Ultima ratio

{{{{{{{{+}}}}}}}}

Гриндевальд атакует Департамент Французского Министерства. Во вторник на этой неделе было совершено еще одно нападение в Париже, Франция. Целью нападения был Department des Affaires Nees-Moldu (Департамент по делам маглорожденных) — отдел французского Министерства, занимающийся главным образом маглорожденными и их семьями. Рано утром, 17 мая, здание Министерства было атаковано. По словам свидетелей-магглов, которые впоследствии подверглись заклятью забвения, в 8:30 утра защитные поля здания были разрушены, и, таким образом, департамент стал виден магглам. К тому времени, когда поля исчезли, здание уже было охвачено огнем. Магглы-очевидцы не смогли потушить огонь из-за сильной экранирующей магии, ранее примененной атакующими. Щиты также не позволили жертвам покинуть здание, используя каминную сеть, или каким-либо образом связаться с Аврорами. Наш французский корреспондент подтвердил, что во время нападения погибло как минимум двадцать человек. Точное число жертв пока неизвестно. В данный момент поиск пострадавших под обломками здания продолжается. Среди жертв — сотрудники Министерства, а также маглорожденные, которые на момент нападения находились в здании. Через двадцать четыре часа после нападения, в Департамент Авроров Франции поступил иск. В субботу Департамент Авроров обнародовал его содержание. По словам представителя Авроров, Этьена Николса, экстремистская группировка под предводительством темного волшебника Гриндевальда несет ответственность за нападение, в результате которого произошла гибель жертв. (Для получения дополнительной информации см. стр. 7 и 8).

Том лениво приподнял бровь, бегло читая статью. Наконец Гриндевальд перешел в наступление. С октября прошлого года Том не слышал ни об одном нападении, что, несомненно, было довольно прискорбно. Кажется, в этот раз Гриндевальд хорошо поработал там, во Франции? Том принялся перечитывать статью. Наконец кто-то осмелился принять меры, вместо того, чтобы просто трепать языком. Ухмылка закралась в уголки рта Тома. Он отложил газету и откинулся на спинку стула, заскользив взглядом по другим ученикам, находящемся в Большом зале. Несмотря на ранее воскресное утро, в зале уже собралось много народу. «Поход в Хогсмид.»  — снисходительно подумал Том, глядя на счастливые и возбужденные лица. Если бы у него самого не было планов на этот день, он бы подождал пока все разойдутся, лежа в постели. Но, к сожалению, позволить себе этого он не мог. Глаза Тома гневно сузились, стоило ему посмотреть в сторону стола гриффиндорцев. Гермиона сидела на своем обычном месте в окружении своих дебильных друзей и счастливо улыбалась, накладывая еду в тарелку. Казалось, она была в приподнятом настроении, оживленно беседуя с другими гриффиндорцами. Она выглядела так, словно ее совсем ничего не беспокоило, и ее жизнерадостность вызывала у Тома лишь раздражение. Ему не нравилось, что она может так улыбаться. Даже без него. Тем не менее, маленькая грязнокровка не стоила того, чтобы портить себе настроение. Том усмехнулся. Он позаботится о том, чтобы она больше никогда не улыбалась. Она заслуживает того, чтобы ей преподали урок, разве нет? Она смела шантажировать его. Том положит конец ее постоянной лжи и секретам. Он покажет ей, где ее место. Все грязнокровки должны находиться там: в грязи у него под ногами. Лицо Тома приняло темное выражение. Он сканировал Гермиону злым взглядом. Чтобы осуществить свой план, ему нужно отследить грязнокровку. Рано или поздно появится возможность, когда он сможет загнать ее в угол. И сегодняшний поход в Хогсмид поможет ему в этом. На лице Тома появилась устрашающая улыбка. Он уверен — Гермиона захочет посетить деревню вместе со своими друзьями. В конце концов, он знает, как сильно ей нравится горячий шоколад, который продается в «Трех Метлах». Раньше она всегда использовала любую возможность, чтобы зайти туда. Чаще всего она тащила Тома с собой. Они сидели в том кафе целый день, и она пила горячий шоколад, пока они болтали. Том почувствовал, как неприятно закололо в груди. Интересно, пойдет ли сегодня Гермиона в «Три Метлы» вместе с Лонгботтомом? Мгновенно взгляд Тома переключился с нее на гриффиндорского идиота. Он сидел рядом с Гермионой и улыбался во весь рот, рассказывая при этом что-то, что заставляло ее смеяться. Том поморщился. Смотря на эту идиллию, он почувствовал, как в нем медленно поднимается волна гнева. Почему она всегда вертится рядом с этим придурком? Он ее парень или что? Том впился взглядом в гриффиндорца. «В любом случае, новый… парень… или нет, нужно вернуться к плану.»  — подумал он, продолжая наблюдать за гриффиндорцами. Да, Том отследит Гермиону сегодня. Хорошо, что Хогсмид далеко от Хогвартса. Ему не придется беспокоиться о том, чтобы Дамблдор случайно не проходил мимо и не увидел их. Том больше не мог рисковать, как в тот раз, в коридоре. Последняя его попытка разобраться с грязнокровкой привела к заточению в кабинете профессора трансфигурации. Эта отработка, определенно, будет самой неприятной. Не то чтобы он раньше вообще получал отработки. Том все еще чувствовал некоторое смятение, когда думал обо всем случившемся. Почему Гермиона помогла ему? Ее поведение сбивало с толку. Если бы она не вмешалась, Дамблдор исключил бы его. Том понятия не имел, почему Гермиона решила вступиться за него. Но, тем не менее, этот инцидент не помешает ему поставить грязнокровку на место. Том снова ухмыльнулся, взглянув на Гермиону. Ему оставалось только дождаться, когда она и ее друзья пойдут в деревню. Наверняка по пути Тому представиться возможность незаметно выловить Гермиону. Да даже если и нет… что мешает ему немного пообщаться с ее друзьями? Так даже лучше. У него будет весь день, чтобы разобраться с грязнокровкой раз и навсегда. Никто, кроме ее друзей не сможет заметить ее отсутствия. Том наслаждался своими темными мыслями, когда кто-то сел рядом с ним. Он слегка повернул голову и обнаружил Эйвери, занявшего соседнее место. — Риддл. — слизеринец благоговейно кивнул ему. Том не ответил. Вместо этого он продолжил смотреть на Гермиону, не скрывая мрачной улыбки. Лонгботтом по-прежнему болтал с ней. Том решил, что должен проклясть и этого придурка тоже. — А, маленькая грязнокровка. — голос Эйвери вывел его из задумчивости. Том медленно повернул голову и посмотрел на слизеринца. В глазах Эйвери мерцал странный голодный блеск, когда он смотрел на Гермиону. — Кто бы мог подумать, что у грязных магглов может получится что-то, так бросающееся в глаза. — сказал Эйвери, все еще глядя на Гермиону. Как ни странно, Тома раздражало присутствие другого слизеринца. — Чего тебе? — резко спросил он у Эйвери. Парень сразу же испуганно посмотрел на Тома. — Я… просто… — он запнулся. — Мы хотели узнать, будет ли сегодня собрание. Том немного наклонился к Эйвери. Темная улыбка на его лице стала шире, и затем он сказал смертельно холодным голосом: — Ты серьезно думаешь, что мне нечем заняться, кроме как нянчиться с вами весь день? — Нет, нет. — быстро ответил Эйвери. — Нам просто было любопытно… но если у тебя нет времени… это действительно не… — он замолчал, встретившись с холодным взглядом серых глаз. Том усмехнулся, а затем поднялся из-за стола. Короткий взгляд, брошенный на стол Гриффиндора, сообщил ему, что Гермиона все еще была там. Ему просто нужно подождать, пока она покинет замок. Тогда он нанесет удар.

_._._._._

— … и мы точно должны зайти в Зонко. — сказал Лонгботтом, глядя на Гермиону с озорным блеском в глазах. — У меня закончились заколдованные перья, а вы же знаете, скоро будет тест по истории. Гермиона тут же нахмурилась. — Марк, ты не можешь пользоваться ими на тестах. Это нечестно. — пробурчала она недовольно. — Да это же Биннс. — усмехнулся Лонгботтом. — Он никогда ничего не замечает. Я не собираюсь использовать эти перья во время экзамена по трансфигурации или на других уроках. Так что… Гермиона продолжала смотреть на него укоризненным взглядом. — Это все равно нечестно. — она лишь сильнее нахмурилась. — Врать не хорошо. Лонгботтом вскинул руки и отчаянно воскликнул: — А чего ты хочешь от меня? Чтобы я провалил еще один тест? — Или… — сухо ответила Гермиона. — Ты мог бы просто усерднее заниматься, чтобы подготовиться к нему. Лонгботтом недоверчиво уставился на нее, словно она предложила ему спрыгнуть с крыши Астрономической башни. — Знаешь, я все-таки предпочту поход в Зонко. — наконец произнес он, улыбаясь. Прежде чем Гермиона успела вновь отчитать его, он повернулся к Люпину, который сидел напротив. — Эй, что насчет тебя и Стеллы? — спросил Лонгботтом, меняя тему разговора. — Хотите пойти с нами? Гермиона подавила смешок, когда увидела, как Люпин подозрительно покраснел. — Э-э… нет… — заикаясь, ответил он. — Я… хм… мы хотели… ну… Понимающая дразнящая улыбка появилась на лице Лонгботтома, стоило ему услышать, как нервничает его друг. Светловолосый гриффиндорец ухмыльнулся и громко произнес: — Ах, Амарис, не скромничай. — протянул он. — Здесь все свои. Если тебе нужно побыть наедине со своей девушкой, просто скажи нам. Когда румянец на лице Люпина стал еще ярче, Гермиона больше не могла сдерживаться и захихикала. Уизли, который сидел рядом с ней, потянулся за еще одним кусочком торта. Он предоставил Лонгботтому шанс подразнить Люпина и вместо этого спросил Гермиону: — Ты же идешь с нами, да? Гермиона повернулась к нему и обнаружила, что тот смотрит на нее щенячьими глазами. Лонгботтом немедленно присоединился к Уизли. Она улыбнулась друзьям. Отношения между ней и Лонгботтомом все еще были немного неловкими, но, казалось, гриффиндорец прекрасно справляется с этим. «По крайне мере, лучше чем ты.»  — тут же сухо сообщил ей внутренний голос. — Конечно. — наконец ответила Гермиона. — Но мне нужно еще кое-что сделать. Как насчет того, чтобы я присоединилась к вам в Хогсмиде чуть позже? — Что тебе нужно сделать? — спросил Уизли. Гермиона мельком взглянула на рыжеволосого друга. На самом деле, она планировала закончить варить то зелье, Венефикус, сегодня. Вчера она потратила целый день, чтобы выполнить основную часть приготовления. И поэтому Гермионе не терпелось как можно быстрее вернуться в лабораторию. Если ей повезет, она вернет себе магию еще до Хогсмида. Если нет, то… Она не знала, что делать, если «нет». Гермиона подумала, что рассказывать друзьям об этом определенно не стоит. — Кое-что, связанное с домашней работой. — ответила она. — Хочешь присоедениться ко мне? Как и ожидалось, Уизли сразу же нахмурился и покачал головой: — Мерлин, Миона. — сказал он. — Сегодня воскресенье! Гермиона лишь усмехнулась. Одного упоминания о дополнительной работе было достаточно, чтобы ее друзей как ветром сдуло. К счастью, Люпин планировал встретиться со своей девушкой, иначе он, возможно, захотел бы присоединиться к ней. Улыбка медленно сошла с ее лица, когда она вспомнила, что ей еще нужно было сделать, прежде чем отправиться в подземелье. Гермиона повернулась к Лонгботтому, который в этот момент залпом выпил целый стакан тыквенного сока. Он явно выпал из разговора, стоило им заговорить о домашней работе. — Э-э… Марк? — тихо позвала она парня, пытаясь придать голосу больше уверенности. Он поставил стакан на стол и улыбнулся ей. — Да? — Хм… могу я попросить тебя об одолжении? — нерешительно спросила она. — Конечно. — легко ответил он. — Все, что пожелаешь. Гермиона нервно закусила губу. Она собиралась попросить его о большой услуге. Но, с другой стороны, если она действительно хочет испытать свою магию, у нее нет другого выхода. Невозможно понять, есть ли у тебя магия, без… — Э-э… я как бы… я… — пробормотала она смущенно, затем глубоко вздохнула, и на выдохе выпалила: — Кажется, я потеряла свою палочку. Брови Лонгботтома взмыли вверх. Люпин, не менее удивленный, спросил: — Ты потеряла что? — Мою палочку. — призналась Гермиона. — Как такое могло случиться? — с тревогой в голосе поинтересовался Лонгботтом. Гермиона с трудом удержалась о того, чтобы бросить злобный взгляд в сторону слизеринского стола. — Должно быть, я где-то оставила ее вчера. — ответила она и быстро добавила: — Не волнуйтесь. Я уверена, что рано или поздно найду ее. — Гермиона, — укоризненно обратился к ней Люпин. — Тебе стоит лучше следить за палочкой. Ты не можешь просто терять ее. — Я знаю. — слабо ответила она. — Не будь таким строгим, Амарис. — добавил Лонгботтом. — Каждый может ошибиться. — затем он повернулся к Гермионе и мягко улыбнулся ей. — Даже если ты не найдешь ее, всегда можно заказать новую у Олливандера. Это не проблема. Гермиона кивнула. Возможно, ей придется так и поступить. Навряд ли Том вернет ей когда-нибудь палочку. — Но ты, кажется, хотела меня спросить кое о чем? — голос Лонгботтома отвлек Гермиону от мыслей о Томе. — Да. — робко сказала она. — Понимаешь, мне нужно доделать домашнее задание. И… для этого мне нужна палочка. Понимание отразилось на лице Лонгботтома. — Ты хочешь одолжить мою? — спросил он. Гермиона снова кивнула. чувствуя себя крайне неловко. — Если ты против, я пойму. — быстро заверила она. Лонгботтом только пожал плечами. — Все нормально. Я же не собирался сегодня делать домашнее задание. Так что проблем нет. Ты ведь не просишь что-то невозможное. — он улыбнулся ей и добавил: — Вот метлу, например, я бы никогда не отдал. — Ты всерьез думаешь, что твоя метла важнее палочки? — недоверчиво спросил Люпин, уставившись на светловолосого гриффиндорца. Лонгботтом только печально покачал головой и сказал покровительственным тоном: — Конечно, тебе не понять. — озорная улыбка вновь появилась на его лице. — Но это не просто метла. Это Комета 190! Ты даже не представляешь, как трудно было ее достать. Они выпустили ее только в прошлом году. Я имею ввиду, что 180 тоже была хороша. Но это ничто по сравнению с 190. Мой отец считает, что сейчас лучше всего Чистомёт Четыре, но я не согласен. Чистомёт, на мой взгляд, медленнее набирает скорость после маневров, так что… Люпин громко кашлянул в кулак, пытаясь прервать непрекращающийся поток слов своего друга. — Ну, это действительно интересно, — сказал он, не пытаясь скрыть сарказм в голосе. — Но давайте вернемся к теме. — Ах, да. — произнес Лонгботтом, поворачиваясь к Гермионе. Он полез в карман мантии и достал палочку, а затем протянул ее Гермионе. Она немного поколебалась, прежде чем принять ее. — Ты уверен? — тихо спросила она. — Не раздувай из мухи слона. Все в порядке. — ухмыльнулся Лонгботтом. — Спасибо. — искренне поблагодарила Гермиона. Она принялась разглядывать палочку. Дерево было светло-коричневого цвета. При более детальном осмотре, Гермиона заметила, что у рукоятки древесина начала расслаиваться, а на самой ручке было несколько темных пятен от пальцев. Не смотря на то, что с палочкой, судя по всему, обращались не очень бережно, Гермиона была безмерно счастлива даже такому ее состоянию. Она улыбнулась, переводя взгляд на Лонгботтома. — Большое спасибо. Я верну ее тебе в Хогсмиде.

{{{{{{{{+}}}}}}}}

Стоя посреди лаборатории Слагхорна, Гермиона с нетерпением ждала, когда зелье остынет. Сварить Венефикус, на самом деле, было довольно просто. Но Гермиона так волновалась ошибиться, что потратила вчера намного больше времени, чем если бы работала над очередным зельем на уроке. После основной части, которая состояла из нарезки и смешивания ингредиентов в нужных пропорциях, темно-фиолетовое зелье нужно было варить в котле в течении шести часов. Сейчас же, после варки, оставалось лишь чуть-чуть подождать, пока оно остынет достаточно, чтобы его можно было выпить. Гермиона несколько нетерпеливо заглянула в котел. Кажется, она справилась. Сердце начало биться чаще, когда она потянулась за маленькой чашкой. Руки дрожали от предвкушения. Она опустила чашку в котел и зачерпнула немного зелья. Поднося емкость с фиолетовой жидкостью к губам, Гермиона молилась всем богам, чтобы оно сработало. — Ничего страшного. — прошептала она. В тишине ее голос слегка дрожал. Затем Гермиона сделала один глоток. Ужасный вкус зелья в ту же секунду заполнил ее рот, проваливаясь в горло. Гермиона сморщилась, с глухим звуком поставила чашку на стол и принялась ждать. На самом деле, она даже не представляла, что именно должна почувствовать, выпив зелье. В той книге не было ничего, кроме названия, рецепта и конечного результата. Впрочем, ждать ей долго не пришлось. Несколько секунд спустя живот начал словно гореть изнутри. Гермиона нахмурилась, продолжая стоять на месте. Постепенно чувство жжения прошло. Для верности она подождала еще пять минут, но больше ничего не происходило. К Гермионе потихоньку стал подкрадываться страх. Зелье не сработало, да? Неужели это еще один тупик, в который она зашла? Но, едва Гермиона успела подумать об этом, как жжение в животе вернулось и даже усилилось. Медленно горячая волна распространилась по всему телу. За жаром последовало… Гермиона ахнула, почувствовав, как магия окутывает ее тело. Мощным потоком магическая сила вторглась в нее. Гермиона была ошеломлена этой мощью. Она сделала неуверенный шаг, споткнулась о скамью и ухватилась руками за край стола, чтобы не упасть. Ее колени дрожали от переизбытка эмоций, магии — всего. Гермиона громко рассмеялась, ощущая, как давно потерянные силы вновь наполняют ее. До этого она даже не представляла, насколько сильно ей не хватало магии. Ее руки слегка дрожали, а пальцы до побеления впились в край стола. Ее магия вернулась! Эта мысль буквально стучала у нее в висках. Зелье сработало! У нее вновь появилась надежда. Не все было потеряно. Вместе с магией для Гермионы нет ничего невозможного. Она закрыла глаза, продолжая глупо улыбаться. Ощущения были невероятными. Как сильно она скучала по этому! Но, спустя несколько минут, продолжая наслаждаться потоком магической энергии, проходящим через ее тело, Гермиона заметила нечто странное. Обычно ей всегда удавалось отделить собственную магию от магии Старшей палочки, которая сидела в ней с тех самых пор, когда она сломала эту палочку надвое. Теперь же Гермиона не могла отделить две силы друг от друга. Словно Старшая магия полностью смешалась с ее собственной, и невозможно было сказать, где заканчивается одна и начинается другая. Казалось, что два потока окончательно слились в один, и от того магия потрескивала в воздухе. Гермиона открыла глаза и нахмурилась. Эти изменения ей точно не понравились. Магия словно стала мантией, которая была ей слишком велика. Тем не менее, Гермиона испытывала огромное облегчение от того, что она вообще может чувствовать свою магию. Сила не исчезла, а просто была блокирована, скрыта, а сейчас вновь вышла наружу. Возможно теперь, чтобы колдовать, ей придется прилагать больше усилий, но это такие мелочи по сравнению с перспективой навсегда остаться без магии. Гермиона попыталась сосредоточиться, чтобы направить магический поток в палочку Лонгботтома. Она крепко обхватила рукоять пальцами и призвала магию. Поток повиновался неохотно. Было очень трудно направить его. Казалось, он действительно не хотел подчиняться ей. Гермиона нервно сглотнула, а затем, направив магию в волшебную палочку еще раз, взмахнула рукой и произнесла заклинание: — Вингардиум Левиоса. И чуть не заплакала от радости, увидев, как книга по зельеварению медленно отрывается от стола и зависает в воздухе. «Это лучший день в моей жизни» . — счастливо подумала Гермиона, чуть не подпрыгивая от радости. Однако чары левитации довольно легкие. Она должна попробовать что-то более сложное. Гермиона с большей уверенностью сжала палочку. Может быть, ей стоит поупражняться в одном из ее коронных приемов? Она в ту же секунду крутанулась на месте. Знакомое темное давление аппарации охватило ее тело, и в следующую секунду она появилась в паре метров от того места, с которого только что успешно аппарировала. Гермиона широко улыбнулась, глядя на палочку в руке. При аппарации не важно какое расстояние. Ты или можешь сделать это или нет. И она смогла! Продолжая улыбаться, Гермиона подошла к столу и заглянула в котел. Темно-фиолетовое зелье — ее спасение, все еще было там. Она не знала, как долго будет действовать Венефикус. Возможно, она снова потеряет магию. Конечно, Гермиона предпочла бы больше никогда ее не терять, но даже если сила снова исчезнет, она будет знать, что это не навсегда. Она не лишится магии полностью и безвозвратно. Гермиона намеревалась еще немного попрактиковаться в заклинаниях, так как контролировать магию было значительно тяжелее чем до того, как она ее потеряла. Возможно, ей просто нужно привыкнуть. Она довольно долгое время не тренировалась. Затем Гермиона планировала отправиться в Хогсмид и встретиться со своими друзьями. Она вновь взглянула на зажатую в руке палочку. Ей придется вернуть ее Лонгботтому. В конце концов, она принадлежит ему. Но с другой стороны, купить новую палочку в лавке Олливандера не такая большая проблема. Уж точно не больше, чем вернуть себе магию.

{{{{{{{{+}}}}}}}}

Том стоял в вестибюле, скрываясь в тени одной из колонн. Он выбрал идеальную позицию, позволяющую ему наблюдать за учениками, выходящими на улицу, но при этом самому оставаться незамеченным. Находился он здесь уже довольно долго. Двери Хогвартса то и дело открывались, выпуская учеников на улицу. Все в основном шли в Хогсмид. Почти полчаса назад Том видел гриффиндорцев, покидающих замок, но Гермионы среди них не было. Она же не собиралась провести целый день в замке? Тома раздражала эта ситуация. Он надеялся, что она просто присоединится к своим друзьям чуть позже. Он должен схватить ее именно за пределами замка. На этот раз он будет действовать предельно осторожно. Так, что никакой Дамблдор не сможет обвинить его в том, что он собирается сделать с грязнокровкой. Она достаточно долго играла с ним. Пришел тот день, когда он раз и навсегда покажет ей, где ее место. Он заставит ее жалеть о том, что она посмела перейти ему дорогу. Том мрачно улыбнулся, наконец заметив Гермиону, идущую в сторону выхода. На лице девушки играла счастливая улыбка. «Будет очень забавно стереть эту наглую улыбку с ее лица.»  — злобно подумал Том, наблюдая за тем, как Гермиона покидает замок. Его руки сжались в кулаки, а в животе неожиданно завязался неприятный узел. Он надеялся, что это чувство вины исчезнет, когда он вернет все на свои места. «Стоп! Вины…?» Том нахмурился. Тем временем Гермиона вышла из школы. Нет, он не чувствует себя виноватым. Определенно! Это Гермиона виновата в том, что столько времени врала ему, затягивая в свою паутину лжи. И это неприятное чувство не более чем противный осадок, оставшийся после ее безжалостного обмана. После стольких месяцев он увидел эту мерзкую ведьму в истинном свете. Она никто, она — грязнокровка. Всего лишь грязь. Настало время заставить ее признать тот факт, что она слабее него. Он раздавит ее. Двери за Гермионой закрылись. Том решил еще немного подождать, пока она не выйдет с территории школы. Она не должна заметить его раньше, чем окажется достаточно далеко от школы, чтобы кто-нибудь смог случайно услышать ее. Выходя из тени колонны, Том зловеще улыбался, не скрывая жуткого холодного блеска в глазах.

_._._._._