Ultima ratio

— Какого хрена он делает? — раздражённо прошипел Эйвери. — Кто? — равнодушно спросил Блэк, наливая себе чай. — Риддл, — буркнул парень. Альба, сидевший напротив Эйвери, спросил: — О чём ты говоришь? Эйвери обвёл друзей мрачным взглядом, прежде чем выдавить из себя: — Я говорю о том факте, что Риддл снова возится с грязнокровкой. — Девчонка ДеСерто? — без особого интереса осведомился Блэк, потягивая чай. Эйвери ещё больше нахмурился, стоило ему заметить девушку. — Да, — сердито прошипел он. ДеСерто шла к выходу из Большого зала. Риддл шёл рядом с ней, улыбаясь и глядя на неё сверху вниз, очевидно, стараясь соблазнить её таким способом. — Не понимаю, почему тебя это так злит, — протянул Альба, тоже наблюдая за парочкой. — Имею в виду, ты же не пытался затащить её к себе в койку? — Эта девушка – произведение искусства, — усмехнулся Эйвери слизеринцу. — Да ладно, разве есть те, кто не хотел бы её трахнуть? — И? В чём проблема-то? — Блэк безразлично пожал плечами. В этот момент в разговор вмешался Лестрейндж: — Ты тупой? — он злобно огрызнулся на Блэка. — Она – грязнокровка! То, что делает сейчас Риддл – отвратительно. Малфой, решивший до этого не участвовать в разговоре, удивлённо поднял брови. — Риддл и раньше пытался подобраться к ней поближе, — негромко заметил он. — Может быть, ему нужна от неё какая-нибудь информация. — Конечно, — буркнул Эйвери, не сводя глаз с ДеСерто. — Но разве для этого нужно её соблазнять? Это просто странно. — Ага, — согласился Лестрейндж, с отвращением глядя на девушку, идущую рядом с Риддлом. — Он мог бы просто вытащить из неё информацию, раз она так срочно нужна ему. — Вы же были там, когда он пытался последний раз, не так ли? — холодно спросил Малфой. — Риддл наложил на неё Круциатус, но эта девушка ничего ему не выдала. — Он мог бы попробовать ещё раз, — негодующе возразил Эйвери. — Видит Мерлин, Риддл может расколоть кого угодно. Неосознанно его пальцы потянулись к едва заметному шраму на щеке. Эта привычка появилась у парня не так давно. — Ты просто ревнуешь, Эйвери, — усмехнулся Блэк. — Потому что у тебя наконец появилась конкуренция. Рискую предположить, что ты проиграешь Риддлу. — Заткнись! — рявкнул парень. Альба откинулся на спинку сиденья. — Может, Риддлу нужна вовсе не информация, — сказал он с усмешкой. — В конце концов, она выглядит вполне ничего… Если не обращать внимания на то, что она грязнокровка. — Если ему нужен хороший трах, то почему именно она? — прошипел Лестрейндж. — Риддл мог выбрать любую девушку в этом замке. Почему он должен довольствоваться этой грязной шлюхой?

_._._._._

— Как ты узнала, что камень в кольце – Воскрешающий камень? Гермиона избегала смотреть в глаза Тому, но все равно была слишком ошарашена внезапностью вопроса. Растерявшись, она сделала шаг назад, уперевшись бедром в край стола, стоявшего в заброшенном классе. — Ты никогда раньше не держала в руках это кольцо, — резко продолжил Том. — Так как ты узнала? Гермиона всё же робко взглянула на него. Внешнее спокойствие лица не могло скрыть алый блеск в глазах. Собрав волю в кулак, она заговорила: — Мне нечего тебе рассказать. Услышав её ответ, Том нахмурился. Красный блеск в глазах усилился, и Гермиона замерла. Вот он, Волдеморт! «Не сильно удивляйся, если он проклянёт тебя сейчас, глупая девчонка!» — сердито прошипел внутренний голос. — Думаю, я имею право знать, — в голосе Тома ощущалась мрачная угроза. — В конце концов, это ты увела у меня кольцо. Рука Гермионы невольно дёрнулась вверх в попытке нащупать цепочку, скрытую под одеждой. «Значит, он всё-таки хочет вернуть его, да?» — Гермиона проклинала себя за то, что была так наивна и поверила, что Том действительно сможет отказаться от кольца. — Значит, это всё? Ты хочешь вернуть кольцо? — спросила Гермиона. Том поднял бровь. — Что? — красный цвет исчез из его глаз. — Нет. Я отдал его тебе. — Да, конечно, — голос Гермионы наполнился едким сарказмом. — Ведь для Лорда Волдеморта это в порядке вещей – раздавать Дары Смерти грязнокровкам. — Но я действительно хочу, чтобы оно осталось у тебя, — осторожно заметил Том. — Значит, для тебя больше не имеет значения, кто я? — Гермиона усмехнулась. — Имею в виду, что я маглорождённая. Том ничего не ответил, но его молчания было вполне достаточно. Гермиона почувствовала, как спазм сжимает её горло. Почему раз за разом это так её задевает? Ей ведь не нужно одобрение Тома. Ей не нужно, чтобы он принял её. Однако, заглянув ему в лицо, Гермиона поняла, что это не совсем правда. И это открытие напугало её до чёртиков. «Ты оставила это в прошлом, помнишь?» — спросила она саму себя. Её чувства к нему давно исчезли. Она больше не любила его. Она не могла. Нужно скорее уходить. Гермиона оттолкнулась от стола и направилась к двери. — Куда ты? — раздался за спиной резкий голос Тома. Гермиона остановилась, но не повернулась к нему. Закрыв глаза, она глубоко вздохнула. — В гостиную, — прозвучало почти безразлично. «Тебя это больше не волнует!» — кричал внутренний голос. Но Гермиона слышала лишь отчаяние. Она едва не вздрогнула, почувствовав, как Том дотронулся до её плеча. — Ты не можешь просто так уйти. Не выдержав, Гермиона резко обернулась. — Думаешь, что сможешь остановить меня? Том смотрел сверху вниз на разъярённую ведьму и никак не мог понять, почему ситуация снова вышла из-под контроля. А тем временем магия вокруг Гермионы потрескивала, готовясь в любой момент обрушиться на него. — Я не хочу останавливать тебя, — смягчившись, произнёс Том. — Я просто подумал, что мы могли бы ещё немного поговорить. — О, так ты хочешь поговорить со мной? — сквозь стиснутые зубы выплюнула она. — Может, нам тогда стоит выпить чаю? И Лорд Волдеморт мило побеседует с маглорождённой? Ведь это его любимое занятие! Том молча выслушал её, не изменившись в лице. Неужели любые их разногласия теперь всегда будут сводиться к этому? Конечно, весьма прискорбно, что Гермиона грязнокровка, но он больше никогда не причинит ей вреда. Почему она никак не может понять этого? Что её происхождение больше не волнует его. Не так сильно. Видимо, Гермиона понятия не имеет, насколько она особенная для него. Она его. И отныне так будет всегда. Потому что никто другой больше не сможет добиться её преданности. Теперь ему оставалось только убедить девушку, что её место рядом с ним. Том одарил Гермиону очаровательной улыбкой. — Мне очень нравится разговаривать с тобой. — Ну конечно, — фыркнула она. — Мне пора. Гермиона уже развернулась к двери, но Том снова остановил её, схватив за руку. — Не уходи, — требовательно сказал он. В ту же секунду магия Гермионы одним точным ударом заставила его выпустить руку девушки и сделать несколько шагов назад. Воздух вокруг Гермионы вибрировал. Она прожигала его взглядом, готовая в любой момент атаковать. Том понял, что ему нужно попытаться как-то успокоить её. Он осторожно шагнул к ней и протянул руку, намереваясь легонько коснуться пальцами её щеки, но Гермиона отреагировала молниеносно. Она отшатнулась от него, как от огня, и вскинула руки вверх, прикрывая лицо. Том остолбенел. Она думала, что он собирается ударить её? И тут на глазах Тома выражение лица Гермионы изменилось. Она больше не была зла. Это был… «Страх?» Она боялась его? Нет, этого нельзя допустить. — Гермиона? — позвал он её как можно мягче. — Я обещаю, что ничего тебе не сделаю. Что-то в его словах подействовало на Гермиону совершенно неправильным образом. Потому что страх, плещущийся в карих глаза, исчез за пеленой ярости. И тогда она набросилась на него. — Не то чтобы ты мог со мной что-нибудь сделать, Волдеморт! Я не позволю тебе! — Я знаю, — осторожно сказал он. Гермиона остановилась в сантиметрах от него, и, вкладывая в каждое слово столько льда и презрения, сколько могла, произнесла: — Ненавижу тебя! Том резко втянул носом воздух. В животе затянулся неприятный узел. Нет. Она не может… Ненавидеть? Его? Всё не так. Том осторожно обнял её за талию. Гермиона застыла, мигом напрягшись. Улыбнувшись краешками губ, Том нежно притянул её к себе. — Посмотри на меня, — тихо попросил он, но Гермиона не ответила. Тогда он бережно обхватил пальцами её подбородок, вынуждая поднять голову. Гнев – вот, что отчётливо читалось в её глазах. Но теперь Том знал: там, за хищным прищуром её глаз, скрывается страх. Гермиона была напугана. Она не хотела смотреть на него. Всё, что угодно, лишь бы чувства не пробуждались, не возвращались, разрушая на своём пути последние стены её, за последнее время ставшего слишком хрупким, самоконтроля. Гермиона не могла позволить им вновь овладеть ею. Иначе Том снова использует их против неё. Он снова сможет причинить ей боль. Она должна ненавидеть его! Должна! — Мне всё равно, что ты маглорождённая, — тихо и спокойно произнёс Том. Затем он наклонился к ней и нежно коснулся губами её губ. Гермиона закрыла глаза, чувствуя, как он снова и снова касается её. На секунду её словно скрутило изнутри. Как он может целовать её? После всего. Как она может стоять так спокойно сейчас? Нет, она никогда не полюбит кого-то вроде него. Том – самое главное зло в её жизни. Он никогда не изменится. Он всегда будет монстром. Опаснейшей тварью. Но сейчас он целует её. И прямо сейчас она не может сдвинуться с места. Их поцелуй становится всё более эмоциональным. Том одновременно и приказывает, и умоляет. Как так можно? Гермиона хочет поддаться, но в последний момент понимает, что не может. Она не может проиграть ему сейчас. Она обязана бороться. Сколько себя помнит, она боролась против него, против его ненависти. Даже в самые тяжёлые и беспросветные моменты она не сдавалась. Она всегда шла до конца. Теперь она должна снова вступить в борьбу. Но на этот раз не против его ненависти, а против любви. И в этот раз она чувствовала, что проигрывает. Гермиона задрожала, находясь в руках Тома. Медленно и неуверенно её руки скользнули ему на шею, а затем поднялись выше, зарываясь в волосах. Том прижал её к себе ещё сильнее, продолжая без остановки целовать в губы. Гермиона больше не могла сопротивляться ему. Она ответила на поцелуй. Робко, совсем незаметно, она шевельнула губами, но этого оказалось достаточно. Том проник языком ей в рот. Гермиона почувствовала, как электрическое покалывание пробежалось по всему телу. Парень переместил руку ей на затылок, не позволяя отвернуться. Гермиона не знала, сколько времени прошло, но когда Том отстранился, она зажмурилась и прижалась лбом к его груди, вдыхая спасительный кислород. Ей не хотелось открывать глаза и видеть презрение на его лице. Но она должна была ответить за свою ошибку. Неохотно, Гермиона всё же взглянула на Тома. Но вместо злобной ухмылки увидела лишь искреннюю радость, светившуюся в серых глаза. — Теперь ты мне веришь? — мягко спросил он, продолжая обнимать её. Гермиона, всё ещё находясь в замешательстве, прошептала: — Я… я не знаю… Том радостно хмыкнул. — Это лучше, чем «нет». Затем он снова прижал её к себе, запустив руку в кудрявые волосы. Сама не понимая, что делает, Гермиона крепче стиснула руки на его талии. Это была странная смесь неуверенности, какого-то необъяснимого страха, вины, оправдания… Но в то же время это было так приятно. Гермиона закрыла глаза и прижалась щекой к груди Тома. Он нежно поцеловал её в лоб и прошептал над самым ухом: — Я не причиню тебе вреда. Гермиона втянула носом воздух, вдыхая его приятный запах. Затем она опустила руки и сделала шаг назад. Слегка задрав голову, она посмотрела ему в глаза. Девушка не знала, что хотела найти в них. Они были обычного серого цвета. Сейчас Тома действительно можно было принять за нормального человека. Гермиона знала, что он был самым опасным чудовищем из всех, но не могла сказать, насколько сильно её это волнует. Она молча отвернулась от Тома и быстрым шагом вышла из класса. Но не успела сделать и несколько шагов, как он догнал её и пошёл рядом. В тишине они за несколько минут достигли портрета Полной Дамы. Гермиона пробормотала пароль и дверь тут же открылась. Не глядя на Тома она вошла в гостиную, но вдруг засомневалась и обернулась. Он всё ещё стоял на пороге, молча глядя на неё. Гермиона нервно закусила губу, а затем приняла решение и тихо спросила: — Хочешь войти? Том улыбнулся и кивнул, проходя внутрь. В гостиной Гриффиндора никого не было. Ученики давно вышли на улицу, наслаждаясь хорошей погодой. Гермиона подошла к одному из диванов, что стоял у окна. Летнее солнце приятно освещало всё вокруг тёплым светом. Она села на диван. Том тут же сел рядом с ней. Гермиона принялась с особым интересом рассматривать свои колени, не решаясь взглянуть на парня. Она отчаянно пыталась придумать, что сказать, как вдруг Том потянулся в её сторону и обнял её. Гермиона тихо охнула от неожиданности, когда он прижал её к себе. Она тут же напряглась всем телом, чувствуя, как от неудобного положения начинает болеть шея. Тем не менее, она не оттолкнула Тома, позволяя обнимать себя. Именно тогда Гермиона услышала, как отодвигается портрет Полной Дамы. Поспешно сбросив с себя руки Тома, она повернулась в сторону входной двери. Роуз и Люсия, весело переговариваясь, застыли на пороге гостиной. В следующую секунду они заулыбались и принялись шептаться. Гермиона слышала, о чём они говорили, даже находясь в другом конце комнаты. Однако она всё равно была рада их видеть. Том вдруг неожиданно наклонился к ней и низким голосом произнёс: — Сегодня поход в Хогсмид, — его горячее дыхание обдало её ухо и шею. — Давай пойдём вместе. Знаешь, чтобы поговорить. Гермиона с сомнением взглянула на него. Может, он был прав. Может, поговорить – не такая уж плохая идея. — Хорошо, — выдохнула она. Том улыбнулся. — Тогда встретимся в холле через час. Идёт? Гермиона кивнула ему.

{{{{{{{{+}}}}}}}}

Часом позже Гермиона покинула гостиную. Она чувствовала, как с каждой секундой начинает всё больше нервничать. Встреча с Томом и прогулка в Хогсмид теперь казались ей ошибочным решением. «Которых в последнее время я и без того допустила слишком много», — подумала Гермиона. Взять хотя бы их поцелуй. Она совершенно не контролировала свои эмоции. Когда дело касалось Тома, ей было трудно мыслить рационально. Гермиона знала, что падение с такой высоты уничтожит её, но упрямо шла к пропасти. Казалось, вот-вот Том толкнет её. Гермионе казалось, что она уже падает. Летит прямиком вниз, без возможности как-либо замедлить время и что-то изменить. Вздохнув, она вошла в холл. Ей навстречу двигалась группа из пяти девушек. Все они учились на Рейвенкло, на четвертом или пятом курсе. Стоило им разминуться, как за спиной Гермионы раздалось хихиканье. Девушки завернули за угол, но их голоса всё ещё были отчётливо слышны. — Это была она, не так ли? — взволнованно спросила одна из них. — Да, — ответила другая. — Гермиона ДеСерто. Гермиона остановилась и сделала пару шагов назад, прислушиваясь к разговору. Судя по всему, рейвенкловки тоже остановились за углом, едва сдерживая громкий хохот. — Правда? А она не так проста, как кажется на первый взгляд. — Гермиона нахмурилась, услышав это. Девушка продолжила говорить: — Имею в виду, что он раньше был с Мелани Николлс, так ведь? — Ага. — Но Николлс очень красивая, — теперь по голосу можно было понять, что девушка возмущена. — Зачем Риддлу бросать такую девушку, как Николлс, ради этой серой мыши? Гермиона сдержалась от того, чтобы послать в говорящую какое-нибудь вредное проклятие. — Хм, я не знаю, — раздался новый голос. — Хоть она и не так красива, как Николлс, всё же она не уродина. Может, Риддлу она просто кажется милой. — Вы все ошибаетесь, — вдруг достаточно громко произнесла ещё одна девушка. — О чём ты, Ева? — Да ладно, неужели вы не слышали? — голос наполнился весельем. Затем девушка перешла на шёпот: — Я узнала это от Сандры с Хаффлпаффа. Я пообещала, что никому не скажу, но вы ведь сохраните это в секрете, правда? — Конечно, — хором прошептали в ответ остальные. — Хорошо. Во время последней вечеринки Клуба Слизней ДеСерто перебрала. Риддл вызвался проводить её в гостевую комнату, но когда он уже хотел уйти, ДеСерто заколдовала дверь, заставив его остаться и… провести с ней ночь. По коридору эхом пронеслись воодушевлённые вздохи. Говорившая девушка ещё больше развеселилась и в окончание своего интереснейшего повествования добавила: — И теперь она беременна. — Мерлин! Правда? — Да, говорю вам. После того, как ДеСерто узнала об этом, она пошла к Риддлу и, рыдая, умоляла его остаться с ней и ребёнком. От услышанного Гермиона зажмурилась и потёрла переносицу, чувствуя приближающуюся головную боль. У неё были некоторые предположения касательно того, кто мог распустить эти слухи. Чувствуя, как внутри неприятно покалывает от несправедливости, она продолжила свой путь по первому этажу. Гермиона знала, что не стоит обращать внимания на подобные детские выходки, но всё равно чувствовала себя подавленной. Чем больше учеников она встречала на своём пути, тем больше ей казалось, что все на неё как-то странно смотрят. «Стоит всерьёз подумать о том, чтобы проклясть их», — раздражённо подумала Гермиона о своих не в меру болтливых соседках по комнате. «Распространять подобные слухи. Серьёзно?» Не глядя ни на кого, Гермиона почти дошла до того места, где они договорились встретиться с Томом, как вдруг врезалась в кого-то. Подняв голову, девушка едва не ойкнула. Мерлин, что ещё принесёт ей этот день? В своих мыслях Гермиона тяжело вздохнула. — И куда вы направляетесь в такой прекрасный день, мисс ДеСерто? — голос Леджифер звучал как обычно громко и резко. — В Хогсмид, — коротко ответила Гермиона. — Я вижу, — профессор бросила оценивающий взгляд на её одежду. — Вас кто-то пригласил на свидание? Гермиона нахмурилась, почувствовав неладное, но всё же ответила: — Мы договорились встретиться с Томом. — С мистером Риддлом? — брови Леджифер взметнулись вверх. — Как неожиданно. Она так пристально посмотрела на Гермиону, что девушка невольно напряглась. Однако секунду спустя профессор удовлетворённо кивнула и сказала: — Должна признать, что я рада тому, что вы наконец включили голову. У вас даже улучшились оценки по моему предмету. Ненамного, но это только начало. Гермиону накрыло новой волной раздражения. Тем не менее, похвалой Леджифер не стоило пренебрегать, поэтому она сухо ответила: — Спасибо, профессор. — Если мистер Риддл пригласил вас на свидание, значит, вы перед ним извинились? — поинтересовалась Леджифер. Гермиона стиснула челюсти. Как же она устала от этого. — Нет, я не извинялась, так как не сделала ничего плохого. Леджифер изогнула тонкую бровь. Выражение её лица вмиг посуровело. — Вам действительно стоит умерить свой пыл. Мистер Риддл, судя по всему, дал вам ещё один шанс, что очень великодушно с его стороны. Но он никогда не женится на вас, если вы всегда будете гнуть свою линию. Ранее он уже принял решение расстаться с вами. Значит, вы сделали что-то не так. — Это был Том. Это он сделал что-то не так, — терпение Гермионы подходило к концу. Она едва сдерживалась, чтобы не начать кричать. Леджифер покачала головой и укоризненно произнесла: — Перекладывание вины на других вам ничем не поможет. Лучше воспользуйтесь вторым шансом. Покажите мистеру Риддлу, что вам жаль, скажите ему, что вы изменились. Гермиона тупо уставилась на женщину. Что она должна была на это ответить? В голову приходили только ругательства. Поскольку Гермиона никак не отреагировала, Леджифер продолжила: — Не забывайте, что вам нужно показать ему, что вы можете стать хорошей женой. Вам нужно убедить его, что вы способны вести домашнее хозяйство. Он начнёт думать о браке только после того, как поймёт, что вы достаточно ответственны, чтобы управлять домом и заботиться о детях. Его не должны обременять подобные вещи. В конце концов, он будет занят построением карьеры. Назло профессору Гермиона приторно-невинным голосом спросила: — А как насчёт моей карьеры? — Что ж, у вас может быть работа помимо дома, если мистер Риддл это позволит, — язвительно ответила Леджифер. — Вы можете работать неполный рабочий день. Однако ваша основная задача – следить за домом. Зарабатывать деньги – это работа мистера Риддла. — Неполный рабочий день, хм? — спросила Гермиона. Она прищурилась, глядя на женщину. — Почему же тогда вы работаете преподавателем? Разве вы не замужем? Разве вам не следует быть дома? «Разве вы не должны быть в другом месте? — подумала Гермиона, глядя на Леджифер. — Ловить преступников, будучи аврором?» На лице профессора отразились злость и раздражение. — Я уже выполнила свой долг, мисс ДеСерто, — едко прошипела она. — Моя дочь уже давно выросла и не требует моего внимания. — Понятно, — сказала Гермиона, уже устав от этого разговора. Взглянув на наручные часы, она сухо произнесла: — Кажется, я уже опаздываю. Если вы не возражаете, я пойду. Леджифер впивалась в неё острым цепким взглядом, подобно ястребу. — Верно, мисс ДеСерто. Не заставляйте мистера Риддла ждать. Гермиона коротко кивнула женщине, а затем обошла её и зашагала прочь. Меньше чем за минуту она оказалась у главного входа в школу. Здесь уже толпились ученики младших курсов, собиравшиеся в Хогсмид. Не обращая внимания на любопытные взгляды, направленные в её сторону, Гермиона принялась искать Тома. Он стоял у самых дверей. Вместо школьной формы на нём была тёмно-синяя рубашка и чёрные брюки. Том небрежно прислонился к стене, возвышаясь над детьми и блуждая скучающим взглядом по холлу. Он выглядел очень красиво, но Гермиона видела в его облике нечто дьявольское. Вдруг его взгляд остановился на ней. Губы растянулись в улыбке. Серые глаза вмиг загорелись, прогоняя напускное безразличие. — Привет, — сказала Гермиона, подходя к нему. — Привет, — ответил он глубоким голосом. Том предложил ей руку, и она, немного поколебавшись, приняла её. Гермиона изо всех сил старалась игнорировать чужие любопытные взгляды. Том же вообще не обращал на них внимания. Они молча вышли из замка и направились в сторону запряжённых фестралами экипажей. Гермиона чувствовала себя неловко, продолжая держать Тома за руку. Стоило им остановиться у одной из карет, как она мягко выдернула руку. Никто из проходящих мимо детей, казалось, не видел диковинных животных. — Они выглядят не особо симпатично, да? — вдруг раздался голос у Гермионы над ухом. Она улыбнулась Тому уголками губ. — Да, — сказала она, переводя взгляд обратно на фестралов. — Сколько бы на них ни смотрела, они мне не нравятся. — Меня они немного пугают, — поддержал Том, но Гермиона знала, что это, скорее всего, было ложью. — Значит, тебя легко напугать, а? — решила поддеть его она. Том усмехнулся. Наконец рядом с ними остановилась пустая карета. Том прошёл вперед и открыл Гермионе дверь. Она забралась внутрь и села. Том же поднялся следом, усевшись напротив. В воздухе повисла напряжённая тишина. Не выдержав длительного зрительного контакта, Гермиона отвернулась к окну. Карета тронулась, и деревья Запретного леса начали медленно проплывать перед глазами. — По дороге я столкнулась с Леджифер, — сказала Гермиона, разрывая тишину. — Да? — Том усмехнулся. — Она всё ещё твоя любимая преподавательница? Гермиона тоже улыбнулась, переводя взгляд на Тома. — Конечно. Она дала мне массу хороших советов о том, как стать идеальной женой. По её словам, первое, что мне нужно сделать – это избавиться от своего упрямства. Оно только мешает, понимаешь? Том широко улыбнулся. — Я точно могу понять, почему она так сказала. Гермиона поморщилась. — Ты даже представить себе не можешь, как меня порой раздражает это десятилетие. Том внимательно посмотрел на неё с игривыми смешинками в серых глазах. — Значит, в девяностых нет занятий по домоводству? — Наивно полагать такое. Конечно, у нас есть домоводство, — Гермиона усмехнулась. — Но только для парней. Том удивлённо нахмурился. — В самом деле? Гермиона прыснула со смеху. — Нет.

_._._._._