Я полюбил своего врага 103

Афаэль соавтор
Реклама:
Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Описание:
Вы когда-нибудь задумывались, что будет, если совершенно случайно забраться в тушку своего врага? А что, если в подобную ситуацию попадет еще и ваша подруга?
Правильно - уничтожить самую опасную организацию изнутри, испортить нукенинам жизнь и...перевоспитать их?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
1. Данная работа - совместный проект с Афаэль, моим соавтором. Поэтому иногда главы мы будем писать совместно, иногда отдельно (там зависит от линий сюжета). Как получится. Ну чтобы вы понимали, что в этой работе соавтор принимает непосредственное участие.
2. Идея пришла совершенно спонтанно. Соавтор предложил, а там уже мы ее развили.
3. Чего ждать от работы? Упоротости, нелогичности и просто море неловких ситуаций. Разгоняем мрачную погоду улыбками и смехом.
4. Некоторые моменты из канона мы изменили и подогнали под сюжет. Поэтому не стоит писать, что это не так было)
5. В работе будут намеки на отношения между...мужчинами. Но не бойтесь - слеша здесь не будет. Это до мозга костей гетовский фф. Просто решили поиздеваться над одним персонажем)
6. Продолжение - по мере возможности и времени.

Глава 7. Я тебя вылечу, отото!

31 декабря 2019, 00:00
Примечания:
Ну, во-первых, поздравляем вас с наступающим Новым годом! Пусть 2020 год будет намного лучше предыдущих))

Что касается работы. Новая глава - новая порция стеба. Смотрим на Обито и Итачи. И на причину, по которой те оказались в баре. Куда потом пришла Сакура.
Следующая часть - не знаю, когда выйдет. Думаю, уже после январских выходных. Что-то автор малех задолбался, и ему срочно нужно отдохнуть. Поэтому читаем и ждем с пониманием.
Приятного прочтения!
      С тяжелым сердцем отпустив коноховских девиц обратно к Лидеру, Итачи и Обито проводили их до леса потерянным взглядом и отправились в противоположную сторону - в деревню Скрытого Листа. К конченным товарищам, которые им однозначно устроят качественную мозго... вынос мозга. И это псевдо-Мадара сейчас не про Какаши говорит, - хотя при одном воспоминании об этом педофиле у него начинают коленки трястись, а внизу живота неприятно тянуть. Ибо силы-то не очень равны - возьмет и изнасилует...       «Охо-хо, а я тебе еще всю чакру заблокирую, чтобы ему было проще издеваться над твоим телом»       Обито аж споткнулся от неожиданности, когда голову внезапно сотряс победный гогот. Милое личико с усиками исказилось миной шока и неверия, и голубой глаз задергался от нервного тика.       «Кюби?» осторожно прошептал, на что незамедлительно получил злобную усмешку. А еще подтверждение всем своим мыслям - раз Лис получил возможность болтать, ему настал кромешный пиздец...       Итачи остановился и в легкой растерянности посмотрел на застывшую спутницу.       – Ты чего? - озадаченно спросил, но в ответ ему прилетела лишь тишина.       «Я тут обнаружил, что печать немного повредилась, когда эта идиотка воспользовалась моей чакрой»       Вальяжно развалившись в своей золотой клетке, Курама отрешенно царапнул острыми когтями по железным прутьям, отчего сознание Обито содрогнулось от противного скрежета.       «И теперь могу чуточку гадить тебе, Учиха...»       Ошарашенно распахнув глаза, Учихи вперились взглядами в демоническую чакру, которая внезапно выползла из правой руки блондинки. Бурлящая энергия сковала запястье оранжево-грязным покровом и начала неторопливо подбираться к плечу. И по мере того, как она захватывала всё больше женского тела, по коже начинали расползаться опаляющие и разъедающие плоть мурашки. Словно эту руку засунули в костер и позволили адским языкам лизнуть некогда залеченную конечность.       - Что происходит? - Итачи сипло прохрипел, но Обито ему ничего не ответил, ибо конкретно так выпал в осадок от происходящего. И даже не боль заставила его промолчать – а осознание, что Лис получил власть над этим телом. А это сразу создает для него массу проблем…       «Поэтому советую быть паинькой, иначе твоя жизнь превратится в ад»       И резко убрал свою чакру, заставив мужчину облегченно выдохнуть.       “Неужели за тушку Узумаки беспокоишься... Хотя, чего это я - это же еще и твоя клетка. И если она чисто случайно поломается, то тебе тоже будет несладко” язвительно пропел, всеми силами пытаясь держать свой извечный образ мерзкого и ищущего во всем выгоду нукенина. Вот только перспектива потерять контроль над своей жизнью совершенно его не прельщала, отчего в отрешенный голос проскользнули нотки тревоги и даже страха. “Поэтому будь послушной зверушкой и завали свое хлабало, облезлый коврик. Иначе я такой звездец устрою, что ты еще волком завоешь от моей компании”       Курама в ответ лишь неопределенно хмыкнул и, в последний раз царапнув по клетке, обрубил канал связи с сосудом. И когда в голове настала долгожданная тишина, Обито позволил себе немного расслабиться. Но только немного, ибо теперь в его прекрасной жизни бабы прибавилось проблем...       – Пошли, - холодно посмотрел на Итачи, показывая, что это он обсуждать не собирается. Поэтому, получив от того короткий кивок, продолжил их ранее прерванный путь.       Дорога их пролегала чуть ли не через всю Страну Огня, которую они старались пересечь через густые леса и безлюдные горные хребты. Поселения бывшие нукенины, а ныне прекрасные девы старались избегать, дабы не привлечь лишнего внимания раньше времени. Чакру скрывали, привалы делали очень редко.       На второй день их задушевного путешествия, которое они провели в полной тишине, Учихи в теле дам достигли довольно широкого озера, расположенного в полудне от Конохи. А так как деревенька и сопутствующие проблемы начали уже маячить на горизонте, Итачи решил поднять вопрос о...       – Как будем объяснять свой побег? Они же нас сразу к Яманака отправят, - и опустился у кромки воды, дабы немного освежиться.       Обито вздохнул и, присев на небольшой камень, задумчивым взглядом скользнул по кронам деревьев, зеркальной глади, Саске и макушкам горных хребтов.       – Да черт его знает. Скажем, что... Так, стоп.       Мужчина озадаченно сомкнул свои светлые бровки на переносице и попытался понять, что же сейчас произошло. Заржавевшие шестеренки в голове блондинки жалобно скрипнули, а затем начали мучительно медленно обмозговывать увиденное...       – Чего случилось? - парень повернул голову к напарнице, когда та... тот внезапно замолчал.       – Да мне показалось, что я кого-то...       Вновь обвел местность прищуренным взглядом и воочию увидел, как на противоположном бережке вальяжно развалился Учиха! Ну который Саске!       – Ого, а вот и наш билет в хорошую жизнь... - хищно оскалился и смахнул с лица чертовы волосы. Нет, он их точно обрежет.       – Да что ты там... ворчишь.       Итачи аж рот от изумления открыл, когда его зеленые глаза уткнулись в... братишку! Мелкого пиздюка, который, сука, свалил из деревни! А он ведь ради него шпионом стал! Жизнь свою положил!       И вот чем эта скотина ему отплатила - ушла к Орочимару!       Глаза цвета травы недобро прищурились, а пальцы выхватили из подсумка парочку отравленных сенбонов, которые он с превеликим удовольствием всадит отото в шею.       – Ты отвлекаешь, а я захожу с тыла и вырубаю его, - холодно просрежетал, на что Обито даже возмущаться не стал, мол чего это ты раскомандовался. А, дождавшись, когда Итачи в теле Харуно скроется в деревьях, поправил свою пышную грудь, смахнул с плеч волосы и походкой...       ...настоящего гопника двинулся к Саске - прямиком через озеро.       Ладошки спрятались в карманах черных бридж, и из груди вырвался звонкий свист.       – Хей, патлатый! Подъем!       Веки резко разлепились, и Саске подорвался с земли как ужаленный. Катана со свистом выскочила из ножен, и пылающие Шаринганом глаза устремились к блондинке, которая вальяжным шагом шла в его сторону.       – Узумаки? – изумленно прохрипел, совершенно не ожидая увидеть эту идиотку здесь. Нет, даже не так – сейчас он конкретно так приху… офигел, когда не смог отследить ее чакру!       – Ну здорово, утырок! – Обито зловеще протянул и, дабы выеб…показать себя такой умницей и разумницей, выпустил чудовищную порцию Ки. В приправку с чакрой Лиса (любезно «попросил») и жаждой крови. – Как жизнь? Хорошо тебе живется в кровати Орочимару? Задница не болит?       Учиха после этих слов даже слегка опешил. Ибо видеть Наруто такой – это что-то новенькое. Неужели за три года она так сильно изменилась? И он бы сказал – похорошела. Грудь подросла, в глазах появился необычный огонек. Да и…       Тут Саске резко мотнул головой, отгоняя от себя эти неправильные мысли. А затем, вернув на лицо извечную маску безразличия и похуистичности, выставил катану вперед.       – Чего тебе надо, добе? – холодно отозвался, на что мужчина в теле девушки недобро прищурил свои заледеневшие глаза. Ох, как же он не любит, когда на него наставляют оружие. Вот до того, чтобы засадить эту еба… чертову катану парню по самые гланды. Прямо в тот проход, где частенько бывает Орыч. Ну не за красивые же глазки он взял Саске к себе? И пусть не пизд… врет, что ему нужно новое тело. Все отлично знают, что у него там просто зудит от желания пообщаться с мальчиками. И Обито будет не удивлен, если этот змей не подглядывал за парнишкой в душе. Точнее за его задницей…       Кхм, что-то мы немного отвлеклись.       В общем, как-то клинок опасно блеснул в свете яркого солнца, Обито в предвкушении хрустнул пальцами и оскалился так зловеще и маньячно, что Саске невольно пробрала мелкая дрожь. А катану начало потряхивать от того страха и тревоги, что засели у него под сердцем.       – Я… я не вернусь в Коноху! – словно маленький ребенок выпалил и негодующе насупился.       Женская бровь взлетела в искреннем изумлении, и псевдо-Мадара слегка наклонил голову на бок, осматривая свою будущую жертву до жути презрительным взглядом.       – Ну и пиздуй обратно к Орычу. Нахер ты вообще сдался в деревне, - язвительно фыркнул, флегматично посмотрев на свой…       Какой нахер маникюр?! гневно фыркнул и резко опустил руку к бедру, дабы не быть бабой!       Услышав Узумаки, Саске аж рот от шока открыл. А еще невольно опустил катану, не в силах просто осмыслить произошедшее.       – Но… но ты же хотела…       – Я тебе мамка, что ли, чтобы бегать за тобой, - презрительное фырканье перебило парня, который тут же ушел в некую прострацию. Как это так? Узумаки же должна бегать за ним! В деревню там зазывать. А он, как истинный ублюдок, обязан посылать ее на три веселые буквы и пафосно уходить…       Но сейчас явно что-то пошло не так.       – Тогда зачем пришла? – воткнул катану в землю и в полном замешательстве посмотрел на…ну кого он будет обманывать – весь разговор его взгляд только и делал, что опускался на женскую грудь. Такую пышную, манящую. А еще мягкую, наверное. Вот у Орочимару она не такая. Хотя, у него ее вообще нет. Как и задницы упругой. Только член, который…       Внезапно волосы колыхнул легкий ветерок, принеся с собой уже знакомый запах. Рука резко выдернула клинок из мягкой землицы, и парень уже хотел поразить того, кто возник у него за спиной. Но не успел, ибо тень оказалась намного быстрее.       Точное движение в сонную артерию – и яд, нанесенный на сенбон, мгновенно отправил отото в спокойный сон. И уже без всяких пердунов-развратников.       Подхватив своего глупого братца, Итачи аккуратно опустил бессознательное тело и с укоризненным цоканьем осмотрел внешний вид этого идиота.       – Ну ты посмотри во что вырядился, ирод окаянный! Грудь на распашку, кишку себе какую-то повязал. А штаны… - и демонстративно дернул ткань каких-то убогих шароваров. – Будто до туалета не добежал, гаденыш. Ух я ему такой пизды вставлю за то, что сбежал. Надолго забудет…       Обито даже чутка отошел в сторонку, когда вокруг его спутницы склубилась жуткая аура.       – Ты че так истеришь? – осторожно спросил, на что сразу получил взгляд, полный злости и негодования.       – А как я еще должен реагировать?! – Итачи нервно вскинул руки, шлепая себя по бедрам. – Я ради этого идиота надрываюсь тут. А он по всяким притонам шляется. Ух сука! – и перевел гневный взгляд на клинок, на рукоятке которого была выгравирована змея. – Найду эту мразь – самолично вые…       Парень резко замялся, когда понял, что его понесло совершенно не в те степи. И ироничная ухмылка на губах Узумаки красноречиво ему об этом сказала.       – Короче, давай его запечатаем и вернемся обратно в Коноху. Как раз будет отмазка, почему нас так долго не было.       Обито тут же согласно кивнул, в полной мере соглашаясь с этой гениальной мыслью. Ибо Коноха всё равно искала Саске. А тут внезапно такое событие.       В общем, когда тело парня было запечатано, а катана со злости сломана, пара нукенинов со спокойной душой отправилась в сторону деревни.       

      – М-молодцы, что могу сказать.       Цунаде растерянно протянула и в полном замешательстве посмотрела на вернувшихся Узумаки и Харуно. И ладно бы они просто вернулись, так еще и притащили Саске обратно, что не могло не радовать. А еще удивлять. Ведь вся ее разведка не могла найти этого засранца последний год – а этим дамочкам удалось не просто его отыскать, но и обезвредить.       В общем, чудеса да и только.       – Теперь нужно…       Тут Сакура с душой нукенина вышла вперед и с абсолютной решимостью посмотрела на своего учителя. Ну не его – но не суть.       – Разрешите определить Саске Учиха в психиатрическое отделение, чтобы ему прочистили мозги и вернули на путь истинный.       На одном дыхании отчеканила, отчего в кабинете внезапно наступила озадаченная тишина. Сенджу, сидя в своем кресле, растерянно приоткрыла рот. Обито в теле Узумаки недобро покосился на Какаши, который воспользовался ситуацией и прильнул к ее невинному телу встал за спиной, словно верная собачка. А члены Анбу, которые доставили девушек к Хокаге, неожиданно выпрямились по струнке. Будто сейчас перед ними стоял их непосредственный начальник. Такой же суровый и хладнокровный. И не принимающий возражений.       – Эм-м… конечно, - встрепенулась Цунаде, когда поняла, что пауза как-то слишком затянулась.       – И я хочу принять активное участие в его лечении, - сухо продолжила, на что женщина ответила коротким кивком.       Получив согласие, которое ему не требовалось, Итачи посильнее прижал к груди свиток с дражайшим братишкой и уверенным шагом направился в отделение для душевно больных.       Он, как старший брат, просто обязан выдернуть Саске из лап коварного змея и сделать всё, чтобы он забыл о всякой склизкой гадости, которую не перестает пихать в свой некогда девственный зад…       Как только Харуно в сопровождении Анбу удалилась, Хатаке положил руку на плечо Узумаки и настойчиво прижал ее к своей груди. Ну так, чтобы больше не было соблазна убегать от него.       Вот же сука Обито мысленно прорычал, но внешне остался совершенно невосприимчив к этим домогательствам – словно так и должно быть… в его самых страшных кошмарах.       – Если позволите, я отведу Узумаки домой, чтобы она смогла отдохнуть.       И, не дожидаясь разрешения Хокаге, - ибо оно ему нахер не сдалось, - резко опутал девушку вокруг талии и шуншином перенес их в свою квартиру. Оказавшись в спальне, мужчина невольно уткнулся носом в макушку ученицы и глубоко вдохнул ее аромат – то, чего его лишили на целых четыре долгих и мучительных дня.       – Ты хоть понимаешь, как я волновался, - тихо прошептал и медленно повел руку вверх, заставляя Обито стучать своими белоснежными зубками от лютой злости и ненависти.       «Так, спокойно, Учиха. Не нужно срываться раньше времени. Он ведь еще ничего не сделал. А если сделает, то мы ему член оторвем и засунем…»       Обито сильно напрягся, когда наглая ручонка провела по плоскому животу и замерла под ее... его пышной грудью. Голубые глаза недобро сощурились, и Учиха приготовился претворить в жизнь все свои самые жуткие и кровавые фантазии. Но внезапно всё прекратилось - Какаши тихо вздохнул, ощутив, как сильно напряглось его солнце, и поцеловал ее в макушку.       – Ты, наверное, голодна. Я что-нибудь приготовлю, - и, ласково потрепав Наруто по волосам, вышел из их спальни.       Как только седой педофил скрылся за углом, Обито аж покраснел от желания придушить эту скотину. Не, такими темпами он реально прибьет Хатаке. Ибо лобызаться и спать с мужиками – табу! Он натурал! До мозга костей и…       Учиха тяжело вздохнул, когда посмотрел на свои бриджи, в которых больше не было его великого достоинства. Теперь оно находится в руках Узумаки. И как же он надеется, что так будет и дальше. И никакие Лидеры не полезут своими ручонками к нему… точнее Наруто в штаны. Ибо если это произойдёт, то апокалипсис настанет намного раньше.       – Солнце, ты что будешь есть: салат или рис с курицей? – вдруг раздалось со стороны кухни, отчего Обито закатил глаза к потолку.       Ну его персональный начался именно сегодня…       

      – Вот здесь лежат твои вещи, а тут - банные принадлежности. Вроде обо всем рассказал.       Хатаке задумчиво потер подбородок, пытаясь вспомнить, о чем он еще мог забыть. Ибо такое событие произошло - его самая любимая ученица будет с ним спать жить в одной постели квартире, конечно же, квартире.       – Может у тебя есть какие вопросы? - и повернулся лицом к Наруто, которая стояла в проходе и молчала. - Ты чего? Заболела?       Жутко проскрипев зубами, Обито до крови впился звериными когтями в свои ладошки. Лицо побагровело от безумной ярости и ненависти. А некогда голубые глаза заплыли такой жаждой крови, что, казалось, воздух вокруг нее сейчас просто взорвется.       – Я в порядке, - сквозь зубы процедил, всеми силами сдерживая себя от убийства этого педофила. - Дай, су... полотенце короче дай.       Немного удивившись от такой резкой смены настроения, Хатаке молча подошел к комоду и вытянул оттуда махровое полотенчико.       – Тебе спинку потере...       – Обойдусь! - истеричным голосом завопил и, схватив сменную одежду, пулей полетел в ванную.       Как только раздался щелчок замка, Учиха наконец сумел облегченно выдохнуть; минутка тишина. Но так казалось только ему...       – Наруто, дорогая! Ты точно в порядке?       Стук в дверь, и нукенина в теле Узумаки аж передернуло от испуга. Ведь если эта скотина сейчас прицепится к ней... нему, то так и до изнасилования недолго! Вон, Лис уже играет с его чакрой, то выпуская ее, то обрубая все каналы связи. А еще гогочет - по-садистски так, злобно. И коготочком скребет по клетке, напоминая, что он никуда не ушел, и будет гадить вторженцу по полной.       – Всё хорошо, - тонюсеньким голосочком проблеял, мысленно прося Ками убрать этого педофила подальше. Обито не хочет становится женщиной... Он все-таки слабая, невинная девочка... И хочет всё сделать по любви, а не по принуждению, сука!       – Ты уверена?       Учиха тут же вздохнул; заебал.       – На все сто, даттебайо! - и сам удивленно хмыкнул, когда ответил, как Узумаки.       – Ну смотри. Если что - зови.       Обито даже к двери прислонился, дабы убедиться, что эта сволочь ушла. Как только шаги стихли, а чакра Какаши стала ощущаться где-то поодаль, мужчина выдохнул и тут же обреченно простонал - пришла пора мыться.       Кое-как стянув с себя грязную одежду, Учиха опустил глаза на свою грудь и задумался. Руки, помешкавшись, подхватили две эти округлости и слегка поиграли ими, вызывая у владельца приступ неконтролируемого смеха.       А че, прикольно! Трясутся так забавно... подумал он и подошел к зеркалу, дабы еще раз оценить фигурку Узумаки.       – А баба-то ничего... - оценивающе поджал губы, когда стал медленно скользить взглядом по своему телу. И с каждой секундой душа мужчины всё больше и больше убеждалась, что он бы вставил... кхм... переспал бы с этой дурой. Ну баб-то красивых он любит - не импотент все-таки. А тут такая красота под боком затесалась!       Может я тебя даже и в живых оставлю после всего. В качестве шлюхи на постоянную основу и злобно оскалился, представляя, как будет драть эту суку, причитая всякие мерзости и гадости. А она кричать и молить его остановиться... М-м-м, лепота! Решено! Как только мстя Какаши будет претворена в жизнь, Наруто переедет к нему в логово. Будет по ночам его согревать...       Блаженно промычав, Обито забрался в ванну и, задернув шторку, включил воду. Два хвостика распустились, и по телу рассыпались длинные волосы; мягкие. Мужчина провел по этому шелку своими пальцами и отчего-то улыбнулся. В голове неожиданно всплыли воспоминания того, как Наруто сидела у него на коленях, а он перебирал ее волосы. И почему-то в тот день на душе было очень спокойно и легко. Словно в его жизни и нет никаких проблем.       Учиха раздраженно рыкнул и до упора выкрутил холодную воду; на голову обрушился ледяной поток. Неправильные мысли, абсолютно непозволительные. О чем он вообще думает?! Какой хорошо с Узумаки? Какой использовать в качестве шлюхи?! Кто его укусил?       Он даже думать не должен о том, чтобы и дальше иметь связи с Узумаки. Использовать для мести и бросить, втоптать в грязь это наивное солнце - и всё! Никаких отношений! Даже интимного характера! Обито должен думать только о Рин и ее возвращении! А остальное...       Но как же хочется немного пожить       Безрадостно усмехнулся и присел, подбирая колени к груди. Вода продолжала холодить кожу; тело уже начало дрожать. Но отчего-то Обито даже не хотел лишаться этого отрезвляющего холода - не хотел возвращаться в свои безрадостные мысли; он устал. Сил бороться и идти вперед практически не осталось. План по возвращению любимой движется очень медленно. А его терпение уже на исходе; безумие уже подползает к его сердцу.       Еще год, два - и от Обито Учиха не останется и следа. Будет лишь чудовище с пустым сердцем и отсутствием желания бороться за свое счастье. Только жажда крови. Неутолимая и всепоглощающая; быть нукенином сложно - а роль Мадары Учиха усиливает эту ответственность в миллионы раз.       Он уже устал.       Веки начали слипаться, а голова клониться к коленям. Нужно немного поспать, чтобы набраться сил...       Петли скрипнули, и от стен отлетел тяжелый вздох. Какаши быстро перекрыл воду и, обернув ученицу в полотенце, отнес ее в спальню. Бережно положив в кровать, мужчина укутал спящую Узумаки одеялом, а сам присел на краю; губы дрогнули в безумно теплой улыбке.       Позволив себе очередную вольность, Хатаке ласково провел рукой по влажным волосам и невесомо коснулся губами холодного лба. Сердце сразу затрепетало от безумного счастья, а в вечно холодных и безразличных глазах запылала безграничная любовь и нежность.       – Я очень тебя люблю, Нару. И сделаю всё, чтобы ты была счастлива... Даже умру за тебя.       Заботливо подоткнул уголок одеяла и, взяв с тумбочки пачку сигарет, отправился на балкон; что-то он совсем размяк в последнее время - внутри закралось нехорошее предчувствие чего-то надвигающегося. Опасного, разрушающего и уничтожающего сложившиеся устои и... судьбы.       

***

      Итачи присел в мягкое кресло и решительно посмотрел на мужчину перед собой.       – Кото-сан, это очень тяжелый случай, - и положил на стол тот самый свиток, в котором был запечатан его братец.       Ирьенин поставил локти на стол и, сложив их домиком, заинтересованно уставился на новую работенку.       – Что случилось?       – Мы спасли ребенка из лап педофила, который держал его в пещере последние три года и измывался над ним, как мог. Вначале он использовал мальчика в качестве своего подопытного. А затем начал заниматься более глубоким изучением его тела, - Итачи ровным голосом ответил, на что Кото сочувственно покачал головой.       – Бедняжка. У него теперь, наверное, такая травма?       Учиха в ответ тяжело вздохнул и, прикрыв веки, безрадостно ответил:       – Настолько, что он хочет вернуться обратно.       И вот тут мужчина сразу понял - его случай. Да настолько, что он должен незамедлительно приступить к изучению лечению этого пациента.       – Ох, действительно сложный случай, - грустно протянул и в то же мгновение натянул на лицо профессиональную улыбку. - Ну ничего, мы его тоже вылечим. И не таким помогали.        Получив такой ответ, Итачи в мыслях попросил Ками, чтобы так оно и было, после чего последовал за ирьенином, который повел его к временному дому Саске. И пока он следовал по этому жутко белоснежному и унылому месту, парень всё сильнее убеждался в мысли, что здесь любой станет психом. Ибо кому понравится каждый день лицезреть однотонно белый цвет?       – А вот и палата для нашего пациента, - Кото бережно повернул ключ в замке и толкнул дверь вовнутрь, словно джентльмен, пропуская ученицу Цунаде вперед.       Скосив на мужчину недоверчивый взгляд, Итачи гордо расправил плечи и уверенным шагом прошел в довольно маленькое помещение. И то, что он узрел в нем, окончательно убедило нукенина - вылечиться тут невозможно.       Ну может хоть всё дерьмо из него выбьют? безнадежно подумал и присел на скрипучую кровать, которая стояла напротив малюсенького окошка. Зарешеченного и покрытого сложной вязью символов.       Настоящая тюрьма - что он еще может сказать. Даже в их логове комнаты будут получше. Особенно его. Там Кисаме устроил настоящий рай: откуда-то притащил несколько пуховых перин, новую сантехнику поставил, чтобы он не заразился всякой бякой, фильтр на воду установил и заменил всю мебель на целую и не скрипучую. И без термитов. А то достали уже по ночам хрустеть.       В общем, жил он в уюте и комфорте, - даже живой уголок имелся. В отличие от того, что придется пережить братишке. Хотя, он это заслужил. Нехер было задницу свою отдавать кому попало. Не для этого он клан резал, ох не для этого!       – Так, давайте вскрывать. - Итачи резко метнул ошарашенный взгляд к мужчине. Кого вскрывать?! - Ой, то есть распечатывать свиток, хех, - Кото нервно усмехнулся, заставив парня насторожиться. Что-то ему не нравится этот врач. Не псих ли он сам?       Решив, что с этим он разберется чуть позже, Учиха показал, чтобы дверь закрыли на ключ, после чего, дождавшись заветных щелчков замка, положил свиток на кровать. Чакра влилась в печать, и буквально через секунду на пол спрыгнуло опешившее тело.       Вот только далеко Саске убежать не дали - а скрутили и довольно грубо закинули на кровать, прижимая коленом.       – А ну лежи! - Итачи гневно рыкнул, пытаясь сковать брата-идиота кожаными ремнями.       Осознав, что чакра не слушается, а Харуно держит его очень крепко, парнишка заверещал пуще прежнего:       – Верните меня обратно! Орочимару, спаси! Не дай им сотворить со мной страшное!       Как только последний ремень был застегнут, Итачи жестом показал, что Кото может входить.       – Ну я же говорила, - наигранно грустно вздохнул... а и с жутким оскалом посмотрела на притихшего парня. - Ничего, Саске-кун, тебе помогут, - и, наклонившись к братцу, зловеще прошептал тому на ухо: - и задницу твою зашьют, чтобы неповадно было в нее пихать всякую мерзость. А если попробуешь сбежать, я тебя верну обратно и кастрирую. Усек?       Саске тут же ошарашенно уставился на Сакуру, отпуская с языка жалобное мычание:       – Орочимару, спаси...       

      Deep Purple - Jam Stew Instrumental       – Итак, Саске. Что Вы видите на этой картинке?       Парень коротко взглянул на кляксу, которая была изображена на показанной карточке. После чего презрительно фыркнул и, отвернув голову в бок, надменно произнес:       – Змею.       Итачи, что стоял в самом дальнем уголке кабинета, наблюдая за сеансом, с обреченным вздохом хлопнул себя рукой по лицу. Начинается.       – А на этой? – Кото показал второй рисунок, изображавший очередную мазню. Что-то похожее на взрыв Дейдары.       – Змею, - и опять совершенно уверенный ответ, заставивший нукенина нервно застучать зубами.       Ирьенин незаметно мотнул головой и явил безразличному взору Саске новое изображение. Только цветное.       – Ну а здесь?       – Язык.       После этих слов Итачи даже подскочил к столу, дабы поближе рассмотреть представленную карточку. Розовая клякса, напоминающая ему… Сакуру. Но не дерево, а одну бабу-идиотку-истеричку, которая однозначно уже висит трупом на мече Кисаме. Ибо напарник не такой идиот, чтобы не заметить подмены.       – Чей? – с надеждой протянул, смотря парню прямо в глаза.       Встретившись взглядом с очень странной Харуно, Саске недолго подумал, еще раз посмотрел на картинку и, глубоко вдохнув, торжественно ответил:       – Моего благодетеля!       И сразу познакомился лбом со столом, в который его любезно прижала милая с виду девушка. Но очень злой внутри парень.       – Сука! Ненавижу… - яростно прошипел, пока Саске мычал что-то невнятное и пытался вырваться. – Так, Кото-сан, тащите еще успокоительного!       Радостно хлопнув в ладошки, мужчина быстро открыл верхний ящик стола и со словами сейчас, сейчас. Мы его обязательно вылечим вытащил оттуда шприц с прозрачной жидкостью. Колпачок отлетел в сторону, и буквально через мгновение в сонную артерию несчастного ребенка вкололи лошадиную дозу успокоительного.       Как только тело Саске обмякло, Итачи с отвращением отбросил его на пол и, плюхнувшись на еще теплый стул, обреченно вздохнул. Кото также вздохнул. И Орочимару в своем логове вздохнул, ибо очень соскучился по своей мягкой и очень податливой игрушке.       – Где же ты, Саске-чан?       

      Итачи готов был рвать и метать. Люто хотелось кого-нибудь убить. Спалить эту деревню к чертям собачьим. А еще насадить блядскую змеюку на кол – тем самым местом, в которое он лазил своими грязными ручонками. И не только…       – А какая девочка Вам нравилась в детстве, Саске?       Сидя в смирительной робе, парень посмотрел на своего врача, сидевшего напротив. И уже хотелось подорваться с кровати, дабы впиться этому ублюдку в глотку, как вдруг получил кулаком по морде. И как думаете от кого? Правильно – от Сакуры! Той самой, которая когда-то бегала за ним! А сейчас не бегает, а просто бьет. И делает это от души – так, что у него уже челюсть стала болеть. Ибо лупасит она мама не горюй.       – Сидеть! – Итачи яростно прошипел, заставив отото отползти к изголовью своей койки и в страхе вжать голову в плечи. Что-то он стал побаиваться этой бабы. Она всегда была такой злой, или это его побег так сильно повлиял?       – Спасибо, Сакура-сан, - Кото благодарно кивнул и совершенно спокойным голосом продолжил: - тогда кому Вы впервые признались в любви?       После этих слов Саске аж побагровел от злости. Но в то же мгновение вернул себе мертвецкую бледность, когда Харуно очень недобро прищурила свои ледяные глаза. Нет, его бренная тушка больше не выдержит ее грубой любви.       – Брату.       Коротко ответил и тут же насторожился, когда женские губы внезапно растянулись в умиленной улыбке.       – Было такое, - довольно протянул…а, вспомнив тот день, когда маленький отото пришел к нему с цветочком и сказал, что он очень сильно любит его. Эх, были времена. – Молодец, Саске-кун. Хороший мальчик.       И, шмыгнув носом, смахнул с ресниц слезинку щенячьей радости, отчего тревога пациента стала расти в геометрической прогрессии.       – А Вас не смущает, что у нее тоже явные проблемы с психикой? – осторожно прошептал, косясь на Кото. А тот, недолго подумав, посмотрел на свою помощницу и нервно захихикал.       – Она абсолютно здорова, Саске. И я здоров. А вот тебя нужно полечить.       Безумно оскалился и под охуевш… охеревший взгляд игрушки Орочимару вытащил из халата еще один шприц с успокоительным. Заметив эту гадость, Саске картинно заплакал и в отрицании замотал головой.       – Пожалуйста… отпустите… верните меня обратно… я больше так не буду…       Рыкнув, Итачи выхватил шприц из рук мужчины и, схватив братца за шею, со всей силы прижал того к стене. И, пока тот умолял позвать Орочимару, Сакура с душой парня со всей братской любовью всадила иглу в шею мелкого пиздюка.       – Продолжаем лечение, Кото-сан.       

      – А потом Сакура-сама попросила меня взять ее с собой. Но я, поддавшись на искушение треклятого змея, убежал из деревни.       – Ты же понимаешь, что поступил очень плохо, Саске-кун?       Парень тут же энергично закивал, преданными глазами смотря на свою благодетельницу, которая помогла ему вернуться на путь света. Два дня – и он стал мальчиком шелковым и послушным. Больше не кричит и не просит его отпустить. А про злого дядю Орочимару вообще забыл. Точнее он помнит, но отзывается о нем не очень лестными словами, отчего змеиный саннин в своем логове не перестает хвататься за сердце. Ибо оно так сильно болит – но вот почему?       – Но я обязательно исправлюсь, Сакура-сама. Вы еще будете мной довольны. Я… я…       Итачи мягко положил руку на плечо брата, останавливая очередной поток бессвязной речи.       – Я тебе верю, Саске, - ласково протянул, кося благодарный взгляд на Кото. Вот это мужик. Вот это понимает – профессионал с большой буквы. За два дня вправить мозги такому придурку, как отото… ну это уметь надо.       Интересно, что ты там ему колол? подумал он, смотря на шприцы, торчавшие из халата врача. Ибо такой эффект за столь короткий срок – не наркота ли какая? А то вон как братца штырит. Взгляд отупел, не перестает лыбиться и как-то странно на него смотреть – будто щенок на свою мамочку, которая способна его защитить и сберечь от всякой швали.       – Нужно бы сюда всю нашу организацию затащить… - еле слышимо прошептал и со вздохом встал со стула. – Ну раз мы вернули мальчика обратно в ряды здоровых людей, предлагаю его выписывать.       Кото в ответ утвердительно угукнул и, поднявшись со своего кресла, помог Сакуре развязать смирительную робу. Больше в ней нет необходимости.       – Тогда нужно решить, куда его поселить. А то…       Итачи даже слегка опешил, когда Саске подскочил к нему и, обхватив руку, прильнул к ней словно ребенок – с такой же напуганной мордой.       – Не бросайте меня, Сакура-сама! Возьмите меня с собой! Я… я умею… умею…       – Тише-тише, - нукенин ласково потрепал братца по голове, отчего тот аж разомлел. И стал нежиться от каждого прикосновения своей благодетельницы. Своей богини! – Куда ж я такое чудо беспомощное отпущу? Ты ж них… кхм… ничего не умеешь. Поэтому пока поживешь у меня.       И тут кабинет накрыло оглушительным возгласом, с которым Саске подхватил девушку под ягодицы и начал радостно крутить ее на месте. При этом причитая, как же он счастлив.       А я-то как счастлив Итачи чуть не всплакнул, когда прижал к своей груди родную кровиночку. Как же он скучал по этому идиоту, кто бы знал.       …с улыбкой проводив парочку взглядом, Кото отошел от окна и присел за свой стол. Рука вытянула из кармана тот самый шприц, и ядреная смесь счастья заструилась по его венам. Лицо расслабилось, и губы тотчас расплылись в блаженной улыбке.       – Всееех выыылечим…       

      Держа братишку за руку, в которую тот вцепился мертвой хваткой, Итачи зашел в дом Харуно и сразу двинулся на кухню, где ощущалась чакра родителей девушки. Мебуки и Кизаши сидели за столом и за чаем вели тихие разговоры. Как только в пороге возникла их любимая труженица, они улыбнулись и хотели уже поинтересоваться о ее делах. Однако резко передумали, когда возле дочери внезапно появился Саске - тот самый молодой человек, в которого Сакура была беспамятно влюблена. И тут он внезапно появился в их доме, да еще и под ручку с дочерью. Удивительно? Не то слово.       – Ка-сан, то-сан, познакомьтесь - это Саске Учиха. Мой пац...       – Парень, - уверенным голосом перебил аники, а затем под охуев... охеревший взгляд зеленых глаз опутал тонкую талию рукой и крепко прижал к себе.       После этих слов Итачи чуть шоком не подавился, ибо перспектива встречаться с родным братом его... ну очень мало прельщала. Он его вылечить хотел, а не в пары брать.       Совсем мозги протрахал со своим змеем мысленно рыкнул и с абсолютно каменным лицом скинул наглую ручонку со своего женского тела. Подкрепляя всё это дело тяжелым взглядом и чудовищной жаждой крови, от которой несчастные родители чуть под стол от страха не сползли. А Саске, уловив мысленный посыл своей богини, покорно, словно верный раб, отпустил эту красоту и неловко потупил взгляд - мол, я больше так не буду, Сакура-сама.       – За Саске нужен постоянный присмотр, поэтому я решила поселить его в нашем доме. А так как вы не против, ведь так? - и в зловещем оскале улыбнулся, заставив родителей икнуть и коротко кивнуть, - то я пошла показывать ото... Саске его новую комнату. Приятно было увидеться, ка-сан, то-сан.       В вежливом жесте поклонился, при этом ударив брата по затылку, дабы тот следовал ее примеру. А затем утянул этого идиота на второй этаж, оставив родителей Сакуры в неебическом шоке. Вот только потом, когда спустя несколько минут озадаченной тишины они смогли осмыслить произошедшее, то их лица исказились безграничной радостью.       – Так, дорогой, надо написать всем родственникам, что наша доченька скоро замуж выходит! - Мебуки хлопнула в ладоши и, преисполнившись энтузиазмом, побежала в спальню. Ведь нужно столько всего подготовить - к священнику сходить, платье купить, гостей пригласить. Эх, не думала она, что это событие так скоро настанет!       А пока дражайшая супруга суетилась по женской части, Кизаши продолжал сидеть за столом и с крайне мечтательным видом думать о будущих детях. Ведь с геном Учиха они будут не только красивыми, умными, но и сильными!       ...Итачи в легком недоумении проводил взглядом маменьку, которая пролетела мимо него, после чего прошел в свою комнату. Вздохнул. И уже хотел пройти к столу, дабы продолжить свое обучение Ирьендзюцу, как вдруг дверные петли скрипнули, и в комнату прошел Саске.       – Я же попросил... а меня не беспокоить пока, - хмуро проговорил, отчего отото тут же принял крайне жалостливый вид. Нижняя губенка задрожала, а в некогда холодных глазах запылала безграничная просьба не прогонять его.       – Сакура-сама, можно... можно я тихонечко посижу в уголке. Я не буду Вам мешать - честно.       Со вздохом потерев переносицу, Итачи молча кивнул на кровать и пошел к столу, который был доверху завален всевозможными свитками. А Саске, получив разрешение остаться, мигом приободрился - плюхнулся на кровать своей богини, подтягивая колени к груди, схватил подушку и, уткнувшись в нее носом, стал заинтересованно наблюдать за потугами девушки.       – А что Вы делаете? - тихо спросил, пододвигаясь к Сакуре поближе.       Нукенин зарылся пальцами в своих розовых волосах и, ошалелыми глазами осмотрев просто неебический фронт работы, отчаянным шепотом отозвался:       – Превращаю свою жизнь в ад.       Отото удивленно хмыкнул и уже хотел еще что-то спросить, как вдруг его осадили ледяным голосом.       – Не мешай. Иначе верну обратно в психушку.       Получив такую угрозу, Саске чуть инфаркт не хватил. Ведь если он вернется обратно в ту белую комнату, а Харуно не будет его навещать, то... он ведь умрет от одиночества!       Поэтому, дабы не ломать свою психику еще сильнее, парень положил голову на подушку, пропитанную ароматом цветов и человеческого тела, и, прикрыв глаза, с блаженной миной отправился в царство Морфея. В то место, где его ожидает богиня.       И вот почему он раньше не замечал, что Сакура такая идеальная?              

***

       За окном опустилась глубокая ночь. Небо усыпалось множеством ярких огоньков, завораживающих своей красотой. По безлюдным улицам растекалась умиротворенная тишина; деревня спала. И только в небольшом окошке, расположенном на втором этаже двухэтажного дома, горел свет настольной лампы.       Пальцы потерли покрасневшие глаза, и из груди вырвался усталый вздох. Слишком сложно. И чтобы в этом разобраться, нужно потратить не один месяц, если не год. А ему нужно освоить Ирьендзюцу за каких-то несколько дней – до конца отгула. А потом в жизни нукенина Итачи Учиха начнется кромешный ад в виде работы в больнице. Отказаться он, естественно, не может, ибо это сразу вызовет подозрения. Поэтому ему и приходится издеваться над собой, пытаясь вбить в свой уставший мозг знания ирьенина.       Нет, тут нужна Сакура. Иначе я просто загнусь подумал он и с содроганием отпихнул от себя свитки и книги. На сегодня уже хватит. Пора отдохнуть.       Вздохнув, парень встал со стула и тут же замер, когда его взгляд вперился в спящего Саске. А он как-то и забыл, что этот идиот еще здесь; совсем замотался.       В уголках губ застыла теплая улыбка, и руки бережно укрыли пледом вредного, но очень любимого братца. Итачи невесомо пробежался пальцами по лохматым волосам и, задержавшись на плече, поспешил выйти из комнаты. Нет, он даже думать об этом не может. Счастливая жизнь – это не про него. Ведь в конце ему уготована лишь одинокая и мучительная смерть…       Учиха зашел в ванную и, щелкнув замком, стянул с себя всю одежду; совершенно спокойно - уже привык. Глянул на свое отражение, вздохнул. А эта Сакура не так дурна собой, как ему показалось в первый раз. До форм Наруто ей, конечно, далеко, но при этом есть в Харуно что-то цепляющее. Глаза?       Они действительно красивые... но только когда я смотрю в них усмехнулся и с какой-то тяжестью на сердце забрался в душ.       Ледяной поток обрушился на него неожиданно, но Итачи даже не дернулся; привык. Спиной навалился на влажную стену и прикрыл глаза - перед глазами сразу всплыл образ родителей. Горькая усмешка легла на губы, и парень ощутил себя совершенно разбитым. Словно в одно мгновение на него обрушилась вся тяжесть этого мира; а он к этому был совершенно не готов.       Устал. Хочется покоя и тишины. Той самой, - умиротворенной, приятной, - когда он сидел в лесу и вместе со своими товарищами по несчастью был... обыкновенным человеком. Не нукенином, не убийцей своего клана - а простым парнем (сейчас девушкой). Ведь именно в тот момент он ощутил приближение своего... счастья? Мечты?       Мотает головой и сильно жмурится. Нет, нельзя об этом думать. Такие мысли разрушают и делают слабым. Но как же иногда хочется просто сесть под дерево, притянуть к себе родного, любимого человека и крепко-крепко обнять его. Чтобы, наконец, почувствовать себя живым.       Живым       Горько усмехается. Какой живой? Его больному телу осталось от силы год, если не меньше. А потом он просто умет. Или Сакура умрет; как дело пойдет...       Тут Итачи резко распахнул глаза, когда его сердце внезапно прострелила внезапная боль, а по дрожащему телу пробежал сонм ледяных мурашек. Но не от воды; испугался?       Так, что-то я совсем размяк. Надо бы к Мадаре заскочить. Хоть над его страданиями посмеюсь подумал он и вышел из душа, вставая пяточками на холодный кафель. Махровое полотенце опутало его влажное тело, и Учиха вернулся обратно в комнату - вещи-то не взял.       Продолжая думать о своей нелегкой судьбе, Итачи подошел к шкафу и уже хотел открыть его, как вдруг все инстинкты закричали об опасности. Резкий разворот, попытка ударить, и тело оказывается вжато в деревянные дверцы; полотенце упало к ногам.       – Отото? - изумленно прохрипел, когда ошарашенным взглядом окунулся в пылающий Шаринган. - Ты какого...       Парень в теле девушки резко замолчал, когда на его бедра внезапно опустились горячие ладони. Как только пальцы коснулись нежной кожи, Саске жадно вдохнул и в порыве уткнулся носом в тонкую шею своей благодетельницы.       – Ты так прекрасна.       Томно шепчет и ведет губами по бьющейся венке, растекаясь по коже неприятными мурашками. Мерзко, отвратительно ощущать на себе горячее дыхание родного брата. Но при этом внизу живота сильно тянет, постепенно распаляясь в нестерпимое желание. Между ног становится горячо и влажно, и от каждого прикосновения этот пожар становится еще сильнее.       Итачи замирает; перестает дышать. Нужно оттолкнуть этого идиота – не дать ему зайти слишком далеко. Но тело не слушается, словно оно…       …парализовано.       В глазах цвета весны распаляется звериный ужас, когда нукенин понимает. Попал в иллюзию.       – Перестань...       И тут же замолкает, не узнавая своего голоса. Он хриплый, низкий – и насквозь пропитан неправильным желанием. И Саске ощущает это; тело не обманешь. Девушка дрожит, ее сердце бьется как ненормальное, а дыхание с каждой секундой скатывается до рваных вдохов. Сакура пытается отрицать, не хочет этого принимать, но правда лежит на самом верху - она хочет его. И если раньше это желание было запретно, закрыто для нее, то сейчас всё изменилось. Он увидел в ней женщину - увидел ту, которую всё это время в упор не замечал; глупец.       Но сейчас он всё исправит. И покажет, насколько же глубока привязанность Учиха...       Слегка прикусив хрупкое плечико, Саске блаженно промурлыкал, упиваясь ароматом ее тела. Вкусная, сладкая. А еще напрочь сметающая последние остатки сознания. Руки подхватывают женское тело под ягодицы, крепко прижимают его к себе и аккуратно кладут на кровать. Словно что-то хрупкое и бесценное. Да, именно бесценное - для него.       – Если ты сейчас же не прекратишь, то я тебя кастри...       Угрозы поглощаются жадным поцелуем, которым накрывают его губы. Саске напорист; не ждет - сразу проникает в маленький ротик, куда его язык входит беспрепятственно. Итачи ошалело округляет глаза, но сделать ничего не может. Обездвижен Шаринганом. Беспомощен. И от этого ему остается лишь лежать под собственным братом и мычать ему в губы проклятья и угрозы.       А еще всеми силами подавлять недопустимые стоны, заглушаемые в груди. Руки отото изучают его тело слишком опьяняюще и возбуждающе; сил терпеть практически не остается. Он уже давно устал.       Возбужденный сосок пропускается между пальцев и несильно сжимается загрубевшими подушечками. Тело самовольно прогибается в спине, стремясь сохранить эти сладостные ощущения; неправильно - но ему нравится.       – Я сделаю всё аккуратно, моя богиня.       Горячим шепотом опаляет ушную раковину, куда затем проникает горячим языком. Итачи до крови закусывает нижнюю губу. Приятно, но совершенно непозволительно. Нельзя дать понять, что эта близость притягивает. Его жар заставляет сознание растворяться в горячей страсти, с которой Саске вжимает женское тело в кровать. Это нужно срочно прекратить, но Итачи не может; тело не слушается.       – Только... только попробу... ах, сука!       Младший Учиха ухмыляется и накрывает влажную промежность ладонью, дрязняще касаясь набухшего клитра.       – Ты возбуждена. Я могу помочь.       Словно змей-искуситель шепчет, заставляя тело любовницы содрогнуться от мелкой дрожи. А затем, получив в ответ очередную угрозы, плавно погружается пальцами в горячее лоно. Глаза цвета весны закатываются в неимоверном блаженстве, и нукенин отпускает с губ сдавленный стон.       – Сука... ненавижу... - на выдохе рычит и перестает дышать, когда ощущает грязные пальцы в своем влагалище. Саске проникал в нее медленно, мучительно сладко массируя горячие стеночки. И постепенно подбирался к преграде, которая всё это время ждала только его. И он поможет Сакуре - сделает ее женщиной и заполнит ее своей преданностью и обожанием...       – Ух ты ж блять! Это я хорошо заглянул!       Учиха-младший даже растерялся, когда поднял голову и вперился ошарашенным взглядом в Наруто. Девушка сидела на подоконнике и, держа руки на груди, со скалящейся ухмылкой наблюдала за тем, как братья-кролики продолжают их род. И он ведь даже помыслить не мог, что Итачи настолько любит своего отото!       – Узумаки, ты какого черта здесь забыла?!       Саске гневно прорычал и недобро сверкнул Шаринганом, намереваясь обездвижить эту дуру. Вот только Обито в теле блондинки оказался быстрее - в одно мгновение подскочил к кровати и ударом ладони вырубил чертового инцестника. Тело обмякло, и Итачи недовольно выдохнул, когда братишка вдавил его голую тушку в кровать.       – И как это понимать?       Поймав на себе насмешливый взгляд голубых глаз, парень с рыком сбросил бессознательного отото на пол. А затем, поднявшись на ноги, со всей дури заехал тому по яйцам. Чтобы неповадно было к порядочным дамам лезть своим сморчком. Ух, бесстыдник малолетний! Не дорос еще до такой красотки, как он!       – Да, блять! Я... а он... и потом иллюзия... и даже... Сука! - подытожил Итачи, когда даже объяснить нормально не смог. Ибо произошедшее было настолько мозговыносящим, что он просто дар речи потерял. И стал походить на Хидана.       Обито, поджав губы, понятливо кивнул, - хотя он ни черта не понял, - и с издевкой протянул:       – Итачи-Итачи, не знал я, что ты хочешь детишек от своего...       – Заткнись, - грубо перебил его, искажая свое лицо ненавистью и лютой злостью. - Еще слово, и я расскажу Какаши, где ты от него прячешься.       И вот тут псевдо-Мадара похолодел от ужаса. Глаза заплыли страхом, коленки задрожали, а лицо приобрело мертвецки бледный оттенок.       – Только попробуй, - подрагивающим голосом прохрипел. - Я тебя ведь со свету сживу.       Губы Итачи буквально на секунду исказились в кривой ухмылке, после чего женское лицо вновь накрыла непроницаемая маска хмурости и холода.       – Значит мы друг друга поняли, - и направился к шкафу, дабы скрыть свое бесстыдство. - Ты чего пришел-то?       Безразлично осматривая свитки, которыми был завален стол Харуно, Обито презрительно фыркнул и вновь посмотрел на свою напарницу.       – В архив давай сгоняем. Я тут узнал, что у них есть специальный отдел, посвященный периоду жизни Хагоромо. Может что полезного найдем...       ...или разрушительного мысленно позлорадствовал и вместе с Итачи начал тенью передвигаться к местному хранилищу знаний. А то с их проблемой нужно что-то срочно решать. Иначе он не выдержит - и перекосит всё население Конохи. И всё из-за одного седого педофила.       

***

      Обито откинулся на спинку стула и безнадежным стоном вклинился в безмолвную тишину своей квартирки. Точнее бывшей хаты Наруто Узумаки, которая отныне живет вместе с Какаши Хатаке. И хорошо, что пока не в одной постели, а то Учиха бы давно уже спалил Коноху.       Два дня. Именно столько ему пришлось терпеть общество бывшего сокомандника. И под конец этого срока у него постепенно начали сдавать нервы. Благо есть Итачи, над которым теперь можно стебаться на тему братика и сестренки. Ибо Саске в своем желании сделать Харуно своей неумолим. Однако хороший удар под дых делает свое дело – но ненадолго; Учиха – народ все-таки настойчивый. Если что вбил себе в голову, то никогда от этого не откажется. Вот младший братишка Итачи и решил забраться аники в трусишки. Чему тот ох как был не рад.       В общем, проблем было много, а их решение никак не находилось. Особенно самое важное, которое они усердно пытались отыскать в архиве. Однако, перерыв чуть ли не каждую пыльную полку этого могильника, нукенинам так и не удалось ничего найти. Лишь какие-то упоминания о переносе душ. Но совершенно ничего похожего с их ситуацией; в этом они уверены, ибо уже не одну технику испробовали – всё без толку.       Вдруг Обито заметно напрягся, когда воздух позади него стал плотным и разряженным; кто-то приближался. Насторожившись, мужчина привстал со стула, выхватывая из подсумка кунай. Но буквально через мгновение оружие вновь вернулось в свой отсек, а из женской груди вырвался стон облегчения; не Зецу пришел по его душу.       Вывалившись из воронки, Наруто бессильно распласталась на полу, суматошно пытаясь отыскать рукой свой пульсирующий член. Ладошка обхватила неудовлетворенную плоть и под охуев… охеревший взгляд стала доводить себя до такого желанного и близкого конца.       Обито даже рот от шока приоткрыл, когда на его глазах его же тело начало дрочить! Увидеть такое со стороны – ну не самое лицеприятное зрелище. Ибо морда перекошена, глаза куда-то закатились, а всё тело содрогается в конвульсиях, рожденных подступающим оргазмом. Не думал он, что когда-нибудь узреет такую картину. Да еще и абсолютно голую. И… бритую?       Какого черта? настороженно подумал, когда бесшумно подошел к Наруто. Заметив, что на его груди больше нет волос (как и на всем теле), Учиха уже хотел разразиться матерной тирадой, как вдруг до его слуха донесся хриплый голосочек:       – Пейн…       А затем комнату накрыл блаженный стон, вырвавшийся из мужской груди. Испытав неописуемый оргазм, Наруто с каким-то больным удовлетворением размазала по члену свою же сперму, забрызгавшую потертый ковер и ее гладко выбритые ноги; губы расплылись в довольном оскале – вот теперь и жить проще.       Пейн? Обито подозрительно прищурил глаза и присел на корточки возле своего абсолютно голого тела; звоночек.       – А ну-ка расскажи мне, чучело, чего ты сюда заявилась в таком виде?       Услышав этот голос, девушка резко распахнула глаза и в лютой панике уставилась на Обито!       Блять! мысленно прокричала, осознав, что этот чертов Шаринган перенес ее прямо к владельцу тела. А если Учиха узнает, что она делала с Пейном, то… будет беда.       – Я… я… уединилась, - робко промямлила, принимая сидячее положение.       – А причем тут Пейн?       – Мужик симпатичный, вот и думаю о нем! – быстро выпалила первое, что пришло в голову. И тут же до боли прикусила губу, когда мужчина недобро прищурил глаза; не верит.       О чем-то подумав, Учиха приблизился к Узумаки и немигающим взглядом вперился в свои же мельтешащие глаза. Явно врет.       – Ты уверена?       И было это сказано настолько спокойно, медленно и очень тихо, что Наруто не выдержала. В искренней вине потупила взгляд и жалобно промычала – словно провинившийся ребенок, совершивший самую большую ошибку в своей жизни:       – Прости, Обито! Он сам полез. А я… я не смогла устоять! Твое тело слишком много требует от меня!       Дыхание затаилось; по виску скатилась холодная капля пота.       – Ты… что ты сделала? – с замиранием сердца спросил, опасаясь получить подтверждение всем своим мыслям. Ведь если Узумаки переспала с Лидером, то он ее прибьет. А заодно еще и блядского Нагато, у которого явно в одном месте зудит. Ибо пехаться с мужиками – ну это совсем уже мозги проебал со своими Путями!       – Ну это… с Пейном немного пошалила…       И всё. Женское лицо мгновенно заплыло алой краской ярости. Глаза превратились в два кровавых огонька с вытянутым зрачком. А хрупкое тело блондинки начало покрываться ядовитой чакрой биджу; за спиной сформировался первый хвост.       – С Пейном, значит, - угрожающе медленно протянул и неосознанно царапнув по полу острыми когтями. - Лучше беги, Узумаки.       Наруто резко подорвалась к окну, когда Обито внезапно ринулся на нее с явным желанием убить; обмякший член болтнулся в опасной близости от когтистой руки – еще немного, и Пейн бы больше не приставал. Ибо приставать было бы не к чему.       – Эй, идиот, ты чего творишь?! Это ж твое тело!       Гневно прорычав, Обито уничтожил хвостом кровать и в ярости посмотрел на чертову тварь! Он ведь ее предупреждал, просил, даже умолял не лезть к Пейну! А она…       – Убью суку! Голубым меня решила сделать?! Урою блядину!       И рванул в сторону охуев… охеревшей девушки, которая совершенно неожиданно, но очень вовремя стала бестелесной. Атака прошла мимо нее, пробив стену общежития; окно с корнем улетело на улицу.       Осознав, что отсюда надо линять, - и плевать, что на ней даже трусов нет, - Наруто, словно сайгак, выскочила на улицу и с паническим ором побежала наутек. А взбесившийся Джинчурики, отпустив за спиной второй хвост, пригнулся и на всех четверых понесся вслед за сбежавшей жертвой. Его мужская честь будет отомщена.       …Цунаде, выйдя из бара, в изумлении приоткрыла рот, когда мимо нее пробежал абсолютно голый мужик; и довольно-таки знакомый. А за ним, что-то крича и разнося всё вокруг своей неконтролируемой чакрой, неслась Узумаки.       Хокаге даже глаза протерла, дабы понять – это у нее сейчас галлюцинации, или Наруто правда преследует какого-то мужика? Неужели кого-то завела, пока отсутствовала в деревне?       – Надо еще выпить, а то так и до психушки недалеко.       И вернулась обратно в бар, чтобы утопить в спиртном все свои мысли и вопросы. А еще понимание, что в последнее время стало происходит как-то слишком много странных вещей. То взрыв непонятный, то Сакура и Наруто стали вести себя крайне необычно. Она бы сказала… серьезнее?       …Котецу и Изумо уже готовы были помереть со скуки, как вдруг мимо них на всех порах пробежало голое чудо-юдо. В панике крича «помогите, убивают!». Чуунины удивленно хмыкнули и уже хотели обсудить увиденное, как вдруг возле них приземлилась взбешенная Узумаки. В воздух поднялся плотный столб пыли; воздух насытился безумной жаждой крови.       – Куда? – яростно прошипела, на что два пальца уткнулись в сторону выхода.       Мотнув уже тремя хвостами, Обито разрушил постовую и в мгновение ока оказался за спиной своего же тела. Наруто попыталась увернуться, но на этот раз мужчина оказался быстрее. Когтистая лапа до кровавых подтеков вцепилась в загривок, и девушка с жуткими криками полетела в сторону деревьев. Однако познакомиться с одним из них она так и не успела, ибо Учиха быстро перехватил ее тушку в воздухе и со всей силы впечатал в землю; под ней образовалась глубокая воронка.       – Да как ты посмела?!       В глазах сверкнул Мангекьё, и буквально через секунду кулак взбешенного Обито прошел сквозь бестелесную форму своего же тела. Из груди вырвался гневный рык; мужчина начал крушить всё вокруг.       Деревья превращались в труху, попадавшиеся на его пути камни раскалывались от каждого удара, а Коноха, которая уже хотела отойти ко сну, с содроганием слушала отчаянные завывания Джинчурики. В тот день даже самый гнилой человек посочувствовал Наруто Узумаки. Ибо так кричать может лишь человек, лишившийся смысла жизни.       …Обито бессильно рухнул коленями на развороченную землю и, уткнувшись в нее лбом, завыл настоящим волком. Столько лет работы! Столько усилий потрачено! А теперь что? Он – гомосек! Лидерская подстилка!       – Эй, Учиха… ну ты прости ме…       Мужчина резко метнул яростный взгляд к Наруто, которая стояла в нескольких метрах от него и в глубоком сожалении смотрела на побитого жизнью человека. Она ведь не хотела – оно само получилось.       – Пошла вон! Видеть тебя не хочу! Иди и дальше трахайся с Нагато. Как раз род Узумаки продолжите.       Холодно прорычал и на трясущихся ногах потопал, куда глаза глядят. Ему уже абсолютно всё равно – ибо жизнь кончена; вся его жизнь сломалась именно в этот день…       Как только ее чакра стала ощущаться далеко отсюда, Наруто жалобно заскулила, виновато осмотрела развороченный лес и за неимением иного выхода, отправилась обратно в логово.       

Что и стало ее самой главной ошибкой…

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Реклама: