Немного любви

Голоса быстро приближались. И вот уже в соседнем пролеске замаячили темные тени. – Стой! Стрелять буду! – услышал Женька голос Ветлицкого. – Рано, Кость… Надо было ближе подпустить! – прошептал Женька, лежа за дровницей. – Стой, говорю… – снова крикнул Ветлицкий, но его голос утонул в автоматичной очереди. Стреляли просто на звук голоса, особо не целясь. В рассветной полутьме выстрелы были похожи на вспышки салюта. Только от этого салюта у Женьки все похолодело внутри. Выстрелы стихли и снова в деревьях замелькали тени. Громкие голоса стали отчетливее. Было слышно, как под тяжелыми сапогами хрустят ветки деревьев. – … жмурики… Суки бля! – донеслись до Женьки и Реваза обрывки фраз. – Хавчиком… бухла бы еще… – …стволов и можно дальше идти… – Они идут к нам, – выдохнул Женька, твердой рукой отодвигая затвор… *** К утру осталось обследовать последнее здание. Это был главный корпус, в котором располагались кабинеты врачей и приемный покой. – Идти осторожно, – инструктировал солдат Вересов, – завалы разбирать по гвоздику, иначе может все рухнуть. Пожар потушили, но деревяшки еще могут тлеть. В закрытые помещения без пожарных не входить. Может полыхнуть так, что мало не покажется, – он бросил взгляд на Мишку. Тот едва мог стоять на ногах. Его глаза опухли и покраснели от чада и усталости. – Если кто сильно устал, лучше остаться тут, – продолжил Мишаня, – это не стыдно. Просто идти в таком состоянии на задание опасно. – Мы все готовы, – ответил за товарищей Капитонов. – Точно? – пристально посмотрел Вересов на Мишку. – Все нормально, – ответил тот и надел противогаз… *** Женька впервые стрелял в людей. Вернее, ему еще никогда ни в кого не нужно было стрелять. И хотя он понимал, что сейчас перед ним настоящие враги, первый выстрел оказалось сделать очень непросто. – Эх, щени дэда… – выдохнул Реваз и нажал на курок. Женька оглох от стрекота автоматов. Пули по-птичьи свистели над ровно уложенными дровами и впивались в бревна склада. На секунду автомат Реваза стих. Женька, не прекращая палить в темноту, краем глаза посмотрел на друга. – Я за патронами, – крикнул ему Реваз и пополз в сторону двери. Стрельба по ту сторону тоже на минуту смолкла. Женька прекратил палить, пытаясь вглядеться в предрассветный сумрак. Реваз потянулся к ручке двери и чуть приподнялся с земли. Очередь была короткой. Тонкий свист пуль прозвучал над самой Женькиной головой и смолк позади. Женька обернулся и увидел Реваза, замершего возле входа на склад. Он несколько секунд повисел, цепляясь за дверную ручку, потом как-то нелепо вздрогнул всем телом и упал лицом в землю. – Реваз… Багратиони, ты чего?! – Женька подполз к другу и, схватив его за плечо, начал с остервенением трясти. – Реваз, брат! Вставай! Я же один без тебя не справлюсь с ними. Ре… Женька с ужасом отдернул руку, когда почувствовал на ней что-то горячее и липкое. Он с удивлением перебирал пальцами, пытаясь в темноте разглядеть, чем он испачкался, хотя прекрасно понимал, что на его руке кровь… *** Вересов с Мишкой осторожно шли по ступеням. Солдаты под командованием Фетисова уже начали обход нижних этажей. Пока ребята поднимались наверх, мимо них пронесли несколько носилок с еще дымившимися трупами, накрытыми простынями, и Мишка каждый раз испуганно вздрагивал, провожая носилки взглядом. – Ты в норме? – спросил его Вересов, обернувшись. – Все в порядке, – кивнул ему Мишка. Ночью, обходя второй корпус, Мишка нашел два трупа в палате, и на этот раз он не убежал. Вересов попытался выпроводить его и самостоятельно подготовить мертвые тела к транспортировке на улицу, но Мишка отказался и, сдерживая страх и рвотные позывы, помог Вересову водрузить трупы на носилки. – На верхних этажах ремонт шел, – сказал Мишаня Мишке, – так что там вряд ли кого найдем. Первые этажи во время взрыва были самыми многолюдными. Они поднялись на последний этаж и побрели по длинному коридору. Зеленая краска на стенах облупилась и была похожа на кожу дракона. Двери и окна были выбиты. В одной из сохранившихся перегородок торчала железная кровать. Казалось, что разбушевавшийся великан со всей дури воткнул ее в стену. – Ничего себе тут рвануло! – покачал головой Мишка. – Ты под ноги смотри, – хлопнул его по спине Мишаня, – там перекрытия перегорели и можно провалиться. Они обошли одно крыло, осторожно разобрав завал в угловом помещении. Пройдя в другой конец коридора, они остановились возле полуоткрытой двери, обитой железом. – Смотри, а тут что было? – спросил Мишка, шагнув внутрь. – Шлиман, твою мать! – крикнул Вересов и кинулся вслед за другом. – Ого… – Мишка стоял посреди большой комнаты без окон и, светя фонариком, с интересом разглядывал черные от копоти сейфы и холодильники с крепкими металлическими замками. – Это мы в раю для наркоманов, – обернулся он к Мишане. – Ты дурак, Шлиман? – гаркнул на него Мишаня. – Какого хрена ты сюда зашел? – он схватился за ручку двери и машинально захлопнул ее за своей спиной. В этот момент пол в комнате дрогнул и за дверью что-то загрохотало. В потолке образовалась широкая трещина, через которую было видно часть неба, розовеющего от восходящего солнца… *** Женька по-пластунски вполз в полуоткрытую дверь, отодвинув от нее тело Реваза. Страх и отчаяние придали ему силы и уверенность. Он кинулся к полкам с патронами. Насыпав их из ящика в вещмешок, он насовал себе в карманы несколько гранат и заткнул за пояс два штык-ножа. – Ничего… – шептал он, возвращаясь на свою позицию, – повоюем немного. Пока он добывал патроны и занимал выгодную позицию для обороны склада, с другой стороны леса снова раздались выстрелы. Только стреляли бандиты не по Женьке, а совсем в другую сторону. – Что происходит? – удивленно прошептал тот, пытаясь рассмотреть в предрассветной темноте поле боя. – Стрельников! – услышал он хриплый голос за стеной склада. От испуга Женька выпустил очередь по стене и тут же услышал забористый мат. – Что ж ты, ебать тебя в рот, по своим палишь? Я ж тебя по фамилии назвал! – В сторону Женьки полз капитан Буряк, держа на спине тело бойца. – У нас раненый. Двоих потеряли, пока к тебе пробивались, – сообщил Женьке капитан, осторожно укладывая раненого солдата на землю возле себя, – так что придется нам втроем отбивать атаку неприятеля. – А как же ребята с ворот и те, что на других складах? – спросил Женька, глядя, как к ним подползает еще один солдат. – Всех перестреляли, сволочи! – капитан полез в карман штанов и, достав из него коробку леденцов, раздосадовано швырнул их через дровницу. В ответ со стороны леса раздалась автоматная очередь. – Их там человек пятнадцать. Все вооружены. А у пацанов только по винтовке. Да и спрятаться им было негде. – Что будем делать, командир? – спросил второй солдат, фамилию которого Женька никак не мог вспомнить. – Нужно за подкреплением идти, – ответил капитан. – Нереально, – покачал головой Женька, – мы даже голову поднять не можем. – Там, за леском, грузовик стоит, – сказал капитан, – нужно как-то этих тварей отвлечь, чтобы один из нас до него добрался. – Так почему вы сразу не вызвали подкрепление? – возмутился Женька. – У вас же в штабе телефон! – Телефон не работает. То ли из-за аварии в городе, то ли эти гады линию перерезали, – капитан снова похлопал себя по ляжкам. – Закурить есть? – Не курю, – буркнул Женька и вдруг вздрогнул, – а где женщины? – Не волнуйся… – помрачнел капитан, – Тимошка их всех в подвале своей каптерки спрятал, как только стрельба началась.