньше напрягало то, что старший брат вмешивался в его дела, но теперь этот факт душил его сильнее. Как же он жалок. Он такой же ублюдок, как и Чон Чонгук. Какое он имеет право быть главой клана… — Я не хочу, чтобы ты ошибся, Тэхён, — произнес строго брюнет. — Поэтому и «становлюсь на твоём пути». — Я ошибся с самого своего рождения, — Тэхён грустно ухмыльнулся.       Старший Ким и близко представить не мог истинную причину такого поведения брата. Он просто стоял, наблюдая за ним и параллельно перебирая в голове варианты. Клан имел свои определенные принципы, один из которых не позволял убивать ни в чем не повинного человека. Убийство оправдывалось лишь веской на то причиной. Тогда, что такого сделала эта девушка, раз Тэхён не задумываясь приставил к её голове оружие?       Джин задумчивым взором посмотрел на брюнетку, которая продолжала плакать, закрывая лицо маленькими ручками. Он был уверен, что ничего преднамеренного она сделать не могла. Но тогда в чем дело? Остается один вариант-письмо. В нём было что-то ценное. Брюнет вспомнил, как младший брат изменился в лице, читая его. — Прекрати плакать, — Ким старший шагнул к девушке. — Оставь её, хён, — блондин выпрямился. — Ты не тронешь её, — Джин помог девушке встать на ноги и повернулся к брату. — По крайней мере, пока не скажешь вескую причину для этого. — Я не собираюсь её убивать, — блондин улыбнулся и перевел игривый взгляд с брата на окаменевшую от шока девушку. — Я просто хочу, чтобы она была в поле моего зрения. — Что ты имеешь ввиду? — Она останется здесь.