Доверяй своим

Стриклер приходил в себя медленно. Иногда ему казалось, что он слышит голос Барбары, и ему хотелось, чтоб так оно и было. Слышались ещё чьи-то голоса, глухие, смутные. Их он не мог узнать. Потом ему показалось, что его подняли и куда-то понесли, но в этот момент сознание вновь помутилось, и он утонул в темноте и глухоте. Когда вновь пришёл в себя, за его опущенными веками плясали огоньки, и он подумал, что, если откроет глаза, то от огоньков ему станет больно, поэтому решил не открывать глаз. Вскоре слабость вновь утащила его в тёмное забытьё. Наконец, после нескольких неудачных попыток прийти в сознание, Уолтер вернулся в реальность уже по-настоящему. Первое, что он заметил, было то, что он лежал в мягком и тёплом гнезде из множества пледов и одеял. Он учуял запах Барбары. Еще пахло землёй, дождём и... чем-то ещё. Был запах кого-то другого. Но Уолтер сосредоточился на запахе Барбары, уткнувшись носом в мягкое одеяло. Узнал и запах машины. Неужели он сейчас в авто? Может, они уже едут обратно в Аркадию? Уолтер осторожно открыл глаза. Да, тут были те подушки и одеяла, которые они захватили машину, но имелись и другие покрывала. Он прищурился и в тусклом свете увидел перед собой каменную стену. Кажется, он был в небольшой пещере. Стриклер пошевелился – одеяло соскользнуло с его плеч. Крылья неловко сложились, когда он перевернулся. Потолок был таким же, как и стена: темный и каменный. С другой стороны его постели виднелся тёмный полог, немного потрёпанный. Он висел на металлической трубе. Мягкий свет мерцал за бурой материей. Где-то рядом кто-то на кого-то зашипел, призывая к тишине. Возможно, эти кто-то не желали его будить. Стриклер откашлялся, приготовившись вступить в контакт. Голоса вообще умолкли. Послышался шорох, и полог вдруг чуть съехал в сторону – появилась Барбара. Она улыбнулась, глядя ему в глаза. - Уолтер, - счастливо вздохнула она. – наконец, ты проснулся. Как себя чувствуешь? Он приподнялся и сел, поморщившись, когда треснул его позвоночник. - Как будто я пробежал марафон. Она усмехнулась: - Ну...ты не ошибся. Как голова? Стриклер поднял руку, чтобы ощупать затылок и темя. И там, и там болело. Обнаружил шишку, весьма крупную и болезненную. - И кто меня ударил? - проворчал он. - Если честно, - хмыкнула Барбара. - Ты сам себя ударил. Летел и сбивал знаки, фонарики, носки ... мне сказали, что видели, как ты врезался головой в толстую ветку. - Я... как это? – он удивленно моргнул. Барбара улыбнулась: - Уолт, милый, у тебя ... ну, это был очень сильный приступ. Ты был не в себе, вылетел из Каменного сердца, сильно запаниковал. Потом прилетел сюда… Стриклер прижался спиной к каменной стене. Стыд заныл у него в животе. Подумать только! Он сломался на публике! Он не делал этого со времен детства в Темных Землях, и это едва не стоило ему жизни! Он со стоном потер ладонями лицо. Было ужасно неловко... взрослый, самостоятельный мужик, не ребенок… Как ему теперь оправдать такое поведение? - Уолтер, - Барбара погладила его по плечу. - Перестань дуться. Никто не собирается тебя стыдить или шантажировать. Они вообще никого не шантажируют… - Это дело принципа, - проворчал Стриклер. Теперь Барбара погладила его по колену, и он посмотрел на женщину сквозь пальцы. Барбара полностью залезла к нему в постель, устроилась рядом и выглядела так, что было ясно: она не собирается терпеть его режим «моя гордость уязвлена, и я буду сидеть тут вечно». Он вдруг почувствовал себя подростком, которого мама уговаривает не бузить. Он вздохнул. Возможно, он вел себя немного по-детски. Барбара раньше говорила, что не стоит стыдиться нервного срыва. Многие другие люди и другие тролли знали, что у него была изломана психика. Он убрал, наконец, ладони от лица и погладил пальцами пальцы Барбары: - Я ... я сделал что-то ужасное, пока метался, как сумасшедший? - Ну ... - она снова улыбнулась, но уже нервно. - Ты ... ты вроде как сбежал... - Прошу прощения? Вдруг из-за полога к ним сунулась ещё одна голова. Это было... Боже! Уолтер подумал, что смотрит в зеркало! Он моргнул, увидев то, что казалось более молодой и тёмной версией его самого. Юное отражение ухмыльнулось Стриклеру: - Ты прилетел домой, к маме, - сообщил он. Уолтер моргнул. Затем прищурился и прорычал: - Ты кто такой? - Тише, Уолт. Это друг, - Барбара вновь погладила Уолтера по колену и повернулась лицом к молодому троллю. - Оз, ты не мог бы...? «Оз? Что за имя такое для тролля», - подумал Стриклер, но умолк, чуть успокоился. Потом спросил: - Кто это? - Озиус, - ответила Барбара. – Он нашел нас в лесу, у колледжа, когда ты упал. Смутные воспоминания всплыли в голове Уолтера. Он закрыл глаза. - Я... прости... я не очень хорошо помню. Ты говорила, что едешь по шоссе со скоростью в 90 миль... Барбара фыркнула, явно забавляясь: - А потом что помнишь? Ничего? Он вспоминал смутно, но думал, что это был сон. Зеленый зал… каменное ложе… Барбара гладит его лицо… какой-то старый тролль тянет её прочь… Он вдруг увидел перебинтованную лодыжку Барбары, похолодел: - Я тебя ударил?! Она опустила глаза и махнула рукой: - О нет! Я поскользнулась, когда тащила твой каменный зад через лес. Уолтер, ты, наверное, самый тяжелый прут, который я когда-либо видела! Уолтер фыркнул. А Барбара протянула руку, погладила его по щеке, довольно улыбаясь: - Оз ведь прав. Ты прилетел к своей... хм… маме. Ее тон был легким, как будто она находила это забавным. Уолтер же пришел в ужас. Он совершенно не помнил свою мать, так как же он нашел ее? Случай? Инстинкт? А как она отреагировала, обнаружив, что ее тысячелетний, давно потерянный сын был подменышем? Знала ли она вообще об этом? Барбара, казалось, почувствовала его вновь нарастающую панику. И поцеловала Уолтера в щеку: - Милый, всё хорошо. Она была безумно рада тебя видеть. Она очень хочет познакомится с тобой. - Барбара, - запротестовал Стриклер. – Я не Оливер Твист, нашедший своих потерянных родных. Я… Она шикнула на него: - Ты пойдешь к ней и хотя бы поздороваешься. Стриклер подавил желание заскулить, как чёртов щенок. В конце концов, он проглотил свою гордость (или немного желчи) и медленно вытащил сам себя из подушек и одеял. Барбара скользнула за полог первой, придерживала его для него. Уолтер заморгал, потер глаза, привыкая к свету...