13.
18 января 2020 г., 10:20
***
Когда кончается упрямство, в ход идет упорство. И порой упорство помогает там, где даже чудо оказалось бессильно.
зима 1998. Прошел год с момента той ужасной аварии. Только недавно ребята наконец-то оклемались и старались продолжать жить за себя и за Валеру. Отношения между парнями стали более-менее нормальными, а Белов признался, что напоминания о клятве заставили его переосмыслить многое. За последний год друзья забыли слово «праздник» и «веселье». Новый, тысяча девятьсот девяносто восьмой год встретили все отдельно: Беловы были у бабушки Ольги, Пчёлкин сделал подарок жене и тридцать первого привез ее на «Рублевку», продемонстрировав их новый дом, который находился совсем недалеко от дома Беловых, Космос с Людой остались у Юрия Ростиславовича, а Тамара, хоть ее и приглашала Юля с Витей к себе, осталась встречать Новый год, впрочем, как и все праздники, около постели мужа. Юля очень хотела остаться с братом рядом в новогоднюю ночь, но Пчёла, который чуть ли не силком выталкивал девушку из больницы, смог убедить ее поехать с ним. Если Новый год друзья встретили порознь, то на Рождество все собрались вместе, в новом доме Пчёлкиных, а до этого несколько часов пробыли в палате у Валеры. Никто и предположить не мог, что общая трагедия так сильно сплотит, казалось бы, уже чужих людей. Белов целый год планировал, как и где отомстить Кордону и делал это, естественно, в тайне от Ольги и Тамары. Юля случайно узнала о намерениях Саши, но поддержала его, желая мучительной смерти Кордону. Такой же мучительной, как сейчас жизнь близких Валеры. Юля даже заводила как-то разговор о том, что сама хочет задушить Кордона, но ее тут же пресекли. «Еще чего!» — возмущались парни, а Пчёлкину действительно не покидали мысли подкараулить его и убить, но все прекрасно понимали, что девушка говорит на эмоциях, хотя, зная характер Юли, парни первое время настораживались рвению убийства Андрея. Как только Белов с командой полностью обсудили план и готовы были переходить к действию, Шмидт сообщил печальную новость: Кордона нет ни в Москве, ни в России. Куда именно он уехал и где его искать не знал никто, но было понятно, что он уехал на время. Об этом Саше сообщила Анюта, которая совсем не понимала причину резкого отъезда своего продюсера.***
Юля с Тамарой сидели на диване в доме Беловых. В просторной гостиной был накрыт чайный столик с различными вкусностями: коробки разных конфет, несколько видов печенья оставались так и не тронуты, а чай уже давно остыл. Ольга с Юлей обнимали с двух сторон плачущую Тамару, которая ни на секунду не перестала плакать. Пчёлкина, которая на людях старалась казаться сильной, чаще всего ревела в ванной комнате, пока никто не видел. Лечащий врач в очередной раз сказал, что шансов на выздоровление Валеры минимальны и лучше будет отпустить и перестать мучить как его, так и близких. — Вот я сижу, сижу… Я на него смотрю, смотрю… Час смотрю, два смотрю… Не шелохнется… У него щетина даже поседела, — Тамара всхлипывала и утирала платком слезы, которые бесконечно текли по щекам. — Я Бога молю, чтобы он очнулся… Я бы ему ребеночка родила. Никаких надежд не остается… Все… — Ну погоди, сейчас Саня приедет, — Оля вздохнула, приобняв подругу за плечи. — Не верю… — призналась Тамара и заревела еще больше. — Томочка, нельзя сдаваться, слышишь? Нель-зя, — по слогам произнесла Юлия, а сердце сжималось до боли. На первом этаже послышался голос Белова, который, судя по всему, говорил по телефону. Поднявшись в гостиную, Саша отключил телефон и, засунув его в карман, поздоровался с гостями: — Привет, девчонки. — Здравствуй, — одновременно полушепотом ответили Юля с Тамарой. — Привет, родная, — Саша поцеловал Олю в щеку. — Ну, чо, какие дела? — Саш, я уже не знаю! Я ничего не понимаю, — Филатова заплакала, но, ощутив, как ладонь Юли взяла ее ладонь, попыталась успокоиться. — Врачи говорят, что ждать бесполезно… Чудес не бывает! — Успокойся, родная, — Юля шепнула ей на ухо и крепко обняла Тамару. — Ну, и чо они предлагают? — Они предлагают сделать эвтаназию, — за Тамару ответила Юля, смахивая несколько капель слез. — Это что такое? — Отключают жизнеобеспечение… — с трудом сказала Пчёлкина и впервые разревелась перед друзьями. — Все, все, все, — Оля обняла двух подруг. Белов, взглянув на камин в углу гостиной, тяжело вздохнул и развязал галстук, который вскоре полетел на диван. Хоть Саша и старался выглядеть спокойным, но внутри все бушевало. Да чтобы Валеру отключили от аппаратов? Никогда! Он умрет только от старости. — Если хотите знать мое мнение, то я против! Мне тоже больно, что мой друг, как растение… Но! Если есть один шанс, хотя бы один из тысячи, из миллионов, из миллиардов, то его нужно использовать. Все будет нормально! — не прекращая говорить, Саша закинул в камин парочку поленьев, а затем налил в два стакана виски. — Переведем его в Бурденко, Пчёла подтянет спецов по нейрохирургии — немецких, американских… Все будет нормально! С завтрашнего дня у него будет сиделка, так что вам будет полегче. Выпейте, — Белов протянул два стакана подругам. Те, сначала отнекивались, но вскоре Тамара взяла стакан. — Юль, выпей, — уговаривала ее Ольга. Пчёлкина нехотя взяла стакан и стала маленькими глотками выпивать содержимое стакана. — Все будет нормально, девчонки! — Саша внимательно смотрел, как Тамара опустошала стакан. — Нужно просто выспаться, отдохнуть… Томка, переночуешь у нас! Или, если захочешь, пойдет к пчёлкам, — Саша слегка улыбнулся. — Захочешь, отправим тебя в теплые страны. Будем молить Господа Бога, чтобы Валерка выкарабкался. А он выкарабкается! Я в него верю, он боец. Все будет нормально! Верьте мне. Это был только первый раунд. Саша говорил так уверенно, что сомнения, которые на секунду посетили близких Валеры, тут же исчезли.***
Весь оставшийся вечер друзья старались не касаться болезненной темы, чтобы не нервировать друг друга. Саша рассказывал девчонкам какие-то анекдоты и ситуации из армии, стараясь их подбодрить. Тамара, наконец-то, впервые искренне улыбалась, наблюдая, как резвиться Белов-младший и представляя, что когда Валера оклемается, она родит ему такого же сына. Ну, или дочку. Юля также, сквозь рассказы друга, наблюдала за крестником, который то и дело прибегал на кухню, и представляла, что, возможно, скоро в их с Витей доме будет маленький ребенок, требующий к себе огромного внимания. Пару раз Ваня отводил крестную к себе в комнату, показывая ей различные рисунки, которые он сам нарисовал и множество машинок. — Что-то я засиделась, — взглянув на часы, Юля встала со стула. — Томка, ты со мной? — та в ответ лишь пожала плечами. — Пусть у нас останется, — мягко улыбнулся Саша. — Давай я тебя провожу до дома, что ль. Поздно уже. — Хорошо, — согласилась Пчёлкина, надевая шубу и сапоги, как только они с Сашей спустились на первый этаж. Она и сама хотела с ним поговорить. — Я пошла. Пока, девочки. Ванёк, пока, — Юля протянула Ване, который спустился вместе с отцом и крестной, ладонь. — Пока, — с грустью в голосе Ваня отдал Юле «пять». — Не грусти, солдат, тетя Юля завтра еще придет. — Какая я тебе «тетя», отец? Просто Юля! Саша и Юлей вышли из дома, вдыхая свежий воздух. На улице было холодно, поэтому Пчёлкина, поежившись, укуталась в шарф. — Холодно, — чуть улыбнулся Саша, идя по дорожке. — Такое чувство, будто минус тридцать. — Да, — согласилась с ним Юля с грустью. — Ты из-за дока такая грустная? Не парься, все будет хорошо, ты же знаешь Валерку. А мразь эту мы накажем, я обещаю. — Что-нибудь известно о Кордоне? — Давай не будем, Юльк? — Белову совершенно не хотелось впутывать в подробности подругу. Незачем ей знать. Тем более, она уже много знает. — Хорошо, — обиженно буркнула девушка и подняла на него взгляд. — А с Аней как? — Мы расстались, — Белый усмехнулся. — Ты, знаешь, тогда в больнице твоя пощечина, она будто вернула меня к жизни. Только с Ольгой отношения натянуты. — Она любит тебя. Я вижу это. Ей просто пока больно и страшно. Но она очень любит тебя, Сань, — слегка грустно улыбнулась девушка. — Но, если что, могу тебе посоветовать место, где Томка с Валерой любили время проводить. Олька как-то сказала, что ей оно очень нравится. И Валерке оно очень нравилось, там спокойно было… Он любил спокойствие. — Ты не волнуйся, Пчёлка, все будет хорошо. Валера поправится, вот увидишь. — Надеюсь. Друзья дошли до дома семейства Пчёлкиных буквально за десять минут. Попрощавшись, Юля зашла в дом и, сняв одежду, прошла на кухню, где горел свет. — А я не думала, что ты так рано придешь, — поцеловав мужа в щеку, девушка села напротив него. — Сюрприз хотел сделать. Могла бы сказать, что пойдешь к Беловым. Я бы не торопился. — Не бурчи, — Юля улыбнулась и взяла руку Вити в свою. — Тебе не кажется, что нам надо исполнить супружеский долг? — он, встав со стула, подошел к девушке, кладя подбородок ей на макушку. — Витя-я-я-я, — протянула девушка, засмеявшись. — Ты не меняешься! Он, подхватив ее, понес в спальню.***
На следующее утро Юля проснулась слегка в приподнятом настроение, но поняв, что Вити уже нет дома, она расстроилась. В последнее время Пчёла снова начал пропадать: он редко появлялся дома, а если и появлялся, то глубокой ночью, когда девушка уже спала. Пару раз, после переезда, супруги планировали устроить прогулку по Рублевке, но в каждый такой момент Витю вызывали на работу, что, естественно, очень обижало Юлю, но она старалась не устраивать из-за этого скандалы. Накинув халат и спустившись вниз, девушка увидела на столе газету. Взяв ее в руки и прочитав заголовок, Юля ахнула. — Убийство в день премьеры, — прошептала Пчёлкина, усаживаясь на стул и стараясь переварить информацию. Нет, она прекрасно понимала, что Белов убьет Кордона и была, если честно, совершенно не против этого, но где-то в глубине души что-то заныло. Юлия прекрасно знала: Валера бы не одобрил этого.***
Ближе к вечеру, когда ни Витя, ни Шмидт не брали трубку, Юля начала паниковать. Собравшись ехать к фонду «Реставрация», она уже накидывала шубу, как только в дверь раздался звонок. Пчёлкина открыла дверь и ужаснулась. — Господи, что случилось? — перед ней стоял пьяный Пчёлкин, в порванном пальто и слегка засохшейся кровью на лице. Шмидт выглядел чуть лучше. — Все хорошо, ты не волнуйся, — Дмитрий улыбнулся, а затем прошел в гостиную и положил Пчёлкина на диван. — Дим, что произошло? — Юля села рядом с Витей, рассматривая ссадины мужа. — Ну, что ты молчишь? — Да, так, — он отмахнулся, помогая девушке снять пальто с начальника, попутно прокручивая в голове, как ответить ей. — Это Витя с Космосом, да? Они снова воюют? — раздев мужа и укрыв его пледом, Юля отвела Дмитрия на кухню. — Чай будешь? — Нет-нет, — Шмидт помотал головой. — Юль, ты не волнуйся, нас просто менты прессанули, перепутали, наверное, но все нормально, все живы и почти здоровы. Я, вообще, поеду, — Диме как можно скорее хотелось уйти, ибо он понимал, что еще пару вопросов и рухнет все его вранье. — Не провожай. Пока! Пчёлкина, тяжело вздохнув, вернулась к мужу и, присев рядом с ним, она взяла его за руку, прикрывая глаза.***
Наступил вечер. Юля, сидя за кухонным столом, листала журнал, даже не вчитываясь в него. Мысли были лишь о убийстве Кордона. — Юлька, — на кухне появился Пчёлкин. Вид у него был куда лучше, видимо, перед тем, как зайти на кухню, он сходил в ванну. — Проснулся? — чуть улыбнувшись, девушка подняла свой взгляд. Расспрашивать и ругаться ей совсем не хотелось. Она увидела целого и почти невредимого мужа и, пожалуй, сейчас это было самое главное для нее. — Ты ужинать будешь? — Витя покачал головой. — Как ты? — Жив и славу Богу, — Витя усмехнулся и сел напротив Юли. — Спасибо Шмидту, что довез тебя. Нет, ну вот как вас могли менты перепутать, а? — Какие менты? — Ну, как какие, Вить? Я у Димы спросила, что случилось, он сказал, что вас менты перепутали с кем-то… А, что, это не так? — А? Не, так все, малыш, так. — Пальто жалко, — со вздохом сказала Юля. — Мне оно нравилось, а ты даже рукав потерял, Пчёлкин! Может, его можно было пришить как-то… — Да не волнуйся, Кос знаешь, че сказал? Что купит мне еще десять таких, так что каждую неделю в новом буду ходить! — В неделе же семь дней, Вить? — со смехом отозвалась девушка. — А, ну, три будут запасные, значит. Или, не, знаешь, три отдадим Косу, Белому и Филу. Будем ходить, как близнецы. Е-мае, — взглянув на часы, Пчёлкин вскочил со стула и, взяв пульт, включил телевизор. — Седня же футбол! — О боже, неужели так интересно смотреть, когда наши не играют? Зачем? — Ничего ты не понимаешь, женщина! Так, как раз, интереснее, — Пчёлкин налил в стакан немного виски и принялся смотреть матч. Через пару минут, после начала матча, зазвонил телефон Пчёлкина. Витя, выругавшись, ответил на звонок: — Да. Здорова! Да, вроде, все нормалёк. Не, с Юлькой вот сидим, матч смотрим. Пока ничья. Кого тебе дать? — Виктор напрягся и посмотрел на жену, которая по второму кругу листала журнал, но уже вчитываясь в него. — Ну ща, дам. Держи, любовник твой звонит. — Очень смешно, Пчёлкин. Прям ха-ха! Да, — Пчёлкина, цокнув, подняла аппарат к уху. — Привет, малая. Слушай, ты не знаешь, где Оля? — Эм, нет, а что случилось? Она разве не дома? — Да я приехал, а ее нет. Ни ее, ни Ваньки, ни вещей. — Вы поругались что-ль? — Да не ругались мы, е-мае, — Белов уже начал срываться на крик. — Она, это, походу обиделась что-ль, ну, из-за Кордона. — Слушай, Саньк, ее у нас нет и не было. Давай я ей завтра позвоню и тебе наберу, если что? — Да не надо, — по голосу Юля поняла, что Белый чуть-чуть успокоился. — Ладно, прости за беспокойство. Спокойной ночи, малая. — Спокойной, — ответила Юля и передала мобильный телефон Вите. — Ничего не понимаю, еще вчера у Оли с Саней было все нормально, а сейчас он говорит, что она собрала вещи и уехала. Надо будет съездить к ней. Скорее всего, она на даче. — Слушай, давай мы не будем работать Купидонами, а? Ну, сами разберутся, не маленькие уже. — Ты ничего не понимаешь! — Все, Пчёлкина! Шмидту скажу, чтобы даже близко тебя к их даче не подпускал, поняла?! — Поняла-поняла, — буркнув, Юля надула губы и ушла в спальню.***
Пчёлкина все-таки решила съездить к подруге, вопреки запретам мужа. Поэтому, когда он уехал из дома, Юля вызвала Шмидта. Подъезжая к дому Суриковых, Юлю нахлынули воспоминания: например, первое знакомство Юли и Ольги, затем как еще школьники тусовались в доме, когда Царевы уезжали и оставляли ключи Юрию Ростиславовичу, как друзья укрывали тут Белова в восемьдесят девятом, обстрел дома и рана Саши. Юля обернулась на дом, который был напротив дома Ольги и слегка улыбнулась. — Шмидт, ты езжай, я, если что, наберу. Или Вите позвоню. Спасибо, — калитка была приоткрыта, поэтому девушка без труда подошла к входной двери и позвонила в звонок. Дверь открыла бабушка Оли, которая была рада приезду подруги внучки. — Ох, Юленька, здравствуй! Проходи-проходи, — женщина пропустила девушку внутрь. — Ты, знаешь, я сама хотела звонить. Юленька, Оля… Ох… — Елизавета Андреевна, что случилось? Что Оля? Где она? — Юля сняла шубу и разулась, проходя в гостиную, совмещенную с кухней. — Юля! Юля приехала! — Ваня счастлива спустился с лестнице и обнял крестную. — Привет, солдат, — Юля потрепала мальчишку по волосам, а затем достала шоколадку. — Держи, это тебе. Но, чтобы суп весь съел, понял? А где мама? — Да. Спасибо! Мама в комнате, вон, — Белов-младший ткнул пальцем куда-то вверх, а затем убежал в свою комнату. Юля поднялась в комнату и увидела, как Ольга сидела на стуле, возле пианино, теребя в руке лепесток от цветов. — Привет, — радостно сказала Пчёлкина, но, увидев мрачный взгляд подруги, радость тут же испарилась. — Ты чего? С Сашкой поругались опять? — девушка прикрыла дверь поплотнее, чтобы ни Елизавета Андреевна, ни Ваня не услышали разговор. — Юль… Он… — захлебываясь слезами, Оля закрыла лицо руками. — Родная моя, ты чего? — Юля присела на корточки перед Беловой. — Оля, что случилось? Что он натворил опять? — Он убил Кордона, Юль! — Ты из-за этого, что ль? Тьфу ты, Сурикова! Да эту мразь не только убить надо было, — злость закипала в жилах Пчёлкиной. — Да, может, я не имею права так говорить, но они сделали все правильно! Они отомстили за моего брата! Оль, ты же прекрасно знала, за кого выходила замуж, разве нет? Ты прекрасно знала, что Саша — бандит! Зачем сейчас слезы лить? — Да, я знала, чем занимается Саша. Но я никогда не была причастна к его действиям, понимаешь? Если бы я тогда не показала запись… — То сейчас бы я была вдовой, — закончив фразу, Юля подошла к окну, стараясь не расплакаться прямо на месте. Воспоминания той ночи снова пронеслись перед глазами, отчего тело девушки покрывалось мурашками. — Нет… Прости, я не то хотела сказать, — Белова, поняв, что сказала, подошла к подруге и обняла ее за плечи. — Прости. Просто… Я понимаю, что Саша, может, поступил и правильно, но мысль, что он погиб из-за меня. — А тебе было бы легче, если погиб бы Витя? Не совершая ничего, погиб бы Витя! А ты спасла ему жизнь, понимаешь? И я очень благодарна тебе за это, слышишь? Очень. Кордон — сука, которая получила по заслугам. — Это еще не все, что произошло… Саша… Он чуть не изнасиловал меня сегодня, когда приезжал. — Что? — глаза Пчёлкиной округлились и было чувство, что сейчас они просто выкатятся из орбит. — В смысле… О боже… Ты серьезно? — Похоже, что я шучу? — Оля села на диван и снова зарыдала. — А знаешь, что самое противное? Что если бы он вернулся, я бы простила… — Господи, бедная моя девочка, — Юля села рядом и обняла подругу. — Вот же… Не плачь, Олька, я с тобой, мы вместе, все у нас будет хорошо! — Ты мне так говорила перед свадьбой, — сквозь слезы Оля засмеялась. — Потому что правда. И, знаешь… — Пчёлкину прервал телефонный звонок. — Да! — Родная моя, а ты где? — по голосу мужа, Юля поняла, что он держался из последних сил, чтобы не наорать на нее. — Я у Ольги. Прости, я совсем забыла позвонить тебе. — Юля, твою мать! Я же говорил, что они сами разберутся. Зачем ты снова лезешь туда, куда не следует?! — Я тоже тебя люблю! Надеюсь, ты заедешь за мной. Все, пока, связь не ловит. — быстро сбросив, Юля выдохнула. — Ругается? — Ругается! Он вообще был против, чтобы я приезжала сюда. Говорит, мол, «сами разберутся». Оль, ты знаешь… Ты не раскисай, слышишь? У тебя есть я, Ванечка, бабушка. Мы тебя очень любим. А с Беловым я поговорю. Я ему устрою, гад такой! Все-все, слезы вытираем и пошли чаю попьем, пока мой не приехал.***
Пчёлкин приехал через полчаса. Юля рисовала с Ваней и разговаривала с Ольгой, когда увидела в окне «Крузер». Витя заходить в дом не стал, поэтому Юля, попрощавшись, вышла на улицу в ожидании ругательств мужа. — Привет, любимый, — девушка собиралась поцеловать мужа, но тот увернулся. — Ну, обиделся? — Нет. Садись, — он открыл ей дверцу, а затем сел на водительское место. — Ну Вить, хватит дуться. Ты же знаешь, что… — Что? Я понимаю, что вы дружите, все дела, но зачем лезть в чужие отношения? Они сами не разберутся? — Знаешь, Пчёлкин, твой друг полный придурок! — Юля скрестила руки на груди и отвернулась к окну. — И извини, что я действительно забочусь о Ольге и при первом удачном случае не подставляю ее под стволы! Это был удар ниже пояса. Пчёлкин старательно пытался вычеркнуть этот эпизод из жизни. Также старательно, как и искал оправдания друзьям, почему они подумали именно на него? Неужели хоть раз в жизни он давал усомниться в своей дружбе и любви к братьям? Ведь это именно он тащил на себе раненого Сашу от ментов. Именно он искал различные способы и клиники, чтобы спасти Коса от наркоты. Неужели они настолько плохого мнения о Вите, раз были уверены, что Витя предал их из-за денег? Увидев, как Витю передёрнуло от ее слов, Юля закусила губу и опустила голову. — Прости пожалуйста, я не хотела. И за то, что уехала… Прости. — Все хорошо, малышка, — Витя поцеловал в висок жену и слегка улыбнулся. Всю оставшуюся дорогу они промолчали, каждый думая о своем...
