Маски

Джулиус стоял у высокого забора из белого камня и прикрыв глаз, всматривался в миллиметровую щель между деревянными досками в калитке. — Чёрт! Ничего не видно.— Крутя головой то вправо, то влево, ругался Джулиус. Зимнее солнце слепило, отражаясь в кристаллах снега. Джулиус провёл по шершавому камню и, собравшись с духом, наконец дёрнул за верёвочку висевшего рядом колокольчика. Он мелодично зазвенел, напоминая утреннюю трель птиц. Через некоторое время послышался хлопок двери и приближающиеся шаги. В мыслях Джулиуса пронеслось, что сейчас к нему выйдет незнакомец и скажет, что Эмма с семьёй продали дом и переехали. «Да, наверное, так и будет. Откуда у них средства на такой забор?» Тут калитка мягко отворилась и к Джулиусу вышла тётушка Эмма. Выглядела она совсем иначе не так, как он её помнил. Тонкие очерченные брови придавали выразительности мягким чертам лица. Вместо гульки мышиного цвета — каштановые, с чуть заметной проседью, локоны по плечи, изящно уложенные волной. Даже осанка женщины показалась Джулиусу какой-то горделивой. Будто перед ним — не фермерша, а завсегдатая модных ресторанов и казино. Только накинутое на плечи пальто хоть и выглядело как с иголочки, но было совсем не по погоде. Всё-таки январские морозы давали о себе знать. Эмма молча окинула взглядом некровного родственника и достала сигарету из серебряного портсигара. Затягиваясь, она заглянула через плечо Джулиуса и ухмыльнулась. Джулиус приметил, как вычурно и неестественно выглядит её поведение. — Я к Марии приехал. — Начал он разговор. — Что там у тебя? — Эмма указала зажжённой сигаретой на пакет, который Джулиус прятал за спиной. — А что с лицом? — Подарок для дочери. — Он прижал пакет к груди, надеясь, что уголёк от сигареты не долетел и ничего не прожёг. — А лицо… Так. Упал. Эмма вскинула бровями. Шрамы затянулись, но всё ещё были довольно сильно заметны. — Надо же. И подарок привёз… — Я могу увидеться с дочерью? — Мягко уточнил Джулиус. Эмма недоверчиво хмыкнула, но всё же дала молчаливое согласие. Зайдя на участок, Джулиус чуть не выронил подарок. Пока он не приезжал, изменилась не только Эмма. Теперь к дому вела аккуратная дорожка из тротуарной плитки. По краям дорожки плотным рядом были высажены кусты роз, прикрытые сверху тканью. Джулиус представил эту аллею в период цветения. В конце участка он увидел массивный забор. Джулиус догадался, что он разделяет сотни акров плантаций от жилой зоны. Двухэтажный дом тоже преобразился — был покрашен свежей краской, а латанная-перелатанная крыша сменилась на новую черепицу. Они дошли до крыльца дома, но Эмма остановилась и наставительно сказала: — У Марии дневной сон — не шуми. Джулиус кивнул, и они зашли внутрь. В доме Эмма провела Джулиуса на кухню. Запах разваренной говядины и овощей ударил в нос. «Добавить перца и совсем как хулатан». Горячий, острый, наваристый китайский суп был бы самое-то с морозной улицы. Джулиус сглотнул, подавляя разыгравшийся аппетит. После взятия Масок, Джулиус Онедж переживал скверные времена. Он стал безработным. Попытка устроиться в ресторан в доме провалилась. Директор не принимал белых, не желая нарушить аутентичность заведения. К работе крупье, пусть и в другом казино, Джулиус не захотел возвращаться. Достаточно с него мафии. Он даже не ходил к Коулу, посчитав, что полиция справится без него. Хотелось забыть обо всём. Начать новую жизнь. Он вспоминал их последний разговор с Россом и его слова о Марии. Вернуться к дочери. Джулиус боялся, что не сможет почувствовать к Марии хоть что-то, кроме стыда. Перед отъездом из Чикаго он мысленно возвращался в офис. Представлял встречу с Россом и как детектив будет холоден и молчалив, но как услышит, что Джулиус едет к дочери, улыбнётся и скажет: «Ты правильно поступаешь, Джу». А потом подойдёт и, широко расставив руки, пустит в объятия. И они попрощаются. Навсегда. Не будет уже возможности случайной встречи. Ничего не будет. Но Росс не узнает о его «подвиге». — Здравствуй, Генри. — Выдавил из себя Джулиус, поняв, что слишком долго молчит. Муж Эммы жадно хлебал суп, будто вот-вот в дом ворвутся разбойники и отберут еду. Он поднял руку в знак приветствия, не отрываясь от тарелки. — Генри, деревенщина. Гость приехал, а ты жуёшь тут.— Тётка всплеснула руками, чем придала эмоциональности тихому голосу. Генри отставил ложку и вытер жирные губы: — Гость? А ждали мы такого гостя? — Генри. — Шикнула на него жена. Он бросил презрительный взгляд на Джулиуса, а затем снова принялся за суп. — Как поешь, разбуди Марию. — Бросила Эмма, возясь с кастрюлей у плиты. — Почему я? Ты же обычно будишь. — Возмутился Генри. — Разбуди.— Эмма покосилась на Джулиуса. — Я могу разбудить. — Вмешался Джулиус.— Я же всё-таки отец. Привыкать надо. — Джулиус. — Эмма расставила руки в боки.— Ты к чему привыкать собрался? Джулиус выдавил из себя неловкую улыбку и судорожно стал думать, что ответить. Не говорить же, что он потерял всё и поэтому вернулся. Он планировал переговорить с Эммой. Попросить остаться у них на какое-то время и наладить отношения с дочерью. Однако хотел завести этот разговор после встречи с Марией. Возможно, Джулиус и сам не захочет оставаться. — Вы пока решайте, к чему кто привыкать будет, а я внучку будить. — Генри встал из-за стола и направился к закрытой комнате. На кухне остались двое. — Эмма, я хотел переговорить с тобой.— Взяв себя в руки, начал Джулиус. — Вечером. «Надо было написать. О чём я только думал? Хоть догадался не тащить чемодан. Надеюсь, уборщица в гостинице не имеет привычки шарить по чужим вещам». Эмма поставила перед Джулиусом вазочку наполненную, печеньем с кусочками шоколада и налила в кружку чай. — Знаешь, я всё-таки рада, что ты приехал. Мария хоть с кем-то из родителей знакома будет. Упокой Господь душу её матери. — Кстати, ты же вроде не курила. — Поспешил перевести тему Джулиус. Говорить о покойной супруге последнее, что он сейчас хотел. — Да, это так баловство. Дурной пример. — Эмма присела рядом. — Где твои дети? — Все трое уже давно ходят в школу. Джулиус попытался было спросить о чём-то ещё, но мысль прервалась, как только он увидел вошедшую на кухню дочь. Она прислонилась к ноге Генри и безразлично оглядела неизвестного ей усатого мужчину, протирая сонные глаза. Такие же карие, как у отца. Джулиус похлопал по колену, надеясь, что этот жест заставит ребёнка подойти ближе. Но девочка лишь неуклюже пригладила тёмные волосы. — Ты ей сказал? — Обратилась Эмма к мужу. Он отрицательно помотал головой. — Мария, медок мой. Мария взглянула на бабушку и весело произнесла: — Мне снился дядя Космо. Он же навестит нас? — В ещё заспанных глазах девочки загорелся огонёк любопытства и надежды. Джулиус обернулся на Эмму. В его взгляде отражалось полное непонимание. Эмма прервала зрительный контакт с Джулиусом, дотянулась до пакета и подошла к внучке. — Мария, тебе принесли подарок. Сходи с дедушкой Генри в комнату, погляди. Прицокнув Генри взял внучку на руки и скорым шагом удалился с кухни. — Ты даже меня не представила. — С фальшивой грустью сказал Джулиус, как дверь в комнату закрылась. — Могу позвать их обратно. — Нет, лучше ответь мне. Откуда моя дочь знает о Космо? — Серьёзно? Я думала, он отправил тебя к нам. Я просила Космо, как твоего начальника, поговорить с тобой. Хоть на пару дней оставить работу в баре и навестить семью. «Работу в баре? Что Космо им наговорил? И откуда он узнал о Марии?» Джулиус вспомнил, как однажды за игрой в преферанс проболтался Антонио, что у него есть дочь. — Зачем он приезжал к вам? — Скрывая нахлынувшую злость, спросил Джулиус. — Космо сильно помог нашей семье. Он был рядом, в то время как ты даже на письма не отвечал. Он обустроил наш дом, участок, плантации. Помог выйти на хороших покупателей, научил вести бизнес, и теперь любой урожай приносит отличную прибыль. — Эмма поправила причёску, явно намекая, на что ушла часть заработка. — Он открыл счёт для Марии. У неё есть деньги на поступления в колледж. Да что там, он может дать денег на частную школу. — Эмма отпила чаю мечтательно вздохнув. — Но главное — он приезжал к Марии, играл с ней, дарил подарки. Удивительной щедрости человек. Джулиус приложил ладонь ко лбу и закрыл глаза. Услышанное не укладывалось в его голове. Босс мафии учит продавать морковь? Играет с ребёнком и дарит подарки? Неужели он специально улучшал жизнь его семье, чтобы потом шантажировать? Или Гридс помогал от чистого сердца? Но почему? Искупление за смерть дочери банкира? — Возможно, Космо даже решится удочерить Марию и увести в Чикаго. — Эмма поймала напряжённый взгляд Джулиуса и незамедлительно продолжила: — Всего лишь мои догадки. Мечты о лучшей жизни для внучки. Конечно же, без твоего согласия мы ничего не сделаем. Однако удивительно, как чужие по крови люди могут дать ребёнку больше, чем… Что я сказала весёлого? Джулиус горько усмехнулся, прикрывая рот. — О, Эмма. — Он придвинулся ближе к тётке. — Уже 2 месяца прошло со смерти Космо. Взгляд Эммы застыл. Казалось, она смотрит сквозь стену. Спустя нескольких мгновений тишины Эмма встала из-за стола и шатаясь вышла из дома. Джулиус пошёл за ней. Нельзя её оставлять. Эмма — хозяйка дома и от неё зависит, останется ли он здесь или же вернётся в гостиницу в Терре-Хот за чемоданами. Эмма сидела на террасе в деревянном кресле и курила. Её плечи содрогались то ли от сдерживаемых слёз, то ли от холода. — Я принесу пальто. Эмма помотала головой и накинула на плечи шерстяной плед с кресла. — Слушай, Эмма. Я не думал как-то язвить тебе, но твои слова о Космо… — Эмма даже не смотрела в сторону Джулиуса. — Видимо, ты не знаешь всю правду о нём. Тётка обернулась и в изумлении подняла брови. — А я скажу, кем он был. Главой мафии. Гангстером. Ты понимаешь, кого пускала в дом? Слова Джулиуса звучали без капли обвинения, но Эмма нахмурилась, поджав губы. — Хотя я сам бросил вас, позволив ему… — Помочь нам? Чтобы ты себе не напридумывал… — Я работал крупье в казино Космо. Об этом в письмах не напишешь. Приходилось скрывать. — Перебил Джулиус Эмму. Она вновь отвернулась. — Эмма, Космо был очень опасным человеком. Ты должна была рассказать о нём. — Ты должен был навещать дочь. И раз ты работал крупье, то деньги у тебя были. Тогда почему твою дочь обеспечивал Космо? Вопрос был ожидаем, но Джулиус не знал, что сказать. Он действительно присылал намного меньше, чем мог. Вечно находил отговорки, чтобы не приезжать, а в последние полгода и вовсе не отвечал на письма. Эмма печально глядела в пол, а по её щеке текла слеза. Джулиус почувствовал, как у него самого в горле застрял ком. Он всегда мог найти себе оправдание, но не сейчас. Космо, безумный гангстер, державший в страхе богачей и культурный свет Чикаго, в памяти Эммы навсегда останется добрым дядей, что приезжал к её внучке. А кто для них Джулиус? Онедж достал сигарету и прикурил. — Я сейчас докурю и пойду. Простите, что потревожил вас. Джулиус понял, глупо будет просить остаться. И представляться Марии отцом не стоит. Маленькие дети впечатлительные. Наверняка дочь будет спрашивать у Эммы, где папа. Нет. Пусть он останется записью в карточке рождения. Так будет лучше. Так будет правильнее. Эмма развернулась к Джулиусу и сбивчиво произнесла: — Погоди, как умер Космо? И присядь, Джулиус, не мельтеши. — Она указала на второе кресло. Джулиус послушно сел. — Ох, Эмма. Это очень долгая история. История трагической любви. В мыслях Джулиуса возник образ Росса. Он усмехнулся про себя. «Тоже мне, герой драмы». — Я готова выслушать. Космо не чужой для нас человек. Джулиус содрогнулся. Так непривычно слышать о Гридсе хорошее. И каким же был настоящий Космо? Семья Джулиуса была не первой, кому помог гангстер, но плата за помощь всегда была разной. Кто знает, что бы потребовал Космо у Эммы. Джулиус понимал, что если он начнёт говорить, то вспомнит всё. То, как его направили к Россу. Как они начали расследование по пропаже Хованского. Как взялись за дело Золотых Масок. Как Джулиус влюбился и как Росс ответил взаимностью. Вспомнит угрозы от Космо. Попытки уговорить Росса сбежать. Признание в обмане. Ссору. И самое главное, он вновь осознает, что Росс больше никогда не будет с ним. Джулиус потерял всё. Он предал всех. Он предал семью, когда бросил дочь. Он предал Росса, который доверился ему. Он даже предал Космо. Человека, что когда-то спас его. Нет, Джулиус не жалел о смерти гангстера. Он был зол на себя. Все, кто был с ним близок, получили удар в спину. Ожидающий взгляд Эммы заставил Джулиуса ответить. — Знаешь. Мало ли что я напридумываю. — Он подмигнул Эмме, намекая на её прошлые слова. — Я не буду тебе всё рассказывать. Привезу в следующий раз газеты и уж тогда поговорим о Космо. Джулиус понимал, что никакого следующего раза не будет. — Неужели так сложно сказать, как он умер? «Сложно. Ведь я тоже причастен к его смерти. Не убил бы Юрий. Убил бы…» — Джулиус прервал мысли. Не хотелось вновь представлять ту ночь, что разрушила все его надежды. — Ты всё узнаешь из газет. Джулиус начал подниматься с кресла, но Эмма его задержала. — Ты хотел поговорить со мной. О чём? По глазам тётушки было видно, что она прекрасно понимала, что хотел спросить Джулиус. Но он должен был сам ей всё сказать. Слабый лучик надежды пробивался сквозь грозовое небо отчаянья. — Я много раз ошибался. И мои ошибки часто были непоправимы. Но есть та, что я в силах исправить. Я хочу попытаться наладить с дочерью связь. Знаю, я не должен был вообще бросать её. Но если ты позволишь мне быть рядом с ней, то я буду делать всё, чтобы стать для неё непросто отцом, а папой. Прошу Эмма, позволь мне остаться у вас. Я могу помогать по хозяйству. Главное, коров не заводите. — Джулиус нервно улыбнулся, но тут же опустил уголки губ. — Я многое умею и ты сама это знаешь. Зима быстро пролетит, а там уже сезон посевов. Лишние руки всегда пригодятся. — А до весны, что делать будешь? Зимой плантацией не занимаемся. — На ферме работы на круглый год. — Верно, но с ней и Генри справляется. А к сезону людей у нас достаточно. Лишних денег на тебя нет. Особенно после твоих слов о Космо. Как бы не пришлось попрощаться с несколькими рабочими. — Я не прошу денег. Всего лишь возможность быть рядом с дочерью. Работать я могу за еду и постель. — Ты уж, наверное, и забыл, что значит лопату в руках держать. Джулиус хотел пошутить, что, работая на мафию, привыкаешь и к томми-гану и к лопате, но промолчал. Тем более, он и правда никогда не орудовал ни тем, ни другим. — Поверь, я справлюсь. А ещё я могу показывать карточные фокусы на праздниках. Эмма закатила глаза быстрее, чем Джулиус понял, какую глупость сказал. «Где, кому я собрался фокусы показывать? На базаре палатку поставлю рядом с напёрсточником?» — Он мысленно шлёпнул себя по затылку. — Ладно, Джулиус не напрягайся так. — Прервала молчание Эмма. Дверь на террасу открылась и к ним вышли Генри с Марией. На ней был ободок с кошачьими ушками и меховая накидка. — Я пытался её остановить. — Оправдался Генри за внезапный визит. — Бабушка Эмма.— Мария с радостным волнением подпрыгивала и тянула Генри, чуть повисая на нём. — Усатый дядя подарил мне карандаши. Я такое нарисовала! — Мария, это не дядя… — Я сам. — Прошептал Джулиус, опередив тётушку. Он встал с кресла и подошёл к дочери. Опустился на корточки и взглянул в глаза Марии. — Пойдём скорее посмотрим, что ты нарисовала. Ты ведь покажешь мне рисунок? — Ласково сказал он, будто боясь испугать дочь. Джулиус обернулся к Эмме и та кивком ответила «Можно». Он взял Марию за руку, и она крепко сжала его ладонь маленькими пальчиками. Джулиус открыл дверь и они с дочерью вошли в дом. Вошли в новую для них жизнь.