То, что ты есть

Рикки не появился ни на следующий день, ни через неделю. Сначала Ясон ждал и не находил себе места. Данная ситуация так напоминала эпизод с Дана Бан, что его буквально преследовало дежавю. Он вспоминал и анализировал: мог ли кому-то переступить дорогу настолько, чтобы выкрали, а то и убили его непоседливого возлюбленного. Терзался вопросом, не узнал ли кто из приезжих гостей и туристов его или Рикки. И могла ли Юпитер послать группу возмездия за ними? Дарк не отвечал на комм, а разветвленной сети агентов Катце на Анубисе не было. Но рациональный мозг Блонди недолго пребывал в прострации от беспокойства. Немного изменив внешность с помощью линз и парика, Минк сьездил к космодрому и увидел там вполне живого и здорового Рикки, который вместе с Маркусом направлся куда-то в противоложную от дома Ясона сторону. Все моментально встало на свои места: Дарк просто сбежал, и снова как и встарь, от Минка. В груди разливалась гулкая пустота. Это было необычно, и странно больно, совсем не так, как в прошлый раз. Значит Рикки решил, что сделал неправильный выбор? И дело было не только в отношениях хозяин — пэт? Видимо, дело в нем, самом Ясоне. Какая ирония! Его, неоднократно называемого СМИ различных планет «Самым желанным мужчиной этой части галактики», в который раз бросает собственный любовник. Если бы Блонди был только человеком, он, наверное, сразу бы впал в отчаяние, но рациональный мозг спасался поиском причины произошедшего. Сидя дома с нетронутым бокалом вина Ясон вот уже который час пытался проанализировать ситуацию и понять, что ему делать дальше, и надо ли, в принципе, делать вообще что-нибудь. Вернуть Рикки? Как? Чем? Полиция теперь ему не подчиняется, да и одного шантажа в их прошлом было вполне достаточно. Тем более, что на самом деле, как объект шантажа, Ясон куда более привлекательная персона, вот только Дарку это не нужно. Но самым главным было даже не это. Что он снова сделал не так? Почему упрямый монгрел опять сбежал, но даже не стал прятаться? Ответ был очевиден — он просто больше не хочет быть с Минком, не хочет быть вместе и выяснять отношения, но совершенно его не боится, так как ставший простым торговцем бывший консул, ему совершенно не страшен. Сейчас он не имеет и малой толики былой власти. Это было… неприятно? Обидно? Больно? Такие странные, тоскливые и непонятные человеческие чувства. Вечер давно перешел в ночь, затем в утро, а Ясон так и сидел в кресле перед холодным камином, словно застывшее изваяние, невидяще глядя на нетронутый бокал вина в своей руке. ************************************* POV Ясона Так странно чувствовать это… В груди печет, словно не хватает воздуха. Что случилось, Рикки? Чего тебе не хватало? Неужели я слишком мало изменился ради тебя? Наверное… Конечно же мало, иначе бы ты не ушел. Но я не понимаю… Я как-то внезапно понял, что совершенно не знаю тебя. Кто ты: одинокий уличный мальчишка, которого так хочется баловать и удивлять? Грациозный, выносливый и опасный хищник? Ласковый, трогательный котенок или бесстрашный звездолетчик и герой? Какая чушь… Хотя наверное всего понемногу от этого в тебе есть. Но теперь я сомневаюсь. Может, я все это лишь выдумал, самонадеянно считая, что понял и почувствовал мир человеческих эмоций и привязанностей? Теперь я знаю, что почти так же неопытен, как и раньше. Я словно слепец, который потому, что может нащупать, пытается воссоздать картину, которую видит зрячий. Ты живешь чувствами — и это твоя сила и, в тоже время, слабость. Моя — рациональный ум, впрочем, как у всех Блонди. Мы умеем анализировать, просчитывать, прогнозировать. Но с чувствами мы знакомы мало, почти только теоретически. Хотя гнев, усталость и злость мы все же чувствовать умеем. Мне никогда не понять, что такое эта твоя свобода. Свобода от меня или просто выбор с кем быть сегодня? В Дана Бан ты выбрал меня, потому что я умирал? Так что это было, неужели просто жалость? Как глупо… Или тогда ты выбрал меня, а сегодня выбираешь кого-то другого, так как мы Блонди выбираем пэтов для нового шоу? Странное сравнение… Или ты решил, что все знаешь обо мне, и я стал просто неинтересен? Я стал слишком… доступен? Привычен? Ведь как нам говорили на курсе психологии управления: " Легко любить недостижимое совершенство. Его можно выдумать и верить в свой идеал. Его будут жаждать. То, что можно потрогать руками быстро надоедает». Еще и поэтому Блонди так неприступны — в нас должны видеть небожителей. Я слишком раскрылся перед тобой? Или так и не сумел этого сделать? Голова гудит. Все же мы — не машины и у нас тоже есть предел усталости. Нужно лечь, хотя бы на несколько часов, а после принять решение. Что же ты наделал, Рикки?! Ты почти научил меня быть человеком. Научил испытывать радость, а потом, наверное…это… счастье? А теперь, и так внезапно, отнял все, и появились боль и растерянность. Не хочу этого чувствовать… Но сидеть и страдать — не выход. Все же что-то осталось во мне от того Ясона Минка, которым я был раньше. Что-то от Первого консула, который не знал сомнений и всегда мог найти нужное решение. Мне нужен отдых, и я могу заставить себя отдохнуть. Ну, а после… после я пойду в твою комнату и постараюсь понять, кто же ты на самом деле. Ведь все свои вещи ты тоже оставил здесь, ничего не взял. А потом… потом я просто верну тебя. *********************************** Твоя комната… Этакое сочетание байкерского клуба и игровой зоны. Я внимательно оглядываюсь по сторонам, пристально разглядывая твои вещи. Ну что же… пока я не вижу ничего необычного, чего-то, что отличалось бы от моих представлений о тебе. Еще раз осмотревшись, сажусь за стол, придвигая интерактивную панель. Ты, Рикки, видимо, как и большинство людей, прячешь свои мир и воспоминания в виртуальном пространстве. Мне, впрочем, как и другим Блонди это не нужно, ведь наша память и ресурсы мозга во много раз превосходят человеческие. Частично и из-за этого тоже нас называют машинами. Пока мои предположения оправданы: информация о разных моделях звездолетов и байков; несколько наших и даже отдельно моих (!) голоснимков… немного игр: от «стрелялок» до весьма неплохих стратегий. А вот это уже интересно: собрание электронных книг и плейлист. В последнее время электронные книги в тренде — древний мир снова в моде, но я решаю ознакомиться с списком книг позже, а начать все же с музыки. Мы, Блонди, очень редко слушаем музыку как таковую — она слишком влияет на эмоциональную сферу, а наши чувства должны быть максимально подавлены, иначе мы не сможем быть так бесприсстрастны и эффективны. Нас жестко контролируют с самого рождения, и со временем музыка сама по себе перестает нас интересовать. Мы ценим ее как сильное, но опасное лекарство. И умеем ее использовать. Мы — прирожденные манипуляторы во всех областях, и упускать такое мощное оружие просто не имеем права. Каждый выпускник академии, как дважды два знает, какую музыку следует использовать на светском рауте с представителями других цивилизаций, какую на пэт-шоу, а какую для релаксации и успокоения. Наугад запускаю первую попавшуюся запись. Женский голос. Сильный и мягкий одновременно. Переборы гитары похожи на слезы, необычные, нечеловеческие. Их звук, словно холодный, стекающий каплями свет амойских лун. Впрочем… Я думаю… я уверен, что это песня обо мне. Так и вижу, как ты сидишь лунными ночами на террасе, выходящей на океан и тихонько подпеваешь, когда я задерживаюсь на очередной деловой встрече. Возможно ли, что ты все же полюбил меня, Ясона Минка, бывшего первого консула планеты Амои? Полюбил и стал бояться, что я быстро наиграюсь в сдавшуюся, ставшую доступной игрушку? Поменяю ее на другую? А ты, Рикки, так и останешься с любовью, которая мне уже станет не нужной? Как глупо… Мир эмоций никогда не станет обыденным для меня. Я никогда не променяю то странное, сокровенное чувство, которое ты порождаешь во мне на что-то другое. Никто, кроме тебя не смог сделать подобного. Хотя я могу испытывать некую привязанность. Такую, как например к Катце или Раулю. Но я почти стал твоим рабом, сам не осознавая того, очень многое поставив на карту ради тебя, еще задолго до Дана Бан. Переключаюсь на другую запись. Может, я не понимаю и еще чего-нибудь? Чего я еще не знаю о тебе? Снова женщина. Но настроение другое. Не тревоги и плача… Напряжение, подобное сжатой пружине. Желание действовать: сорваться, бежать, лететь. Впрочем, голос так и взывает: " Взлетай!». Я чувствую, как он зовет тебя стать свободным, отбросить все, что держит твои крылья. Следующая. Мужской, очень энергичный голос. Уголки губ невольно трогает улыбка: «Король дороги»… Ну конечно это песня про тебя. Ты обожаешь свои байки. Недаром их называют стальными конями. Наверное, если бы ты родился на старой Терре, ты стал бы наездником. Вечным странником, чью свободу никому не ограничить. Не вырвать из твоего сердца, если только вместе с самой жизнью… Внезапно мне становится просто невыносимо сидеть здесь, в нашем доме. Я задыхаюсь, словно невидимый охотник накинул мне на шею аркан. И этот охотник — ты, Ркки. Сколько раз, во время наших ссор ты упрекал меня, что я сделал из тебя раба, забрал твою свободу? Что же… теперь мы в расчете. Ты был моим глотком свободы, непокорной стихией, подобной ветру, в мире, где даже высший из высших всего лишь раб. Ты стал моим океаном воздуха здесь, на Анубисе. И я пил тебя, впервые не просто выполняя свои функции, а упиваясь тем, что называют просто жизнью. Жизнью, а не служением, в котором за неповиновение электронная Мать препарирует твой мозг, стирая личность, словно устаревшие файлы. Конечно, я не всегда тяготился этим. Долго я жил так, как и все мы. Находя упоение в решениях задач, которые ставит Юпитер, играя в политические игры с послами Федерации, находя новые необычные решения. Служа, живя этим и думая только об Амои. Но день за днем, неделю за неделей, месяц за месяцем я чувствовал, что меня что-то гнетет. Как будто мне чего-то не хватает, словно мне нужно найти какую-то важную часть и апатия уйдет. И я искал. Сам не понимая, что это так. Ездил через Мидас и Керес, бесконечно разглядывая дома, улицы, людей, дроидов. И вот однажды… встретил тебя. И пазл сложился. Я обрел не только тебя, в какой-то мере, я обрел и самого себя через наши непростые отношения. А теперь, когда ты снова сбежал, я потерялся. И та часть меня, обретенная в последние минуты Дана Бан там, на Амои, слившаяся здесь, на Анубисе, со мной в единое целое, снова покинула меня, потерялась. И это… больно. Не хочу этого ощущать. А кроме того, хочу понять эту твою свободу, которая так тебе необходима. Для этого мне нужно родиться заново. Или мне, как говорил твой Гай, порождению железной суки, то есть просто машине, нужна перезагрузка. Рождение — всегда боль. Но я готов ее испытать — блонди выносливы. Возможно тогда я смогу понять тебя, ну или хотя бы найду свою часть, которую утратил с твоим уходом. ********************************** Недалеко от нашего дома есть утес. Подхожу к краю и развожу руки в стороны, словно крылья. В голове звучит песня, которую я прослушал перед уходом, так сказать напоследок: «Что ты хочешь от меня?». Что ты хочешь от меня, Рикки? Чтобы я стал человеком, остался Блонди, превратился в нечто иное? Рауль всегда говорил, что из-за тебя я совершаю глупые, эмоциональные поступки, которые меня погубят. Что ж… не будем отступать от традиции и совершим еще один. Делаю шаг, оказываясь в восхитительном сине-зеленом ничто, ощущая парение и восторг свободы. Правда совсем ненадолго. Удар, боль. Ничего, я выдержу, я же Блонди. Темнота.