И осень будет длиться вечно

У Беверли всегда были сложные отношения с отцом. Мистер Марш не увлекался алкоголем или наркотиками, но весь свой гнев он вымещал на родной дочери, с чем она уже успела смириться. Прятать от него сигареты и друзей стало чем-то обыденным, подбирать слова в диалогах с ним и пытаться лишний раз не попадаться на глаза — тоже. Она приспособилась, притерпелась, научилась вертеться и даже умудрялась иногда получать удовольствие от жизни. В конце концов, у неё появился Билл. После победы над Пеннивайзом, всё закрутилось как-то очень быстро. Она и сама не заметила, как стала получать в подарок сладости от Денбро. Как они стали держаться за руки, и чаще встречаться отдельно от остальных неудачников. Как внезапно замолкали, забывая о том, что хотели сказать, и подолгу глядя друг другу в глаза. Всё произошло так легко и естественно, словно эти двое родились для того, чтобы быть вместе. Именно поэтому Биллу не требовалось обозначать их отношения никаким глупым статусом, ни для них самих, ни для друзей. Все и так всё понимали. Все и так всё видели. Все были за них очень рады. И Беверли действительно думала, что её жизнь становится чуточку светлее... пока не наступила осень. Почему-то, соседям ужасно захотелось рассказать мистеру Маршу о том, что Беверли всё лето провела в кампании парней. Мол, видели, как они вместе катались на велосипедах, ели сладкое и играли. О, в какую ярость впал отец! Вспомнить страшно. Беверли тогда крепко досталось, но главное — Элвин Марш контролировал каждый её шаг, каждый вздох. Категорически не выпускал из дома, а возвращаться со школы она должна была минута в минуту. Ужасней всего было то, что встречи с Биллом, при таком распорядке, стали просто невозможными! Времени, что они проводили вместе между уроками, им категорически не хватало. Можно было, конечно, прогуливать, но тогда учитель вызвал бы отца в школу, а об этом она и думать боялась! И они придумали план. Хитрый план, благодаря которому влюблённым удавалось встречаться раз в неделю и проводить время вместе, не заботясь о том, что их могут поймать. Каждую субботу после трудовой недели мистер Марш, по своему обыкновению, спит как убитый. Он спал бы так до вечера, чему Беверли была бы ужасно рада, если бы регулярно не ставил будильник на час дня. Элвин мог встать среди ночи и проверить, есть ли его дочь в своей кровати, но он никогда бы не стал проверять её утром. Ровно в полшестого утра Билл и Беверли встречаются на старой заброшенной детской площадке и проводят целых семь часов только вдвоём, скитаясь по пустынным утренним улицам. Ближе к девяти сворачивают во дворы, где бы их видело меньшее количество людей, и заканчивают прогулку в полпервого — тогда у Беверли есть ещё полчаса на то, чтобы незаметно вернуться домой. Она всегда успевает. А Билл не спеша возвращается к себе — ждать следующей субботы. Он всегда знал, что с Беверли будет непросто. Но ведь победить Пеннивайза тоже было непросто. Так почему тогда он должен бояться трудностей? Последние события, в принципе, отучили его бояться чего-либо. Ведь они, в конце концов, вырастут. И тогда он заберёт Беверли из этого дурдома и увезёт далеко-далеко — поближе к океану, где тепло и солнечные пляжи. А пока... пока проклятый будильник будит его в пять утра, оповещая о том, что Беверли сейчас тоже просыпается. Писк будильника вызывает смешанные чувства. С одной стороны, он просто ненавидит этот звук и еле удерживается от того, чтобы запустить железяку в стену. С другой же, сигнал означает, что скоро он увидится с Бев, и эта мысль прибавляет энтузиазма. Широко зевнув, Билл высовывает ногу из-под одеяла, дабы отправиться умываться, но резко прячет её обратно. Воздух в комнате просто ледяной. Неужели за ночь настолько похолодало? Перспектива выбираться из-под тёплого одеяла кажется всё более страшной. Вот уже глаза, как обычно, слипаются, а окутывающее со всех сторон тепло так и манит провалиться в дрёму на пару минут. Но Билли бьёт себя по щеке, пробуждая. Ведь он прекрасно знает, что за дрёмой последует глубокий и долгий сон. А если Беверли его не дождётся? Нет, он не сможет простить себе этого! Денбро глубоко вдохнул и выдохнул, собираясь с силами. Он резко откинул мягкое пуховое одеяло и зябко поёжился, чувствуя, как холод легко проникает под ткань тёплой пижамы. А в том месте, где кофта задралась, и вовсе широко проводит своим мерзко морозным языком по животу, заставляя кожу мгновенно покрыться мурашками. Билли одёргивает кофту и останавливает свою руку на полпути. Рука потянулась к одеялу. Тело стремилось к теплу, и ему было глубоко плевать на дела сердечные. Билли воспроизвёл в памяти рыжие волосы Беверли, курносый нос и тихий голос. Он вспомнил, как вчера в школе она передала ему записку с коротким посланием: «Увидимся завтра» и сердце забилось чаще. Мальчик решительно соскочил с кровати и почти мгновенно подпрыгнул на месте, потому что пол был буквально ледяным. Пришлось метнуться к шкафу. Переступая с ноги на ногу, Билл достал самые тёплые шерстяные носки из тех что у него только имелись, и поспешил натянуть их на пятки. Стало теплее, но ненамного. Предатели глаза сами покосились на манящее своим теплом одеяло, и мальчику пришлось резко отводить взгляд. Зубы начали нескладно отбивать дробь и Билл метнулся в ванную. Срочно умыть лицо, взбодриться и бежать к Беверли! Остывшая за ночь в трубах вода никак не желала нагреваться, отчего зубы стали отбивать ритм всё отчётливей. В голову забралась малодушная мысль. А что, если Беверли не станет выходить из дома в такой холод? Вот сейчас он доберётся до площадки, к чертям замёрзнет, пока будет ждать её, простынет наверняка, а она так и не явится. Не лучше ли просто вернуться под одеяло и проспать эти несколько часов в тепле, а не простоять на морозе? Билл тут же обругал себя за такие мысли. Как ему подобное только в голову могло прийти? Конечно Беверли придёт на свидание. А даже если и нет, даже если она замёрзнет настолько, что не станет выходить из дома, он всё равно должен быть там! Вытирая с лица ледяные капли, переодеваясь и стуча зубами, Билли согревал себя мыслями о малышке Беверли. Его малышке Беверли. Никто во всём мире не понимал его так, как она. С ней не нужно было притворяться очень хорошим или очень плохим. Они прятались в объятиях друг друга от холодности родителей, делились грехом, поочерёдно выкуривая одну сигарету, и разделяли статус лузеров, прячась от шайки Бауерса за мусорным баком. Так что Билл искренне не понимал, как они могли раньше не замечать друг друга?

***

Он увидел её издалека. Девочка скакала вокруг скошенной карусели, видимо пытаясь согреться. Восходящее солнце подсвечивало её рыжие волосы, и Билл невольно сравнил Беверли со свечкой, а колышущиеся кудряшки — с беспокойным огоньком. — Бев! Только сейчас Билл действительно почувствовал, как сильно он по ней соскучился. Тех крох общения, что они получали в школе, категорически не хватало. Он так хотел взять её за руку и не отпускать весь день, так хотел прижать к себе. И вот, наконец, получил эту возможность. Билли подлетел к обернувшейся Беверли и заключил её в крепкие объятия, зарываясь носом в рыжие кудри. — Я так рад, что ты п-пришла. После победы над Оно, Билл начал заикаться куда меньше. Он чувствовал, что вместе с клоуном под землю ушла и львиная часть его переживаний. А это значит, что скоро и его речь, и жизнь, в целом, придут в полный порядок. Мальчик просто знал это, и от того на душе было так спокойно. Ведь неудачники, после всего пережитого, вполне заслужили простого человеческого счастья. — Как я могла не прийти? Она отстранилась от Денбро и улыбнулась той самой загадочной улыбкой, в которую так часто влюбляются неокрепшие мальчишеские сердца. Билл точно залюбовался бы ею, если бы картину не портили посиневшие губы. — Ты замёрзла, — нахмурился мальчик, только сейчас осматривая Беверли. — Во что ты одета? Бев смутилась, опустив глаза и машинально потёрла рукой замёрзшее ухо. — Ну... я не приготовила вчера другой одежды, а за чем-то более тёплым нужно было лезть в большой родительский шкаф, — она подняла на мальчика извиняющийся взгляд. — Я боялась разбудить отца. Билл почувствовал, как стыд заставляет его щёки покраснеть. Боже мой, неужели он мог подумать о том, чтобы не прийти? Билли чётко представил себе, как Беверли стоит здесь в своей тоненькой ветровке, перепрыгивая с ноги на ногу и безуспешно пытаясь согреть ледяные руки дыханием. Она всё смотрит и смотрит в сторону его дома, но он не появляется. Тогда Бев начинает волноваться. Она думает, что с ним что-то случилось, и ждёт ещё некоторое время. И потом, совсем продрогшая, уходит домой с неспокойным сердцем, чтобы накручивать себя потом весь день. А в понедельник Беверли подбегает к нему перед уроками и хриплым от простуды голосом спрашивает, почему же он не пришёл? Что с ним случилось?.. И что? Что ему ответить? Что он спал? Что променял её на... на одеяло? От собственных мыслей стало и смешно и страшно одновременно. — Ты чего? — спросила Бев, глядя на внезапно изменившегося в лице Билла. Вырванный из раздумий мальчик потряс головой, разгоняя дурные мысли. — Н-ничего. Не бери в голову. — Ладно. — Она легкомысленно пожала плечами. — Только... не думаю, что из этого выйдет хорошее свидание. Беверли обвела взглядом улицу, намекая на дерьмовую погоду. И Билл только сейчас спохватился, еле удержавшись от того, чтобы не ударить себя ладонью по лбу. Он спешно скинул курку и накинул её на плечи удивлённой девочке. — Вот. Так б-будет теплее. — А как же ты? — тут же спохватилась Бев, тем не менее, кутаясь во внезапный подарок. Она совсем замёрзла. — Это н-ненадолго. Билли заговорчески подмигнул, на что Беверли ответила заинтересованным взглядом. — Я знаю, как п-провести лучшее свид-дание.

***

— Свидание под одеялом? Ты серьёзно? — Лучшее свидание под од-деялом! Билл выглядел невероятно гордым своей идеей. Им пришлось очень постараться, чтобы бесшумно проникнуть в дом, не разбудив родителей, но результат был достигнут. Теперь плотно закрытая дверь служила им щитом, превращая комнату Билли в отдельный от дома маленький мирок, где дети могли делать всё что им захочется. А хотели они сейчас, в первую очередь, согреться. — Знаешь, что я об этом думаю? — спросила Бев, скрестив руки на груди. — Чт-то? — отозвался Билл, чувствуя, что почему-то волнуется. — Что это самая клёвая идея из всех, что я слышала! Беверли знала, что кричать нельзя, поэтому попыталась передать свой восторг исключительно интонацией. Видимо, у неё это получилось. Обрадованные и очень замёрзшие дети принялись стягивать верхнюю одежду и мгновенно нырнули под пуховое одеяло, накрывшись с головой. Они знали, что чтобы постель нагрелась, нужно было подождать, так что замерли, обнявшись, согреваясь теплом друг-друга и радуясь тому, что мороз более не колол их носы и ладони. Обоих смущало то, что они лежали в обнимку в одной кровати, но одновременно вся эта ситуация казалась абсолютно правильной и естественной. Всё складывается именно так, как должно быть. Билл взял в руки всё ещё холодные ладошки Беверли, и принялся согревать их дыханием. Теперь отогреть их было куда проще. Конечно, он мог тогда в пять утра поддаться искушению и провалиться в сон, не выбираясь в холодный мир из-под тёплого одеяла. Но ведь в этом мире его ждёт очень много важного. Там его ждала Беверли — безмерно дорогая сердцу малышка Бев. Ведь, в конце концов, гораздо приятней лежать под одеялом не в одиночку, а вместе с тем, с кем хочешь проводить каждое утро... и день... и вечер... и, конечно же, ночь.