Гималайские маки

Драконье озеро (Шамбала), четверг, 5:27 a.m. Бамбуковых клеток было две. Одноместное размещение, если так можно выразиться в отношении этих тесных временных «апартаментов», в которых очутились повелитель и оружие. На номер в отеле помещение с клетьми точно не тянуло. Даже на однозвездочную гостиницу. Где они сейчас находятся, сколько времени прошло и как они вообще очутились в этом странном месте — Спирит не знал. Кид, впрочем, тоже. Последнее, что оба помнили — белый туман внизу и взорвавшийся дракон сверху. От одежды и волос неприятно пахло, лица наверняка были чумазыми, только в полумраке этого пока не разглядишь. Света было настолько мало, что даже стены тонули в черноте, а два узких окна серыми пустыми глазницами ждали рассвета. Пора было выбираться отсюда. Может, бамбук и достойная замена стали для удержания обычных людей, но только не для учеников и преподавателей Академии Шибусен. Черное острое лезвие разрезало толстый полый стебель без каких-либо усилий, затем второй, третий. Выкарабкавшись из разрубленной клетки, Спирит наконец смог выпрямиться в полный рост и сразу же освободил Кида, после чего они молча нащупали дверь и также, не проронив ни звука, выбрались в освещенный китайскими фонарями коридор. Длинный проход заканчивался поворотами в обоих направлениях. Надраенный до блеска пол, яркие росписи на стенах с изображением местных птиц и зверей с вкраплением покрытий из сусального золота, высокий потолок с перекрытиями — все свидетельствовало не в пользу рядовой тюрьмы. Однозначно храм или жилое помещение. Времени строить догадки не было, потом разберутся. И поговорить успеют тоже потом. Коса Смерти в очередной раз порадовался про себя, что сейчас рядом с ним не болтун Блэк Стар, тот бы точно уже устроил знатный переполох и всех перебудил своим мегавеличием. Хотя в этот ранний час бодрствовали не только Спирит с Кидом. До слуха донеслись женские голоса и приглушенный смех, поэтому бывшие пленники снова нырнули за дверь тюрьмы и осторожно выглянули. По коридору мимо них неторопливо прошествовали две девушки. — Как будто я попал в китайскую историческую порнушку… — пробормотал себе под нос Спирит, провожая взглядом симпатичных девушек-азиаток в ярких, расшитых цветами ханьфу*. — Почему порнушку? — вполне ожидаемо с удивлением спросил Кид и на всякий случай еще раз забегал глазами по внутреннему убранству помещения. Наверняка в поисках фаллических символов, ну или хотя бы чего-то, что могло напоминать сцены из Камасутры или голую грудь. Ничего подобного в окружающей обстановке, конечно, не было, а Спирит уже корил себя за длинный язык. И что сейчас ответить Киду? Признаться, что кроме порно, он из шедевров китайской киноиндустрии и не смотрел ничего, чтобы получить очередной плюс в переполненную копилку с ярлыком «озабоченный извращенец» еще и от Шинигами-младшего? Ну уж нет. — Просто девушка на одну актрису похожа, из этих… хотя они все на одно лицо, — уверенно соврал Спирит без каких-либо угрызений совести и сразу перевел тему: — Как думаешь, в какую нам сторону? — Похоже, что выход там, — Кид кивнул в направлении, куда только что завернули девушки. — Мне кажется, что приток свежего воздуха идет оттуда. К счастью, в столь ранний час длинные галереи оказались пустынны, и двое бывших пленников бесшумными перебежками довольно быстро добрались до массивной резной двери предполагаемого выхода. — Надеюсь, хозяева, кто бы они ни были, не обидятся, что гости ушли по-английски… — Спирит обернулся напоследок, как-то слабо верилось, что им с Кидом так просто удалось слинять из заточения. Но коридор за спиной был пуст и тих, а Кид сосредоточенно молчалив. Тоже прислушивался? — Спирит, тебе не кажется, что здесь теплее, чем в остальной части здания? — молодой человек положил одну ладонь на дверное полотно, а второй расслабил воротник тонкой шерстяной водолазки. Конечно, черной. Если уж Шинигами-младший вынужден был распрощаться со своим любимым костюмом, то с любимым цветом — никогда. — Это просто от волнения, — отмахнулся Коса Смерти и с силой надавил на дверь плечом. Только бы не оказалась скрипучей и не подняла всех на уши. Нет, скрипа не было, только вот… В сером свете предрассветного утра и неярких фонарей дверь выглядела тяжелой и неповоротливой, но оказалось, что она с легкостью распахнулась бы даже от легкого нажатия рукой. От сильного толчка плечом обе створки открылись с такой молниеносной скоростью, что хлопнули о стену, а Спирит с ускорением вылетел за дверь и тут же вскрикнул от ужаса. За дверью оказался туман. Густой и белый, он окутывал все вокруг и тут же поглотил нежданного гостя. Сердце Косы Смерти ушло в пятки, воспоминания о том, как белые иглы тумана совсем недавно разорвали гигантского дракона на мясную мозаику, тут же захватили все его мысли, а нутро заполнилось липким страхом: умирать Спирит не хотел. Тем более таким неэстетичным способом. Рука в черном рукаве появилась внезапно и крепко схватила Спирита за локоть: — Превращайся, — скомандовал голос Кида. Даже в такой ситуации наследник Шинигами оставался хладнокровным и трезвомыслящим. И Коса Смерти готов был сейчас ему за это признаться в любви. Правда, хладнокровие уступило место недоумению уже в следующее мгновение, потому что из белого облака раздался визг. Женский, испуганный и негодующий. Совсем не похожий на тот рык, что им довелось услышать несколько часов назад. А потом Спирит вдруг осознал, что ему не холодно, как было тогда, с драконом, и что туман больше похож на горячий пар. — Баня?! — озвучил он догадку. Ответить Кид не успел, потому что из парных недр на него внезапно вылетел деревянный ушат, и молодой человек взмахнул косой, чтобы отразить атаку. Кадка разлетелась в щепки, а гордость Спирита — в труху: лучшая и сильнейшая Коса Смерти только что спасла повелителя от шишки тазом. Но окончательно его самооценку уничтожили мастерски разрубленные мочалки и, кажется, кусок мыла с ароматом лотоса. Но карма, как известно, накрывает всех без разбора, поэтому расплата в виде растоптанной гордости не обошла стороной и Кида. Редеющие клубы пара все больше расчищали вид на поле боя и неприятеля в лице прекрасных обнаженных дев. До умопомрачения красивых и до такого же умопомрачения бесстыжих, потому что эти красотки и не думали прикрывать свои прелести от незнакомцев. Их оказалось десять: трое сидели на краю купальни, еще двое в ней, остальные расположились около душа и зоны с банными принадлежностями. Все молодые, черноволосые и стройные: с упругой грудью, тонкой талией и крохотными татуировками на сочных ягодицах. Как будто самые смелые фантазии Спирита только что воплотились в реальность. Хотя до десяти девушек сразу его искушенный женским вниманием мозг в откровенных думах еще не доходил. А тот факт, что молодые особы выглядели ровесницами Маки, вообще лучше было не обдумывать. Мужчина возблагодарил небеса, что он сейчас в виде косы и может открыто пялиться на райское зрелище, при этом краем глаза отметил, что черная водолазка Кида удивительно хорошо сочетается с красным цветом лица молодого человека. — Прошу прощения, дверью ошиблись, — серьезно произнес Кид с последними крохами достоинства, наверняка и в глаза какой-то из девиц пытался смотреть, а не на ее аппетитные прелести. Вот глупец, когда еще вживую такое увидит! Разве что снова в баню ненароком попадет. Девушки от подобной учтивости заливисто рассмеялись. — Может, спинку потрешь, милаха, раз уж зашел? — сказала одна из них и протянула руку с пенной мочалкой. О, Спирит бы потер. И не только спинку, и не только этой негоднице… Раздавшийся за спиной суровый мужской голос вернул мысли мужчины в целомудренное русло. — Что тут устроили, а?! — грозно рыкнул на девушек только что вошедший старик и тут же перевел злой взгляд на Кида: — Поглазели и хватит. Даже сбежать нормально не смогли, олухи. Кид приосанился и тоже недовольно сверкнул золотыми очами, оперевшись на Спирита-косу: — Попрошу выбирать выражения. Вы вообще в курсе, кто мы? — А ты, олух Шинигами-младший, в курсе кто я? — недовольно фыркнул старик и направился из бани. Коса Смерти тоскливо кинул последний взгляд на девушек и, оказавшись за пределами парной, вновь принял форму человека, чтобы последовать за загадочным хозяином дома. В том, что этот щуплый старикашка в темно-бордовом мужском ханьфу — хозяин дома, Спирит почему-то не сомневался. Слишком уверенная походка, слишком суровый взгляд, слишком бесцеремонное обращение. На гостеприимство здесь рассчитывать точно не стоило, хотя это и понятно — почетных гостей обычно в бамбуковых клетках на ночлег не размещают. Старик тем временем подошел к одной из дверей и легким касанием распахнул ее настежь. — Выход был здесь, — презрительно усмехнулся он и развернулся к гостям. За дверью занималось погожее утро, холодное и ветреное. А ведь сейчас начало лета. Первые лучи солнца только что показались из-за ближайшего горного пика и нырнули солнечными бликами в озеро, то самое, около которого вчера все и произошло. Только вот Спирит мог поклясться, что вчера на берегу озера не было ни намека хоть на какие-то строения, а теперь они находились или в очень большом доме, или даже во дворце на восточный манер, который судя по всему располагался почти у воды. Коса Смерти посмотрел на противоположный берег и узнал место — именно вот на тех двух камнях они с Кидом убили почти три часа времени, а чуть поодаль случился бабах с драконом. Дракон… Спирит развернулся к старику и внимательно вгляделся в черты его лица, которые отдаленно кого-то напоминали. Седые волосы в высоком хвосте, вытянутый овал лица со старым шрамом на щеке и верхней губе, крючковатый нос, угольно-серые глаза… Да ладно?! — Дракон Чилун? — нестройным хором спросили Кид со Спиритом. Видимо, молодой человек пришел к тем же выводам. — Он самый, — гадко хихикнул довольный старикашка. — Но вы же вчера… — Шинигами-младший поморщился, — умерли. — Чуть не умер, — поправил Чилун. — Пришлось избавляться от драконьего тела, чтобы не заразиться скверной. Это вы во всем виноваты. Странный вывод. Спирит вдруг понял, что этот дедулька ему глубоко несимпатичен. Противный и мутный тип. В облике дракона он хотя бы выглядел величественно. — А мы здесь при чем? — нахмурился Кид. — Мы вообще-то пытались вас спасти от ледяного тумана. — Вы вообще-то этот туман и породили, два олуха. Демоны Цати — порождения человеческих темных помыслов, которые они смеют впускать в свою голову в священном месте. Вы должны были прийти с умиротворением и смирением, а вместо этого ты, — старик ткнул костлявым пальцем в Спирита, — думал о греховном поступке с неким юношей! Коса Смерти поймал на себе косой взгляд Кида и, кажется, даже уловил направление его мыслей. Абсолютно неверных! Старик, конечно, мастер формулировок! Еще не хватало, чтобы его в пидоры-педофилы записали. — А ты, — продолжил между тем Чилун, теперь ткнув пальцем в молодого человека, — все время думал о том, что у дракона всего один ус! Один. Ус. Что в этом такого-то?! — Несимметрично, — буркнул в ответ Кид. — Еще потом и сюда попали, потому что прицепились к хвосту, как пиявки. Клетки разрубили, моих невест напугали… Одни неприятности с вами. Кто бы говорил, подумал про себя Спирит. Не тянул бы вчера резину три часа, ничего бы не было. И драконы целы, и гости довольны, как говорится. Сам же в молчанку играл, а теперь еще их с Кидом обвиняет. Да уж, теперь о сотрудничестве против ведьм можно забыть. Хотя, может, и к лучшему? Ну их, этих динозавров и по виду, и по возрасту. — Так мы, может, тогда пойдем? — спросил тем временем Кид. Судя по его выражению лица, старикашка ему тоже не особо нравился. Вообще, у них всех это было, кажется, взаимно. Чилун фыркнул: — Куда? Отсюда нет выхода, пока вы не очистите свой разум от греха. Будете за моими яйцами ухаживать, а там посмотрим. — Он гадко хихикнул. — Идите за мной. Спирит с Кидом переглянулись. — Он ведь имеет в виду какие-нибудь другие яйца, а не те, что при нем? — неуверенно зашептал Коса Смерти молодому человеку на ухо. — Я на полировку чьих-либо яиц не соглашался, — ответил тот, и Спирит понял повелителя без дальнейших разъяснений. Они оба развернулись и рванули за порог дома-дворца. Глупо не воспользоваться таким шансом с открытой дверью. Ощущение вновь обретенной свободы длилось всего несколько секунд, потому что внезапная боль пронзила ягодицу Спирита и тут же заполнила собой все вокруг. Мышцы онемели, ноги подкосились, и мужчина мешком рухнул на камни. Вторым таким же мешком рядом с ним свалился Кид. Видимо, побег не удался.