Гималайские маки

Город Лхаса, суббота, 9:01 p.m. Официальная часть с речами, аплодисментами и поздравлениями закончилась час назад. Больше не нужно было жать руку преподавателям, пытаться выдавить вежливую улыбку и чувствовать себя диковинным зверем, на которого все пришли поглазеть. Последовавшая за скучной болтовней студенческая вечеринка немного отвлекла всех от Соула и, набрав обороты, все больше напоминала движуху в обычном клубе. Веселиться в Академии умели. Китайская и корейская попса вперемешку с нестареющими медляками из двухтысячных царапали слух, хохот и возгласы не замолкали ни на секунду, а поток из девчонок, желающих пообщаться с Косой Смерти Соулом Итером, наконец пошел на убыль. Галстук удавкой сдавливал шею, поэтому Соул дернул за него, чтобы ослабить, потом безразлично прогулялся взглядом по столу с закусками, не нашел ничего аппетитного и взял фужер с шампанским (единственное, что преподаватели разрешили из спиртного). Стена, которую он устало подпер спиной, тонула в полумраке — свет с танцпола сюда не дотягивался, а светивший в окно фонарь плохо справлялся со своими обязанности, чем и пользовалась какая-то пылкая парочка влюбленных. Соул скосил взгляд на целующихся и хмыкнул: кажется, рука парня уже блуждала где-то под короткой юбкой своей подруги и, судя по настрою обоих, до комнаты они не дойдут: максимум до ближайшего туалета. Он сделал глоток из фужера: пузырьки ударили в нос и в голову — пожалуй, этот пятый по счету будет последним, иначе Соул Итер рискует все-таки прожечь дырку на Маке Албарн к концу вечера и окончательно заблудиться взглядом в ее ногах. Он усмехнулся сам себе и снова отыскал ее глазами в толпе почти на противоположном конце зала. Конечно же в сопровождении Джоан и Спирита. Папаша весь вечер бдительным Цербером кружил вокруг своей дочери и ее оружия, отпугивая злобным взглядом «героев», которые отважились-таки пообщаться с обеими девушками. Спирита Соул не боялся. Зато волновался за себя. Он не видел Маку с того момента, как отправил всех на машине до Лхасы, а сам погнал в город на мотоцикле. В Академии все уже стояли на ушах от новостей. Соул до позднего вечера так и не знал, что его ждет: отчисление со скандалом или поздравления. Без головомойки от господина Шумина, десятка объяснительных и стольких же выговоров за нарушение правил, конечно, не обошлось. Его таскали из кабинета в кабинет, требовали подробностей, просили повторить еще раз то же самое на бумаге, приходили в ужас от такого наглого попрания пунктов устава, отчитывали, ругали, грозились отчислением и все-таки в конце концов поздравляли с искренней улыбкой. Наконец в субботу утром ему сообщили, что вечером новоиспеченного Косу Смерти официально представят на праздничном мероприятии в его честь. Соул снова отпил шампанского и поднял фужер так, чтобы окружить Маку золотистыми пузырьками. Пусть лучше они будут вокруг нее, чем в его голове. Их там уже и так, кажется, достаточно. Хотя он подозревал, что дело не только в шампанском. Голос Кида раздался неожиданно близко. Соул и не заметил, когда его друг успел подпереть стену рядом, а влюбленная парочка уже куда-то испарилась. — Мог бы и пригласить Маку потанцевать. Это ведь отчасти и ее праздник тоже, — сказал он, засунув руки в карманы брюк и рассматривая через шампанское в руке друга дергающихся на танцполе людей. Соул залпом выпил оставшуюся половину спиртного и поставил пустой фужер на подоконник. — С чего ты решил, что я хочу с ней танцевать? — спросил он и тоже засунул руки в карманы брюк. — С того, что косишься на нее весь вечер… — Кто бы говорил, — хмыкнул Соул. — Иди уже и потанцуй с Джоан Кеплер. — Чего? Зачем? — не понял Кид. — Да потому что пялишься на нее второй час. Шею скоро свернешь. — Да я не… — начал оправдываться Шинигами-младший. — Ты не так понял! — И чего ты в ней такого нашел? Она что, симметричней остальных девчонок? — Да не в этом дело! — Кеплер сказала, что я последний, с кем бы она стала встречаться, так что оказаться в конце списка ты уже не рискуешь, — хохотнул Соул, которому вдруг стало весело от того, как Кид неумело пытается оправдаться. Хотя чего-чего, но от симметричного друга он ожидал более утонченного вкуса в выборе предмета воздыхания. Джоан Кеплер, конечно, симпатичная, если уж быть объективным, но вот язык у нее слишком длинный и острый. Интересно, это у него давно или его в Шамбале подстрелил в задницу какой-нибудь китайский Амур? — Боюсь, что начало списка тоже занято, — озабоченно пробормотал Кид и тут же сменил тему разговора: — Что планируешь теперь делать, Коса Смерти? Соул перестал улыбаться и пожал плечами: — Пока не знаю. Сначала хочу встретиться с Линг и попросить прощения. Я очень перед ней виноват. — Ты спас Маку… — Это ничего не меняет. Кид даже не подозревал, насколько присутствие Маки все усложнило между Соулом Итером и Линг Янг. И хорошо, что не знал. Еще дельных советов не хватало. — Слушай, я тут поговорил с отцом… — начал Шинигами-младший. — С Чилуном у нас не получилось договориться насчет сотрудничества против ведьм. Возможно, с Линг теперь удастся. Мы подумали и решили, что мне стоит еще на несколько дней задержаться в Лхасе и побывать на Драконьем озере. Ты как? Поедешь со мной? — Поеду, — не раздумывая согласился Соул. — Так ты, значит, завтра не улетаешь с остальными? — Нет. А ты планировал вернуться с Макой домой? — Кид с любопытством скосил взгляд в сторону друга. Соул отрицательно качнул головой. Шинигами-младший хотел было что-то возразить, но замолчал, потому что прямо перед обоими молодыми людьми вдруг возникла Мингжу и хитро сощурила глаза: — Вы чего тут в темноте уединились и шушукаетесь? — спросила она, подозрительно переводя взгляд с одного на другого, и улыбнулась так, будто только что узнала какую-то страшно интересную сплетню. — Оставь свои яойные фантазии при себе, лиса, — закатил глаза Соул и кратко представил молодых людей друг другу. — В моих фантазиях тебя никогда и не было, Соул-кун. И вообще я не тебя искала, — фыркнула девушка и перевела взгляд на Кида: — Расскажешь мне про Шамбалу? А то мы с Макой столько всего начитались в библиотеке, что мне даже интересно, что из этого правда, а что нет. Кид вдруг отчего-то замешкался: то ли не хотел снова вспоминать про свою ячью сущность, то ли его смущал странный наряд Мингжу, по цветовому сочетанию больше похожий на взрыв радуги, а по виду — на платье куклы. Наверное, эстетический вкус Шинигами-младшего впал от подобного зрелища в кому. — Ну я даже не знаю… — растерянно улыбнулся Кид. — А что конкретно тебя интересует? — Все! — даже в полутьме Соул видел, как загорелись интересом глаза Мингжу. И неожиданно вспыхнули еще ярче: — Это же «Sing for you»! — Чего? — не понял Кид. — Моя любимая песня у EXO! Пошли потанцуем, пока рассказываешь, — и девушка потянула парня за собой. — Пожалей уши Кида, Мингжу! — Соул не знал, смеяться ему или сочувствовать другу. Танцевать под медляк от милых корейских мальчиков — романтика, твою ж мать, хоть стой, хоть сразу вешайся. — Ничего ты не понимаешь в музыке, Итер! — китаянка, не оглядываясь, показала на прощание Соулу средний палец с намеком «класть я хотела на твое мнение» и потащила Кида дальше к танцполу, чуть не столкнувшись по пути с Макой. Повелительница удивленно оглянулась, провожая странную парочку взглядом, а Соул вдруг ощутил себя малолеткой наедине с девочкой, которая ему очень нравится. Все мысли разбежались, и он никак не мог собрать их воедино, вот почему просто молча расплылся в дебильной радостной улыбке, глядя на Маку. В голове шипело и пузырилось шампанское, танцующие парочки за спиной повелительницы медленно раскачивались под корейский медляк, а огни с танцпола цветными бликами раскрашивали ее распущенные волосы, пятнами света ползли по белой вязаной кофте с глубоким вырезом на спине и плутали в складках нежно-розовой, почти персиковой, плиссированной юбки до колена. Соул только сегодня вспомнил, какой разной может быть Мака Албарн. И вот к такой Маке — непривычно женственной, изящной и беззаботной — он оказался не готов. А оставаться с ней наедине — тем более. Мака остановилась в паре шагов от Соула и заправила выбившуюся прядь за ухо, молча глядя на виновника торжества в ожидании, что он заговорит первым. — Только не говори, что хочешь заставить меня танцевать под этот ужас, — ляпнул Соул первое, что пришло на ум. — Нет, не хочу, — Мака расплылась в загадочной улыбке и сделала шаг вперед. Он здраво рассудил, что все-таки лучше разговаривать, чем просто стоять и лыбиться: — И как ты умудрилась удрать от своего папаши? Подсыпала ему снотворное? — Просто попросила Джоан утащить его потанцевать. — Мака продолжала загадочно улыбаться: — Соул, можно тебя украсть минут на двадцать? У меня для тебя есть сюрприз. Соул честно пытался смотреть ей в глаза и не опускать взгляд ниже: — Я их не очень люблю, ты же знаешь. — Знаю, — он вдруг почувствовал, как Мака сначала легко коснулась тыльной стороны его кисти, а потом нерешительно взяла за руку. — Но этот тебе понравится. Обещаю. Соулу уже и так нравилось. В полутьме, вдвоем и без сюрпризов. Он сжал ее пальцы между своих в замок и, не совсем понимая что делает, потянул Маку на себя, а когда она поддалась и сделала маленький шаг вперед, обхватил второй рукой за талию и обнял, уткнувшись носом и губами в волосы. — Так сколько фужеров шампанского нужно Соулу Итеру, чтобы полезть обниматься? — хихикнула Мака в плечо. — Тебе уже хватит. В таком хорошем настроении. В такой пушистой и приятной на ощупь кофте. В облаке из еле различимого аромата ванили. В полумраке… В уединенности… В его руках… В его мыслях… В их вечер. — А сколько фужеров шампанского нужно Маке Албарн, чтобы перестать занудствовать и просто расслабиться? — спросил вместо ответа Соул тихим голосом, вдохнув запах ее волос. Ванилью пахло не от них. — Ни одного. Мне и так хорошо, — пробормотала Мака и надолго замолчала, а затем скользнула свободной рукой под пиджак и обвила торс. Когда Соул неопределенно усмехнулся, она с шуточно ворчливыми нотками в голосе уточнила: — Что, без пары фужеров шампанского уже и по-дружески обнять нельзя? — По-дружески? — переспросил Соул, раздумывая, озвучивать ли Маке свои мысли на этот счет, а может, стоит чуть сильнее прижаться к ней, чтобы через минуту развеять ее наивное заблуждение относительно «дружбы». Потому что, твою ж мать, Соулу уже сейчас кое-где было совсем не по-дружески жарко. — Так где твой сюрприз? — спросил он, чтобы отвлечься и не наболтать ничего лишнего. Всякой романтической чуши, например: про то, какая Мака сегодня красивая и как ему нравится обнимать ее. Долбанное шампанское развязывало Соулу язык и открывало ящик Пандоры с запретными желаниями. Или он просто чертовски устал? От сумасшедшей недели, от всего навалившегося дерьма, от постоянного самоконтроля и самокопания… От одиночества, в конце концов. Ему девятнадцать, и он обнимает девушку, в которую влюблен с пятнадцати лет, — так что, мля, удивительного или противоестественного в том, что ему хочется сегодня — в свой праздник — послать всех, не думать о завтрашнем дне и что будет дальше, а просто наконец делать то, что нравится? С этой девушкой. Которая завтра вернется в город Смерти… Что-то подсказывало Соулу, что в этих рассуждениях есть какой-то изъян, но эндорфины и шампанское стирали грань между желаниями и здравым смыслом. Он все-таки не сдержался и позволил ладони с талии якобы невзначай забраться под кофту. Прохладные пальцы коснулись обнаженной кожи спины, и Мака еле ощутимо вздрогнула, чуть прогнувшись под его рукой. Вряд ли осознанно прижалась сильнее, и он понял, что еще раз такого поддразнивания сегодня не переживет. Нужно или это прекращать, или он рискует оказаться на месте парня, зажимавшего в темноте свою подружку пять минут назад. — Что, так не терпится? — спросила Мака, вздохнув в плечо. Будто увидела его мысли или прочитала в примитивном узоре, который выводили пальцы в ложбинке позвоночника на ее пояснице. — М? — Соул тут же убрал руку из-под кофты и легонько ткнул повелительницу в живот, чтобы она отстранилась, пока еще не поздно. — Сюрприз не терпится? — улыбнулась Мака, отступив и заглянув в глаза. Что она там увидела, для Соула осталось загадкой, но повелительница, не отпуская руки, с довольным смешком потянула его из сумрака к выходу из банкетного зала. — Тебя, — буркнул он себе под нос и пошел следом, наблюдая, как она лавирует между студентами и мебелью, пока не ощутил затылком чей-то взгляд. Оторвался-таки от светлых волос перед собой и оглянулся. Тао прожигал его завистливой неприязнью. Неприятный, мерзкий взгляд китайца провожал их обоих. Он стоял недалеко от того же места, где Соул с Макой только что разговаривали… или флиртовали?.. Мля, Мака, конечно, со своим беззаботным настроением, может, и восприняла этот разговор и объятия легкомысленно (или, по крайней мере, сделала вид), но не Соул… И не Тао, который наверняка все это время наблюдал, как Коса Смерти Соул Итер в открытую пристает к Маке Албарн и «нежничает» с ней. Проявление чувств еще с детства в понимании Соула было слабостью, а свои слабости он всегда держал в секрете от посторонних, тем более от таких мразей, как Тао.