Девочка Ректора

Утром мы сели в автобус, с десятком таких же сонных туристов, как и мы, и отправились на экскурсию в городок Лагуардию. Название не очень заинтересовало меня, а пока экскурсовод рассказывала интересные факты и древнейшие истории, я смогла сделать только один вывод — Булаткин жаждет напоить меня. Дело в том, что этот небольшой город расположен в сердце прославленного винодельческого Риоха-Алавеса. Нас ждали дегустация вин, прогулки по старинному городу, нудная речь экскурсовода и близость друг к другу сквозь три слоя одежды: ненависть, обиду и любовь. Наше маленькое путешествие мы начали с прогулки по узким средневековым улочкам, увидев на главной площади необычные часы с маятником и танцующими фигурами, затем полюбовались мощным готическим фасадом церкви Santa Maria De Los Reyes, конечно, не забыв сделать пару фотографий на память. В обеденное время нас ожидал пикник на свежем воздухе: вино Страны Басков и традиционные закуски региона. Сейчас я бы не смогла ответить ни на один вопрос касательно экскурсии, потому что тогда я была не я. Мне было плевать на то, что вокруг нас, хотя я не могу солгать, сказав, что там не было невообразимо красиво, но всё же — пред моими глазами и в мыслях был один Егор. Я видела колоссальные изменения в нём, но я не знала, с чем они связаны. А главный вопрос: могу ли я ещё доверять этому человеку? После посещения самой известной необычной винной бодеги региона Риоха — Маркиз де Рискаль с дегустацией вин, я была настолько пьяна, что смеялась после каждого собственно произнесённого слова. Булаткин же пил вино как воду, поэтому лишь смеялся над моим хмельным состоянием. В обратной дороге в отель Егор ласково гладил меня по голове, целовал мои волосы, крепко держал меня за руку. Он думал, что я сплю, но именно в этот момент моё сердце было готово выпрыгнуть из груди и закричать изо всех сил. Я не знаю, что он творил со мной, но явно это нельзя описать словами, передать на бумаге, объяснить. Эти чувства казались мне такими призрачными, настоящими, удивительными, что я решила, что такого никто и никогда не испытывал. Тогда я поняла, что вкус у любви разный и ни один человек на свете не может чувствовать такую же любовь, что испытываете вы. Конечно, не в том случае, если ваши сердца не связаны друг с другом невидимой нитью, заставляющей их биться в унисон. — Девочка моя, ты так дорога мне. Я так боюсь снова сделать тебе больно. Даже не понимаю того, что находясь каждую минуту со мной, ты делаешь себе только хуже. Я не понимала смысла его слов, а алкоголь в моей крови не давал мне и шанса этого сделать. Следующие дни я много думала об этой сказанной фразе, но не смела признаться Булаткину, что не спала в тот момент. На следующий день после экскурсии мы собрали свои вещи и сели в поезд до Барселоны. Я совершенно не ожидала такого поворота, но была безумно счастлива. Мы три часа сидели в обнимку возле окна, наблюдая за картинкой, быстро сменяющейся перед нами. — Егор? — Да, солнце моё? — Я хотела сказать, что у нас с Артёмом… — Тсс, ничего не говори. Я не хочу слышать твои оправдания, ведь я и так знаю, что у вас ничего не было, — уверенно проговорил Егор, развернув меня лицом к себе. — Да, ты прав. Спасибо. Сначала он посмотрел на меня счастливым взглядом, а затем приблизился близко-близко к моим губам. Моё дыхание участилось, я закрыла глаза от наслаждения, сразу же почувствовав его губы на своих. Я растаяла, растворилась, забылась… Я решила, что можно и не рассказывать эту маленькую тайну. Сейчас я ею всё только испорчу. — Марта, посмотри на меня! Я взглянула на Егора: мои руки дрожали, коленки подкашивались, сердце и вовсе со страху билось как сумасшедшее. — Ты сможешь. Ты пойдёшь и сделаешь это. Ты разнесёшь там всё в пух и прах, потому что я здесь, я с тобой. А ты иди и защити честь всего университета! — Да, ты прав! — согласилась я, быстро оставила мимолётный поцелуй на щеке Булаткина, а затем вышла на сцену. Чёрная юбка, белая блузка и каблуки — было слишком официально для меня, но Егор решил, что это лучший лук для сегодняшней конференции. Я настолько была поглощена нашими отношениями, что совершенно забыла о том, зачем мы сюда вообще приехали. Я вышла на сцену, испытывая боязнь публики. Все эти сотни взглядов были устремлены на меня. Я встала на месте, будто не в силах ничего сказать. Во рту всё пересохло, а язык стал тяжелее раза в три. Но когда я увидела взволнованный взгляд Егора, стоящего возле входа в зал, так сексуально опирающегося на стену, с усмешкой на губах, то я сделала выдох, будто ощутив его поддержку материально и начала свой рассказ. На удивление, весь страх сразу испарился, слова в голове быстро формировались в правильные предложения, а мои глаза сияли от радости. После выступления я поблагодарила зрителей за внимание и удалилась со сцены. — Ты была обворожительна! — Ты так думаешь? Я так боялась, что просто забуду, как говорить. — Ты большая молодец. И, несмотря на то, какие результаты мы узнаем сегодня вечером, ночью тебя ждёт сюрприз. — Ночью? Прямо сюрприз-сюрприз? — Прямо да, — важно заметил Егор, а я рассмеялась, — Эй, чего ты смеешься? — возмутился он. — Что я там не видела, — улыбнулась я. — Ах ты, бесстыдница, я вовсе не о сексе! Хотя он тоже включён в программу, — тихо прошептал Егор мне на ухо, из-за чего мои ноги вмиг подкосились, что пришлось схватиться обеими руками за его плечи. Слишком давно между нами не было близости, а мысли об этом вызывают предчувствие наслаждения и страх одновременно. — Думаю, нам не стоит спешить, — возразила я, тяжело сглатывая. — Ты не доверяешь мне? — Я боюсь тебя, Егор, — призналась я, опустив глаза вниз. — Посмотри на меня, — настойчиво сказал Егор, но я не собиралась этого делать, — пожалуйста, — чуть позже добавил он, чем удивил меня. — Что? — спросила я, смотря на него взглядом мышонка, загнанного в мышеловку. — Я был не прав. Я такой идиот, что позволял себе так обходиться с тобой. Но сейчас мне не нужно этого. Мне нужна ты, целиком, со своими страхами и проблемами, своим милым личиком. — Порой мне кажется, что ты ошибаешься, Егор, — сказала я, собираясь уйти. Как он решил, что какие-то слова, сказанные притворным голосом, смогут изменить моё отношение к нему?! Не знаю почему, но я резко испытала лютую ненависть к этому человеку. Потому что я вижу по его глазам, что он лжёт. Возможно, он сам не понимает этого, но иначе быть не может. — Стой, да не уходи же ты! — крикнул Егор, схватив меня за руку, — умоляю, дай мне один грёбаный шанс. Я постараюсь всё исправить. — Хорошо. Но как только я попрошу остановиться, то ты немедленно сделаешь это и уйдёшь из моей жизни. Навсегда. — Конечно, девочка моя. Если бы мне кто-то сказал, что Егор в тот момент нагло играл со мной, специально обманывал, то я бы ни за что не поверила. Его слова задели меня до глубины души, поэтому я, поступив как полная дура, решила действительно дать ему второй шанс. Сложно назвать этот шанс вторым, ведь я даю его человеку, который ни один раз жестоко насиловал меня, изводил, ненавидел. Расскажи мне кто такую историю, я бы в жизни не поверила. Очень жаль, что нельзя прочитать свою жизнь как книгу, потому что, узнав конец этой истории, я бы никогда не пошла на этот шаг. Один вечер изменил всю мою жизнь. Правда, узнала я об этом намного позже. — Ты готова? — Да, уже иду. — Я не про это. К результатам готова? — Егор стоял в дверях моей комнаты и наблюдал за тем, как я собираюсь. — Честно, мне всё равно. Я ни на что не надеюсь, потому что та же самая Бразилия выступила куда лучше. — Ошибаешься. Девочка моя, ты была на высоте. — Мне плевать. Ты же меня не будешь сильно наказывать за проигрыш? — Мы потратили на написание проекта всего неделю, но мы проделали такую огромную работу, что практически невозможно в это поверить. Ты не должна сомневаться в себе, тебе нужно верить только в лучшее. — Ты, правда, так думаешь? — Конечно, — улыбнулся Егор, обнимая меня за талию, нежно проводя рукой по моим волосам. Мы вошли в зал, крепко держась за руки. Плевать, что подумают остальные, ведь сейчас мне очень важно, что Егор рядом со мной. — Добрый вечер, — поздоровался с нами один из председателей жюри на английском языке. — Здравствуйте. Очень рада иметь возможность лично познакомиться с вами, — чётко проговорила я, удивляясь тому, как быстро подбираю необходимые слова на другом языке. Сегодня был действительно удачный день. — Я хотел сказать, что нас всех поразило то, с каким интересом вы рассказывали о собственном проекте. Вы будто открывали всем частичку своей души, отданную на работу над ним. — Да, вы правы. Он очень дорог мне. Плевать я хотела на ваш проект. Всё дело только в Егоре. — Желаю удачи на награждении. И простите меня. — За что? — искренне удивилась я. — Вы достойны намного большего, чем получите. Я сожалею о том, что не смог убедить в этом своих коллег. Приятного вечера. — Егор, что всё это значит? — Не знаю, малыш, но я уверен, что мы скоро узнаем об этом. Наградили третье место, второе, первое… Нас не было в этом списке, из-за чего я сильно расстроилась, хотя думала, что мне плевать. В самый неожиданный момент меня наградили дипломом за лучшую работу, без возможности участия в финальном этапе. Но даже это была наша маленькая победа. Вечером мы отправились на обещанную экскурсию. Это было незабываемо. Мы два часа ходили в готическом районе Барселоны, в мантиях, с наушниками, где слышался голос актёров, но ты совершенно забываешь об этом. Мы погрузились в атмосферу сказки и мистики, шли по необычному маршруту, во время которого увидели знаменитые здания и памятники Барселоны, а также потаенные места города. Ночные огни, актёры в плащах и масках, неожиданные звуки, запахи и вкусы, странные находки, элементы шоу и сюрпризы — вместе с Егором мы познакомились с Барселоной по-новому. Барселонские легенды навсегда остались в моей душе, вместе с чувством эйфории в тот момент. Около одиннадцати вечера мы вернулись в отель. Наш самолёт завтра в десять утра, но я так не хотела возвращаться в Москву, к тем проблемам. — Я не хочу улетать, — прошептала я, обнимая Егора, стоя возле окна. Наши мысли были за пределами этой комнаты. — Я знаю, поэтому мы останемся здесь ещё на три дня. Билеты я уже поменял, с отелем решу проблемы завтра. — Ты серьёзно?! Боже, Егор, спасибо! — радостно подпрыгнула я, поцеловав Егора в щёчку. — Всё ради твоей улыбки. Она тебе очень идёт, — томно прошептал Егор, убирая прядь волос за ухо, а затем целуя в уголок губ. Его щетина слегка щекотала мою нежную кожу, но ничего лучше нет этих ощущений. Я простонала, когда с моих плеч упала блузка, а затем его пальцы добрались и до моего лифчика. — Ты вся дрожишь. Тебе холодно? — Нет, мне очень горячо, — прошептала я, выгибаясь к нему навстречу. Было невыносимо чувствовать то, как его сильные руки нежно ласкали меня, любимые губы оставляли поцелуи на каждом миллиметре моей кожи. Он развернул меня лицом к окну, прижал к своей груди, а затем его рука опустилась в мои трусики. Я расставила ноги шире, схватилась рукой за плечо Егора, чувствуя то, как сильно бьётся его сердце. Пара секунд и я стояла прижатая к окну, полностью обнаженная, а затем Егор закинул мою ногу себе на бедро и медленно вошёл в меня. Он не двигался ни быстро, ни медленно. Я растворилась в его темпе. В нём самом. На пике оргазма я не заметила, как три слова слетели с моих губ. — Я люблю тебя, — прокричала я, так и не услышав ответа. В тот момент я совершенно забыла об этом, потому что Булаткин решил устроить второй раунд на кровати. Потом третий, и четвертый… К слову, этой ночью я так и не выспалась. Я не могла ни о чём думать, кроме того, что сейчас Егор рядом со мной, нам хорошо вместе. Я так хочу, чтобы это никогда не заканчивалось. Но и у счастья есть свой срок годности.