Веди меня

Мисти приходит к Корделии без опозданий, рассказывает о работе и новом клиенте — эксцентричной даме, которая присылает в день по миллион правок. — И как ты ее терпишь? — смеется Корделия вопреки тому, что щеки горят. — Я раскрою тебе секрет, — Мисти двигается к ней ближе, — только никому, хорошо? — Не могу обещать, но постараюсь. — Я хочу на что-то есть, а она дает мне такие бумажки, которые можно обменять на еду. — Мисти! — Корделия хочет шутливо толкнуть ее в плечо, а попадает в шею. От этого действия девушка-волонтер начинает кашлять сквозь смех: — Меня пытаются убить. — О, прости, я случайно, — Корделия хватает себя за руку и опускает голову. Ей стыдно за свою неосторожность. Настроение падает, и Мисти замечает это сразу: — Все в порядке. Хочешь, поиграем? — Не хочу, — Корделия отодвигается к спинке кровати. — Извини, но мне хочется побыть одной. Можешь оставить меня? — Нет. — Мисти, пожалуйста. — Слушай, в этом нет ничего страшного. И нет смысла сейчас переживать из-за этого. Лучше давай сыграем. — Ты не понимаешь, — срывается Корделия. — Я ничерта не вижу! Мне ничего не хочется. — И это плохо. Тебе, наоборот, нужно занимать себя чем-то, это пойдет на пользу здоровью. Нельзя отчаиваться, Ди. Я знаю, у тебя все получится. — Я даже не представляю, как ты выглядишь. Я не могу тебя увидеть. Ни тебя, ни всего остального. Корделия словно играет в прятки в темноте, ищет-ищет, не открывая глаз, и плакать хочет, что не выходит ничего. — Ты права, Корделия. Я не понимаю, каково это, потому что не оказывалась в такой ситуации. Только это не отнимает у тебя выбора: можно опустить руки, а можно пытаться что-то делать. Ты отказываешься себе помогать, хорошо, но я-то — нет. — Зачем оно тебе нужно? — Потому что это несправедливо. И я хочу, чтобы это было исправлено. Только и ты должна прикладывать усилия, без тебя ничего не получится. — Ничего и так не выйдет. — Прекрати нести чушь, на лучше, — Мисти сует ей в руку квадратный предмет. — И что это? — Вот ты мне и скажи. — Что за глупые игры? — Корделия, я верю, что ты однажды сможешь снова видеть, но до тех пор тебе нужно научиться получать информацию другими способами. В твоем арсенале еще четыре чувства, используй их. — Это дурацкий кубик из монополии, все? — Неправильно. Ты задействовала только осязание. Попробуй обоняние и вкус. — Мисти, я не буду пробовать непонятно что. — Без этого — никак. Корделия, ты ведь говоришь со мной. Воспринимаешь меня только на слух, разве это не дает тебе представление обо мне? — Мисти, это другое. — Ничего подобного. Перестань выдумывать отговорки. — Он ничем не пахнет, ты довольна? — Корделия слышит тишину в ответ. — Что ты еще хочешь? — Попробуй. — Мисти, откуда я знаю, что это? С какой стати мне нужно пробовать это? — В том-то и суть, Ди. Ты попробуешь и узнаешь. Задействуй несколько способов для этого. Корделия нервно сдается и касается языком предмета: — Сахар… — Бинго! Одно очко в твою пользу. Теперь моя очередь, — Мисти вытаскивает из врачебного халата, что висит у дверей, пояс и завязывает свои глаза. — Можешь проверить, — она касается пальцами Корделии своего лица, — все честно. Дай мне какой-нибудь предмет, который ты точно знаешь. Корделия снимает с пальца кольцо и отдает девушке-волонтеру. Она быстро понимает, что это: — Колечко? — Это было просто, — хмыкает собеседница. — Один-один. Они обмениваются побрякушками, которые находят в карманах, и соревнуются в скорости. Корделия раскрепощается, возвращая позитивный настрой. Мисти поддается: долго угадывает предметы, намеренно называет неправильно, лишь бы Корделия не считала, что она одна такая. — Мисти, — вечером просит Корделия, — опиши мне, что ты видишь за окном. Она раздвигает жалюзи: окна выходят прямо на задний двор, где стоят мусорные баки, и разъезженная машинами грязная дорога. — Сад, в котором мы вчера были, — придумывает на ходу Мисти. — И много асфальтированных тропинок. Скамейки покрасили в желтый, но одну забыли. — А какая погода? — Прохладно, солнца нет. — Мы можем прогуляться немного? — Спрашиваешь! — Мисти с большим удовольствием отдает ей вновь свои кроссовки и идет вдоль здания больницы. Корделия теперь опирается на нее спокойно, не боится делать новый шаг. — Мисти, от тебя пахнет шампунем. Что-то вроде хвои. — Верно. — Это развалило твой образ в моем представлении. — Почему? — Австралопитеки в Африке были, а там тайги нет. Девушка хохочет, не оглядываясь: ей все равно, кто посмотрит на них: — Не удивлюсь, если в ней предки пострашнее жили. — Я не помню, если честно. Мисти, а какая больница на вид? — Такая, будто в нее вложили половину бюджета страны. — Поэтому ты выбрала ее? — Корделия крепко сжимает девичью руку. — Я не выбирала, потому что, как такового, и выбора-то не было. Просто больнице потребовались добровольцы — я откликнулась на объявление. — И тебе правда за это не платят? — Главврач иногда выбивает мне шоколадки в автомате, это считается? — Нет. — Тогда не платят, — жмет плечами Мисти. Она понимает по эмоциям, что Корделии приятны их беседы. — Ты хороший человек. — Еще бы ума — цены бы не было. — Придет со временем. — Ты не замерзла? — Мисти замечает, что Корделия ежится. — Вот, накинь, — и отдает ей свою толстовку. — Не стоит, сама замерзнешь. — Я холоду не поддаюсь, а вот жара буквально валит меня с ног. Поэтому не переживай. — Спасибо, — Корделия надевает чужую кофту. — Ты не пользуешься парфюмом. — Что? — От твоей кофты пахнет кондиционером. Парфюм бы перебил его запах. Значит, ты им не пользуешься. — Ты определенно делаешь успехи, Ди! — И еще сразу понятно, что ты много рисуешь или пишешь. На среднем пальце у тебя характерная мозоль. — Я просила использовать только четыре органа чувств, а не способности экстрасенса вообще-то, — Мисти радуется, что Корделия наконец отходит от пессимистичного настроя. На следующий день Мисти не приходит: в расписании нет процедур, и особенно ее помощь не требуется. Корделия решает набрать тетю, чтобы та привезла кое-какие вещи, но все идет не так. — Сири, позвони Миртл. — Звоню Мисти смайлик крокодила на сотовый. — Нет, нет, тупой ты робот. Отклонить вызов. — Повторный вызов Мисти смайлик крокодила на сотовый. — Идиотка, — шлепает себя по лбу Корделия. — И тебе привет, — слышится голос Мисти в трубке. — Оригинальное начало разговора. — Извини, Мисти, это не тебе. Просто Сири решила, что мне нужно позвонить именно тебе, а не тетке. — А она шарит. Роботы умнее нас, Корделия. Итак, тебе что-то нужно? — Ничего серьезного, просто хотела попросить ее завести мне кое-какие вещи. А ты чем занимаешься? — Собираюсь на свидание с чудесной дамой, — Мисти тяжело выдыхает в трубку, — где чудесная дама — это моя заказчица, а свидание — ее миллион первая правка, из-за которой мне придется перекроить всю работу. — Мисти, ты разве не ограничиваешь количество бесплатных правок? — Ограничиваю, она их и вносит платно. Я сейчас за правки получила уже больше, чем за весь проект в целом. — Сильно. Зато заработаешь бумажки, которые сможешь обменять на еду. — Только это и греет душу. Слушай, а не хочешь вечером сходить куда-нибудь поесть рядом с больницей? На…. знаешь, Мак точно хватит, я угощаю. — Мисти, я не думаю, что это хорошая идея. — Почему? — Я выгляжу, мягко говоря, не очень, а откровенно — отстойно. — Я тоже, — смеется на другом конце провода девушка. — Я не спала всю ночь с левым заказом и впереди еще один такой же. Но это не помешает мне пойти и поесть в девять вечера! Ты со мной? — Вряд ли. — Отлично, зайду за тобой в полдевятого. Хорошего дня, — не успевает Корделия ничего возразить, как Мисти кладет трубку. — Как же ты подставила меня, чертова Сири. Телефон реагирует на фразу: — Я не совсем понимаю. — Я тоже. Ты позвонишь наконец Миртл? — Звоню Миртл на сотовый. — Наконец. Спасибо. Вечером Мисти тащит Корделию в ближайший Мак и покупает, кажется, годовой запас картошки фри. — Как ты себя чувствуешь? — интересуется она. — Физически лучше, но со зрением прогресса нет. — Все впереди, Ди, не расстраивайся. Зато, когда зрение вернется, ты заметишь, что остальные чувства сильно развились. — Спасибо, что веришь в меня. Мне кажется, — она кладет руку на поднос, — или у тебя на ключах брелок в виде аллигатора? Мисти бросает взгляд на связку: — Правильно. Но он аллигатор-интеллигент, у него шляпа есть. — И ее чувствую. — Эм… Ди, это хвост. — Все возможно, — она отдает ключи, улыбаясь в пустоту. Мисти права: нужно использовать то, что есть, и пытаться-пытаться-пытаться, пока не получится хоть что-то.