you be good

Перед тем, как вернуться домой, он заглянул в «Фукузаву» за кофе: смешной молодой стажер едва не перепутал заказ и чуть не закинул ему в капучино ужасно сладкий сироп. Накахара немного посмеялся вместе с Ацуши: что ж, это было очень иронично. В самом деле. Накаджима был рад его видеть, Куникида поздоровался с ним: «Фукузава» никогда не было просто местом, это были люди. Чуя подумал, он будет скучать по нему, когда уедет на учебу в Токио. Это будет приятная ностальгия. В квартире было тихо. Он сбросил сумку на пол, отмечая, что пропала пара ботинок. В его голове стрельнула мысль, что точно, Осаму же уехал. Он не забывал об этом ни на секунду, но в этот момент эта мысль обрела очертания. Она стала реалистичной, а не просто грустной, и приобрела грубую очевидность. Накахара сбросил кеды и прошел в дальнюю комнату: футон был убран, как и кружки, винные бутылки, пустые пачки сигарет, который он так привык видеть. Комната казалась пустой. Дазай оставил ему свою гитару, позаботившись и приклеив стикер на гриф: «верни мне ее в целости и сохранности, иначе я откушу тебе голову». Очень романтично. Чуя содрал стикер, и с несдержанной улыбкой положил его в нагрудный карман. Он мог представить, как Дазай сказал бы ему это в лицо, каким голосом и какой интонацией, с каким выражением лица. Он мог очень хорошо это представить. Из шкафа пропал тренч, тяжелая кожанка и тот самый старый задрипанный свитер, который Чуя ненавидел всей душой. Пропали разбросанные по полу и на синтезаторе партитуры, папки и ручки, карандаши. Накахара упал в своей комнате на кровать, помятую и холодную, сжал пальцами простыню в складки и глубоко вдохнул. Она все еще пахла Дазаем. Все еще. Солнечный свет падал ему на лицо, заставляя немного жмуриться. Он мог видеть пылинки в воздухе, такой это был свет. В нагрудном кармане шуршал бумажный стикер. Он закрыл глаза. Он мог лежать вот так и воображать, что все хорошо, что Дазай еще рядом и просто отошел на кухню, чтобы заварить очередную кружку кофе и выкурить сигарету. Это было бы так замечательно и глупо. Мечты — это всегда прекрасно. Чуя распахнул глаза, уставился в потолок и подумал. Он не собирается лежать и мечтать о том, чего нет. И жалеть себя, Дазая и кого-либо еще он тоже не будет. Он подумал. У него есть все, чтобы быть чертовски счастливым.