Отъявленный лжец

Как только деревянная дверь кабинета захлопнулась, ученики приступили к оживлённому обсуждению случившегося, не опасаясь факта быть услышанными в коридоре. — Зачем профессор Снейп забрал его? — Он собирается его убить? Вопросы шустро отправлялись в воздух, касаясь потолка, и залетали в каждый угол кабинета, мешая остальным студентам записывать задание. — Как думаешь, — приободрился Крауч, отвлекая от работы Реддла, — зачем он его забрал? — Как жалко будет потерять такого малыша, — капризно протянула Белла, наваливаясь всем телом на стол. — Ничего с ним не сделают, — решительно ответил Том, пытаясь отогнать назойливых «друзей». — Учителя не вступят в бой с преступником, так как боятся за свои жизни. — Ты хотел сказать «жизни учеников»? — спросил Люциус, подумав, что ему послышалось. — За свои, — чётко повторил парень, снова вперев свой взгляд в учебник. Тем временем за дверью Северус Снейп и Гарри Поттер вели довольно интересный диалог, не замечая гула за дверью. — Вы помешали моему уроку, — серьёзно сказал парень, пряча руки в карманах своих джинс. — Намереваетесь сорвать моё занятие, профессор? Одежда Гарри ничуть не изменилась. Потрёпанные джинсы, что казались великоватыми для худощавого парнишки, вот-вот будто собирались слететь. Зелёная рубашка, которую Поттер с трудом отстоял у Гермионы, была немного смята, а её рукава были подвёрнуты. Он больше напоминал мальчишку, бессовестно сбежавшего из дома, а не преступника, убившего десятки магов в Министерстве. Высокие ботинки на шнуровке отлично дополняли образ. Под строгим взглядом Грейнджер маг оправдал свой выбор словами: «В туфлях особо не побегаешь». Какая глупость. Ну разве мантия могла сюда вписаться? Никоим образом! И потому волшебник с удовольствием накинул ткань темнее ночи на свои плечи. — На кой чёрт ты сюда явился? — гневно прошипел Снейп, изучая мальчишку перед собой своим колючим взглядом. — А вот и не скажу, — лукаво улыбнулся собеседник. — Почему вы решили спросить меня именно сейчас, а не вчера, когда я навестил вас в Большом зале? — Ты не ответил бы ни на один из моих вопросов. За глубоким возмущением и праведным гневом на бывшего ученика Снейп понимал, что Поттер был безумен прошлым вечером. Он вряд ли бы пошёл на диалог, даруя Северусу необходимые ответы. — Я здесь, чтобы обучать молодое поколение, — Гарри попробовал вернуться обратно в кабинет, но был остановлен рукой, что перегородила путь к двери. — Отойдите. — Ты всё ещё пытаешься воскресить их? — произнёс Северус, царапая не только сердце Поттера, но и своё. — Ты ведь осознаёшь, что это невозможно? Холодные глаза Снейпа пытались разгадать зелёные, что прятались под круглыми очками. Неважно, сколько людей рассталось с жизнью от руки этого взбалмошного мага и сколько камней упало с потолка «магического штаба» Британии, забавные стёкла всегда оставались на лице Поттера. — Возможно всё, на что способно ваше скудное воображение, — прошептал парень. Ладонь профессора лежала на каменной стене, когда Гарри ловким движением скользнул вперёд, словно перебегал под мостиком. Снейп обернулся, желая ухватить мальчишку за рукав, но тот уже вцепился в ручку кабинета. — Приятно видеть вас вновь, профессор Снейп, — еле слышно произнёс Поттер, сохраняя на лице улыбку. Ученики замолкли, стоило двери со скрипом отвориться, а магу сделать шаг к преподавательскому столу. — О чём ещё поговорим? Или вы предпочтёте скучные эссе, навязанные Снейпом? — а потом тише добавил: — Он всё ещё желает получить место преподавателя защиты от Тёмных искусств? Неуверенный кивок одного из гриффиндорцев вызвал улыбку на лице Поттера. — Как звать, парень? — обратился он к нему. — Н... Невилл Лонгботтом, — ответил мальчик, опустив взгляд на парту, когда большинство учеников повернули к нему головы. — Очень приятно, Невилл. Они были так молоды... всего двадцать один ведь, верно? — резко сменил тему Гарри, припоминая чету Лонгботтомов. — Да... — его голос совсем стих, как и разговоры в классе. — Печально, когда люди, желающие защитить родных, умирают такой смертью, — Поттер взмахнул рукой, подзывая к себе чашку с ароматным чаем. Фарфор был поднесён к губам, но через несколько секунд вдруг резко отодвинут. — Куда ты убежала, проказница? — игриво произнёс волшебник, вызывая недоумение на лицах студентов. Пальцы Поттера сложились в незамысловатом движении, и маленькая ложечка легонько плюхнулась в ароматную жидкость, заставляя Гарри смешно нахмуриться. Горячие брызги едва ли не остались на ровном носу и любимой зелёной рубашке. Гарри присел на стол, показательно ёрзая и болтая ногами, словно ребёнок пяти лет. За ложкой устремились два белоснежных кубика сахара, которые через секунду уже кружились в горячем чае, помешиваемые сумасбродным волшебником. — Знаете, друзья, — продолжил Поттер, — в этом и заключается загадка войны. Какую сторону выбрать, чтобы защитить себя и семью? В такие моменты люди могут и забыть о моральных принципах, полагая, что все вокруг враги, коих надо уничтожить. Гарри качнул головой, задумчиво глядя перед собой. Он словно вёл беседу в полном одиночестве, не замечая чужих взглядов. — А что бы выбрали вы для защиты своих близких? — задал вопрос волшебник, вспоминая о студентах за партами. Поттер медленно прошёлся взглядом по всем ученикам. Лица последних были напряжены, но в глазах читалась еле заметная решимость. — Разумеется сторону сильнейших, — ответил Люциус, наглядно поправляя слизеринский галстук. — Маленький Люциус, — нежно произнёс Гарри, отпивая сладкий чай. — Я так давно тебя не видел. Не хочешь обняться? Поттер развёл руки в стороны, широко улыбаясь. Чашка в любую минуту была готова окропить горячей жидкостью преподавательский стол. — Спасибо, не надо, профессор Поттер, — лицо Малфоя посерело. Люциус помнил Гарри. Когда ему было от силы лет шесть, Поттер нанёс в поместье Малфоев свой незабываемый визит. Этот юноша буквально светился счастьем и притягивал к себе домовиков, не говоря уже о людях. Он погостил у них всего недельку, но этого было достаточно, чтобы Люциус вцепился в парня своими крохотными ручонками, прося вернуться как можно скорее. Гарри улыбался и трепал мальчишку по волосам, давая своё обещание. Но ему не суждено было исполниться... Трагедия застигла мальчишку с круглыми очками. Поттер так и не появился у Малфоев. — Как официально, а раньше я был просто Гарри, — фыркнул преподаватель, не в силах скрыть чертят в глазах. Все как один ученики, сидящие рядом с Люциусом, обратили к нему свои взгляды, ожидая немедленного отрицания. Но отчего-то Малфой не спешил опровергать слова новоявленного профессора, он предпочёл заинтересоваться пером, лежащим на парте. Наверное, оно было до невозможности удивительным. — Давайте я лучше расскажу вам о... — Гарри, они приехали! — в класс влетел рыжий парень с веснушками на лице, что был позади Поттера во время пира в Большом зале. — Уже?! — Гарри чуть не подпрыгнул на месте. Чай неминуемо отправился на пол, образуя липкую лужу. Но парень даже не взглянул на беспорядок. Он спрыгнул со стола, чуть не споткнувшись о свою же обувь. — Где они?! — В комнате, которую нам выделили! — прокричал Уизли, не смущаясь своего громкого тона. — Давай быстрее, что ты стоишь! Рон, не дожидаясь ответа, схватил Гарри за предплечье и дёрнул за собой, срываясь вместе с Поттером на бег. — Класс, вы свободны! — послышалось уже за дверью. — Рон, не тяни меня так сильно!

***

За две недели, проведённые преступниками в старинном замке, произошло абсолютное ничего. Никаких вооружённых конфликтов, никаких разбитых волшебных шкафов или взорванных в приступе гнева котлов. Только Гарри. Волшебник обаял учеников своим безумным блеском в глазах, который был присущ не психопату, а ребёнку. Улыбка, казалось, никогда не сходила с лица Поттера. Студенты знали заранее, что если в коридоре кто-то бодро ударяет подошвой пол, то идёт профессор по ЗоТИ, даже если шаги раздаются в ночи. Преступник не стеснялся расхаживать по замку. Те немногие, кто видел его таинственную тень, списывали странные прогулки на обычную ностальгию, не подозревая об истинных планах чудного профессора. Гарри спокойно исследовал коридоры и стены в попытке раскрыть все тайны старинной школы. К большому удивлению, он смог миновать встречи почти со всеми старостами. Со всеми, кроме одного. Том Реддл спокойно шагал по коридорам замка, патрулируя территорию на наличие «бессмертных», что решили бродить в столь поздний час. Завидев силуэт, что едва ли был выше него, маг еле заметно усмехнулся. Кто-то осмелился гулять по тёмным подземельям в такой час? Возможно, это кто-то очень храбрый, а может и глупый. Том направился к предполагаемому студенту, намереваясь поймать его на месте преступления, но остановился, как только различил круглые стёкла очков и взъерошенные волосы своего профессора. Поттер стоял, приложив руку к подбородку, и с видом невероятной заинтересованности изучал одну из стен. В свете редких факелов зелёные глаза выглядели неестественно ярко. Профессор хмурился, будто бы перед ним была не стена, а доска с неизвестными руническими символами. Лишь еле заметные покачивания из стороны в сторону выдавали всю его несерьёзность. Гарри Поттер был известен как террорист и опасный агитатор. Впервые столкнувшись с ним взглядом, Том был обеспокоен и не менее заинтересован. Как выглядит преступник, подорвавший Министерство? Однако за прошедшие дни профессор показал себя как идиота и наивного болвана, что было подозрительно и весьма разочаровывающе. Как такой человек мог излучать опасность? Эти плотно сомкнутые губы, вот-вот собирающиеся растянуться в улыбке, волосы, не знающие расчёски, впалые щёки и... сапоги на шнуровке? Какой уважающий себя маг будет носить магловскую обувь? Том невольно увлёкся своими мыслями, не догадываясь о том, что профессор заметил его присутствие ещё до того, как фигура Реддла стала видна в коридоре. Гарри обладал прекрасным слухом. В тюрьме, где время течёт непозволительно медленно, начинаешь замечать даже чужое дыхание. Поттер не сводил глаз со стены, ожидая действий ночного гостя, но тот отчего-то молча остановился напротив. Испугался? А может, залюбовался? — Здравствуй, Том, — Поттер повернулся к ученику, заведя руки за спину, и улыбнулся. — Как приятно тебя видеть в эту ночь. — Здравствуйте, профессор Поттер, — вежливо отозвался Реддл и подошёл ближе. Вежливая улыбка на бледном лице отозвалась каким-то горьким чувством внутри сердца Гарри. Она казалась искренней, но парень точно знал, что это было притворство. Ему ли не знать о деланных эмоциях? После смерти родителей Поттер только и делал, что надевал на себя разные маски, скрывая от друзей и учителей свою боль и истинные желания. Том Реддл был образцовым студентом. Проверяя эссе, Гарри не раз отмечал аккуратность чужого почерка и точное изложение мыслей. Слова, что Реддл оставлял на пергаменте, говорили многое об их хозяине. Ничего лишнего, но и без неприятной сухости. Предложения плавно плыли друг за другом, как и движения их создателя. Том был изящен, но не излучал манерность. Он был очаровательным мальчишкой шестнадцати лет, и это проявлялось во всём: от манеры речи до чернил, оставленных пером. Но что никак не мог забыть Гарри, так это пронзительный взгляд студента. В нём не было страха. Интересно. Ведомый любопытством и бог знает чем ещё, Поттер решился на маленькую шалость. Ноги сами сделали несколько шагов вперёд, оставляя между профессором и учеником всего лишь несколько сантиметров. В круглых стёклах отражались языки пламени, исходящие от факела над головами двух магов. Губы растянулись в мягкую, но от того и безумную улыбку. Внешне спокойный Реддл с любопытством разглядывал человека напротив, что так нагло вторгся в его личное пространство. — Вы в порядке, профессор? Еле слышный щелчок пальцев. Факел потух, оставляя магов в темноте. Лишь редкий свет из конца коридора позволял Тому видеть изумрудные глаза, в которых чертята уже плясали в безумном танце. — Не страшно? Гарри томно выдохнул слова в лицо Реддла, обжигая его губы горячим дыханием. Голос профессора оставался таким же притворно весёлым, не излучая никакой угрозы для студента. — Нет, — спокойно ответил Том. Щелчок. Факел вновь загорелся благодаря магии Реддла. — О! — искренне удивился Поттер. — Невербально? А ты ещё талантливее, чем я предполагал. Рука Гарри потянулась к тёмной макушке, но Том сделал шаг назад, сохраняя вежливую улыбку. — Разве ты счастлив? — лукаво произнёс профессор, склонив голову набок. Том одарил Поттера непонимающим взглядом. — Твоя улыбка. Люди улыбаются, когда счастливы. Ты отшатнулся от моей руки от радости? — безумие исчезло из зелёных глаз, оставив лишь заметные смешинки. Гарри с минуту смотрел на сбитого с толку студента, прежде чем усмехнуться в своей забавной манере. — Можешь не отвечать, мы не на уроке. Профессор отвернулся, старательно делая вид, что каменная стена намного интереснее ученика, так мастерски скрывающего своё раздражение. Пальцы коснулись холодного камня и пробежались по редкому мху. — Вы замечали, какими крепкими бывают стены в этом замке, мистер Реддл? — спросил преступник на манер директора Хогвартса и закусил губу. — Не должен ли я сопроводить вас в вашу комнату, профессор? — наконец подал голос Том. — Зачем? — непонимающе произнёс Гарри с неизменно искренним удивлением. Том подавил в себе желание нахмуриться и уже собрался ответить на глупый вопрос профессора, но не успел. — Ах, точно. Ты же староста, — изумрудные глаза остановились на значке, прикрепленном к мантии. — Но, думаю, я в состоянии найти свои покои сам. Слово «покои» были произнесены с нескрываемой издёвкой. Манера аристократов и деланное уважение всегда казались Гарри до безумия смешными. Он развернулся, еле заметно усмехнувшись, и направился вглубь коридора. Башмаки весело стучали по каменному полу, пока Реддл смотрел на удаляющуюся спину. Чужая мантия отбрасывала забавную тень, которая подскакивала в такт её обладателя. Том хмыкнул, а Поттер резко остановился. — Мистер Реддл, — серьёзно произнёс Гарри, вновь огорошивая студента своим необъяснимым поведением, — советую вам развить не только актёрский талант, но и внимательность. В руке Поттера появилась палочка, что несколько минут назад покоилась в кармане Реддла. — Волшебник, оставшийся без палочки, проигрывает до начала боя! — бодро продолжил Гарри, а после отправил древко прямо в руки мага. — Увидимся на утреннем занятии, Том. Сейчас, в тусклом свете факелов, глаза, что утром отдавали синевой, казались серыми, как хмурое осеннее небо. Они уставились в чужую спину, что исчезала в глубине коридора. Реддл не знал, насколько был опасен Поттер, но точно знал: безумие в глазах из-под очков не было поддельным.

***

В тот день, когда профессор выбежал из кабинета, обливая чаем свой стол и первые парты, пришло известие, что близнецы Уизли посетили Хогвартс. Как можно было пропустить освобождение своего предводителя? Побег из защищённой тюрьмы считался поводом для праздника и долговременного визита в зачарованную школу. Вечером того же дня стаканы с огневиски взлетали в воздух как перья на занятиях по чарам. Пока бесславные герои праздновали воссоединение, директор коротал дни, заточённый в своём же кабинете. Альбуса Дамблдора никто не видел с начала года. Вопреки опасениям Поттера, пожилой маг не попытался обдурить преступника. Альбус мог лишь слушать рассказы Минервы МакГонагалл и строить планы, скрываясь в своей директорской обители. Новость о приезде Уизли была воспринята Дамблдором с небольшим воодушевлением. Прошло несколько дней, прежде чем Альбус решил пригласить близнецов на аудиенцию. — Зачем мы тут, когда-то-директор? — протянул Джордж, лавируя между насмешкой и уважительным тоном. — Вы ведь у нас любите розыгрыши, — начал издалека Дамблдор. — Школа помнит, как вы ограбили ванную на пятом этаже. — Да, было весело, — произнёс Фред и опустился в кресло. — Но вы ведь не за этим нас позвали? — Не хотите разыграть Гарри? Уверен, он был бы рад посмеяться. В последнее время он выглядит подавленным, — произнёс директор, кивая в такт своих слов. — Возможно, но вам с этого какое дело? — прищурился Джордж. — Он наконец перестанет врываться в мой кабинет и жаловаться о скучных уроках, — тепло улыбнулся старый волшебник. — Не хотите помочь своему другу? — И вы бы нам помогли? — лукаво переспорил Джордж. — Чем смогу. Дамблдор мило улыбнулся. В душе старика разгоралось пламя. Глупые проделки не могли полностью удовлетворить директора, но могли потешить его. Близнецам на радость, а Альбусу — приятные эмоции. Разве маги не могут быть немного сумасшедшими? Возможно, Поттер решит сменить место своего обитания, не правда ли?

***

В Большом зале стоял гул, словно на свободу вырвался встревоженный рой пчёл. Все обсуждали недавнюю выходку профессора. Гарри Поттер, именуемый преподавателем по защите от Тёмных искусств, наглядно демонстрировал четверокурсникам непростительные заклятия. Пока МакГонагалл была в ярости, её противоположность, Снейп, с безразличием наблюдал за безумными поступками бывшего ученика. Остальные, впрочем, предпочитали не вмешиваться в будущие разборки, пусть за спиной и негодовали от случившегося. В это чудесное время Гермиона и Рон сидели за столом преподавателей. Если первая с аппетитом поедала свой ужин, то второй искоса поглядывал на массивные деревянные двери в ожидании чего-то грандиозного. Близнецы Уизли разместились рядом с гриффиндорцами, занимая свои привычные места. — Ничего сверхъестественного! — сорвался на крик Дарнелл Эйвери, когда кто-то в очередной раз спросил его о непростительных. — Не кричи! — Оберин Розье стукнул друга по затылку, заставляя того опуститься на скамью. — Он просто показывал непростительные на какой-то штуке, а под конец прикончил её. — Это не штука, а фрин, — пробурчал Эйвери, садясь на место. — Теперь я тоже могу кидаться непростительными. — Ты не слышал его слова? — Розье кинул многозначительный взгляд на студента. — Это прямая путёвка в Азкабан. — Раз из тюрьмы сбежал он, смогу и я! — Он могущественный волшебник, а ты никто на палочке из ничего, — отозвался Барти. — Чёрт, я тоже хочу с ним поучиться индивидуально, пока в замок не ворвались авроры. — С чего это им врываться? — не поняла Блэк, делая губки уточкой и поглядывая на преподавательский стол. — Да где же он? — Кстати, Малфой, откуда ты его знаешь? — лукаво улыбнулся Крауч-младший. — Он гостил у нас летом, — тихо обронил Люциус и резко замолчал, когда на него уставились десятки любопытных глаз. — Это было десять лет назад! — Но он тебя помнит, — хмыкнул Реддл. — Я провёл с ним много времени. Он навещал нас с целью важного разговора с моим братом. — Драко с ним в сговоре? — громко зашептал Барти, склоняясь к блондину. — Не знаю, он давно прекратил со мной общение. Может и в сговоре, — задумчиво протянул Малфой. — Интересно, кто ещё у него на побегушках, — елейным голосом произнесла Беллатрикс. Разговоры прервал звук распахнутых дверей, что явили взору удивительного профессора. На бёдрах покоилась ткань гриффиндорской расцветки, прикрывая то самое сокровенное, что было присуще любому мужчине. Вокруг шеи был обвязан красно-жёлтый галстук. Обнажённое тело, украшенное еле заметными рубцами, приковывало к себе внимание не только студентов, но и профессоров, что недовольно закатывали глаза. Грудь украшали шрамы, что были особо заметны на мраморной коже. Яркий свет, исходящий от восковых «ламп», парящих в воздухе, игрался с кубиками пресса. Пока десятки глаз нагло изучали чужое тело, Поттер бодрой походкой вошёл в обеденный зал, довольно улыбаясь. Откуда-то послышались хлопки и наглый свист. Профессор показательно склонился в сторону львиного стола и завёл руку за спину на манер чистокровных волшебников, что так кичились своим происхождением. — Что это на тебе, Гарри? — крикнул ему Фред. — Неужели решил сменить факультет? — Да что ты, это невозможно! — засмеялся Джордж. — Вы меня переоцениваете, — улыбнулся Гарри и выпрямился, продолжая вызывать румянец у девушек и завистливые взгляды мальчишек. — Я просто проиграл небольшой спор. — Какой же? — нахально отозвался Джордж. — Что вы используете взрывчатое вместо липкого клея, — глаза Поттера недобро сверкнули. При слове «взрывчатое» близнецы дружно подскочили на своей деревянной скамейке. Кому, как не Гарри, знать толк во взрывании предметов? — Хорошая идея, — подал голос Фред, пытаясь скрыть мимолётный испуг от непрямой угрозы. — Вы думаете? — улыбка на лице Поттера стала шире. Волшебник знал коварных близнецов уже не первый год и был готов вступить в игру «проделки или жизнь». Легко качнувшись в сторону и аккуратно сняв очки с лица, Гарри благоговейно вздохнул, а после запустил пальцы в свои взлохмаченные волосы, изящно отводя их назад. Лучи от пламени свечей все ещё скользили по обнажённому торсу, подчеркивая каждый миллиметр точёной фигуры. — Тогда рискните провести меня, — игриво произнёс волшебник и подмигнул рыжим проказникам. Очередные вздохи и свит пронеслись по залу. — Показушник! — хором ответили Уизли, деловито отворачиваясь к своим тарелкам. Гарри, премило улыбаясь, шагнул вперёд, но был остановлен Минервой МакГонагалл. — Мистер Поттер, прошу объяснить, почему вы решили учить столь серьёзным заклинаниям четверокурсников? — строго спросила женщина, отводя глаза от обнажённого тела преступника. Гарри невинно улыбнулся и указал на миниатюрный шрам на своём торсе. — Я получил его, когда сражался за главенство на Слизерине, — а потом палец коснулся светлой полоски. — Это режущее попало в меня от протестанта. Он грустно посмотрел на декана Гриффиндора и обвёл зал взглядом, цепляясь за каждого студента. — Эти дети должны учиться защитным чарам с самого детства. Никто не знает, что случится через неделю, день, а то и час. Они должны уметь атаковать. Разве я не прав? — Они дети, — твёрдо произнесла женщина, скрестив руки на груди. — Я тоже был ребёнком, — скривился парень. — И я бы хотел уметь творить такие чары, каких не ожидает мой противник. Пусть они будут хоть трижды детьми, студенты должны побеждать в любом сражении! Гарри уверенно обошёл женщину и двинулся к преподавательскому столу, усевшись на своё место рядом с Гермионой и Северусом, что смотрел на него своими чёрными глазами. — Приятного аппетита, ученики! — сказал Поттер и наглядно запихал в рот кусок жареного мяса, пока студенты нагло рассматривали профессора, что явился на обед в самом что ни на есть неподобающем виде.

***

— Ему понравится, — лукаво улыбнулся Джордж, смотря, как новоявленный профессор заходит в кабинет. — Не сомневаюсь. Двое Уизли скрывались под дезиллюминационными чарами, стоя в нескольких сантиметрах от доски, на которой Поттер описывал все тонкости защиты от ужасных чудовищ и заклятий. — Ещё немного, — прошептал Фред, смотря, как Гарри опустил мел на стол и подошёл к своему стулу. — Он подорвётся и вылетит из кабинета, как чёртик из табакерки, — хихикнул Джордж, потирая ладони. — Таким образом, мы приходим к одному из простейших выводов, — тем временем провозгласил профессор, отходя от доски и приближаясь к своему заколдованному сиденью. По плану Уизли стул должен был скакать по кабинету, подобно бешеной кобыле, как только Поттер коснётся мягкого сиденья. — Мы все должны быть крайне осторожны, — продолжил маг, остановившись в метре от своей ловушки и призывая полюбившуюся кружку чая. Уизли тихо захихикали в ладони, не в силах сдерживать эмоции. — Весь мир готов накинуться на вас, едва вы отвернётесь, — Гарри воздушными шагами приблизился к стулу и замер, вот-вот намереваясь упасть на мягкое сиденье, — поэтому не ослабляйте бдительность ни на секунду! Ловким движением ноги стул был отправлен в сторону невидимых проказников, а правая рука схватила палочку, покоящуюся в карманах брюк. — Фините Инкантатем! Уизли оказались перед классом. — Том Реддл, как называется непростительное заклятие, что подчиняет чужую волю? — строго спросил Поттер, не отводя глаз от двух проказников, стоящих у доски. — Империус, профессор, — невозмутимо произнёс маг, наблюдая за действиями странного волшебника. — Правильно, — подмигнул Гарри, на миг отворачиваясь от Фреда и Джорджа. Он был уверен, что староста запомнит заклинания на первом же занятии. И то, с каким спокойствием Том произнёс запретные чары, наводило на очень забавные мысли. Одно лишь слово и взмах палочки, как стул на пару с близнецами стремительно исчез из кабинета, скача как сумасшедшее животное. Маг усмехнулся и сделал жест рукой, попутно закрывая дверь. — Профессор Поттер! — рука одной из девушек взметнулась вверх. — Да, Белла? — Вы только что нарушили закон, — произнесла Блэк без намёка на обвинение. В глазах студентки плясали огоньки, что так напоминали пламя из-под очков профессора. — Нарушил, — кивнул Гарри, облокачиваясь на свой излюбленный стол и всё ещё держа кружку в руках. — Мы можем сдать вас в Азкабан? — насмешливо спросила Беллатрикс. — Скорее в Нурменгард, — раздражённо отозвался Люциус. Профессор продолжал помешивать свой чай, наблюдая за оживлённой беседой студентов Слизерина. И лишь один задумчиво смотрел на доску, где несколько минут назад скрывались рыжие проказники. — Мистер Реддл, — громко озвучил Поттер, любуясь лицом ученика. Взгляд синих глаз вновь стал осмысленным и обратился к Гарри. — Как вы считаете, Нурменгард или Азкабан? Том улыбнулся и чётко произнёс: — Я полагаю, такому одарённому человеку, как вы, под силу обмануть даже смерть, не говоря уже и о законе. Класс замер. Повисла тишина. Студент решился тронуть тему, которая напоминала остальным о том, кто есть на самом деле Гарри. — Вы правы, — отчеканил Поттер и подошёл к парте Реддла. Руки опустились на деревянную поверхность, а сам профессор легонько наклонился к ученику. Изумрудные глаза вновь оказались напротив прекрасной синевы. — Ведь я отъявленный лжец. Том видел, как под очками вспыхивают огоньки, подобные тем самым, что не так давно горели в темноте подземелий. Безумный профессор смотрел на ученика, что не боялся бушующего пламени. — Пять баллов Слизерину, — прошептал Гарри, вновь обдавая чужое лицо своим горячим дыханием. Профессор резко отстранился. Нелепый поворот, и возвращение к столу. — Продолжим наш урок!