Акт I | Глава III | Бабочка в паутине
24 октября 2025 г., 14:57
Язык глупого — гибель для него, и уста его — сеть для души его. Притчи 18:7
— И я повторю! И повторю ещё раз! Ещё раз! Корд на локтевом сгибе ничего не значит! Это просто сгиб, граждане! Вы приписываете значения, потому что боитесь пустоты! Вы хотите почувствовать себя значимым, что, мол, ваша светяшка что-то да значит и придаёт вам особенностей, но это просто Корд! И обратно: если ваш резонанс звучит на щиколотке — это не знак предательства, это, возможно, просто проблема вашего тела! Почему мы даём значимость всему, что светится?! Почему?! Поддержите инициативу! Манифест за рациональный взгляд на расположение Кордов резонанса! Подпишите, и получите значок «Мой Корд — моё дело»! Кеннет зашёл в Шерну буквально минуты две назад, но уже здесь, около главных ворот четвёртого уровня, на какой-то его маленькой площади, прямо посреди толпы на какой-то табуретке стоял странного вида кеатл, разодетый в разноцветные рясы, и орал что-то непонятное. У парня вдруг появилось сильное желание развернуться и убежать прочь, но шедший позади патрульный бы его точно поймал. «Так вот она какая, Шерна… — Кеннет провёл рукой по подбородку. — Ну, встречай меня, тогда…» Вообще, стоит отмотать немного назад. Как и заявил тогда мистер Соу, маленький конвой прибыл к таможне ровно в шесть вечера тринадцатого числа. Пару раз они останавливались ради привала, но в эти промежутки времени никто не проронил ни слова — Кеннет был больно сильно занят своими зарисовками и записями в дневник, а кеатлы либо ели, либо обсуждали что-то странное. Парень иногда пытался подслушать их болтовню, но всё сливалось в единый поток, недоступный его пониманию. Ну, что поделать, если он не знал, что такое «Бермуда» и какого там Артура Олива они хотят посадить на кол. Единственное дельное, что ему удалось выдернуть, это имена патрульных — Фред Соу и Винсент Лонгфедер. Возможно, это пригодится в будущем. На таможне сидел какой-то отталкивающего вида старичок, полуслепой и полуглухой. Он долго-долго всматривался в Кеннета, просил его покрутиться вокруг себя, показать крылья, которых не было, и прочитать слова с его акцентом, а потом многозначительно спросил: «Но почему Вы облысели?» Парень услышал, как громко рассмеялись его спутники, но решил никак не реагировать на это и максимально спокойно рассказал про людей. После этого, правда, этот таможенник почему-то замешкался, будто испугался, и быстро пропустил их в город. «Антала… Представлялась мне немного не такой. Неужели с кадрами всё настолько плохо?» И пока первое впечатление было испорчено не так сильно, Кеннет надеялся хотя бы вдохнуть свежий горный воздух и насладиться видами в самой Шерне и на её площади, но и тут не повезло — мастер риторики втирал толпе всякий бред про какой-то манифест. Парень смутно понимал, о чём идёт речь, поэтому даже остановился послушать. Может, это какая-то местная культурная традиция? — У вас тут всегда так? — он повернулся к Винсенту, который остался один после ухода Фреда, и большим пальцем указал себе за спину, на того мужика. — А я тебе экскурсовод, что ли? — патрульный приподнял уши и тоже вслушался в крики оратора. — А, этот. Этот всегда, да. Не обращай внимания. — Круто. — Ну, такое. Штормогон, которого пришлось вести за собой по узким улочкам, явно не был доволен вниманием кучи зевак, собравшихся вокруг туристов. Одни кеатлы были явно заинтересованы маленьким человеком, другие отвлекались на крайфина, третьи вовсе почему-то бегали за тем стражем. Вся эта возня так сильно начала надоедать Кеннету, что тот вновь натянул капюшон, чтобы закрыть чувствительные уши, и ускорил шаг, надеясь поскорее добраться до гостиницы. Драконид, бежавший следом, чуть было не начал раскидывать антальцев хвостом во все стороны, но Винсент пригрозил ему арестом. Вряд ли Штормогон что-то понял, но он успокоился. Для Кеннета было очень необычно так скоро оказаться в совершенно другом месте, на противоположном конце Деройсити, в новом для себя обществе. Казалось бы, только неделю назад он ещё валялся в своей комнатке в Тойочибе, опаляемый жаром солнца, что пробивалось сквозь пыльные окна и расписные шторы, и мечтал наконец-то отправиться в полёт, а сейчас он уже шёл через всю Шерну под грохот гигантского Громового водопада поодаль. «Так вот она какая — жизнь путешественника… Никакого долгого планирования, никаких долгих речей, только быстрый путь и новые места, — Кеннет покивал сам себе на эту умную мысль. — Надо привыкать. Моя жизнь только началась! Так, если Тойочиба — глава один, дорога — глава два, то это — глава три. Главу четыре я хочу начать с изучения Дорагон… Нет, металлов. Пока нельзя так бросаться в пекло, иначе моя книга закончится преждевременно». На этой мысли он остановился перед огромной лестницей, которая, видимо, вела вверх по пологому склону горы, на третий уровень города. Благо, что ему туда не надо было. — Вот отель «Файблессе», мистер… Как там тебя, чувак, не суть. На стойке регистрации можешь ещё оформить временную идентификаторку туриста, иначе ты тут для всех будешь мистером Чуваком, — патрульный явно не был сильно заинтересован в помощи Кеннету, так что сказал это, видимо, просто поймав мысль. — Айревор. Пока, то есть. — Спасибо ещё раз, до встречи, — парень помахал патрульному, который тут же раскрыл крылья и исчез в облаках, окутавшие всё пространство тут, на такой-то высоте. Правда, перед этим он бросил ещё один странный взгляд на туриста. — Боги, наконец-то это закончилось. Идём, Штормогон. Надеюсь, мистер Рубенштайн не забыл оформить для тебя место в стойле. Отель выглядел мило — такой прямо кукольный домик, увитый разноцветными растениями. Кеннет только сейчас заметил, что на такой высоте Северных Небесных гор всё ещё росли деревья, правда, они были тут какие-то голубые с серыми, почти серебряными стволами. «Высота… Точно. Хм, я, кстати, нормально себя чувствую, — парень потрогал себя руками, будто проверяя, не лопнул ли он. — Интересно. Может, здесь какая-то аура особая? Ладно, мне нужно найти точные значения. Спрошу на стойке регистрации».{ ✦ ✧ ✦ }
Сразу после заселения Кеннет лёг спать, ведь было уже слишком поздно для каких-либо прогулок, хотя и хотелось изначально поработать над дневником — не вышло, усталость была сильнее. Парень завёл будильник на девять утра, но в итоге… Не срослось. Вышел из отеля юный турист только ближе к обеду. Еле разобрался в собственной одежде, ведь уснул прямо так, ещё и пришлось по утру мыться, вычищать всю болотную грязь после того неудачного приземления, из-за чего его волосы распушились и встали дыбом. Выглядело нелепо, поэтому пришлось надевать капюшон, хотя солнце здесь ощущалось крайне тёплым в противовес холодным высоконебесным ветрам. «Жизнь странника, ага. Я должен привыкать к тому, что у меня не всегда будет хороший номер в отеле и бесплатный шампунь, — уже на улице парень встал около уличного ресторанчика, пытаясь выбрать себе что-нибудь на завтрак. — Ещё пара дней, и я начну есть жуков на пару. Нужно начинать учиться готовить, чисто ради кемпинга». — Здравствуйте. Можно, пожалуйста, эм… Вот это? «Церефрут брошетт», который побольше, — Кеннет довольно показал на какую-то штуку, похожую на шашлычок, но из местных фруктов. — А вы в чём принимаете? Ну, в какой валюте? — Кас, дэро. Там на табличке курс указан, если нужно перевести, — грузный кеатл указал на какие-то циферки и принялся упаковывать заказ, пока парень считал свои монетки. — Спасибо за покупку, приходите ещё. Не успел Кеннет отойти от ларька и попробовать церефрут, как к нему подошла какая-то высокая девушка с кофейным окрасом, больше похожим на шкурку оленя. Она держала в руках большую несуразную камеру и кучу бумаг. — Вьен! Погоди! Ты из… О, ты из Скайвайта? — сходу спросила, видимо, журналистка. Юноша неуверенно помотал головой. — А откуда? Древнянка? — Я из Тойочибы. А к чему вопрос? — Я впервые в жизни вижу человека здесь, в Шерне! Как тебя зовут? Почему приехал? Кстати, меня зовут Авен Бланшфлёр, приятно познакомиться! — у неё не нашлось свободных рук, чтобы поздороваться с Кеннетом, поэтому пришлось использовать один из пушистых хвостов. А ведь парень даже не успел ответить на вопрос. — Тойочиба, да? Хорошее местечко, хоть и небольшое. Это ведь очень далеко! Как ты оказался в Шерне? А на чём добрался? Кстати, может, дашь интервью? Кеннет потёр пальцами переносицу. «Боже, неужели все кеатлы такие? Почему бы не остановиться на одном вопросе?! Ещё одна такая выходка, и я начну отвечать только на последний». — Меня зовут Кеннет, взаимно. Я прилетел сюда на курсы кузнечного мастерства и просто посмотреть город. Вряд ли я достаточно интересный для интервью… — он ладонью отодвинул объектив камеры. — Классный фотоаппарат. Я так… Осмотрелся вчера вечером. У вас тут много разных технологий. В Тойочибе такого нет. Ну… Там другое просто. Разговаривать с незнакомцами было достаточно тяжело для парня, поэтому он постоянно запинался, пытаясь придумать продолжение фразы. К сожалению, в Деройсити общение с кем попало было общепринятым, поэтому приходилось подстраиваться. — Да! Антала — второе по технологиям государство в Деройсити, однако первое среди сонаров-хранителей. Это всё благодаря нашей доброй связи с, не упомяну имя всуе, Третьим Мечом, Тысячеглазым Богом Надежды, — здесь она сделала какой-то странный жест пальцами, дотронувшись сначала до своего лба, потом до живота, и завершила линию на сердце. — Кстати! Если ты любишь технологии, то тебе стоит сходить в музей при мастерской «Мефламм», что находится на втором уровне — это величайшее место, основанное тысячи кулов назад! И обязательно посети церковь Мечей здесь неподалёку, получи благословение Третьего на новые открытия. Может, всё-таки фото? О, кстати, о религиозных мероприятиях… Кеннет столбом стоял и слушал всё это, но на половине улетел в собственные мысли. «Мечи… Точно. Это местные Божества. Антала, видимо, фанатеет по одному из них, окей, — он посмотрел в сторону той самой крупной церкви. — Надо валить, наверное, иначе я никогда не займусь делами». — Да! Мне надо на одно такое бежать! — он сымитировал бурную деятельность, начал собираться и размахивать своей едой. — Ну, Авен, спасибо за подсказки, я побежал. На этих словах парень рванул с места и быстрым шагом пошёл к лестнице, которую он видел прошлым вечером. На ходу есть было не очень удобно, но вкус того стоил. Журналистка же осталась стоять посреди улицы, немного расстроенная, но всё равно вполне удовлетворённая встречей с человеком. И, видимо, это было только началом таких встреч для Кеннета. Еле забравшись на этаж выше, парень всё-таки плюхнулся на ближайшую лавку и спокойно доел поздний завтрак. А так представилась возможность осмотреться: здесь, на третьем уровне, было меньше узких улочек и гораздо больше пустых пространств, площадей всяких и огромных зданий; одно из таких особенно выделялось — кажется, это был главный торговый центр Шерны, окружённый зелёным благоухающим парком. «Круто всё-таки, что на такой высоте ещё куча всяких растений», — довольно подумал Кеннет, потягивая холодную воду из фляги. После Тойочибы ему здесь действительно нравилось — он изрядно устал от вечных песков и голых скал. — Да, но теперь я, правда, живу с пониманием, что могу взорваться в любой момент. Надеюсь, всякая эта магия не отключится». Уже сытый и довольный хорошей погодой, Кеннет отправился гулять по туристическому району. Если он правильно помнил, то конкретно в Деройсити у Анталы было всего четыре города, не таких уж больших, что вполне нормально для неместного государства. Шерна была главным аутпостом, поэтому власти и отстроили её под бизнес, как торговый узел, однако она всё равно не пользовалась бешеной популярностью из-за не самого удобного расположения для других рас. Проходя мимо обрыва, парень подошёл к перилам и увидал чуть ниже «порт» с кучей драконидов и огромных воздушных шаров, откуда прямо в моменте выгружали товар — вот и живое доказательство. Правда, тут всё равно было очень мало кого-то помимо кеатлов, за всё время он только вдалеке увидал парочку ребят, и то они, кажется, туристами не были. И… Один из них показался ему знакомым. Низкорослая тёмно-синяя сущность в официальном костюме и забавном берете. Возможно, спутал с кем-то. На подмостке около входа в торговый центр собралась целая толпа, а в середине, около забавной статуи какого-то зверя с открытым ртом, сидел какой-то старичок в накидке и что-то там шаманил. Когда Кеннет подошёл поближе, он услышал, что этот кеатл якобы предсказывает судьбы, используя своего ручного гигантского паука. «Ещё один культурный прикол? А если я не хочу, чтобы моя судьба решалась пауком?» — Здесь человек! — вдруг сказал кто-то из собравшихся, и все тут же принялись перешёптываться. Парень резко сжался и сгорбился. «Вот… Вот Кохал, накаркал». — Ты должен попробовать. Этот паук реально нормальная тема, — забавного вида рыжий кеатл, похожий на пирата, протолкнул Кеннета вперёд без его согласия. — Йо, судьба человека! — Э-э… Не стоит… — он начал отряхивать себя от чужих касаний, стоя уже совсем перед тем старичком. — Я не… Паук, сидевший на столе у кеатла, тут же подбежал к краю, словно уставился на Кеннета своими противными глазками, и принялся перебирать лапками. Постояв так какое-то время, он внезапно весь дёрнулся и заметался во все стороны, после чего убежал под капюшон того «волшебника». — Мать отнимет, отец отнимет, а паук вернёт, — пробубнил дедушка. Он запинался, словно слушал своего советника. — Бесславная бабочка подарит тебе новые крылья из паутины жизни. Конец — расплывчат, словно обрывок бесконечного цикла. Беда и спасение одновременно, как на весах Закона. Кеннет состроил задумчивую морду и почесал затылок. Кеатлы вокруг многозначительно похлопали и покивали, будто что-то поняли. «Либо я просто необразованный, либо это какой-то тотальный развод, — он покопался в кармане и достал монетку. — Ну и ладно. Надо вычеркнуть из списка возможной еды пауков… И бабочек, что бы это ни значило». Отойдя назад, Кеннет ещё раз обернулся и понаблюдал за странным аттракционом. Видимо, тот кеатл записал «его судьбу» на какой-то бумажке и отправил её прямо в пасть статуи. Похожий ритуал был и в Звёздном Предлунии — народ записывал свои желания на листочках, которые в итоге отправлялись в голубое пламя. Забавно видеть, что что-то общее у разных сонаров всё-таки есть. «В любом случае, я надеюсь, что это был какой-то прикол, а то мне как-то не по себе».{ ✦ ✧ ✦ }
Ближе к вечеру в городе зажглись огни — разные лампы и подсветки, в основном фиолетовые, напитанные энергией Дорагон Отобаси. Включение этих украшений Кеннет застал на очень красивой исторической улочке, которая сначала вилась серпантином по склону, а затем уходила прямо в гору, как тоннель. Оказалось, что внутри находится ещё одна церковь, куда парень вновь не отважился пока заходить, но она так маняще светилась… Ну, наверное, простая зарисовка со стороны не навредит. Пока ещё было относительно светло, Кеннет уселся на лавку перед храмом и принялся что-то чиркать в своём дневнике. Вокруг уже повылезали разные уличные музыканты, которые сильно мешали ему, поэтому юноше пришлось достать небольшие складные наушники, сделанные из какого-то меха, и нелепо напялить их на распушённые ветром волосы. «Ветер, ага… Кажется, один из Мечей — Бог Ветров, — он рассматривал замысловатые витражи на стенах церкви, которые демонстрировали три сверкающих спутника в ночном небе. — Да, Бог Тысячи Ветров… Мистер Кан’Сар говорил, что его почему-то не любят в Звёздном Предлунии. Или любят… Я так и не понял». По улочкам расползались пряные запахи со всех кафешек и таверн, которыми была напичкана Шерна, хоть и казалось, что это более культурное место. Народу стало побольше, толпа разнообразилась — теперь тут и там почаще виднелись бескрылые кеатлы, менее распространённый их подвид, которые выглядели более крепкими и пушистыми рядом со своими собратьями. Как понял Кеннет, в Антале крылатые в основном занимались исследованием разных измерений, а вот бескрылые исполняли рядовую работу по государству. Ну, обычно так писали. Скорее всего, это бред. Вот, например, на повороте около церкви стоят двое: высокий крылатый, в одежде патрульного, а рядом кеатл постарше и пониже, без крыльев, довольно упитанный, но в… Нет, это очень даже хорошие одеяния, как у какого-нибудь аристократа. Вот и доказательство тому, что мысль не до конца верна. Причём болтали они на равных — прикрывали руками рты, будто какой-то секрет обсуждали… А Кеннет и не замечал, как те бросали на него взгляды, ведь был сильно увлечён церковью и своими кривыми линиями. И сколько он так ещё сидел? Изрядно стемнело — это главное. — Добрый вечер. Прости, что отвлекаю, но… Это ты Кеннет? — из мыслей его вывел тот самый кеатл в красивой накидке, что точно около часа обсуждал что-то с патрульным неподалёку. Парень аж испугался и весь дёрнулся, пытаясь снять наушники. — Я… Да, я Кеннет, здравствуйте. А Вы кто? — Фух, слава Богам. Меня зовут Паскаль Лонгфедер, я Секъю́рер Королевства Антала, рад знакомству! — он мило пожал ему руку. — Приятно встретить наконец того, о ком мне так часто писал господин Рубенштайн. Эта фамилия показалась юноше знакомой. «Точно, это же тот страж, который меня сюда притащил. Родственники, что ли? Ну и совпадение». Впрочем, это его никак не оттолкнуло — милого вида дядечка, весь такой прямо с иголочки, с крайне мягкой улыбкой на персиковом лице, ещё и эти круглые очки… Он выглядел почти как плюшевый медведь. Кеннет не знал, что такое «Секъюрер», но, видимо, он был какой-то важной шишкой здесь. — Господин Рубенштайн? А-а-а, так Вы его знакомый? Это хорошо, — убрав все вещи обратно в сумку, он встал и приветливо улыбнулся. — Кажется, я уже встречался с Вашим… Кем-то, кстати. Винсент Лонгфедер, патрульный такой. — Да, это мой племянник. Он мне и доложил о твоём прибытии. Надеюсь, Антала хорошо тебя приняла; Рэнди сильно о тебе беспокоится, попросил меня обязательно с тобой поздороваться. Я сам очень давно людей не видел в этих краях, поэтому мне вдвойне приятно. Не составишь мне компанию? Прогуляемся тут. Кеннет вряд ли бы смог отказать, уже убедился на других кеатлах, поэтому накинул сумку на плечо и пошёл за Паскалем. Тот брёл медленно, но довольно элегантно, что подобало ему внешнему виду. Парень рядом с ним выглядел какой-то несуразной зверюшкой. Шерна вечером будто всплывала из дневного сна под палящим горным солнцем — белоснежные домики с сиреневыми крышами светились мягким светом, словно нарисованные рукой художника, решившего добавить немного волшебства к классическому пейзажу. Раскидистые улицы, выложенные отполированной ветрами светлой плиткой, будто полностью оживали, начинали дышать музыкой, и Кеннет шёл по ним с ощущением, что ступает по какому-то изящному архитектурному макету. Он тащился слегка поодаль Паскаля — тот что-то рассказывал про местные главные башни и их красивые названия, но парень вечно ловил себя на том, что постоянно отвлекается. Глаза соскальзывали на детали: на яркие расписные флажки, свисающие между крышами, на витражные фонари, мерцающие вдоль дороги, на вычурные вывески лавочек с витиеватыми надписями — часть из них он даже успевал прочитать. «Так, это — булочная. Это… Бархатная галерея? Хм. Может, тканями торгуют, а может, это такая поэтичная метафора. Надо будет вернуться… И сюда вернуться тоже. Что это? “Инструменты”? Да, мне». — Спасибо, что помогаете с переводом некоторых названий, кстати… — наконец выдавил из себя Кеннет, когда они спустя какое-то время встали около очередного памятника с замысловатой табличкой. — Я, если честно, не ожидал, что в Антале будет использоваться что-то помимо английского. Эм… Эйго, точнее. Я только на нём и разговариваю… — Не стоит, приятель, правда — мне только в радость. У тебя ещё всё впереди, — Паскаль потрепал его по голове. Такое отношение было сильно похоже на Рубенштайна. — Плюс ко всему, я же Секъюрер. — Я, если честно, так и не понял… Ну, кто это… Извините, я не очень много читал о политическом устройстве Анталы; меня в политику вообще не тянет. — Всё в порядке, это нормально. В Тойочибе-то вовсе только мэр — да и всё, — он улыбнулся и почесал подбородок. — Секъюрер — это один из высших чиновников нашего Парламента, являющийся главным лицом по всем процессам Королевства, которые проходят в Деройсити. Короче говоря, я отвечаю за все четыре наших города здесь, в частности за Шерну, ведь здесь находится храм Шафран. А из-за того, что я отвечаю за многонациональные города, я хорошо знаком с натурой других рас. Поэтому не стесняйся, Кеннет, хорошо? Парень понимающе покивал и отвернулся в сторону, зачёсывая волосы за ухо своими костлявыми пальцами. Наверное, ему правда стоило перестать судить всех по первому впечатлению, хотя, возможно, это просто было исключение из правил. Всего второй день в Антале, нельзя же быть настолько предвзятым. «Соберись, Кеннет. Путешествие только начинается, быть тупым — нормально. Ну, я полагаю. Возможно, это уже клеймо. Вот блин… Эм, а куда Паскаль ушёл?!» Надо было идти дальше, ага. Местные жители, разодевшиеся к ночным променадам, тоже были как из сказки: кто-то в лёгких шарфах, кто-то в пышных фиолетово-серых пальто, украшенных золотой вышивкой, а дети — в блестящих курточках, будто усыпанных конфетти. Барды у уличных кафешек вили свои мелодии так звонко и весело, что казалось, словно все горы резонируют с ними. Один парень с безумной копной рыжих волос орал какой-то гимн на непонятном языке, а старик рядом подыгрывал ему на крошечном струнном инструменте. «Ну и ну… А я и не думал, что в Антале бывает настолько шумно. Даже Тойочиба к ночи умирала, только если это не был район какой-нибудь пьяненький», — мельком подумал Кеннет, разглядывая, как в открытых оконцах наверху кто-то машет платочком музыкантам внизу. Паскаль тоже замолчал, явно замечая, как всё это красиво — видимо, он искренне любил своё государство. — Антала — необычное королевство, древнее, одно из первых сформировавшихся… Кеатлы были первыми из низших рас, кто начал изучение линков и сонарных способностей. Кстати, во многом из-за этого наша культура такая двуличная — и сам Дорагон Отобаси такой по натуре, — Паскаль встал на секунду, когда они шли по лестнице, и указал рукой на яркие огни вечернего города на фоне величественного тёмного неба, где грозно возвышалась очередная Божья церковь. — По Вселенной мы, с виду эгоистичные и праздные, стараемся нести исключительно свет знаний, ведь это единственное, что позволяет существу достигнуть настоящего наслаждения. Далёкий путь Разума — наш линк, и кто знает, куда и как далеко этот путь заведёт, кого ты встретишь, какие песни изучишь… Позже они поднялись на одну из смотровых площадок, откуда открывался вид, от которого у Кеннета, ещё не привыкшего ко всяким подобным видам искусства самой природы, перехватило дыхание — там, за тонкой кованой линией перил, уже начиналось само небо. Внизу всё тонуло в облаках, будто город парил над миром, как гигантский корабль, и серебристые вуали нерасторопно плыли между башенками и мостиками, пока где-то вдалеке вспыхивали крошечные огни соседних городов, мигающие как светлячки на млечной воде. Огромные витые волны клубящегося тумана неспешно накатывались друг на друга, расстилались вдаль, туда, где мир уже начинал сдвигаться в сумерки за линией горизонта. Первые звёзды осторожно прятались в их глубине, словно рыбки, затаившиеся в пене. Всё это двигалось, переливалось, исчезало и возникало заново — жило и праздновало, как и сама Шерна. «Если бы я мог… Если бы я просто расправил руки и взмыл… — подумал Кеннет, медленно вытянув ладони вперёд. — Я бы поплыл как бабочка по этим струям. Я бы не боялся… Никаких ловушек. Даже если и есть пауки — пусть. Я больше не мотылёк в банке… Боги, сколько же всего ещё есть, чего я не знаю! И всё это где-то там, в этом бездонном облачном море». Порыв ветра взметнул край накидки Кеннета, и та заструилась в воздухе, будто сама захотела взлететь. Парень прищурился, впитывая каждый миг — запах вечернего воздуха, чуть пахнущий влагой и пылью; далёкий голосок с площади, всё ещё доносящий обрывки песенки; лёгкое потрескивание фонарей, один за другим вспыхивающих над улицами, как цветы, раскрывающиеся в ночи. Хорошее чувство, новое, свежее. — Я так понимаю, тебе нравится здесь? — какое-то время они молчали, но тут Паскаль всё-таки решил вернуться в диалог. — Это не очень популярное место у туристов. С этой стороны обычно облачно, но не все это «облачно» ценят. Кеннету даже было приятно гулять с этим взрослым кеатлом — он был гораздо спокойнее и тише всех остальных, которые ему встретились. Ещё и господина Рубенштайна знал, что-то про него рассказал в паре слов. — Ага, здесь красиво. Мне нравится высота… Я занимаюсь стэнд-скайрайдингом в последнее время, — поделился юноша, откидываясь на перила. Сам не понял, в какой момент он купил какой-то напиток, но теперь был идеальный момент его выпить. — Знаете, если бы я встретил какого-нибудь настоящего колдуна, я бы пожелал себе крылья. Последняя фраза прозвучала невероятно мечтательно — в этот момент Кеннет задумался, как далеко его уносит ветер свободы, как каждый шаг вверх — это вызов прошлому. Он мельком даже вспомнил Тойочибу, где каждое утро начиналось с тёплого света и привычного шума рыночной площади, где даже пыль казалась знакомой и домашней. А здесь, казалось бы, на самом краю мира, над облаками, свобода окутывала его, словно лёгкое покрывало, но вместе с тем в сердце всё ещё жила тихая тоска по месту, которое когда-то парень называл домом. «Я всегда мечтал об этом… О том, чтобы уметь летать, изучать мир, рассекать облака, — Кеннет на мгновение отвлёкся от разговора с Паскалем. — Невероятно. Столько кулов, проведённых на песчаном плато без возможности по-настоящему испытать высоту, а теперь я стою здесь и ностальгирую по Тойочибе… Всего пара дней прошла! Это что, стандартное чувство для всех странников?» — Колдуны не нужны, когда существует возможность резонирования. Погляди на кеатлов — такой разный народ, но даже бескрылые, как я, здесь являются властелинами небес. Сонарные способности действительно открывают горизонты, — Паскаль положил руки на плечи Кеннета, вытащив того из лишних мыслей. — Тебе просто стоит попробовать возможности Дорагон Отобаси. Когда-нибудь задумывался о становлении сонаром? Вряд ли это было заметно, но у парня волосы дыбом встали. «Эм… Интересно, а Секъюрер Анталы знает про внутренние пляски Предлуния? — он ухватился за кулиски капюшона. — Ну… Ладно, а что такого? Может, я просто очень умный представитель человеческой расы, ещё и ученик Рубенштайна… Он ведь тоже сонар». — Ну, вообще да. Я уже пару кулов практикую Хаметсу Ёкахоши, но пока с этим не очень хорошо, — он завёл руку за шею. — Я видел, что некоторые голубые сонары способны стабилизировать крылья… Может, однажды это станет исполнением моей мечты… Ага… Паскаль сначала покивал, а потом вдруг приподнял одну бровь и состроил вопросительное выражение лица. — В смысле Хаметсу Ёкахоши? У тебя исходный заряд разве не Дорагон Отобаси? — Нет? Не знаю? — звучало крайне глупо со стороны того, кто хочет управляться с какой-либо энергией. — Что сказали практиковать — то и практикую. Я разбираюсь в линках только на химическом уровне, а не на боевом или физиологическом. Морда кеатла стала ещё более подозрительной, словно он не поверил ни одному его слову. Почесав затылок, Секъюрер куда-то убежал на минутку, а потом вернулся с маленьким фонариком в форме цветка. В руках Паскаля он светился фиолетовым, но как только оказался на каменной поверхности перил — сразу погас. — Знаешь, что это за штука? — спросил кеатл, и Кеннет отрицательно помотал головой. — Такие по всей Антале продают. Они сделаны из очень интересного материала, вайлата — он реагирует только на высокие концентрации исходного Дорагон Отобаси, то есть того, что в тебе с рождения. Когда к нам приезжают другие сущности на обучение сонарному мастерству, мы с помощью них ищем возможных фиолетовых, так как это банально проще проведения стандартного анализа. Хотя я, например, чувствую линки уже и самостоятельно, мой заряд хорошо резонирует с чужими. Я поэтому и спросил у тебя… Возьми цветочек. Кеннет неодобрительно посмотрел на эту штуку… «Что-то мне не по себе снова. Другие кеатлы в Тойочибе тоже советовали мне проверить исходный линк, но я с детства тренирую Хаметсу Ёкахоши, никаких проблем не было, — он отвел взгляд в сторону, будто что-то вспоминая. — Блин… Может, это как-то связано с моей проблемой? Если эта штука что-то там покажет этому Секъюреру, то мне нужно сваливать отсюда, иначе он начнёт задавать вопросы, узнает всё и депортирует меня в Звёздное Предлуние, где меня заставят сожрать паука…» — Ты в порядке? Не волнуйся, это не больно, — Паскаль мягко улыбнулся ему, взял цветок и протянул Кеннету. — Если ты исходный сонар Хаметсу Ёкахоши, то он вообще светиться не будет. А так — это работает даже на младенцев, и на людях тоже проверяли. У Анталы в целом очень много технологий для изучения природы разных рас. Это мы переняли от наших близких друзей, Королевства Трёх Морей… Ой, что-то меня не туда понесло. Парень вздохнул. «Этот Паскаль выглядит приятно, вообще… Не помню, правда, чтобы господин Рубенштайн о нём говорил. Хотя… “Чета белобрысых из Анталы” — может, это он про Лонгфедеров? Если про них, то всё в порядке… Ничего плохого не было… Да и сам Рубенштайн искренне хотел мне помочь, даже вместе с Кохалом мой зад прикрывает вот…» Это были не самые верные рассуждения, но вполне очевидные для того, кто впервые находится в полном одиночестве за тысячи километров от дома в незнакомом обществе. Да, Кеннет любил побыть один, но далеко убегать не получалось — либо стены Дворца сковывали, либо песчаные скалы на границе Тойочибы. Но запретный плод так сладок; один раз попробуешь — ни за что больше не вернёшься в клетку. Как выживать за её пределами — другой вопрос, и ответ на него Кеннет пока не знал, поэтому и действовал так, как велело его несуразное и бесконечно глупое сердце. Поэтому он взял цветочек. Тот как будто задумался — пару секунд вообще «молчал», но затем, медленно и неуверенно, начал заливаться бледным фиолетовым светом, что жутко испугало парня. Он широко открыл свои обычно слегка прикрытые узкие глаза и вытянулся в и без того остром лице — если эта штука и правда реагировала только на исходный заряд, как описал Паскаль, то у него могли быть большие проблемы. «Такое было… Ну, в книгах было… Там про невозможность наличия двух доминантных зарядов. Поэтому все сонары развивают только исходный, иначе там что-то происходит… Но со мной всё относительно в порядке, я жив, тогда, может, вышла какая-то ошибка? Я всё-таки тупой? Оу, прости, Кохал, что я не верил тебе. Ты был прав». — Интересно… Очень интересно! А ты взаправду интересный мальчик, Кеннет, Рэнди был прав, — Паскаль задумчиво забрал цветочек и убрал его в сумку. — С какого возраста ты, говоришь, резонируешь с Хаметсу Ёкахоши? — Ну, если прямо серьёзно — с шестнадцати примерно, мне сейчас двадцать. Уже четыре кула, получается. Ну… Не очень основательно, конечно, но всё же, — он чувствовал себя крайне неловко, боясь, что вообще всё поперепутал и просто вводит кеатла в заблуждение. — Я, э-э… Могу ошибаться, если что… Хотя я не думаю, что за это время я так и не запомнил линки. Ну… Все Генезисы у меня голубые с беловатым такие. — У тебя, может, есть какие-то проблемы с использованием сонарных способностей? Кеннет посмотрел на правое своё плечо — там обычно он представлял свою совесть, и теперь она явно была недовольна им. Надо было как-то выкручиваться из ситуации… Но, даже если парень решит сбежать от этого Секъюрера, который явно заинтересовался ситуацией, тот всё равно его рано или поздно найдёт. «Ну-с, проблемы начались раньше, чем я планировал, — он злился сам на себя. — С другой стороны, не я начал этот разговор. Надо что-нибудь придумать, иначе… Он стопроцентно начнёт мне помогать, об этом могут узнать другие, передать эньерам и… Хотя… Откуда бы здесь эньеры, если на них куча санкций? А почему санкции вообще? А они распространяются на всех сонаров Хаметсу Ёкахоши или только на предлунцев?.. Блин… Башка раскалывается». — Кеннет? — кажется, юноша завис, поэтому Паскаль поводил рукой перед ним. — Да! Я… Эм… Не зна-а-аю, наверное? Я очень люблю использовать линки, но, как сказал, пока плохо получается. Не могу утверждать, вина ли это моих кривых рук или каких-то сдвигов по фазе, — он пожал плечами. — Я уже давно не использовал ни один из своих Генезисов за ненадобностью. Ну и, эм… У меня ещё нет Корда резонанса. В плане, ну, он есть, но его не видно. И там короче… — на данном этапе Кеннет уже звучал попросту жалко, ведь путался в словах, пытаясь не наговорить лишнего. — В общем! Всё в порядке! Я… Я сам разберусь, точно. И… Секъюрер вдруг дотронулся до его груди, при этом заткнув наконец бессвязный поток оправданий, и прикрыл свои розовые глаза. Парень почувствовал лёгкое жжение, но не в месте касания, а где-то чуть ниже затылка, на руках, щеках… Но жжение это не было «горячим», скорее словно резкое обморожение, покалывающее такое, как мокрые иглы. Причём Кеннет его хорошо знал — на голову накатила волна воспоминаний о его тренировках, о Жрице рядом, кто помогала ему держать ровно маленький нестабильный, но такой сияющий меч, сверкающий тысячами звёзд… И когда она передавала ему свой заряд Хаметсу Ёкахоши, в этой вспышке юноша видел воплощение линка — нечто гигантское, разрушительное, но с печальными глазами; оно было холодным, но таким красивым, словно свет далёких миров где-то высоко в небе над родным измерением эньеров. Кеннет знал — это то, что ему покровительствует и дарует свою силу. Кеннет умел держать её в своих руках. Кеннет верил, что сможет в будущем ей овладеть, ведь концепция, что несёт в себе Звезда рассвета Разрушений, ему близка…«Мы разделили Волю на восемь и даровали по осколку её каждому сыну и каждой дочери, чтобы те вили свою судьбу с мечтой и мечом…»
— Какой чудной Божий сын ты, Кеннет. У тебя будто бы нарушен баланс обливиальных веществ, то есть линков. Словно всё твоё тело настроено на частоту Дорагон Отобаси, а разум — на Хаметсу Ёкахоши… — Паскаль достал записную книжку и принялся что-то помечать. — Я не занимаюсь изучением такого, это по части нашего Савантъе́ра, но, должен признать, ты меня заинтересовал. У тебя есть свободное время между курсами? Мне жутко хочется разобраться в твоей природе. Посмотреть, например, можешь ли ты зажигать порталы. Кеннет сглотнул. «Вот бабочка и долеталась…»{ ✦ ✧ ✦ }
╔═══════════════════════════════════════════════════╕
14.05.6012 Вторая заметка за день, пишу ночью. Если с Анталой я разобрался на предыдущей странице, то здесь хочу больше внимания уделить себе (звучит ужасно). Я имею в виду свои взаимоотношения с антальцами, кеатлами в своём абсолютном большинстве, потому что я тут только с ними и успел поболтать. И навлечь на себя проблемы, куда же без этого, Кеннет. Нужно пойти и сожрать сапог. Я встретился с Паскалем Лонгфедером, Секъюрером Анталы. Это такой чиновник, который занимается делами государства на территории Деройсити, т.е. управляет Шерной, Монреной, Авиддой и ещё каким-то четвёртым городом, название которого я найти так и не смог. И, видимо, храмом Шафран (пока не получилось найти путей попасть туда, но я не сдаюсь). Мне изначально очень даже понравился этот мужичок, он похож на мистера Рубенштайна, ещё и знаком с ним! Оказывается, и сам Рубенштайн рассказывал Лонгфедеру обо мне, это даже мило. Не хочу быть, конечно, объектом обсуждений, но я рад встретить здесь кого-нибудь из +- надёжных. Проблема, правда, не в том, что в итоге этот Паскаль оказался каким-то там злодеем, это просто я тупой. Проблема с Дорагон Отобаси. Ну, та самая. Позиция по линкам такая: «Абсолютно любая сущность, достигшая ранга 7 (предпоследний снизу) по Сонарным категориям, имеет полную и незыблемую способность использовать Дорагон Отобаси для открытия, стабилизации, использования и десинхронизации статичных порталов». Это я списал из книжки, которую купил вечером. Вопрос следующий — я-то почему уже два кула в каком-то ауте нахожусь? Меня заблокировали на уровне линков??? Где моя полная и незыблемая способность пользоваться фиолетовым зарядом? Из-за этого я не могу пользоваться порталами, что приводит к хождению по лестницам и дорогим перелётам туда-сюда. Жрица обещает решить эту проблему со времён самого её обнаружения, но что-то дело не двигается. И мне всё ещё нельзя решать это самостоятельно, 9/10 по секретности, поэтому я и хотел провернуть это как-то по-тихому, скупить тут все книги, не знаю, ещё что-нибудь придумать. Я уже взрослый и самостоятельный, врать, правда, до сих пор не научился. Паскаль там у меня что-то спросил, я что-то не то ответил… Он сказал, что я исходный сонар Дорагон Отобаси, однако я сам управляюсь только с Хаметсу Ёкахоши. Это как? Из той же книжки: «Любая сущность способна развить сонарные способности исключительно собственного исходного доминирующего линка и никакого другого; передача, развитие и прочие попытки увеличить заряд недоминантного линка приведут к развитию дисбаланса — болезни, которая обычно типична для молодых сонаров, только стабилизирующих собственный линк и Генезисы. Дисбаланс временно блокирует абсолютно все сонарные способности, а при насильственной их активации сущность рискует навредить своему телу». Ничего не понимаю, честно говоря. Может, я подхожу под категорию молодых сонаров? Но в таком случае я должен использовать ДО, а не ХЁ, что ещё более странно. Если не подхожу — почему у меня нет дисбаланса? Я себя прекрасно чувствую, просто почему-то ДО не работает. Я нулевой пациент? По сути, благодаря Паскалю я нашёл возможный корень проблемы, однако появилось ещё больше вопросов и рисков. Например: почему так получилось? Откуда у меня второй заряд? Почему у меня нет дисбаланса? Почему эньеры тренировали меня на ХЁ, если я сонар ДО? Как с этим бороться и что мне вообще делать?? Что со мной сделает Паскаль???? Он сказал мне прийти куда-то там завтра днём после курсов… Зачем-то, не знаю, зачем, но мне уже страшно. Он собирается ставить на мне опыты? Но если начнёт ставить, значит, это будут исследования, которые обязательно доберутся до Звёздного Предлуния… А потом я буду жрать сапоги и пауков. Честно говоря, я не знаю, что мне делать. Всю свою жизнь я искренне хотел развивать сонарные способности, потому что это банально самая важная часть выживания в Деройсити, но теперь мир вставляет мне палки в колёса. Полагаю, мне всё-таки стоит сходить к Паскалю завтра, что бы меня там ни ждало. Просто нужно быть крутым и умолять его не распространять никакую информацию, потому что я одержим конфиденциальностью и ненавижу своё лицо. Мистер Кан’Сар и мистер Рубенштайн бы надо мной сейчас поржали. :( С другой стороны, я удивлён, что Паскаль, Секъюрер, не знает про Принца Звёздного Предлуния с этим самым лицом. Я понимаю, что это супер-нишевая информация, но почему-то ожидал, что ему это будет известно. Ну, спасибо, госпожа Жрица, что держите это в секрете, я рад. В любом случае, мне нужно так или иначе разобраться с проблемой ДО, иначе я никогда не смогу найти дорогу домой. Путешествия путешествиями, слава славой, но я не хочу, чтобы они вставали выше банальной человечности и моего уважения к семье. Отчеркнул.╚═══════════════════════════════════════════════════╝
Кеннет отложил дневник в сторону и откинулся на стуле, смотря в окно, за которым виднелся красивый вид на очередной склон горы. Если присмотреться, то отсюда можно было заметить самую высокую точку города — там, на вершине пика Аллитау, располагается знаменитый храм Шафран. «Надо было куда-нибудь ещё улететь, где не такие умные живут… Куда-нибудь в Тайфалами́ти, например… Хотя, какой толк? Мне там с моими порталами точно не помогут, — он крутил в руках перо, рассматривая улицу. — Ладно, кто не живёт, тот не рискует. Ой, наоборот. Кто не рискует, тот не живёт, во». Во тьме ночи вдруг мелькнула какая-то фигура, причём подозрительно близко к окнам номера Кеннета. Он встрепенулся, встал со стула и выглянул — никого. Было уже слишком холодно, чтобы выходить наружу, ещё и в пижаме, поэтому парень решил просто получше запереть ставни и задёрнуть шторы. Правда, это не очень-то помогло, ведь вскоре Кеннет заметил, что под его закрытую дверь кто-то подсунул какую-то записку и, судя по шагам, быстро смылся с места событий. «Это что, этикет местный? Уже час ночи, я, вообще-то, сплю».╔═══════════════════════════════════════════════════╕
Кстати, некоторые твои курсы не существуют вообще. И фамилия — она у тебя на «Х»? Или это про «Человек»? Или просто крестик? Слабо верится. Да и в Тойочибе эти накидки не продают, я там был полкула назад. Если что, я слежу за тобой, Кеннет Найджел Х. Наслаждайся тишиной.╚═══════════════════════════════════════════════════╝
