Кусочки одного целого

[高梨康治 — 悲しみはめぐる] https://vk.com/audios115755283?q=%E6%82%B2%E3%81%97%E3%81%BF%E3%81%AF%E3%82%81%E3%81%90%E3%82%8B%20%E9%AB%98%E6%A2%A8%E5%BA%B7%E6%B2%BB

      После войны потребность в лечебных травах и снадобьях выросла многократно. Все запасы, которые были у Полюшки и других магов-медиков, истощились за считаные дни: настолько много было пострадавших.       Огромной потерей стало разрушение главной больницы Магнолии, в которой хранились не только лекарства, но и всё оборудование, без которого полевой госпиталь Fairy Tail (назван так, потому что был сооружён на фундаменте гильдии) пришлось оборудовать тем немногочисленным, что имелось.       Все маги, которые участвовали в битве и выжили, практически без отдыха помогали восстанавливать город и ухаживать за больными.       Битва их сплотила. В этом, по мнению Джувии, таилась печальная истина: лишь горе по-настоящему могло объединить людей.       — Не бери эти, — вывела её из раздумий Леви. — Они похожи на бруснику, но это не она. Эти ядовиты. Видишь, у них листья другие.       Джувия кивнула, продолжив следовать за девушкой.       Полюшка координировала все основные лечебные мероприятия.       Зодиакальные маги призывали своих Зодиаков для увеличения рабочих рук. Маги созидания отстраивали город, а стихийные — помогали с восстановлением экосистемы.       Леви, как хороший травник, помогала Полюшке с приготовлением лечебных снадобий и каждое раннее утро отправлялась в лес близ Магнолии. Джувия, которая с момента окончания войны не находила себе места, вызвалась ей помочь.       Леви сделала вид, что не заметила её опухших глаз.       Джувия была ей благодарна.       Если бы кто-то спросил причину её грусти, она бы просто ответила: «Война». В конце концов, это было бы отчасти правдой. Она действительно тяжело пережила битву за Магнолию. Такое навсегда оставляет след и просто так не исчезнет.       Но в глубине души она знала наверняка: не в этом было её горе.       — Джувия, не эти. — Леви покрутила в руках принесённые девушкой ягоды. — Они на первый взгляд только похожи на смородину, но это белладонна. — Она посмотрела ей прямо в глаза. — Она ядовита.       Джувия сглотнула, будто была поймана с поличным. Словно Леви знала.       — Знаешь, — продолжила та как ни в чём не бывало, — эти ягоды, которые ты приносила. Их называют волчьими. Они похожи на съедобные. По цвету, по форме. Даже на вкус могут быть такими же. Но они — это всего лишь подделки. Причём смертельные.       Джувия улыбнулась, отведя взгляд.       Вот бы и в жизни было так. Ты встречаешь человека, сердце предательски стучит, и ты уже готова вот-вот безоговорочно влюбиться, как появлялась бы такая же Леви, которая с книгой в одной руке и указкой в другой показывала на экспонат и поучительным голосом говорила: «Не смей. Он только выглядит как твоя судьба, но на самом деле ты ему не нужна и взаимностью он никогда не ответит. Побереги себя от страданий».       И Джувия бы вдохнула глубоко, посмотрела снова на ледяного мага и запечатала своё сердце от глупых ошибок.       Жалко, что в жизни так не бывает. На людях нет табличек и пометок. Да и по форме листа определить ядовитость не получится.       Наверное, безответная любовь была волчьей ягодой, пытающейся замаскироваться под любовь взаимную. Ты обманываешься, глупо и наивно, а потом травишься снова и снова, потому что по-другому не можешь.       Джувия знала, о чём говорит. Она видела любовь взаимную. Леви, которая читала Гажилу вслух, перебирая его волосы. Гажил, укрывавший её своей курткой, когда становилось прохладно. Эрза, получавшая письма каждую неделю. Альзак и Биска, которые обнимали Аску крепко-крепко. Да даже Люси, смотрящая на Нацу тепло, по-семейному. И Нацу, отказывавшийся от драки, чтобы успеть домой к Хартфилии на ужин.       Она была свидетельницей любви взаимной. Любви на расстоянии. Любви, прошедшей время. И любви, которая только зарождалась.       И она знала, что её не попадала ни под одну категорию.       Поддержка. Уважение. Тепло.       Ей не были знакомы эти чувства рядом с ним. Только холод. Такой же колючий, как и его магия.       Её любовь была невзаимной. И сейчас Джувия могла себе это признать.       Грей был её волчьей ягодой. Она увидела его, яркого и манящего, и глупой бабочкой села.       А ягода-то оказалась ядовитой.