Скажи невинности «прощай», Морти

Рик обещал Морти, что не будет напоминать ему о том, что случилось в спа-салоне. Но самому себе не мог запретить вспоминать: мягкие мальчишкины губы, прикасающиеся к его лицу, его отчаянный взгляд, будто он только что проснулся и осознал что-то важное. Собственное внезапное решение пойти на поводу у парня: ни одна живая душа не погибла той ночью, а ведь он мог достать мини-ракетницу, всегда путешествовавшую с ним на любое дело, и не оставить камня на камне от этого, прости Господи, спа-салона... Морти снова с ним не разговаривал. Рик был бы рад, но ему так не хватало места. Просто катастрофически. Роботы валялись под ногами, коробки с микросхемами и радиодеталями еле умещались под кроватью, и до чего же тяжко было каждый раз лезть за одной из них. Рику был нужен гараж, Морти нужно было спровадить из дома. И Рик, пораскинув мозгами, придумал, куда можно отправить озабоченного парня на пару недель, не вызывая подозрений. Радостный Джерри отдаст ему гараж, он поставит там свои стеллажи, разложит свои коробки... Приведёт в порядок собственную башку, вдруг взорванную в куски этим идиотским поцелуем-под-кайфом. Вот ведь... упырь малолетний, на собственного деда уже кидается от переизбытка гормонов. Ничего, он знает кое-кого, кто чудесно справляется с любым количеством нерастраченных гормонов... — Собирайся, Морти. Ты едешь к Юнити, — сказал Рик, ворвавшись в комнату внука ни свет ни заря. — Ку-куда я еду? За-зачем? Какая ещё Юнити? Опять какие-то твои аферы, Рик, под прикрытием заботы о моей личной жизни? — сонным, но уже достаточно возмущённым голосом отозвался Морти из-под одеяла. — Нет, пёс. На этот раз — самая, блядь, настоящая забота о твоей личной жизни. Лень искать ящик текилы, — сказал Рик. — Юнити — стилист и моя хорошая знакомая, поможет тебе весело провести время и научит тебя выглядеть прилично, а не как, блядь, чмошник из отряда бойскаутов. А заодно — общаться, среди её многочисленных дипломов вроде есть сертификат психолога или чего-то типа того, я не ебу. У неё много друзей, и они любят гостить у неё летом, знаешь, открытый бассейн, и всякое такое. Через неделю она как раз устраивает летний праздник, ты наверняка... найдёшь себе там кого-нибудь под её чутким руководством. — А ты? — спросил Морти, садясь на кровати и настороженно глядя на деда. — Ты тоже будешь там? — Нет, меня там не будет, — Рик отвёл глаза. — Короче... мы с ней, как бы... встречались, и я, я не хочу, чтобы она подумала, что я снова собираюсь подбить к ней клинья. — Ясно, — вздохнул Морти. — Ладно... может быть, то, что там не будет тебя, сделает эту движуху по-настоящему клёвой. — Пытаешься язвить, Морти? — нахмурился Рик, обиженный тем, что его вечеринки не пришлись по вкусу его внуку. — Похоже на то, как комар пытается проткнуть своим хилым жалом толстую осиную шкуру, Морти. — Просто, просто не воруй там ничего, и никого не убивай, ладно? — Морти подарил Рику холодный, как миллион айсбергов, взгляд, и тот фыркнул: — Да, представь себе, есть дела и поважнее, чем тусить с тобой на этом детском утреннике. — Вот и прекрасно, Рик, — сказал Морти, доставая свои контактные линзы из специального контейнера. — Вот и отлично, Морти, — сказал Рик, поворачиваясь, чтобы уйти. — Жду тебя в тарелке, Морти. Они летели в молчании, ни один не хотел быть тем, кто начнёт разговор, тем самым будто бы признав свое поражение. Рик бы повозмущался по поводу чёрной неблагодарности пиздюка, но в глубине души понимал, что и вправду ещё ни на шаг не продвинулся со своей так называемой помощью, и поэтому молчал, старательно изображая обиду. Юнити встретила их на пороге своего красивого белоснежного особняка. — Привет, детка, — сказал Рик, обнимаясь с ней. — Как продвигается твоя... стажировка? — Просто прекрасно, Рик, — отвечала Юнити из тела соблазнительной молодой блондинки с грудью четвёртого размера, еле поместившейся в лёгком белом халатике. — Вот... ассимилировала персонал небольшого частного имидж-агентства. О, а это твой внук? Какой милашка, — Юнити слегка нагнулась с высоты своих бесконечных шпилек, чтобы чмокнуть юного Смита в щёку. — Останешься на завтрак? — спросила она Рика, и тот качнул головой. — Нет, спасибо, солнышко, у меня дела. А ты следи хорошенько за этим спермотоксикозником, чтобы не наделал детей твоему... персоналу. — О Господи, Рик, — ужаснулась Юнити. — Да разве можно так говорить о таком милом молодом человеке?.. Ладно, не буду тебя задерживать. Звони хоть каждый день. Праздник через неделю, не забудь, если всё-таки решишь к нам присоединиться, милости просим! — Спасибо, возможно, я и приду, — буркнул Рик уже на полпути к тарелке. — А, и не вздумай ассимилировать пиздюка, поняла? — Что ты, я отношусь с крайним уважением ко всем, кто тебе дорог, и никогда бы себе не позволила!.. — округлила глаза Юнити, а Рик фыркнул: — Дорог? Да я его знаю без году неделю. Просто его родители отрежут мне яйца, если что. Юнити махала Рику ручкой, пока он шёл к тарелке, садился за штурвал и заводил мотор, и некоторое время после того, как корабль взлетел, а потом повернулась к кислому, как лимон, Морти и весьма дружелюбно сказала: — Ну что, Морти, время позавтракать? Уже через десять минут общения с прелестной хозяйкой дома Морти, покорённый её очарованием, был готов пойти с ней не только на завтрак, но и на обед, на ужин и на африканское сафари — бегать вокруг неё с ружьём и отгонять от неё свирепых львов. Накормив его завтраком, Юнити показала Морти его комнату, наполненную техникой, словно небольшой компьютерный клуб. Велев хорошенько отдохнуть, подмигнула ему и оставила одного. Неужели у Рика всё-таки есть нормальные друзья, подумал Морти, устраиваясь на мягкой кровати. Тем временем Рик, не теряя времени даром, оповестил свою дочь и её мужа о том, что отправил Морти в дом отдыха под присмотр дипломированному психологу на целых два уик-энда. Джерри даже не пытался скрыть радость по поводу такой чудесной новости и тут же выдал Рику ключи от гаража. — Только постарайся не испачкать мой автомобиль своими этими, как их там... реактивами! — и это было всё, что сказал тестю Джерри перед тем, как уединиться с женой наверху. Саммер прямо из колледжа отправилась в сплав по какой-то горной реке, и эти выходные, а может, и следующие, принадлежали Бет и Джерри целиком. Радостно бурча себе под нос, Рик загнал тарелку в гараж и принялся расставлять стеллажи, наполняя попутно их своим научным хламом. Протерев от пыли старый верстак, он обшил его новыми металлическими листами и, удовлетворённо вздохнув, разложил на нём свои реактивы и приборы. Наконец-то всё было готово, и можно было нормально работать. Только он уселся за верстак, как пришло сообщение от Юнити. Разумеется, он и в мыслях не держал звонить ей и спрашивать, как у неё дела с поднятием самооценки глупого мальчишки. Хорошо зная его натуру, по природе отличный психолог, она не стала навязываться ему со звонками и просто прислала фотоотчёт. Пренебрежительно фыркнув, Рик бегло просмотрел фотографии и отложил телефон. — Есть дела и поважнее, — проворчал учёный свою, видимо, любимую теперь фразу, с кряхтеньем поднимая зад, чтобы добраться до коробки с отвёртками. Однако через пятнадцать минут бестолкового ковыряния в пока ещё бессмысленном наборе деталей Рик обнаружил, что не может сосредоточиться на работе, и его всё время тянет снова открыть те фотки и просмотреть их повнимательнее. Выругавшись, он отодвинул будущего робота и выудил из кармана телефон. Юнити решила начать с внешнего вида своего нового подопечного. Ассимилировав целый штат имидж-агентства, она приобрела неплохой опыт, и обеспеченные клиенты текли к ней рекой. Рик вынужден был отдать должное её мастерству: если с первых фотографий на него смотрел всё тот же нелепый увалень, которого в его двадцать лет всё ещё одевает мамка, то ближе к концу фотосессии парень явно вошёл во вкус. Юнити что-то сделала с его причёской, предварительно хорошенько поколдовав над формой ножницами, и теперь его волосы были уложены именно так стильно и броско, чтобы захотелось немедленно запустить в них пальцы и разлохматить. Из своей обширной гардеробной Юнити выволокла кучу шмотья, и оно настолько шло мальчишке, что она, несомненно, уже выслала Рику счёт за всё это. Отглаженные рубашечки и строгие брючки, небрежные свитерочки, и даже пара костюмов... До неприличия узкие джинсы, совсем не похожие на тот мешковатый кошмар, в котором вечно тёрся Морти. Рик не верил своим глазам: неужели этот мальчик с обложки — то самое чмо, которое он обнаружил в доме Смитов неделю назад? На последней фотографии Морти стоял рядом с Юнити перед зеркалом и смущённо улыбался. Под фоткой была подпись: «Я спросила, какую бы он хотел причёску, и он сделал вот это. Но сказал, что если ты это увидишь, то он убьёт меня». Разглядывая фото, Рик усмехнулся: Морти взлохматил волосы в точности так, как обычно они выглядели у его дедушки — небрежно торчащими во все стороны пучками. Краснея, как выпускница, которую застукали за листанием порножурнала, Рик зашвырнул телефон подальше и попытался вернуться к работе. Однако всё валилось у него из рук, и, когда он приделал роботу руку вместо ноги, он отшвырнул от себя инструменты и пошёл к шкафу с бухлом. С этих пор работа не клеилась. Он так старался, чтобы освободить себе пространство для своих экспериментов путём хитрых интриг и манипулирования членами этой развратной семейки, и вот он получил, что хотел, и не мог этим воспользоваться. Пока Бет и Джерри были на работе, он смотрел телевизор по межпространственному кабелю, который установил в первый же день своего проживания у Смитов. Когда они возвращались, он освобождал для них дом, запираясь в гараже с бутылкой. И каждые сраные полчаса проверял свой телефон на предмет новых фотографий. А Юнити была щедра на фотографии, несмотря на то, что он ни слова не ответил ни на одно из сообщений. Морти, завязывающий галстук. Морти, составляющий изысканный букет из цветов, растущих в садике рядом с домом. Морти, выбирающий на специальном сайте шнурки, подходящие к ботинкам, которые подходили к тому свитеру, который... и так далее. Морти, танцующий хастл, танго и бачачу в паре с какой-то девчонкой из персонала Юнити (охуеть, блядь, подумал Рик, вытирая пот со лба). Морти за рулём служебного роллс-ройса... Рик не признался бы даже под дулом пистолета, но эти фото для него стали интереснее самого отбитого шоу по межпространственному ТВ, и он ждал сообщений от Юнити сильнее, чем Бет — новой серии «Холостяков». Под конец недели Рик получил такое сообщение, от которого у него задрожали руки и ноги, а на спине выступил холодный пот вперемешку с горячим. «Рик, твой мальчик, кажется, не любит женщин. Он всё время разглядывает мои сиськи, но с таким выражением, будто он в музее. И ни разу не попытался их потрогать, представляешь? Моя женская часть разочарована, но моя мужская половина думает, что из этого может получиться что-то интересненькое...» — Вот сучка! — прорычал Рик, набирая ответное смс: «Не смей, а не то...», но тут же стёр его. В конце концов, это действительно становится очень интересным. Пускай делает, что хочет. В конце концов, она никогда не сделает с Морти ничего, чего бы он сам не захотел. Это же его старая добрая подружка Юнити. Ночью Рик не мог заснуть. Литры бухла не помогали, не помогала и дрочка на порно с жирафами... Если бы кто-то, хоть немного знакомый с Риком, узнал, что он сделал этой ночью, Рик бы убил его, не задумываясь. Потому что ему захотелось убить себя самого после того, как он очнулся в ванной, на подгибающихся, дрожащих ногах, хорошенько отдрочив себе на фото своего внука — не то, где он красовался с уложенными в стиле его деда волосами, и не то, где он тискал маникюрщицу Юнити за задницу, а то, на котором он стоял со слегка кривой улыбкой, полуобернувшись, будто не собирался позировать, а снимающий застал его случайно, в тот момент, когда он застёгивал рубашку, ненароком при этом демонстрируя свой впалый живот и один из трогательных, беззащитных, розовых сосков, выглядывающий между краёв рубашки. Умывшись, Рик чуть не набил морду своему отражению, чуть не спустил телефон в унитаз и чуть не удалил фотки, но позорно смалодушничал, передумав. Уже на следующее, очень похмельное и головоболящее, утро его ждало очередное сообщение. «У меня есть кое-что интересное для тебя. Хочешь посмотреть?» — Вот мерзавка, — простонал Рик в подушку. И написал: «Пошла на хуй, сучка, не хочу я смотреть, как ты совращаешь моего внука». В ответ пришел смайлик, а затем новое сообщение: «Я знала, что ты заинтересуешься. Прости меня, я не удержалась и напоила его, то есть, мой массажист Виктор напоил его, а потом он сделал вот эту фотку»... И вслед за этим — фото, от которого Рику стало плохо. Абсолютно голый ниже пояса, в задранной до шеи футболке его внук лежал на кровати, бесстыже раздвинув ноги, и так же бесстыже глядя прямо в камеру — трахни меня, читалось в его взгляде, не нужно было быть никаким психологом, чтобы понять, чего именно так хотел Морти. А в его заднице красовались сразу два мужских пальца. И это было именно тем, с чем Рик не смог справиться, и на этот раз он не пошёл в ванную, забрызгав спермой своё постельное бельё. «Ну ты и сучка», — написал он Юнити, слегка переведя дух. «Я знала, что тебе понравится», — пришёл ответ. А потом ещё: «Кажется, он ничего не помнит». И ещё: «Нет, он всё-таки помнит. Но он не стал целоваться с Виктором и на предложение встретиться ещё раз ответил отказом. Это точно твой внук, Рик? Ему было так хорошо, я ещё никогда не слышала, чтобы так стонали. Он абсолютный, стопроцентный гей, неужели вы не знали об этом, когда пытались найти ему пару? Но после всего этого он не нуждается в продолжении, может быть, он сохнет по кому-то, а тебе не сказал? П. С. Не волнуйся, я не пихала в него член». И под конец дня, вытащив Рика из глубокого алкогольного тумана: «Твой мальчик влюблён, Рик, и я сильно подозреваю, что в тебя. Ты ужасный человек, ты знаешь об этом?»... Если бы Рик не был пьян в полнейший, беспросветный ноль, то сразу же после этого сообщения он отправился бы в гараж и вынес себе мозги из первой попавшейся пушки. Но он не смог даже встать. Вечер пятницы настиг его там же — лежащим в своей комнате с кучей пустых бутылок, разбросанных вокруг кровати. Утро субботы промелькнуло где-то между сеансом рвоты в туалете, куда он едва добрёл по стенке, и походом за очередным ящиком бухла. Разрядившийся телефон валялся под кроватью, и лишь к вечеру субботы Рик, очнувшись на прикроватном коврике в луже бухла вперемешку с тем, что вытекло из его рта, вспомнил про вечеринку Юнити. Подсоединив телефон к зарядному устройству, он тут же включил его и полез смотреть сообщения. «У него такой тоскливый вид, как будто ему сообщили, что его подружка залетела. Может, его снова напоить?» «Вечеринка вот-вот начнётся, и ты тоже можешь приехать, не забывай». «Он выпил столько пива, что я наконец-то заметила в нём твои гены. Правда, веселей ему не стало. Надеюсь, что ребята, которые скоро приедут, смогут поднять ему настроение». «Присоединяйся к нам, у нас баллон с гелием, тысяча воздушных шаров, целая фура мороженого, тут полным полно полуголых девчонок, и бухло рекой, а ещё кто-то притащил марихуану... Приезжай, тут действительно весело!» «Я потеряла Морти из виду... Последний раз видела его с каким-то рыжим красавчиком, кажется, по имени Джесси... Надеюсь, они хорошо проводят время, а не просто валяются где-то бухие и обдолбанные...» — Твою ж мать!.. Некоторое время Рику достаточно хорошо удавалось подвирать самому себе и делать вид, что ему совершенно насрать на то, как и с кем там проводит время Морти. Но, в очередной раз представив своего внука, обжимающегося в тихом уголке с каким-то рыжим придурком, он не выдержал. Одно дело — Юнити, позволившая себе прикоснуться к пиздюку из своего естественного любопытства, присущего ей, как юному и стремительно развивающемуся коллективному разуму. Другое дело — какой-то незнакомый мужик, решивший, что может совать свои руки, куда ему вздумается... А вдруг уже засунул? А вдруг не только руки? Тогда он его убьёт. Увесистый плазмаган отправился в карман халата, и портал переправил Рика к дому Юнити — достаточно трезвого, чтобы держаться на ногах, но чересчур бухого, чтобы управлять тарелкой. — Привет, Рик, — сказал парень, поливающий цветы в кашпо на веранде, и Рик чуть не вцепился ему в горло. — Где он? — Полегче, Рик, — Юнити попыталась отцепить от себя его руки, но у неё не вышло, и, смирившись, она сказала сердитым голосом: — Я не знаю, где он. Может, у себя в комнате, может, в библиотеке. У меня тут слишком много забот, чтобы уследить за всеми. Может, они с Джесси слушают музыку в гостиной... Ты же для этого его сюда привёз! — крикнул парень вслед Рику, уже идущему широкими шагами прочь. Пройдя сквозь весёлую толпу, тусующуюся возле бассейна, Рик прошёл в дом. Обошёл все комнаты на первом этаже, не найдя никого, отправился на второй этаж. И там, в комнате, больше похожей на маленький компьютерный клуб, освещённой лишь настольной лампой, обнаружил своего внука, сидящего, закрыв глаза, на кровати с наушниками на голове и с подушкой в обнимку. Первой мыслью Рика было тут же сбежать — какого хуя он вообще тут делает? Нахуй ему следить за этим обмудком, с хуя ли его тревожит, чей член он собирается запихнуть в свою задницу? Но сейчас его внук явно не собирался ничем таким заниматься, и Рик остался. Подошёл к нему и, присев рядом на кровать, снял с него наушники. Морти открыл глаза и посмотрел на него, и Рик попытался найти в его взгляде то, о чём писала Юнити, чего он так боялся и о чём так отчаянно мечтал с тех самых пор, как ощутил мальчишкины губы на своих. — Я уж думал, ты не приедешь, — сказал Морти, отшвыривая подушку и утыкаясь носом деду в плечо. Он был достаточно пьян, чтобы перестать стесняться, и всё ещё слишком трезв, чтобы делать что-то глупое или разрушающее границы, и Рик позволил ему прислониться к себе. — Почему ты не внизу, с гостями? Там очень весело возле бассейна, — хрипло произнёс Рик. — Я устал, — сказал Морти, снова закрывая глаза. — Мне было хорошо с твоей подругой, она очень классная, но, кажется, я хочу домой. — Тебе... только с ней было хорошо? — спросил Рик ещё более хрипло. — Может... может, тут есть кто-то, с кем бы ты захотел встретиться позже... — Думаю, нет. Кажется, тебе всё-таки придется покупать мне ящик текилы, — рассмеялся Морти. — Да ладно тебе, Морти. Прошло всего две недели. Хрен тебе, а не текила, Морти, — сказал Рик, слегка касаясь губами каштановых волос на макушке, всё ещё лежавшей на его плече. — Пойдём домой? — Ага. Только, наверное, нужно попрощаться... — неуверенно предположил Морти, но Рик махнул рукой: — По Скайпу попрощаешься, — и открыл портал. Пожелав Морти, еле добравшемуся до кровати, спокойной ночи, Рик пошёл к себе. Лёг на кровать, не раздеваясь, и задумался. Дёрнул же его чёрт вернуться. Ссаные федералы, прострелившие его ногу, если бы не травма, ему бы и в голову не пришло переступить когда-нибудь порог этого дома. Нахуй гараж, нахуй текилу, нахуй все эти больные мысли, поселившиеся у него в голове. Нахуй пиздюка с его бесстыжими глазами и его тощей сексуальной задницей, надёжно спрятанной среди остальных фотографий где-то у Рика в телефоне...