Путешествие в Крейзиленд

Где-то неподалеку что-то громко стукнуло. Встрепенувшись, Баффи вынырнула из глубокого сна без сновидений и попыталась сесть. Шея мгновенно отозвалась болью, тут же радостно перебравшейся ниже, на плечи и спину. Угораздило же заснуть на продавленном диване! Правда, не то чтобы она имела хоть какое-то представление, где искать собственную кровать. Если она у нее вообще была. А то с текущим уровнем странностей Баффи вряд ли уже удивилась бы, обнаружив, что спальным местом ей служит гроб. Снова что-то грохнуло, еще ближе. Разом позабыв о своих невеселых размышлениях, равно как и о задеревеневших мышцах, Баффи резко повернулась на звук. Фигура, копающаяся в сваленных у стены коробках, выглядела знакомой. Если бы еще не яркий солнечный свет, врывающийся в пустые оконные проемы высоко вверху (когда успел наступить полдень?..) и слепящий глаза… — Райли? — выдохнула она наконец, все еще не совсем уверенная, показалось или нет. Или это вообще лишь продолжение сна. — О… Привет, Баффи. Прости, я не хотел тебя разбудить. — Ты здесь? Ты не… — Баффи запнулась. Если здесь все вверх тормашками, и демоны правят миром, и чип в ее голове, то… шансы, что Райли имел какое-то отношение к тайной милитаризованной организации, занимающейся экспериментами над демонами, крайне невелики. А значит, и уезжать ему было некуда. Наверное? Разве что обратно в Айову. А что он тогда вообще делал в Саннидейле?.. Боже, мозги можно сломать! Райли тем временем что-то говорил. Тряхнув головой, она попыталась сосредоточиться на его словах вместо бессмысленной игры в вопросы-без-ответов с самой собой. — …Не хочешь меня здесь видеть. Но, Баффи, это здание не принадлежит тебе! Оно вообще никому не принадлежит. И это… это свободная страна! И… и… Пожалуйста? — на последнем слове его голос дрогнул совсем жалобно и плечи опустились в откровенном жесте признания поражения. Его широкие, мощные плечи… Или не такие уж и широкие и совсем даже не мощные… Прищурившись, Баффи присмотрелась внимательнее: он явно похудел и выглядел… странно. Даже не постаревшим, а скорее каким-то износившимся. — Пожалуйста? Пожалуйста — что, Райли? Сделав пару осторожных шажков поближе, он еще сильнее сгорбился и пробормотал: — Можно я поживу здесь? Понимаешь, Сэм разозлилась… снова… Ты же знаешь, она постоянно злится, постоянно упрекает, требует… Будто я виноват, что всего лишь человек! Будто я не подавал заявку на обращение! Дважды! Но разве ей что докажешь… «Ты недостаточно старался, Райли. Ты мог бы попробовать быть убедительнее, Райли. Ты должен был доказать, что достоин, Райли. Из-за тебя и мою кандидатуру не пропустили, Райли!» Сука! — Райли… — Или будто я не пытался найти работу получше. Да я каждый день ищу! — Райли… — Ну хорошо, ладно, не каждый. Просто бывают ну очень уж тяжелые дни. Я выматываюсь на работе, должен же я как-то отдыхать, расслабляться, хоть иногда позволять себе… — Райли! Моргнув, он наконец заткнулся, глядя на Баффи мутными глазами с сеточкой лопнувших сосудов. — Боже, что… что с тобой случилось? И кто такая?.. — она спросила совсем не то, что собиралась, но тут же перебила сама себя, возвращаясь к тому, что волновало ее сейчас на самом деле: — Ты должен мне помочь! Он непонимающе нахмурился и подошел еще ближе; на нее пахнуло волной устойчивого, многодневного перегара. — Так я могу… остаться? — Конечно можешь! Сколько хочешь. Или сколько нужно, пока… Ну, пока не наладишь… что там тебе надо наладить. А пока… Мне очень нужна твоя помощь, Райли. Мне не к кому здесь больше обратиться. Это подействовало: он выпрямился и выпятил грудь. Не то чтобы это было так уж неожиданно — он всегда был падок на чужую слабость в качестве постамента для собственной силы. Осознание этого не удивило. Что немного сбило с толку, так это как раз отсутствие удивления. Как если бы на самом деле она давно уже это знала. — Конечно. Без проблем, Баффи, ты же знаешь, я всегда готов тебе помочь. — Райли присел рядом на диван, вызвав у нее приступ тошноты новой волной перегара, и тихо добавил: — Что, твой кровососущий принц обратился в жабу? Я рад… Нет-нет, не что у тебя проблемы, но что ты наконец поняла, на кого на самом деле можно положиться. С трудом проглотив рвущееся на язык возмущение, Баффи только согласно покивала. Похоже, в этом мире гораздо больше вещей осталось без изменений, чем ей поначалу показалось.

***

Несколько минут Баффи непонимающе смотрела на дверь с табличкой «Закрыто», большими красными буквами на черном фоне. Даже таблички тут не такие. Впрочем… хорошо еще, хоть язык тот же. Она с ужасом представила себе попытки объясниться на каком-нибудь демонском диалекте, включающем невоспроизводимые человеческим горлом звуки, и содрогнулась. Жаль, то, что надпись была вполне понятной, не отменяло ее неожиданности. Еще даже семи нет — почему закрыто? Аня ни за что бы не стала… Да, вот только Ани-то она как раз вчера и не видела. И даже понятия не имела, кому вообще принадлежит «Магическая шкатулка». Черт. День из просто плохого уверенно переходил в разряд отвратительных и, кажется, на полном серьезе планировал подать заявку на участие в конкурсе на самые худшие сутки в ее жизни. Не то чтобы Баффи рассчитывала, что после вчерашней демонстрации того, насколько ее проблемы — это ее личное дело, кто-то вдруг изменит свое мнение и ринется ей помогать. Просто после менее чем удовлетворительного разговора с Райли ноги сами принесли ее к этим дверям. Туда, где она привыкла получать какую-никакую поддержку. Нет, даже не так — именно помощь. За поддержкой она в последнее время шла совсем в другое место. И… об этом думать не стоило. Нет, нет и еще раз нет. Раздраженно фыркнув, она сердито толкнула дверь — и та неожиданно открылась. — Эй, есть тут кто? — позвала Баффи, осторожно проскальзывая внутрь. Может, табличку по ошибке повесили? Снять забыли? Еще что? Может… — О, Тара… Привет. — Баффи? Что-то случилось? — Тара, улыбаясь, вышла ей навстречу из-за прилавка. — Нет, ничего не… Эм… Ну, кроме всей этой ситуации с перемещением в другой мир, в котором все поставлено с ног на голову, мои друзья вовсе не друзья мне и даже сестра не сестра. А я сама что-то вроде маньяка-террориста… Такие вообще бывают?.. Ладно, не важно. Пусть будет подкроватный монстр. Я здесь вроде подкроватного монстра, которым пугают маленьких детей. Если не считать этого, то все в порядке. — Баффи криво улыбнулась. — Да, я понимаю, насколько это может… насколько тебе наверняка некомфортно. — Сомневаюсь. — Нет, на самом деле понимаю. Ты же знаешь, после стольких лет, когда я верила, что… — она внезапно замолчала и смущенно опустила голову, чтобы распущенные волосы закрывали лицо как можно сильнее. Так знакомо, что Баффи едва не расплакалась от кольнувшей сердце ностальгии. — О. Только ты ведь как раз не знаешь. Прости, ты выглядишь точно так же, и постоянно помнить, что ты не она, не наша Баффи, довольно сложно… Идем. Присядем, выпьем чаю и поговорим. Что-то мне подсказывает, что тебе сейчас это не помешает. Баффи только молча кивнула, не доверяя стянутому спазмом горлу. Спустя минут десять они уже сидели за столом, баюкая в руках исходящие паром чашки, и Баффи говорила. Запинаясь, замолкая, чтобы подобрать слова, или прерываясь на нервный смех, но говорила. О том, насколько отличается этот мир от привычного ей. О том, что дома ее ждут — сестра, друзья и… О том, что там она нужна. Хотя бы для того, чтобы предотвратить какой-нибудь очередной апокалипсис. Обо всем этом она уже рассказывала вчера, но почему-то под внимательным и сочувствующим взглядом серо-синих глаз, спокойных, как озерная гладь, простые факты внезапно обрастали множеством мелких, незначительных, но неизменно эмоциональных подробностей, обретая пугающую реалистичность, становясь тем, чем и являлись на самом деле, — ее жизнью. В отличие от Ксандера, сыпавшего грубыми подколками едва ли не на каждое ее слово, как если бы его главным намерением было выиграть в конкурсе «Оскорби Баффи наибольшим количеством способов», Тара действительно ее слушала. В отличие от Райли, она не просто слушала (постоянно перебивая, чтобы вставить деланно сочувствующее «Я же тебе говорил» или нарочито скромное «На меня ты можешь рассчитывать всегда») — она слышала. И в отличие от Уиллоу, этой новой Уиллоу, пугающей своим уверенным взглядом, с какими-то непонятными, диковатыми искорками в глазах, ей было не все равно. По крайне мере Баффи так казалось. Наконец, выдохшись, Баффи замолчала. Чай, недопитый и позабытый, давно остыл. Посидев несколько минут, она подняла глаза на Тару, пару раз сглотнула, проталкивая поселившийся в горле ком беспокойства, и с надеждой спросила: — Ты… Ты мне поможешь? — Не знаю… — Тара, ты же человек. Даже здесь, в этом кошмарном мире, принадлежащем демонам, ты человек, ты не можешь не понимать, насколько это все неправильно, насколько все здесь неправильно, не так, как должно быть! Насколько важно вернуть все на свои места. Пусть остальные не способны, но ты точно должна. — Человек? — Тара нахмурилась, и ее лицо в первый раз за все время закрылось, став холодным и отчужденным. Словно маска скользнула на место, маска, о существовании которой Баффи даже не подозревала. — Ах да, ты же не… Когда мой отец явился сюда, утверждая, что я всего лишь человек и мне не следует пытаться выдавать себя за кого-то другого, что в нашей семье у женщин слишком слабая демоническая часть, которая со временем просто погибает, именно ты… то есть наша Баффи помогла мне доказать обратное. Ударила меня, и это привело в действие чип. Она помогла мне, хоть и ненавидит… ненавидела демонов. Наверное, это в вашей крови как истребительниц. Но даже она уже давно не… Знаешь, я вообще-то хотела сказать, что не знаю, смогу ли тебе помочь. Но теперь я, честно говоря, уже не знаю, хочу ли. Да и если ты ожидаешь помощи только от людей, то я, прости, не прохожу по требованиям. Не глядя на нее, Тара встала и, собрав чашки, ушла в заднюю комнату. Баффи сидела, ошеломленно глядя на то место, где еще недавно была Тара. Демон, ну конечно же. Все наоборот, напомнила она себе с горечью. Конечно же, Тара должна была оказаться демоном. И конечно же, Баффи и тут должна была облажаться, не вовремя открыв рот. У нее всегда плохо получалось говорить. Нет, неправда — в последнее время у нее плохо получалось все. Абсолютно все. И жить в том числе, а скорее даже — прежде всего. На глаза навернулись злые слезы, но Баффи не могла понять, на кого же злится: на Тару или на саму себя. Или просто на весь мир, хоть на этот, неправильный, перевернутый и перекрученный, хоть на свой. В груди, отдаваясь усталой обреченностью, стыло ощущение, что стоило бы уже привыкать говорить: «Свой бывший мир», поскольку пока что все указывало на то, что вернуться у нее вряд ли получится. Не с единственным помощником, провонявшим перегаром, кажется, до самых костей и постоянно почесывающим подживающие шрамы от укусов на руках, шее и даже ногах. О, он то и дело оттягивал рукава и воротник, пытаясь их прикрыть, но, во-первых, это еще сильнее привлекало внимание, а во-вторых, Баффи уже знала, на что смотреть. Как ни странно, понимание, что здесь Райли нырнул в свое нездоровое увлечение с головой, вызывало лишь легкое сожаление. И сочувствие неведомой Сэм, которая, как выяснилось, была его женой. Видимо, способность беспокоиться о ком-либо, кроме себя, Баффи оставила в своем… в своем бывшем мире. А может, вообще на Небесах. Не то чтобы ей впервые казалось, что чего-то не хватает. Внутри, там, где должны были находиться чувства, где должно было храниться все самое лучшее. Там было пусто, кричаще, болезненно пусто. Как будто что-то существенное, что-то важное и необходимое не вернулось с ней в мир живых. В самые страшные моменты мелькала мысль, что это душа. Звон колокольчика и стук входной двери вывели ее из задумчивости, чему Баффи только обрадовалась, поскольку мысли ее успели незаметно повернуть туда, куда ходить было нельзя. Если она хотела сохранить рассудок или хотя бы его подобие — нельзя. — Ну кто там еще читать не умеет? — раздраженно спросила Тара, выглядывая из задней комнаты. — Спайк? Мне нужно напоминать, что порядочные вампиры днем спят? — Я не порядочный, могла бы уже и привыкнуть. — Спайк ожидаемо ухмыльнулся, но глаза его остались серьезными и сосредоточенными, что заметила не одна Баффи. — Что, опять? — Тара опустила вскинутые было в жесте возмущения руки и встревоженно нахмурилась. — А как же. Две сразу. Лезут, будто им тут медом намазано, камикадзе хреновы. Три дома вырезали, и это за несколько часов всего! И полицейских потрепали так, что… — Он уже почти прошел, нет, скорее промаршировал мимо в вихре черной кожи и табачного дыма, но вдруг остановился, замер на мгновение и развернулся всем корпусом к столу под стеной. — Истребительница. И тут. Даже в гребаном магазине, где мы — предположительно — должны обсуждать наши планы. — И снова повернувшись к Таре: — Напомни-ка мне лучше, милая, почему я до сих пор не свернул шею этой надоедливой маленькой дряни. А то у меня что-то внезапно случилось с пониманием этой загадки вселенной. — Она безобидна? — пожав плечами, предложила Тара. — И это даже не наша Баффи, кстати. — Это единственное, что в ней хорошо. Все остальное… — И опять-таки — «она» прямо здесь! — напомнила Баффи, с радостью хватаясь за привычное отвлекающее раздражение. — О чем я, черт возьми, и говорю! Прямо здесь, в нашем долбаном командном центре, сидит гребаная истребительница! — А где мне еще быть, если в моем мире это мой гре… мой командный центр?! — Свежие новости, детка, это не твой гребаный мир! Хотя какие они, нахрен, свежие? За то количество раз, сколько тебе уже это повторили, даже настолько туго соображающее существо, как ты, должно было понять. Прости, недооценил. — Тихо, — Тара даже не проговорила это, а скорее выдохнула, почти без звука, но слово будто растянулось в воздухе, опустившись на плечи прохладной, освежающей и успокаивающей одновременно волной. С немалым удивлением Баффи почувствовала, как расслабляются сжатые до побелевших костяшек кулаки и утекает невесть куда достигшая было уже угрожающего уровня злость. Судя по разгладившемуся лицу, на Спайка это — чем бы оно ни было — тоже подействовало. Впрочем, спустя от силы минуту он снова раздраженно сжал челюсти. — Опять ты со своими фокусами, Глинда. Возмущению его, однако, явно не хватало жара, искренности и… собственно возмущения. Устало проведя рукой по лицу, он оседлал ближайший стул, ногой развернув его в нужное положение, и, бормоча что-то наверняка ругательное себе под нос, полез в карман за сигаретами. — Просто, знаешь, я тут подумала, что тебе стоит взять Баффи сегодня с собой. — На кой хрен? — Эээ… куда взять? И зачем? А мне туда точно надо? — Баффи съежилась под неодобрительным (Тары) и откровенно злобным (Спайка) взглядами, как-то резко вспомнив, что оба эти… существа могут сделать с ней все что угодно, спасибо чипу и всему этому больному миру. — Я не вещь, чтобы меня куда-то брать… — Конечно нет, детка, — Спайк изобразил ласковую улыбку, фальшивую до оскомины, — вещи обычно полезны. В отличие от тебя. Вскинувшись, Баффи собиралась наконец высказать треклятому вампиру все, что о нем думает, но Тара подняла предупреждающе руку (а может, отправила очередную волну своей непонятной магии — во всяком случае, желание рвать и метать снова резко снизилось) и сказала, обращаясь к Спайку: — На самом деле я думаю, что сегодня у Баффи есть все шансы быть очень даже полезной. Если, конечно, она захочет. Ну слава богу, хоть кто-то еще помнит, что у нее есть свобода воли и какие-то желания! — И с чего?.. Не дав ему закончить, Тара уверенно продолжила: — Ксандер может помочь, но силы у него всего лишь человеческие. Оз после неконтролируемого оборота и магии Уиллоу сегодня всю ночь в кровати проваляется, у самой Уилл важный тест, она раньше половины третьего никак не освободится, и не мне тебе говорить, сколько еще всего могут натворить две психопатки до того времени. — И Джайлз уже улетел на встречу со своим кланом… — Так что остаюсь только я с моими невеликими возможностями. И наша местная истребительница. — Или… — Один ты с ними не справишься. Больше того — я тебя просто не пущу, и на то, чтобы устроить тебе чудесный восстанавливающий сон часов на пять-шесть, моих сил вполне хватит. — Вот хрень. Баффи готова была повторить за Спайком и еще добавить от себя, что ни за какие коврижки она не собирается тащиться невесть куда, чтобы сражаться там непонятно с кем (а учитывая, с кем предполагалось отправляться, вероятность, что ей вообще лучше занять противоположную сторону, выглядела не большой, а просто-таки огромной), но Тара оставалась ее единственной надеждой на хоть какую-нибудь помощь. А потому отказывать ей было бы, наверное, не самым умным поступком. Особенно после того, как Баффи уже умудрилась ее обидеть. — Ладно. Куда там нужно идти? — спросила она, стараясь не думать, на что подписывается. На месте разберется, как всегда. О том, сколько раз такая тактика чуть не стоила ей жизни, Баффи тоже отказывалась вспоминать.