Шарьяж

      В комнате было холодно. Нестерпимо, так, что аж зубы сводило от мороза, который, казалось, буквально сочился из бетонных стен тонким дымком.       Мисс Полинг зябко растерла плечи, стараясь прогнать толпу мурашек, что прокатились волной по ее позвоночнику, подняв каждый волосок на теле. Коротко вытолкнув сквозь зубы пару невнятных ругательств, протеже администратора юркой мышкой выскользнула из серверной и четким шагом двинулась по направлению давно знакомой ей комнаты.       Коридоры комплекса угрюмо змеились тенями в тусклом освещении аварийных светильников у самого пола, отбрасывая на стены причудливые рисунки. В воздухе настойчиво витал запах пыли с нотками густого амбре из плесени и химикатов. Но координатор не обращал на это никакого внимания. Уже не первый раз она идет этой дорогой и явно не последний… Тем более что в этом месте были вещи куда более страшные, чем противный запах и простуда. И к одной из таких вещей она как раз шла с отчетом.       Во тьме яркой разметкой мазнула дверь. По привычке набрав шестизначный код, девушка не глядя вступила в черный проем и почти на ощупь ловя очертания перил. Потребовалось всего пара минут, чтобы глаза привыкли к темноте и разглядели серебряную сетку лестницы. Вверх. Выше, в самое логово теней. Девушка кисло улыбнулась, вспоминая отрывки из Божественной комедии Данте, что так настойчиво лезли в голову своим нестройными строками:       «Я увидал, взглянув по сторонам, Что подо мною озеро, от стужи Подобное стеклу, а не волнам…»       Пролеты противно скрипели и дрожали от медленного шага, звонко клацая плохо вставленными болтами. Поручни тревожно холодили кожу ладоней.       «…Я не был мертв, и жив я не был тоже; А рассудить ты можешь и один: Ни тем, ни этим быть — с чем это схоже…»       Когда мисс Полинг сделала последние три шага, ее аккуратное личико встретилось с глухой стеной и маленьким темным экраном у самого потолка. Нервно прочистив горло, протеже поправила сбившийся подол юбки, нерешительно проблеяв давно заученную фразу:       — Nomina sunt odiosa*.       — Вы опоздали, Мисс Полинг…       Во тьме сухо раздался бесстрастный голос, который заставил девушку ощутимо вздрогнуть. Тонкие губы уже распахнулись в немом оправдании, как «стена» с влажным шипением выдвинулась вперед и немного вбок, расправляясь в дверной проем. Ее ждут. Помощница нервно перешагнула отсутствующий порог, неловко щурясь в ярком освещении экранов. Десятки больших и маленьких плиток сливались в огромное панно с единственной целью — следить.       «От зоркого глаза Администратора ничто не скроется, ни на земле семьи Манн, ни за ее пределами», — мрачно заметила девушка, переводя взгляд на высокую спинку стула.       Угловатый и черный, словно вырезанный из бархата силуэт кресла сразу бросался в глаза после мозаики «кривых зеркал» для подглядывания, ведь ничего другого в комнате больше не было. Кроме, разве что, двух женщин.       — Вы опоздали, мисс Полинг, — все так же холодно и ровно разлилось вместе с дымом по отсеку тягучее замечание генерального директора МанКо.       — Я сожалею… На завод приехала новая поставка… Вы не поверите, я застряла на переезде именно из-за того поезда, что вез наш товар! И потом…       — Достаточно.       Администратор не кричала и даже не шипела, но почему-то и без всего этого удалось более чем сковать бедную американку прочными цепями страха. Мисс Полинг всегда удивлялась, как эта женщина может так легко подчинять людей. Одно слово, взгляд — и она буквально вскрывает тебя без ножа. Знает твои самые грязные секреты и вытащит их при любой удобной возможности вместе с твоими внутренностями. Так думалось маленькой мисс, пока серый кардинал всея Туфорта мрачно жевала свою сигарету.       В голове у старой карги крутилась тысяча и одно ругательство, но все до единого были направлены в сторону эксцентричного усатого охотника, который негласно являлся лицом их компании и ее занозой в заднице. Женщина ленивым движением пальцев вывела на экран своего «зерцала» черно-белое изображение.       — Вот. Наша новая головная боль. Точнее сказать… ваша, мисс Полинг.       Помощник удивленно выгнулась вперед, всеми силами всматриваясь в новое задание или наказание (судя по настроению ее начальницы). На самом крупном экране было запечатлено лицо. Тощее, угловатое, с большими синяками от недосыпа и острыми скулами — на первый взгляд, принадлежащее ребенку, — но пронзительно-темный взгляд исподлобья почему-то не давал координатору окончательно в это поверить.       — Эту цель нужно найти или… ликвидировать? — бодро поинтересовалась девушка, предполагая самый очевидный вариант, на что тут же получила сиплую усмешку из другого конца комнаты.       — Если бы… Ох, если бы, мисс Полинг, была моя воля, я бы уничтожила это животное без колебаний.       Координатор неловко поежилась от замечания более взрослой коллеги, хотя секунду назад сама фактически готова была использовать похожие методы. Но одно дело — просто выдвинуть предложение об убийстве, а другое — получить характеристику и фактическое пожелание от самого администратора и остаться в живых. Внутри маленькой мисс начинало просыпаться любопытство.       — Кто она?       — Помимо того, что ваша новая цель — кухарка, — язвительно процедила старуха сквозь зубы, выпуская клубы дыма прямо в экран с фотографией, но, чувствуя буквально затылком непонимание своей помощницы, тут же лениво продолжила: — Пару месяцев назад к нам пришел приказ о консервации и экономическом перераспределении сил. «Это» — один из таких объектов… Эксперимент, который более не жизнеспособен, но из-за величины вложенных в него средств и нераскрытой перспективности его… Заморозили. Она — результат, а теперь — ваша подопечная. Более подробно вы можете ознакомиться с материалами дела здесь.       Тонкая, испещрённая венами рука ловко вытащила из ниоткуда ярко-рыжий файл, вслепую протягивая его своей собеседнице под конец монолога.       Мисс Полинг быстро и аккуратно вынула тонкую папку лишь за тем, чтобы при раскрытии крафтовой обложки из нее выпали все внутренности. Густо краснея, маленькая помощница старалась как можно быстрее исправить оплошность, не глядя в сторону своего начальства. Подцепляя и теряя листы по несколько раз, черноволосая на автомате просматривала предоставленную ей информацию. На первом листе была характеристика девушки, начиная с роста и цвета глаз и заканчивая краткой рекомендацией психолога. «Подавлена… Нестабильна. Рекомендуется постоянный присмотр и комплексное наблюдение…» — выхватили пару строк по-кошачьему внимательные глаза девушки. Кисло поморщившись, мисс Полинг старательно прилагала усилия, чтобы не застонать от вскрывшихся обстоятельств. Может, на втором листе будет нечто более приятное?       Когда девушка ловко развернула нужную страницу, там ее встретил только набор цифр с указанием номера объекта, где ранее, по всей видимости, работала ее «головная боль», остальная часть с названием проекта, именами его руководителей и координатами месторасположения была старательно вымарана.       — Не густо… — невольно сорвалось с губ черноволосой раньше, чем она смогла это понять.       Прикрываясь помятой обложкой файла, американка дрожащими руками переворачивала последнюю страницу, прячась от взгляда начальства. Там была фотография и указания по новому месту работы.       — Это довольно… Короткая характеристика. Нет, я бы сказала, что это самое короткое резюме в моей жизни! Но я не поняла одного. Почему ее переводят из того отдела к нам, если… Как это было… Вот! Нестабильна, подавлена. Возможно, было бы лучше найти более здорового сотрудника?       — Да, мисс Полинг, вы определенно ничего не поняли. Эта девушка не сотрудник. И даже не человек! Она — собственность компании и передана на хранение в наш отдел, так сказать, но так как главный девиз любого бизнеса — это прибыль, был отдан приказ о занятости свободного актива. Другими словами, мисс Полинг…       Мрачное кресло шатко качнулось, медленно поворачиваясь лицом ко вмиг побледневшему координатору.       — «Это» — ваш заключенный, за которым вы теперь будете присматривать, пока компания вновь не решит возобновить «Эксперимент». И, надеюсь, он будет приносить пользу нашему делу. Я понятно выразилась?       — Более чем, мэм.