И осень будет длиться вечно

— Ну в чём дело, сладкий? Билл раздражённо нахмурился, скидывая руку в белой перчатке с плеча. — Н-ни в чём. У меня нет настроения, я-ясно? Пеннивайз по-кошачьи склонил набок голову, наблюдая за тем, как мальчишка опять склоняется над печатной машинкой, запустив руки в отросшие волосы. Он досадливо кусает губы и нетерпеливо стучит пальцем по столешнице. В какой-то момент вздрагивает, подносит руки к машинке, но пальцы замирают всего в нескольких сантиметрах от кнопок, и Билли досадливо рыкает, опять ероша ни в чём не повинную причёску. Он слышит не менее досадливый вздох за спиной. Помедлив, клоун вновь предпринимает попытку приобнять парня за талию. — Может, тебе нужен перерыв?.. — Боже, Пенни, м-мне просто нужн-на тишина! — выкрикивает он и в порыве эмоций бьет руками по столу. Оно даже не пытается лезть в кашу, которая происходит в голове у подростка. Будто он и так не знает, в чём причина столь отвратного настроения Билли. Творческий кризис, видите ли, у него. Муза великого писателя покинула! Не прошло и года с тех пор, как Денбро впервые взялся за это дело, а уже музы ему не хватает! — Знаешь, милый, — начал Пеннивайз, не скрывая уже собственного раздражения. — Я бы понял, ели бы ты был каким-то там невероятным талантом! Но писать такую хрень и так из-за этого переживать, право слово, нужно ещё уметь. Билл не обиделся. Пеннивайз всегда относился скептически к его увлечению. Бурчал, кривился, но никогда не настаивал на том, чтобы Денбро бросил эту затею. Даже печатную машинку ему подарил, а больше ему ничего и не надо было. Хотя нет, кое-что надо. Чтобы это древнее существо со спермотоксикозом наконец оставило его в покое. И так слог не вяжется! — Что-что там у меня? — переспросило Оно, угрожающе нависая над парнем. — Да я тебя, ваза ты моя хрустальная, — он взял Билла двумя пальцами за подбородок, заглядывая ему в глаза. — До шестнадцати лет и пальцем не трогал. Думаешь, мне было легко? — монстр зарычал. — Вполне логично, что я требую возмещения морального ущерба. — Так я и возмест-тил! — воскликнул Билл, отталкивая руку в белой перчатке и вскакивая с места. — На кухне, в д-душе, в школьной ра-аздевалке, да даже на ко-колесе обозрения! Удив-вляюсь, как ты меня в к-канализацию утащить не додумалс-ся! В порыве эмоций он красноречиво жестикулировал, не сводя взгляда со светящихся янтарных глаз, что прожигали его как ягнёнка на забое. Но Билл давно привык к этому взгляду, он даже нравился ему... обычно нравился, но сегодня почему-то бесил. — Ну, если ты так хочешь, могу утащить. Хоть прям сейчас, пошли. Он схватил парня за руку, словно действительно собрался его утащить, но Билл неожиданно расслабился. Вся злость в нём разом утихла и парень поднял на Оно уставший взгляд. Это заставило клоуна стушеваться. — П-послушай... я правда не мо-огу сейчас думать ни о чём к-кроме книги. Всё как-то н-не то: и уроки н-не учатся, и еда н-невкусная, понимаешь? Не хочется нич-чего. Этот творческий к-кризис, чтоб его, как как-кая-то дырка внутри, которая жить н-нормально не даёт. Он взял Оно за руку уже совсем по-другому, примирительно, и слабо улыбнулся. — Я о-обещаю, что мы ве-вернёмся к этому разговору, когд-да ко мне вернётся вдохновение. А п-пока, пожалуйста, оставь меня в п-покое. Клоун расстроенно выдохнул. Если бы не читал мысли мальчишки, точно решил бы, что тот водит его за нос. И очень разозлился бы! Но нет же, этому действительно были важны его писульки, и они правда могли испортить настроение Билли. Как бы Пеннивайз не относился к этим его заскокам, клоун старательно держал в голове мысль, что с больными и творческими людьми спорить себе дороже, и сокрушённо кивнул. — Ладно, умник. Надеюсь, ты не станешь теперь, как истинный творец, закатывать мне такие вот концерты каждый месяц. — Я т-тоже на это над-деюсь, — пожал плечами Билл и засмеялся, поймав взгляд клоуна. — А ч-что? Ничего об-бещать не могу, — развёл он руками. — В следующий раз я откушу тебе руку, — пообещал Пеннивайз и покосился на стопку переведённых листов, которую Билл именовал началом своего творения. Он не хотел задавать этот вопрос, но всё-таки сделал это. — И... про что твоё... творение? Билли расплылся в радостной улыбке. Клоун очень редко интересовался его творчеством, если не сказать — никогда. Он позволил Пеннивайзу сесть на своё место и усадить себя на колени. — Ну, он про девушку, к-которая попала в замок. В замок-отель, где не было п-постояльцев. Потом оказалось, что отель держат вампиры, кот-торые заперли её в замке, и стали ждать приез-зда главного вампира. Он должен был я-явиться к полнолунию, и тогда из неё сделают ужин. Билли рассказывал взахлёб, чуть ли не перебивая самого себя. Он даже заикался меньше. Они оба знали, что Пеннивайз вполне мог прочесть сюжет в мыслях Билла и нарочно забывали об этом. — Она долго пыталась выбраться, н-но её хорошо сторожили. И вот в ту самую роковую ночь в-все были так заняты подготовкой к приезду главного, так что девушк-ке удалось улизнуть. В ту ночь был очень густой тум-ман и она быстро заблудилась на огромных болотах, что ок-кружали замок. Только благодаря яркому свету лу-луны, она не утонула. Тогда она встречает человека, который соглашается пом-мочь ей выйти к городу, проведя через топи. Девушк-ка не знает, что этот путник — и есть тот самый главный вампир, и что вед-дут её обратно в замок, на убой. Пеннивайз не считал эту задумку очень уж интересной. Зачем вампирам столько мариновать, да ещё и кормить конкретно эту девчонку? Должны же они как-то еду получать. Может, им сироток или бомжей кто доставляет? А про эту они ничего не знают, а вдруг её искать начнут? А вдруг родственники знают, что она уехала именно в сторону их отеля? Сильно нужны им разборки с полицией. Да и как, скажите на милость, можно довериться человеку, скитающемуся ночью по болотам в одиночку? Но глаза Билли горели, и Пеннивайз просто не мог его расстроить. — И почему ты пишешь только ужасы? — хмыкнул он, выбирая нейтральную тему. — Это ты на м-меня плохо влияешь, — улыбнулся парень. — Ладно, — легко согласился клоун. — И где же ты застрял? — Да вот на этой с-самой встреч-че! Билл и сам не заметил, как начал кричать, настолько болезненной для него стала эта тема. — Я н-не могу описать это п-правдопод-добно. Нужно показать её с-страх и уст-талось. И то, что она н-не доверяет этому с-странному человеку, н-но выбора у неё н-нет. Иначе она у-утонет в тряс-сине, только он м-может вывести её к г-городу. Он опять запустил руки в волосы. — Аргх, это очень сложно! Сцена никак не вырисовывается в голове! Пеннивайз задумался. Он зарылся носом в волосы парня и нежно огладил большим пальцем его скулу. — Ничего, Билли, что-нибудь придумаем. Билл, конечно же, не принял эти слова всерьёз. Но даже имитация участия от Пеннивайза была ему приятна.

***

Билл весь день провёл за столом, пытаясь родить хоть что-то приличное. Увы, пара исписанных листов, на которые хватило парня, с позором отправились в урну — это никуда не годилось. Расстроенный, он уже собрался было ложиться спать, когда почувствовал сильное, просто непреодолимое желание выйти на улицу. Любой другой житель Дерри удивился бы этому, и выполнил бы всё, не смея ослушаться собственных желаний. Но Билл слишком хорошо знал одного клоуна, что так любил влиять на разум всех людей в пределах одного небольшого городка в штате Мен. — Отстань! — громко выкрикнул он. — Мне завтра в школу, хочу спать. Желание прогуляться перед сном стало ещё сильнее. А вот сонливость, наоборот, исчезла, точно её и не было. Билл раздражённо вздохнул, и направился ко входной двери, по пути накидывая курточку — не отвяжется ведь. Парень не боялся, что мама не выпустит его гулять ночью, ведь Пеннивайз давно уже сделал мистера и миссис Денбро слепыми и глухими. Образно, конечно же. Ведь за все шесть лет они так и не заметили, что их сын встречается с монстром из другой вселенной. Не интересовались, откуда у него появляются новы вещи, вроде той же печатной машинки или плеера последней модели. Они вообще не задавали вопросов. Именно поэтому Билл спокойно покинул дом и побрёл вперёд, ни о чём особо не думая. Ну и густой же сегодня туман. А ведь Пенни мог и разогнать его, раз уж так хотел, чтобы Денбро вышел. Билл встал на месте как вкопанный. Только сейчас до него дошло, что фонари на улицах не горели, а округу освещал холодный лунный свет. Парень поднял глаза и ахнул от неожиданности. Он точно помнил, что ещё вчера с неба лукаво улыбался тонкий спадающий полумесяц. Сегодня же, прямо над его головой, возвышался полноценный лунный диск. Аж дух захватывало. И в этот момент Билл почувствовал какую-то сырость. Запахло гнилой травой, болотной тиной... болото. В воздухе пахло болотом! Туман, полнолуние и этот запах. Билли улыбался во все тридцать два, не веря, что ему сделали такой подарок, когда увидел, что из плотного тумана к нему вышел человек в костюме из прошлого века. Его бледная кожа казалась почти белой в лунном свете. — Доброй ночи, — поздоровался он, приподнимая шляпу. — Могу ли я полюбопытствовать, что может делать столь прелестная особа в подобном месте, посреди ночи? Смею предположить, что вы заблудились. Могу ли я, в этом случае, быть вам полезен? Моё имя Рудольф. Это именно та фраза, которую Билл ему прописал. Это именно тот образ, который он продумывал до мелочей, и который Оно из его головы нагло стырил. Это был таинственный незнакомец, которого должна была встретить главная героиня на болоте! Сцена из книги предстала перед его глазами, и это чувство было просто потрясающим! Билли восторженно засмеялся, не в силах сдержать эмоций. Неужели... нежели всё это ради него? Его персональная иллюзия? — Ну что ты, это было бы слишком просто, — ответил вампир голосом Пеннивайза. — Только в эту ночь, в то время как вся Америка видит в своих окнах месяц, над Дерри нависла полная луна. Билл ошарашенно хлопал глазами. — Но... это же наст-тоящее чудо. Н-необъяснимое. Что если все об этом загов-ворят, сюда понаедет исследователей и т-тогда... — Тише-тише. Рудольф обнял его и погладил по голове, успокаивая, как маленького. — Никто об этом не заговорит. Это мой город, помнишь? Билл улыбнулся. — Кон-нечно п-помню. Он прижался спиной к обнимающему его клоуну, положив ему голову на плечо, и они замерли. Билл смотрел на восхитительную, магическую луну, которая внезапно перевернула с ног на голову весь лунный цикл в Дерри. А Пеннивайз смотрел на Билла, наслаждаясь его умиротворением. — Ну что, есть вдохновение? — спросил вампир через некоторое время. Вместо ответа, Билл повернулся с широкой улыбкой и обнял его руками за шею. — Знаешь, я не х-хочу целовать н-незнак-комого вампира, — капризно пожаловался он. Оно понятливо улыбнулся и лицо его начало меняться на глазах. Вот уже рядом с подростком стоял Роберт Грей и Денбро с улыбкой потянулся к его губам, но остановился буквально в полу сантиметре, чтобы прошептать: — Я люб-блю тебя. Он увлёк его в нежный, неторопливый, но такой чувственный поцелуй, словно пытался передать через него всю благодарность, которую никак не мог выразить словами. Он правда любил этого несносного клоуна. Пусть он был древним чудовищем, пусть убивал людей и не любил произведения Билла. Это всё было неважно. Потому что это существо всегда будет рядом с ним. Потому что разорвёт любого, кто посмеет лишь подумать о том, чтобы навредить Биллу Денбро. Потому что он сошёл с ума, и не представляет свою жизнь без чудовища под боком. Роберт отвечал на поцелуй так же плавно, мысли мальчишки приносили ему удовольствие. Но на грани сознания робко ворочалась беспокойная, давно задавленная мысль. Стал бы Билли думать так же, если бы помнил о том мальчике? Если бы хоть кто-нибудь в Дерри помнил о мальчике, который однажды так неудачно вышел на улицу запускать кораблик. Винит ли Оно себя за тот случай? Жалел ли он об этом? И были бы у них с Билли те же отношения, если бы монстр не подкорректировал память мальчику тогда, шесть лет назад? Он этого никогда не узнает. Так же, как и Билл никогда не узнает о том, что случилось дождливым днём у водостока. Зачем всё портить, если сейчас им так хорошо? Это лишняя боль, так что Оно только делает услугу Билли, от неё избавляя. Оно заботится о нём. Оно защищает его. Оно любит его. Когда Билл залез руками под кофту, оглаживая спину, монстр нахмурился и отстранился. — Погоди-ка, ты ведь страшно желал вдохновения. Ну так и беги писать свой шедевр. Билл удивлённо уставился на клоуна. — Какое писать? Я целоваться хочу. — А я, может, страсть как хочу почитать продолжение! — мстительно улыбнулся Грей. Билл настойчивей прижался к мужчине, пытаясь поцеловать его в шею, но тот умудрился ускользнуть от поцелуев и вывернуться из рук. — И не надо ко мне лезть со своим спермотоксикозом. Давай, дуй в дом, тебя там твоя ненаглядная машинка ждёт. — Это ч-что, месть? — возмущённо воскликнул Билли. — Самая настоящая, — Роберт растянул полную акульих зубов улыбку. — Пока главу не допишешь, можешь меня даже не искать. Силуэт сделал шаг назад и растворился в густом тумане, словно и не было его здесь. А Биллу осталось только растерянно и обижено хлопать глазами. К такому повороту событий он не был готов. Парень развернулся и направился в дом, дописывать сцену, которая так хорошо нарисовалась в голове. Он должен закончить за ночь, пока рядом витает муза, зачарованная магическим светом персонального полнолуния.