Истории осени

      Они поднимались вверх по каменистому склону горы, но оба предчувствовали, что скоро острые камни сменятся высокогорной травой: её аромат витал в воздухе и щекотал ноздри. Где-то там журчал и ручей, водой которого можно будет утолить жажду. Последний раз они пили ещё на рассвете, и Элиза чувствовала, как саднит пересохшую от долгой дороги гортань. Чувствовала, но продолжала двигаться вперёд, за братом, чьи мощные волчьи лапы, казалось, не знали усталости. Ей же, небольшой рыжей лисице, путь давался труднее, но их обоих гнала вперёд общая цель, и Элиза не хотела быть обузой.       Наконец они оказались на плато. Залитое солнцем и покрытое низкорастущими кустарниками и травами, оно простиралось к горизонту, а затем переходило в новый крутой подъём, ещё выше, к холодным горным вершинам, укрытым снегом. Уже и сейчас пронизывающий северный ветер ерошил лисью шерсть ладонью, но эта прохлада была Элизе в радость.       Элиз не двинулся дальше, а свернул в сторону ручья. Напившись, он обернулся человеком — в качестве одежд на нём были плотно прилегающие к телу, сшитые из волчьих шкур куртка и брюки; отросшие белёсые волосы разметались по плечам.       — Вороний хребет уже близко, — сказал он, — но нам лучше развести огонь и отдохнуть. Последний переход ещё труднее, нам понадобятся силы.       — Но мы так близки!.. — Элиза тоже напилась и теперь сидела на одном из камней, нагретых солнцем. — Если не останавливаться, уже завтра мы будем дома.       — Если не остановиться, мы собьёмся с пути, — Элиз взглянул на неё, и жесткий взгляд его голубых глаз смягчила улыбка. — Не торопись, мой лисёнок, пусть твоё любопытство тебя не обманывает. Хребет близко, но нам никак не успеть туда до завтрашнего заката.       Разочарованно вздохнув, Элиза пнула босой ступней камешек. Тот сорвался с места, но, подпрыгнув несколько раз, замер, так и не долетев до русла ручья, который бы увлёк его за собой. Как бы ни были красивы эти места, она устала от скитаний. Ей хотелось вернуться домой, в деревню у подножья Вороньего хребта, все жители которой были такими же, как они с братом… по крайней мере, именно так рассказывали родители. И брат, появившийся на свет почти десятью годами раньше неё, тоже говорил об этом.       Элиза совсем не понимала, зачем её родители покинули единственное место, где могли быть своими. Но сколько бы она ни задавала этот вопрос, ответ всегда оказывался слишком сложен, и она отвергала предложенные варианты раз за разом, надеясь в конце концов отыскать простую, понятную причину. Но сейчас, когда брат всё же решил вернуться, она отложила эти размышления до будущих времён. В конце концов, она сможет подумать об этом уже когда они будут на месте.       В своих мечтах Элиза уже давно была дома, но дорога всё не хотела заканчиваться. Она виляла, поднималась вверх, чтобы затем сбежать вниз, огибала человеческие поселения, проводила сквозь леса, а затем снова привела их в горы… Те самые горы. Вот только они оказались гораздо, гораздо выше, чем она думала.       — Разведи костёр, пока я схожу на охоту, — Элиз провёл пальцами по её рыжим волосам — почти также как совсем недавно гладил её шерсть северный ветер. Обернувшись волком, он лишь на мгновение замер, принюхиваясь, а затем быстро скрылся из виду. Элиза поморщилась, но тут же соскочила на ноги и хлопнула в ладоши. Долго грустить было не в её характере.       Она собрала веточки, аккуратно расчистила место от сухой травы, выложила растопку костерком и, прикрыв глаза, дунула. Дунула совсем легко, и рыжие языки костра тут же взметнулись вверх. Теперь можно было лениво жмуриться и смотреть на огонь, сидя на почтительном расстоянии, чуть в стороне. Лишь кончиками босых ног она тянулась к теплу.       Лисий дар ладить с огнём был её самым большим сокровищем, и в тайне она даже гордилась, что могла оборачиваться именно лисицей. От бурундука или суслика гораздо меньше толка. Да и волки… Конечно, её брат мог сладить с зимней стужей, его нюх был острее, а тело выносливей, да только для Элизы не было лучшей формы, чем её собственная.       Элиз всё не возвращался, и в конце концов Элиза вытянулась, заложив руки под голову и устремив взгляд в пронзительно синее безоблачное небо. Интересно, сколько им ещё добираться? Хребет уже был виден — конечно, не для человеческого глаза, но какая разница. До горизонта, казалось, рукой подать. День-другой, и уже дома! Однако слова брата говорили о многом. Возможно, не так уж близок дом. Возможно, деревня у подножья Вороньего хребта была дальше, чем ей бы того хотелось.