Доверяй своим

... Барбару никогда не переставало удивлять, насколько оказались схожи ситуации Джима и Уолтера. Хотя ни один из них не признался бы в этом вслух (ох, эта хрупкая мужская гордость) - это просто оказалось правдой. Теперь оба оказались пойманы в ловушку тел троллей и страдали своеобразной дисфорией. Оба, вероятно, страдали и от посттравматического стрессового расстройства. И Барбара ненавидела себя за то, что не могла помочь родному сыну, ведь ему пришлось уйти с троллями в Нью-Джерси. Радовало лишь одно: с её мальчиком сейчас были Клэр и Моргунчик, которые его любили. И кстати, и Уолтер и Джим вели себя, как дети, когда дело доходило до помощи. Барбара знала, что в Джиме еще взбрыкивает строптивый подросток. Почти каждый в его возрасте напоминал ощерившегося ежа и считал, что не нуждается в помощи и поддержке. Барбара научилась принимать сына таким, каков он был в этот сложный период. По крайней мере, Джим все же активно показывал, что заботится о маме, даже если не хочет ее помощи, когда у него возникали проблемы. Это означало, что их отношения, как родителя и ребенка, были здоровыми, даже если не всё всегда шло гладко. С Уолтером всё оказалось намного сложнее. Во-первых, он был намного старше Джима и самой Барбары, и всех-всех, кого Барбара когда-либо встречала. Во-вторых, он родился троллем, а не человеком. Барбара не знала физиологии и психики троллей и потому понятия не имела, как ему помогать. В-третьих, у Уолтера была весьма раздражающая привычка просто замалчивать, хоронить глубоко-глубоко свои переживания. Это являлось наследием подменышей – их второй натуры – никогда не делиться ни с кем своими бедами и болями. В конце концов, если подменыш обнаруживал слабость, то сразу же привлекал к себе злое внимание таких, как сам, становился их мишенью и погибал. Барбара прожила с Уолтером в одном доме всего пару месяцев, но быстро отметила, что такое нездоровое поведение, как скрытие своих проблем, обычно приводит к тому, что у него случаются приступы паники и ужасные флэшбэки. Именно тогда, когда он не был чем-нибудь занят. К сожалению, сейчас Стриклеру перепадало больше свободного времени, чем тогда, когда он занимался служением Гунмару, работой в школе и построением планов по уничтожению Охотника на троллей и всего человечества. Забота о малышах-фамильярах ему помогала, но ... всё равно он не мог долго удерживать свой разум от блуждания в болезненных воспоминаниях. И Барбара стала свидетелем его панических атак. Она оказалась рядом с Уолтером в тот первый раз, когда он свернулся в дрожащий клубок в канализационной трубе, сразу за порогом подвала. Он почти сразу её узнал, когда она подошла, но ощерился, не желая, чтобы она ему помогла. Когда Барбара отказалась уходить, он сделал это сам – удрал в темноту канализации быстрее, чем Барбара успела выкрикнуть «вернись, старая спаржа!» Спустя несколько часов Уолтер вернулся, чтоб неловко бормотать извинения. И это всё напомнило Барбаре Джима, то, как её сын справляется со стрессом. Поэтому она сделала мысленную пометку относиться к подменышу так же, как к Джиму. Прошло еще несколько дней, прежде чем Уолтер затолкал глубже свою проклятую гордость и позволил Барбаре быть ближе. Ещё через пару недель он собрался с духом и начал рассказывать ей о том, что вызывало его панику. Так уж вышло, что его жизнь сейчас, в целом, была совершенно новой, другой. Стриклер ведь почти тысячу лет служил злым гумм-гуммам, убивал троллей и людей, часто жестоко и кроваво. И теперь он попал в ситуацию, когда сожалел о большей части прошлого. Он потерял свою жизнь, век за веком, все прежние планы и мечты. Это его жутко пугало и заставляло сомневаться в том, что он вообще достоин жизни. Барбара посчитала своим долгом быть рядом с ним, чтобы Уолтер знал, что его любят, что о нём заботятся. Она дала ему понять, что сейчас он постепенно искупает все те ужасные поступки, которые совершил раньше. И что она судит его по тому, что он делает сейчас, а не по тому, что он делал триста или пятьсот лет назад. Однако сейчас, в Каменном сердце птеростриксов, Уолтер повёл себя не так, как во время предыдущих панических атак… Он проснулся в самый разгар разговора Барбары с троллями-старейшинами. Когда он начал метаться и рычать, все к нему бросились. Одно из его крыльев взметнулось и ударило Оза по лицу, отчего тот рухнул на пол. Уолтер отчаянно боролся со своим одеялом, и Барбара поняла, что он не понимает, где находится. А потом он вдруг начал жалобно скулить. Барбара никогда раньше не слышала, чтобы Уолтер кричал от боли, страха или ныл, и сейчас эти причитания, почти плач, разбили ей сердце. Он, вероятно, даже не осознавал, что делает. Барбара попыталась утешить его, как обычно, подняв руки и отчаянно пытаясь заглянуть ему в глаза. Эти глаза, обычно такие спокойные и глубокие, сейчас были наполнены только диким страхом. Вертикальные зрачки стали такими тонкими, что почти исчезли в склере. Его волосы, тёмные с сединой, здорово растрепались, и это лишь усилило его дикий вид. Когда Уолтер замахнулся, Барбара изумилась. Она вскрикнула и попятилась, уклоняясь от его когтей. Споткнулась и упала на спину. Это дало Уолтеру возможность сбежать. Плутарх и Хайди тоже пытались успокоить беднягу, бормоча что-то по-тролльски, но Стриклер быстрей ветра рванул к выходу, и они ничего не успели сделать. Он запутался в занавеске из бисера, забился в ней, словно птица в клетке, испуганно вскрикивая. И Барбара вновь почувствовала боль в сердце, видя, что он лишился разума. А потом Уолтер вырвался и улетел в сумрак окаменевших деревьев. - Уолт, - воскликнула Барбара. - Уолтер, подожди! Оз удержал её от того, чтобы броситься следом. - Он далеко не убежит, - сказал тролль. – У него нет хорнгазеля, и он не знает, где выход. - Но мы все равно должны его найти, - в отчаянии прорычала Барбара. – Вдруг он пораниться? Или кого-то ранит? - С ним такое часто бывает? – спросил Плутарх, подходя ближе. - Нет. Он просто... Уолтер всегда такой уравновешенный, но он ... иногда ... – и она замолчала, не желая рассказывать о личных демонах Стриклера совершенно незнакомым существам. Даже если они спасли его от смерти, это не давало ей права обременять кого-то проблемами Уолта. - Он многое перенёс, - мудро закончил за неё Хайди. - На этом мы и остановимся. - Оз, - позвал Плутарх. - Возьми ... э-э ... леди Барбару, обыщите город. Хайди и я расскажем всем, что у нас появился больной тролль, который страдает от... - Скажем, от редкой побочной реакции на одно из моих зелий, - закончил Хайди. – У бедняги галлюцинации и он всюду видит опасность. Барбара кивком поблагодарила старейшин за понимание. Оз осторожно подхватил её на руки. На этот раз он не стал оспаривать её решение снять очки перед взлетом. Хайди и Плутарх взмыли в воздух сразу за Озом, но пролетели мимо него быстрее, чем Барбара успела моргнуть. Вскоре они уже были высоко над Каменным сердцем, кружа над деревьями, которые не доросли до потолка пещеры. Старейшины отделились, чтобы поговорить с троллями, собравшимися на верхних ветках, а Оз и Барбара полетели ниже. Барбара услышала сердитые крики. Тролли – в основном птеростриксы – собрались там, где теснились столы и лавки. Многие выглядели сердитыми. Маленький синий тролль, худой и неуклюжий, с большими глазами и большими очками, казалось, пытался вмешаться в спор. - Эрнан, - позвал его Оз. – Что случилось? - Озлиус, слава богу, - воскликнул синий тролль. – Нам тут нужна помощь! - Какой-то придурок пролетел, сшиб все вывески! – выпалил один из Птеростриксов. - Мне придется опять менять мою вывеску! - А я только на прошлой неделе повесил носки на сушку, - отозвался другой. – Они должны были твердеть три месяца! Он их тоже посшибал. И теперь я опоздаю с поставками! - А мои огоньки! – тут встряла дама-птерострикс, раздраженно зарычала, топнула когтистой лапой. – Я повесила их только сегодня, а он всё сбил, и теперь их грызут гномы, там, внизу! - Смотри, Оз, тут у нас хаос! - замахал руками синий тролль. Оз весьма громко зарычал, заставляя замолчать гудящую толпу. Барбара постаралась не ежиться. - Хайди лечил этого больного тролля, но бедняги случилась плохая реакция на одно из зелий! – проревел Оз. – Он болен и слаб, он напуган, и ему нужна помощь! Поэтому, вместо того, чтоб бузить, лучше пойдите и найдите его! - Да кто он такой?- спросил кто-то. - Он…, - Оз помолчал, потом покачал головой. – Он новенький. Не из нашего поселения. А теперь, пожалуйста, помогите нам его найти! Толпа как раз рассеялась: одни поднялись вверх, другие побежали по земле. Некоторые гномы тоже почувствовали срочность и стали собирать свои поисковые отряды. Единственный тролль, который остался, был синий – Эрнан. Он подергал себя за рога, похожие на рога коровы. - Оз, что же происходит? – упрямо спросил он. – Этот тролль был Птеростриксом. Я его видел! За пределами нашего посёлка их не бывает … О, скажи мне… Ах, с тобой человек! Барбара моргнула, когда поняла, что он только сейчас её заметил. Она кивнула: - Меня зовут Барбара. Я подруга...ну… Тролль склонил голову набок. - Подруга? Этого нового тролля? У нас тут много странного бывает. Но для других троллей это неслыханно! Оз, так кто же этот новый стрикс?.. Кстати, меня зовут Эрнан. Очень приятно познакомиться… Барбара улыбнулась, несмотря на панику, поднимающуюся в груди. Эрнан казался очень рассеянным, очень похожим на другого синего тролля, которого она знала. Он также казался очень вежливым – черта, общая для большинства троллей Олимпии, очевидно. - Его зовут Уолтер, - сказала она. – Уолтер Стриклер. Эрнан вдруг посерел, словно окаменел прямо у нее на глазах: - Стрик ... Стрикландер? – наконец пробормотал синий тролль. – Он здесь? Прежде чем Барбара успела спросить, откуда он знает Уолтера, особенно его троллье имя, Эрнан пустился ходить по кругу. - О боже, боже, боже, - забормотал он. – Это плохо! Это Яге не понравится… - Эрнан, соберись! – рявкнул Оз. – Мы должны его найти! Синий тролль тут же кивнул: - Прекрасно, да, да! Я помогу в поисках! Если он на земле, я уверен, что найду его... о, это будет не весело… Он поспешил куда-то, всё бормоча что-то себе под нос. Оз покачал головой: - Не обращай внимания на Эрнана. Он может быть немного эксцентричным и странным, но он хороший парень. - Он знает Уолтера, - ответила Барбара. – Откуда он его знает? Оз не ответил. Они побежали рысью по главной улице меж деревьев. Время от времени Оз останавливался и принюхивался. Барбаре нравилось, что у троллей такое сильное чутьё. Вскоре тролль замер. Ещё пару раз принюхался, крутя головой в разные стороны. Затем бросился в переулок, Барбара поспешила за ним, хромая на больную ногу. Оз обнюхал темный угол: - Уолтер был здесь! Он тут стоял. - Как ты узнал? - Тут его запах сильнее. Это значит, что он стоял тут более двух секунд. Но куда он потом делся? Его нос опять дёрнулся. Он огляделся, потом взял Барбару за руку и побежал в другом направлении. Они протиснулись сквозь заросли и оказались возле одного из больших мертвых деревьев. Барбара заметила дыры в его коре. Как будто кто-то забирался по стволу. Оз расправил крылья и тревожно заверещал, напугав Барбару. У неё едва хватило времени, чтобы снова снять очки, прежде чем тролль схватил её и взмыл в воздух. Она держалась изо всех сил, пока они стремительно поднимались, до балкона на самой вершине. Несмотря на грубый и внезапный взлет, у Оза хватило соображения сделать посадку мягкой. Он осторожно приземлился и выпустил Барбару из своих объятий. Затем бросился внутрь дупла, крича что-то по-тролльи. Барбара кинулась за ним и чуть не врезалась в его спину. - Оз, что случилось?! Потом она посмотрела мимо тролля и замерла. На полу сидела пожилая троллиха. Её тело было цвета камня-перидота. Длинные белые волосы троллихи были собраны в пучок на затылке. Уолтер лежал рядом, в глубоком обмороке или сне, его голова покоилась у троллихи на коленях. Он выглядел невредимым, умиротворенным. Троллиха нежно гладила его по волосам и рогам. Она подняла голову, посмотрела на вошедших. Барбара едва не ахнула, увидев жуткие шрамы, покрывавшие одну сторону ее лица. Левый глаз троллихи был совершенно слеп, один из огромных рогов – полностью обломан у основания. Другой рог был такой же формы, как у Уолтера, но длиннее и загнут на конце. Она улыбнулась. Ее лицо, как бы оно ни было изуродовано, светилось радостью. - Оз, - прохрипела она таким голосом, словно каждое утро глотала острые камни. – Глянь, кто вернулся домой! Взгляд её здорового глаза, когда она вновь посмотрела на Уолтера... это было… Барбара знала, что так она сама иногда смотрела на Джима. И она вдруг поняла, что это не случайная троллиха. Это была мама Уолтера…