14.
22 января 2020 г., 16:30
***
Из всех, кого я встречал за много, много лет, она первая мне по-настоящему понравилась. Только она одна из всех, кого я помню, смотрела мне прямо в глаза — так, словно я что-то значу. Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»
зима 1999. Последние полторы-две недели Пчёлкина чувствовала недомогание: рвота по утрам, головокружение, аллергия, который раньше не было и, самое главное, задержка. О своих предположениях насчет беременности Юля решила ни с кем не делиться, пока не узнает точно. Созвонившись с Катериной, тетей Сашей, та записала девушку к себе на прием, перед этим назначив сдачу анализов. — Кать, ну не молчи! — Ну, что, поздравляю, мамочка. ХГЧ у тебя высокое, около девяти-десяти недель, — Катя улыбнулась, приобняв девушку. — Ох… — Пчёлкина выдохнула, не зная, что сказать. С одной стороны она была несказанно рада, что у них с Витей будет маленький, а с другой стороны… Валерка до сих пор не пришел в себя, и по этому поводу девушка очень сильно переживала. — Ты не рада, что ль? — Да нет, почему? Я рада, просто… Не вовремя это, как-то… — Ты что? — Катя вскинула руками. — Нельзя так говорить, дурочка! Ты знаешь, сколько у нас супружеских пар приходят, которые не могут зачать ребенка? А сколько теряют малышей? — Кать, я все понимаю, — Юля почувствовала себя пятиклассницей, которая где-то провинилась и сейчас ее отчитывают. — Просто Валера… И Тамара… — Послушай, Юль, видимо где-то во Вселенной нужно, чтобы ребенок появился именно в этот трудный момент. Это же такая радость, ох… — Катя говорила это с особой грустью, поскольку своих детей у нее никогда не было. — Давай-ка мы тебе УЗИ сделаем. Ложись. Девушка покорно подняла кофту и легла на кушетку, внимательно смотря на монитор, на котором появилось изображение. — Это что, мой что-ль? — смахивая выступившие слезы, спросила девушка. — Нет, подбросили, — рассмеявшись, Катя водила датчик по животу. — Так, родненькая моя, теперь запоминай указания: меньше жареного, спиртного, табачного дыма, поэтому, предупреди своего Витю. Побольше овощей, фруктов, положительных эмоций. И, Юль, не нервничай, слышишь? Ты теперь не одна. Тебе снимок сделать? — А, что, можно? — Юля не переставала смотреть на экран. — Можно, конечно, чего нельзя-то? — Катерина тут же нажала на какие-то кнопочки и через пару секунд протянула снимок Юле. — Держи. Ну, вроде все. Следующий прием через две недели. И, если вдруг, не дай Бог, что-то заболит, сразу звони мне, поняла?! И днем, и ночью. — Поняла, — утвердительно кивнула Юля и обняла Катю. — Спасибо тебе, большое!***
Юля решила пройтись по городу, тем более сейчас ей необходим был свежий воздух. Девушка прокручивала в голове варианты, как красиво преподнести новость будущему отцу. А, что, если он не обрадуется? Она все еще до конца не осознавала, что скоро станет мамой. Что сейчас в ней живет целый человек, хоть и совсем крошечный. Юля мечтала о сыне, которого теперь очень сильно хочет назвать Валерой, в честь брата. Из раздумий ее вывел огромный стенд, который она заметила на перекрестке. На ней красовалось одно очень знакомое лицо. Пчёлкина мало знала о Каверине: он бывший мент, брат Мухи, года четыре назад работал с Беловым, а потом его расстреляли в Чечне. Но, судя по всему, он выжил. — Ох, нихрена себе! — выругалась девушка, а затем, слегка повернув голову, Юля прибыла в настоящий шок. Рядом с плакатом Каверина находился плакат с Беловым. Ни парни, ни Ольга не сообщили ей, что Саша планирует стать депутатом. — Да уж, дела…***
На следующий день Юлия вместе с друзьями поехала в больницу к Валере. Ребята совсем недавно решили, что каждую субботу они все вместе будут собираться в палате, чтобы проводить время вместе. Как в старые, добрые времена. По дороге в больницу Белов рассказал девушке, что собирается баллотироваться в Думу, а дела фонда перейдут Космосу, Вите и Валере, однако девушка расстроилась: почему они ей сразу ничего не рассказали, а столько времени скрывали? С другой стороны, это были мелочи, а самое важное было одно: если фонд перейдет Вите, то Юля о муже может вообще забыть, ибо тот будет пропадать еще чаще на работе. Пчёлкина сидела рядом на кровати Валеры, нежно гладя его по руке и внимательно рассматривая каждый миллиметр его лица. — Не, ну вы гляньте. Е-мае! «Из чеченского плена в Думское кресло», — прочитал заголовок Саша и истерически усмехнулся. — Какой плен? Жертва войны. — Да гонит, как Троцкий, — Пчёла поставил на стол четыре стакана, а затем полез в холодильник, откуда взял бутылку шампанского. — Я, короче, у Вахи спросил. После мясорубки на станции, его люди Тариэля пригрели, так он, сука, сразу к трубе и присосался. Потом с турками завязался, получал подряды строительные на восстановление. — Живучий, черт, — сквозь зубы прошипел Белов, сжимая руку в кулак. — Да слить его надо, падлу, в темную и все дела. — А нельзя. — Чо так? — У него покрышка федеральная. — Да ты че? — Пчёлкин неуверенно усмехнулся и посмотрел на друга, надеясь, что тот шутит, но он в ответ лишь кивнул. — А как же ты тогда собрался у него выборы выигрывать? — Молча. В палату вошел Космос, который в одной руке держал букет белых роз, а в другой вазу с водой. Юля, поднявшись с кровати, помогла Космосу положить букет в вазу и украдкой взглянула на него. — Не, ну хорош вы о делах-то, — Космос посмотрел на друзей. — Мы все-таки к Филу приехали или как? — он перевел взгляд на девушку, которая слабо улыбнулась и слегка кивнула, мол, спасибо, что напомнил им. — Кос, не грузи, — ответил Витя и разлил шампанское по бокалам, а затем взял газету, которую ему протянул Белый. — Кровь, пот и слезы. Вот урод, а. Саша подошел к кровати и протянул стакан с напитком Юле. — Нет, спасибо, — она взяла руку брата в свои и закусила губу, сдерживая слезы. Перед ней лежал неподвижный и беззащитный Валера и лишь бегущие цепочки говорили о том, что он жив. Неужели это действительно ее брат? Юля никогда не могла подумать, что такое может случится именно с Валерой. — Что он там видит? — задумчиво произнес Космос, который не отводил взгляд от Валеры. — Он на той стороне. Там темно. Страшно. — Ладно, братья, — Белый поднял бокал шампанского. — Давайте за Валерку. Чтобы он выкарабкался. — И за твою победу, — поддержал Пчёла. — Не, — отрицательно мотнул головой Кос. — За то, чтобы мы все вместе держались! — Правильно, — одновременно кивнули Саша с Витей и друзья сдвинули бокалы. — Ой, — Юля дернулась и встала с кровати. — Что такое? Рядом с постелью Фила раздался пронзительный писк, который издавала аппаратура, а всплески цепочки импульсов на мониторе сменились одной, тонкой полосочкой. — Так, это что такое? — насторожился Саша. — Вы что за кабак устроили? — в палату вошла медсестра и сиделка Валеры. — Мадам, что случилось? — Тихо-тихо, сейчас разберемся, — девушка взглянула сначала на пациента, потом на прибор. — Так, давайте все отсюда! — Нет, ты объясни, — настаивал Космос. — Это человек сломался или аппаратура? — Все вопросы потом, — отрезала медсестра и подошла к капельнице. — Космос, пошли, — Юля потянула друга за рукав. Друзья вышли из палаты и устроились в холле, чтобы подождать медсестру. Пчёлкины устроились на диване, обнимая друг друга, а Космос с Сашей рассматривали какие-то картинки о вреде здоровья. — Нет, на аппаратуру не похоже. Че за звук такой? — недоумевал Кос. — Черт его знает. — Ты как? — Витя поцеловал Юлю в висок, прижимая к себе сильнее. Она лишь слабо кивнула. — Простите, что это было? — Белов заметил медсестру и все сразу подскочили. — Успокойтесь, он в порядке. Такое иногда случается, техника странно себя ведет, он же все-таки живой. Что-то там мыслит, соображает по-своему, а вы пьянку устроили, — успокоила их Татьяна и вручила бутылку шампанского в руки Виктору. — Борис Моисеевич, я по поводу Филатова. Медсестра все дальше отдалялась от них, оставляя друзей наедине с мыслями.***
Пчёлкины прогуливались по смотровой площадке, наслаждаясь природой, но из головы все еще не выходила сегодняшняя ситуация. — Теперь будешь еще больше на работе пропадать, — расстроена произнесла девушка и подошла к парапету. — Эй, малыш, ты чего? — Витя, слегка усмехнувшись, обнял Юлю. — Нет, просто нас скоро станет трое и я не хочу, чтобы ты был как Саша, который пропустил первый шаг Ваньки, первое слово. — Не волнуйся, я не… Подожди, что ты щас сказала? — он повернул ее к себе, смотря в ее глаза, которые засветились от наполнения слезами. — Я беременна, Вить, — не справившись с эмоциями, Юля кинулась на шею мужу и расплакалась. — Ты что? Подожди-подожди, ты серьезно? — Боже, Пчёлкин, похоже, что я шучу? Ты отцом будешь! — Юлька… — Виктор крепко прижал жену и себе, целуя в макушку. — Я тебя люблю, Юлька. Девочка моя любимая… Всю прогулку Витя то и дело спрашивал, не разыгрывает ли его жена? Мысль о скором отцовстве слегка напугало его, но также и, можно сказать, окрылила. — Только, Вить, давай пока никому, пожалуйста? Даже друзьям. Я хочу Валере сообщить. — Конечно, как скажешь, — Пчёлкин поцеловал девушку. — Нет, подожди, ты точно не врешь?..***
На следующее утро Юля проснулась впервые, за долгое время, счастливой. Накинув халатик, она спустилась на кухню, где завтракал Витя. — Доброе утро, любимый, — она поцеловала Витю в щеку. — Чего не разбудил? Я бы завтрак приготовила. — Че я, безрукий что-ль? — Ой-ой, какие мы. Отвезешь меня сегодня к Ольге? — Не, малышка, прости, мне в офис надо. Я Шмидту ща звякну, он отвезет тебя, — Пчёлкин подошел к жене, поцеловал в висок, а затем опустил руку на, пока еще, плоский живот Юли. — Как думаешь, кто там? — Ну, — Юля приложила палец к губе и задумалась. — Скорее всего, там ребенок. Ну, я надеюсь, по крайней мере. — Очень смешно, — Витя пафосно засмеялся, а затем поцеловал жену в губы.***
Пчёлкина сидела на кухни в доме Суриковых и лепила с Ваней всяких зверушек из пластилина. Ваня с удовольствием рассказывал крестной, что завел тут много друзей, а когда Ольга с бабушкой не слышали, Белов-младший рассказал о девчонке, которая ему понравилась. — Что скажешь? — Юля кивнула на газету, которая недалеко лежала от Оли. — Ничего не скажу, — Оля улыбнулась и украдкой посмотрела на сына, который уже раскрашивал рисунки. — Он давно к этому шел. Я уверена, он выиграет. Ты знаешь, я вообще рада, что он решил завязать с «братками». — Мама, а кто такие братки? — Ваня наконец-то оторвался от рисования и взглянул на маму. — Братки — это братья, Ванюш. — А у меня скоро браток появится? — не унимался Ваня, совсем забыв о любимом деле, которое он делал пару минут назад. — Ваньк, а покажи мне свою коллекцию машинок, а? — быстро перевела тему Юля, а Ваня убежал в свою комнату, чтобы взять машины. — Вы с ним не общаетесь? — Только по поводу Вани, — вздохнула Белова и опустила голову. Оля, хоть и пыталась казаться сильной, но у нее не получалось. Она безумно скучала по мужу и всякий раз, когда он приезжал, Ольга старалась хорошо выглядеть. Она также понимала, что и сыну нужен отец не на один день, как сейчас, а на каждый. — Он поговорить о чем-то со мной хотел, но так и не поговорили… Ваня просил купить газеты, где Сашку печатали. Вчера сидел, вырезал его. Всем друзьям рассказал, кто его папа. Ладно, уж… Как там, кстати, Валера? Есть какие-нибудь изменения? — Никаких. Мы вчера решили съездить к нему и, представляешь, стоим около кровати, а этот датчик как запищит… Я там чуть сама не легла. Медсестра сказала, что такое бывает… Он же… Он же живой, Ольк! — Юля слегка улыбнулась и смахнула выступающие слезы. — Ну, а ты думала, какой? — Белова обняла подругу. — Все будет хорошо, Юлька, все будет…***
Ближе к трем часам дня Шмидт отвез Пчёлкину в больницу, к Валере. Юля решила сообщить ему о том, что он совсем скоро станет дядей. Она хотела верить, что он все прекрасно слышит и понимает, просто не может ответить… — Привет, Томочка, — Юля поцеловала Тамару в щеку и стала раскладывать продукты, которые купила. — Как ты? — В порядке, — коротко ответила Тамара. — Врач недавно заходил, проверял… — Ну, и как? — Все как обычно. Юль, я уже не знаю… — она закрыла лицо руками и всхлипнула. — Эй, Томка, ты чего? Все-все, тише, давай-ка мы успокоимся, — Юля обняла Тамару и стала вытирать ей слезы. — Тамар, можно попросить тебя оставить нас на пару минут? — Да, конечно, пойду водички выпью. Филатова вышла из палаты, а Юля села на край кровати и взяла руку Валеры в свои. — Ну, привет, хороший мой. Ты прости, что стала так редко приезжать к тебе. Дела… Витя, вот, уже готовится стать главным в фонде, балбес. Ты, знаешь, я даже иногда не узнаю его. Если бы кто-то десять лет назад сказал, что он станет таким ответственным, я бы не поверила. Да, уж, за десять лет многое изменилось. А Космос, представляешь, жениться собирается на Люде, но она пока не знает ничего. Юрий Ростиславович очень рад за них, правда, у него здоровье чуть-чуть пошатнулось, после того, как эта его бросила. Ванька тоже иногда спрашивает о тебе, скучает… Он же тебя, к сожалению, не так хорошо помнит, но Ольга рассказывает о тебе, фотографии показывает. Как же мне тебя не хватает, Валерка, твоего голоса, твоих советов. Как же я скучаю по тебе… — слезы беспрерывно текли по щекам, а голос дрожал. — Ты дядей скоро станешь, родной! Неожиданно запиликал датчик жизнеобеспечения. Пчёлкина глянула на экран: по нему бежали неровные, зубчатые импульсы. Фил тут же затрясся и томно задышал. — О, Господи, — Юля тут же выскочила из палаты и подбежал к медсестре Валеры, которая стояла недалеко, рядом с Тамарой. — Там… Там… Господи… Ну, быстрее! Там… Девушки тут же рванулись к палате. Татьяна подбежала к Филу и приподняла его веко — зрачок дал реакцию на свет. — Не волнуйтесь, — Таня схватила со шкафа шприц и как только вернулась к кровати, обомлела. — Выйдите сейчас же! Я позову врача. Юля с Тамарой покорно вышли из палаты и несколько минут подряд наблюдали, как туда-сюда бегали множество врачей.***
Прошел час. Юля с Тамарой продолжали находиться в неведение, что это было. Лечащий врач Валеры, Борис Моисеевич, лишь сказал, что он очнулся. Юля тут же позвонила Вите и рассказала обо всем, Тамара же позвонила Саше. — Ну сколько можно уже? — Тамара вскочила со стула и хотела зайти в палату, но ее перехватила Юля. — Том, ну нельзя. Сейчас врач выйдет… Тамар, я, конечно, понимаю, что сейчас не самый лучший момент, но… Томка, у меня ребенок будет. — Поздравляю тебя, — Филатова обняла Юлю. — Я так завидую тебе… В конце коридора показался Белов и девушки, заметив его, тут же к нему подскочили. — Саша… Саша… — Тамара кинулась обнимать Сашу. — Что? — Он… — Тамара резко начала закатывать глаза и падать, но ее подхватили медсестры. — Подождите, туда нельзя! — крикнула Саше одна из медсестер, когда заметила, что тот уверенно зашагал в палату. — Мне можно! Саша зашел в палату и увидел толпу врачей, который о чем-то очень важно шептались. Никто из них не заметил подоспевшего Сашу, что, естественно, разозлило его. — Кто-нибудь мне может объяснить, че здесь происходит, а? Белов решительно растолкал всех врачей и присел на край кровати, смотря в глаза другу. — Брат, — веки Валеры дрогнули и посмотрели на Сашу, отчего у того побежали мурашки по коже. — Ты слышишь меня? Филатов лишь прикрыл глаза в знак согласия, и из-под них потекли слезы. — Черт, — прошептал Белый и, не справившись с эмоциями, заплакал. А в коридоре Юля заметила приближающихся Космоса с Витей и тут же кинулась к ним с объятиями. — Витя! — радостно крикнула Пчёлкина, обнимая мужа и попутно вытирая слезы. — Тише, маленькая моя, не плачь! К ребят подошел и Саша, счастливый и заплаканный. Ему казалось, что все самое сложное и неприятное осталось позади. Теперь они все вместе. Снова. — Сань, ну че? — спросил Космос. — Все в порядке! — Ес, — хором крикнули парни и бросились к нему на шею. — Малыш, я скоро, — Витя поцеловал Юлю в висок и рванулся к палате Фила, вслед за Космосом. — Неужели все позади, Саш? Не верю… Господи, спасибо! — Юля обняла Сашу и заплакала, а следом и он. — А где Томка? — Она Ольге решила позвонить. Сань, вы мириться-то собираетесь? — Давай не будем об этом, а?***
Через полчаса, когда врачи куда-то ушли, Татьяна разрешила зайти друзьям на пару минут к Филу, но просила не шуметь. Все расселись около Валеры, находясь до сих пор в приятном шоке. Филатов переводил взгляд с одного на другого и подолгу смотрел, словно, получая наслаждение, что он снова видит такие родные лица. Что он вообще жив. Каждый молчал, не зная, о чем вообще тут можно говорить. А Валере было жутко обидно: он так мечтал сказать, как сильно любит и ценит своих друзей, которые не оставили его в беде. — Гляжу — а он смотрит! Меня чуть Кондратий не хватил. Доктор говорит, что очень редкий случай, — Таня собирала какие-то металлические приборы и беспрерывно болтала. Но на нее никто не обращал внимание. — А, знаете, я как-то очень пациента полюбила. Он ведь известный боксер был, да? — Спасибо Вам, — Саша усмехнулся. Медсестра выглядела какой-то наивной, что забавляло Белого. — Вы тут пока заканчивайте, мы сами… — Хорошо. Только вы, ребят, долго не сидите, а то Борис Моисеевич сказал вообще вас прогнать. — Родной мой, — улыбнулась Юля и сжала руку брата. — Теперь все будет хорошо, Валерка. — Я вот Оле позвонила, порадовала, — в палату зашла Тамара с Ольгой, не переставая улыбаться. — Привет, — Оля поздоровалась сразу со всеми. — Привет, — поздоровались одновременно Пчёлкины. Космос лишь улыбнулся и приветливо кивнул, а Ольга перевела взгляд на Сашу, внимательно следя за его реакцией. Он радостно улыбнулся присутствию жены, что очень порадовало девушку. Казалось, что лед тронулся. Белов освободил стул Оле и она, благородно ему кивнув, присела на него и, положив свою ладонь ему на запястье, посмотрела на Фила. — Бедненький… — прошептала Белова, когда Валера взглянул на нее и прикрыл глаза в знак приветствия. — Ты как? — Витя взял за руку жену и обеспокоенно взглянул на нее. Он боялся, что из-за нервов с ней или, не дай Бог, с ребенком, может что-то случится. — В норме, — слабо улыбнулась Юля и снова взглянула на Валеру. Тот, медленно повернувшись, посмотрел на нее и пошевелил указательным пальцем, отчего она улыбнулась шире. Сейчас все были безумно счастливы: они наконец-то вместе.
