Голодные псы

– Какого рожна? Большой Папочка за тебя награду обещал. И чем живее будешь – тем больше. А я бы тебя вообще копам сдал, но ты сдашь нас, так что лучше уж прилюдная казнь. Детектив обернулся и увидел Энди с битой в руках, на лице которого не читалась ни одна эмоция. Разве что подергивание бровью выдавало его раздражение. – Тут парень покруче копа. Вы вообще в курсе, что тычете пальцем в детектива? Настоятельно советую отвалить отсюда. – Ага. Прямо побежали, – скривился парень с черными волосами. Шакал демонстративно вздохнул и закатил глаза. В ту же минуту мальчонка, выбивший пистолет из рук Картнера, оказался на земле, скрюченным от боли и напоминающим червя. – Это я еще не размялся, если что, – ухмыльнулся уголком губ Энди. Но рыжий парень, недолго думая, ринулся вперед. Едва он приблизился к Шакалу, как зубы, словно разорванное жемчужное ожерелье, посыпались на асфальт. Он бил противника кулаком в нос с такой яростью, что, казалось, от лица ничего не останется. – Проваливай, Тоби. И забирай парней. Жалеть я вас не буду. Думаю, это было понятно еще в баре, – неожиданно отрывается от своего развлечения Энди. Черноволосый сплюнул на асфальт: – Береги себя, Шакал. Большой Папочка придет по твою душу, – он попятился назад. В пару мгновений от псов и след простыл. – Да я бы справился, – попытался восстановить пошатнувшуюся репутацию детектив. – Да, я видел, – взглянул на него парнишка исподлобья, пиная один из зубов словно мячик. – Что за извращение? Прекрати, – поморщился Джек. – Что за извращение пытаться показаться крутым, здраво не оценивая свое положение? – поднял одну бровь Энди. – Я же говорю, что справился бы. А ты их просто припугнул. – Вот именно, что припугнул. А если бы это не сработало – тебя бы в реанимашке потом нашли в лучшем случае, а меня - на виселице без рук и ног. Молодец, Джек. Так держать. Самое время ребячиться! Джек почувствовал, как Шакал стал закипать. – Эй-эй-эй! Все нормально. Все обошлось. Садись в машину. – Нихрена ничего ненормально! – бита в его руках трескается пополам. Затем он со всей дури бросил ее в сторону. Глаза Картнера округляются. Понятно, что бита всего лишь деревянная, но... Неожиданно парень успокаивается и выдает тихим голосом: – Я просто еще не хочу умирать, – после чего он молча сел в машину. Джек не стал ничего отвечать. Ведь он понял, что его героизмом двигала глупость. Он сам не осознавал, что на него нашло: он никогда так не поступал и не поступил бы. Удивленный самому себе, он заметил одну маленькую деталь в словах дикого пса, которого, кажется, практически приручил. Шакал беспокоился сначала о нем, о Джеке. И только потом упомянул о себе. Будучи на эмоциях, он выразился именно в такой очереди. И последняя фраза звучала как оправдание. Не означает ли это того, что Энди по-настоящему забеспокоился о детективе? Тем более, он мог остаться в машине и не спасать его задницу.