Доверяй своим

Барбара прекрасно была знакома с отделением скорой помощи. Она же там часто работала. Люди теснились в небольшом пространстве, экстренный пациент был привязан к койке или каталке, в воздухе стоял тяжелый запах крови и дезинфицирующих средств. Тревога гудела и пищала, все дышали, как загнанные лошади, в приёмном покое плакали и кричали родственники пострадавшего. Внутри зеленого Каменного сердца не было ничего такого. Вдоль стен стояли каменные столы и этажерки, покрытые мягким мхом. На них лежали драгоценные камни, коробки с травами и высушенными ящерицами и прочей мелкой живностью, которую Барбара не хотела опознавать. Освещалось всё это сиянием Каменного сердца и голубых кристаллов, лежащий там-сям на полках. Не было никаких лекарств или специального оборудования. Две каменные плиты располагались в центре зала комнаты. Одна пустовала, на второй лежал Уолтер. На боку, отвернувшись от Барбары. Он был таким неподвижным и серым, что мог сойти за одну из надгробных статуй. Тролль, который принёс его, бережно укрыл больного одеялом. Он что-то пробормотал, поглаживая Уолтера по плечу. Затем подбежал к полке, чтобы схватить что-то из коробки, споткнулся и сердито прорычал: - Убирайся, мелочь! Маленькая фигура скользнула прочь. Барбара её увидела. Это был маленький тролль, настолько темный, что почти черный. Он завизжал, когда старший тролль бросил в него книгу. - Ты только мешаешь! Из-за тебя этот бедный парень может погибнуть! – вопил тот, который принёс Уолтера. - Прочь! Барбара чуть не упала, когда малыш пробежал мимо. Он хныкал и шипел. Она немного споткнулась, едва сдержав крик – ей резко заболела раненая нога. Тут в Каменное сердце зашли два других тролля. Барбара уже мысленно назвала одного Зрячим Венделем, а другого – который её принёс – Темным Авокадо. Зрячий Вендель (на самом деле, Барбара подозревала, что его зовут Хайди) бросился к Уолтеру. Оттолкнул другого тролля в сторону, бормоча, чтобы он вообще покинул Каменное сердце. - Но Хайди, - запротестовал тролль. - Уйди! Он ушел, бросив растерянный взгляд на Барбару. Темный Авокадо пожал плечами и покачал головой. Затем он помог Барбаре взобраться на вторую плиту. Она подтянула колени к груди, замотавшись в плащ Уолтера. Хайди протянул одну из своих огромных рук над Уолтером, забормотал что-то по-тролльски. Каменное сердце засияло ярче и ярче. Барбара вспомнила, как сама была внутри Каменного сердца Аркадии, когда Вендель снимал заклятие с нее и Стриклера. В зале стало тепло-тепло, тело Уолтера тоже вдруг засияло. Светящиеся кристаллы начали пульсировать и даже слепить. Когда свет стал уже невыносимым, Каменное сердце запульсировало лихорадочно. Волна из света и тумана накрыла Уолтера. Барбара почувствовала, как по её спине побежала теплая дрожь, заметила, что Хайди и Тёмный Авокадо замерли, их крылья задрожали. Когда свет рассеялся, никто не шевелился. Никто не дышал. А потом это сделал Уолтер. Огромный вздох ворвался в его распростертое тело. Его крылья резко раскрылись, когда грудь наполнилась воздухом. Слабый крик эхом разнесся по комнате, когда он выдохнул. Барбара тут же спрыгнула с плиты, прихрамывая, подлетела к нему, обхватила ладонями его лицо. Глаза Уолтера приоткрылись, и он слабо улыбнулся: - Бар...бара… Голос был хриплым, очень слабым, но это заставило Барбару засмеяться. Слезы защипали ей глаза. - Привет, - радостно сказала она. Его улыбка стала чуть шире, блеснули клыки: - Мы ... мы справились? - Да. Мы справились, драматичный тролль, - пошутила она. – Ты был на волосок от смерти… Уолтер слабо усмехнулся: - У меня всегда... были склонности к драме, милая… Барбара снова засмеялась и прижалась лбом к его лбу. Уолтер довольно промурлыкал что-то, а потом вновь увял, утомившись. Большая рука тронула Барбару за плечо. Она обернулась, посмотрела на Хайди, раздраженно нахмурившись. К чести старшего тролля, он не вздрогнул и не отступил. - Твоя нога, - сказал Хайди. – У тебя ранена нога. Мне залечить её или ты хочешь, чтоб она отвалилась? Барбара сперва ощетинилась, но затем уступила, позволила троллю обмотать ее лодыжку какими-то бинтами, пропитанными лекарственными мазями. Для неё они не пахли, но, по-видимому, носы троллей отлично улавливали запах. Хайди с отвращением дернул своим большим птичьим носом, когда коснулся лодыжки женщины. К тому времени, как её перевязали, Уолтер вновь уснул. Барбара не могла его винить за это: бедолага через многое прошел, и его телу требовалось время, чтобы восстановиться. Темный Авокадо подошел к Хайди: - Что это было? Всплеск энергии сердца был таким ... таким странным. Хайди задумчиво погладил свою бороду: - Ну... у меня есть предположение. Но я должен всё обсудить с Плутархом. А может... нет, нет, сперва пойду к Плутарху. Темный Авокадо наклонил голову: - Это хорошо? Плохо? Этот тролль исчерпал наше Каменное сердце? Нам снова придется мигрировать? Хайди махнул рукой в знак отказа: - Нет, нет, глупый мальчик! Ничего такого. У меня просто ощущение, что это всё – хороший знак для нашего племени… А теперь прошу меня извинить… Он прошел к выходу с очень быстро, даже удивил этим Барбару. Но у проёма повернулся и сказал: - Ах да, присмотри за этими двумя, пока я не вернусь. Убедись, что наши гости никуда не сбегут. Барбара сомневалась, что у Уолтера сейчас хватило бы сил куда-нибудь уйти или улететь. Но прежде чем она успела ответить, Хайди исчез. Установилась тишина. Барбара сидела возле спящего и мягко гладила его по волосам и рогам. Он же тихо спал. Темный Авокадо прошёлся по залу, явно смущаясь. - Итак, - неуверенно начала Барбара. - Я пока не знаю твоего имени. Тролль дружелюбно улыбнулся: - Озиус. Но ты можешь звать меня Оз. Она улыбнулась в ответ: - А ты можешь называть меня Барбарой. Это Уолтер Стриклер, хотя я думаю, что другие тролли предпочитают называть его Стрикландер. Я уверена, что он много расскажет вам о себе, когда будет в силе. Оз подошел к одну из столов, осмотрел каменные тарелки: - Я бы предложил тебе что-нибудь поесть, но… - Не беспокойся. Я могу подождать… а вот попить бы. Вода тут есть? По правде говоря, Барбара ничего не ела с тех пор, как пересекла границу Калифорнии, но вполне могла обойтись и без еды. - Это есть, - тролль взял большой кувшин и налил из него воду в чашку. – Это вода Хайди, но не думаю, что он будет возражать. Оз протянул чашку Барбаре и сел на край каменной кровати Уолтера, у ног спящего. - Итак, этот... Уолтер ... как давно ты его знаешь? В конце концов, не каждый день человек зовёт тролля «дорогим, дорогим другом». Даже здесь это редкое явление. Барбара отхлебнула воды: - Ты мне поверишь, если я скажу, что Уолтер был учителем истории в школе моего сына? Оз недоверчиво склонил голову набок: - Твой сын ... ты говорила, что он Охотник за троллями. Интересно. Я не знал, что люди в Калифорнии берут троллей в учителя. - О, нет-нет! В то время Уолтер выдавал себя за человека. Я до прошлой весны не знала, что он тролль. Глаза Оза расширились. Его дыхание почти остановилось: - Выдавал себя за... ты хочешь сказать, что он ... подменыш? Барбара чуть не ударила себя по губам. Она и забыла, что тролли ненавидели подменышей и желали извести их всех. - Ну да... это ведь не проблема, правда? – неуверенно заговорила она. Крылатый тролль минуту молчал. Смотрел на Уолтера, и его взгляд был задумчивым. - Оз? – позвала Барбара. Он глянул на женщину. Улыбка была на его тонких губах: - Я... я не могу в это поверить… - Поверить во что? Оз втянул в себя воздух, чтобы ответить, но бусины на входной двери зазвенели, возвещая о приходе других троллей. И Барбара и Оз посмотрели на вошедших. Там был Хайди и еще один тролль, очень старый, светло-бирюзовый, беловолосый, с рогами, похожими на рога Драала. Он держался весьма важно, а в его бороде и гриве мерцали драгоценные камни, алые и жёлтые. Оз соскочил с плиты и мгновенно поклонился. - Плутарх. Добрый вечер. - Добрый вечер, - поздоровался Плутарх чуть ледяным голосом. Он взглянул на Барбару, но обратился к Хайди. – Наше Каменное сердце из-за человека пульсировало? Хайди покачал головой: - Нет-нет. Оно отреагировало на больного, - он указал на Уолтера, который спал и беспокойно вздрагивал во сне, что-то бормотал. – Как будто оно ждало его. Плутарх наклонился вперед и обнюхал спящего. И его глаза расширились: - Не может быть! -Я думаю, что может! – выпалил Оз; он беспокойно зашаркал ногами. – Женщина сказала мне, что этот тролль – подменыш! Плутарх и Хайди резко повернули головы в сторону Барбары. Она старалась не ерзать под их взглядами. - Это правда? - спросил Плутарх, понизив голос. – Он подменыш? Барбара судорожно сглотнула: -Д-да... но он не замышляет ничего плохого, клянусь! Если ты боишься, что Уолтер сделает что-то с вашим Каменным сердцем, я обещаю, что ничего такого не будет. Но если ты попытаешься сделать ему больно, я сделаю так, что ты пожалеешь! Тролли по-разному отреагировали на эту угрозу. Плутарх удивленно моргнул, а Хайди рассмеялся. Даже Оз улыбнулся. - Барбара, - сказал Оз, - мы не причиним ему вреда из-за то, что он подменыш. - Но... но другие тролли ненавидят таких, как он, - пожала плечами Барбара. Она помнила, что так говорили и Блинки, и сам Уолтер. Даже НеЭнрике время от времени жаловался на дискриминацию и потому решил остаться в Аркадии, а не ехать с троллями в Нью-Джерси. – Разве подменыши не нечистые для вас? - Милая леди, - Плутарх бережно положил руку ей на плечо. – Наше племя не гонит подменышей. Если только они не приходят со злом к нам. Подменыши – такие же тролли, как и мы, и заслуживают того, чтобы быть равными с нами. Барбара удивилась: - Неужели? - Кроме того, - вмешался Хайди. – Твой друг был совершенно истощён, когда его сюда принесли. Даже если бы мы были так же неприветливы, как некоторые наши братья, было бы очень жестоко не оказать ему помощь. Она вздохнула с облегчением. Затем нахмурилась и посмотрела на Плутарха: - Но позвольте спросить: почему вы хотите помочь подменышам? Я все еще новичок в знаниях о троллях, но думаю: ваше племя не будут в этом плане одобрять другие племена. Плутарх усмехнулся: - Это одна из причин, почему мы не представлены в трибунале троллей. Но мы с самого начала сочувствовали подменышам. Мы привыкли быть изгоями в обществе троллей. - Почему же? Только из-за вашей позиции к подменышам? - А тебе не кажется, что это дико: отречься от ребенка, которого у тебя украли и подвергли невыразимым пыткам? – прорычал Хайди. - Ребенка, у которого не было выбора. Его изломали и превратили в то, что другие назвали грязью, нечистотами. Именно такое отношение и толкнуло бедных подменышей всё дальше во тьму, в безумие... Глаза Барбары расширились. Хайди продолжил, и его голос приобрел мрачный оттенок: - Наше племя потеряло только одного малыша из-за ужасных планов Морганы. Одного. И мы бились за него, чтоб защитить, а потом вернуть. Но наших сил не хватило. Его утащили, скрыли. Но мы много веков ждали его в Старом Свете, надеялись, что он всё же найдет дорогу домой… - Одного, - прошептала Барбара, точно зная, что он имеет в виду. – Уолтера…