Река, стремящаяся к морю.

Не умение просить помощь – это не сила. Это великая слабость! БСН

Вэй Ин принимал душ в тот момент, когда на его телефон упал пропущенный звонок от Цзян Янь Ли. Сестра нередко звонила по поводу и без, потому особого значения он тому не придал. Решив, что перезвонит попозже, Вэй Ин, высушив голову и одевшись, не спеша занялся завтраком. По юности готовка казалась ему увлекательным и лёгким делом. По сути что сложного – следуй рецепту и всё получится само собой. Но уже на первых порах, пытаясь приготовить пышный омлет или сварить рассыпчатый рис, Вэй Ин, как повар, с треском провалился. Собрав на скорую руку сэндвичи с ветчиной, овощами и остатками паштета, не забыв при этом про крепкий кофе, Вэй Ин приступил к своему позднему завтраку. За всеми этими делами, приятно устроившись перед телевизором, он совершенно забыл перезвонить сестре, полностью уйдя с головой в телешоу. Второй звонок тоже особой тревоги не вызвал. Янь Ли, как обычно, спрашивала, как у него дела, чем тот занят и намерен ли приехать в скором времени в гости. Конечно же, Вэй Ину хотелось повидаться с сестрой, но недавний инцидент с её женихом всё ещё зиял свежей раной на его самолюбии. К тому же, ему совершенно не хотелось вновь поднимать вопрос о будущей свадьбе сестры. В перспективе, Вэй Ин был бы рад вообще никогда более не касаться этого вопроса, но в душе понимал, что рано или поздно придется. Когда-нибудь потом. А пока время позволяло, он просто задвинул этот вопрос на задний план, стойко делая вид, что того попросту нет. Этот их телефонный разговор не отличался от сотни других. Янь Ли, как часто бывало, снова потеряла из виду одного из своих младших братьев в лице Цзян Чэна. Что нисколько не удивило Вэй Ина. Время от времени Цзян Чэн, уйдя с головой в работу, пропадал с семейного радара на день или два. Такой феномен нисколько не удивлял ни самого Вэй Ина, ни их родителей. Но, несмотря на то, что такое повторялось довольно-таки часто, сестра была именно тем человеком, что продолжала раз за разом первая поднимать беспокойную волну по поводу исчезновения братца. Потому беспокойные нотки, что появились при беседе в голосе Янь Ли, когда та интересовалась давно ли он общался с Цзян Чэном, ничего кроме улыбки у Вэй Ина не вызвали. Попрощавшись с сестрой, наказав не беспокоиться лишний раз на счет пропавшего с радаров младшего братца, он откинул телефон на диван и сладко потянулся. В каждой частичке его тела угадывалась приятная истома и расслабленность. После всей суматошной и выматывающей психологически прошедшей недели — сегодняшний день казался ему раем. И всё было благодаря Ван Цзи. Вэй Ин не звонил Си Чэню. И не решил вопрос с Сы Чжуем. Но от разговора с Ван Цзи, от его молчаливого присутствия и немой поддержки, он словно скинул с плеч огромный груз. Все волнения и переживания исчезли, оставляя на месте себя тягучее чувство покоя. Улыбнувшись каким-то своим мыслям и крутанувшись на пятках, Вэй Ин схватил с дивана телефон и весёлой рысью ускакал в сторону балкона. Внезапная мысль послать Ван Цзи сообщение напомнила ему о доброй утренней погоде. Вчерашний снегопад стих, и в лучах яркого солнца город окрасился в рыжие и красные цвета. Распахнув дверь, ежась от холода, Вэй Ин вытянул руку с телефоном вперёд, стараясь поймать самый лучший ракурс. Но одно фото выходило хуже прежнего, и лишь из упрямства он продолжал пытаться сделать самое яркое и самое красивое фото до тех пор, пока замерзшие ноги и руки не загнали неудавшегося фотографа назад в тепло квартиры. Юркнув под одеяло, закутывая заледеневшие ноги в маленькое гнездо из покрывала и пледа, он дыханием отогрел экран телефона и принялся набирать сообщение. Выбор фото оказался сложной задачей. Ему хотелось послать самое лучшее. Удивить Ван Цзи. Но фото, что смогло запечатлеть на себе скользящие потоки лучей, обязательно захватывало край здания с отвалившейся штукатуркой. Или же вовсе солнце выходило яркой блямбой, не позволяя разглядеть вообще ничего на своём фоне. Остановив свой выбор на самой красочной и четкой фотографии, Вэй Ин прикрепил файл и, довольный собой, отправил. Несмотря на то, что по счетчику в чате в последний раз Лань Чжань заходил в мессенджер аж неделю назад, сообщение дошло почти сразу. Расслабившись в тепле шерстяного пледа, Вэй Ин с предвкушением ждал ответа. Раскачиваясь из стороны в сторону и мурлыча себе под нос какую-то незатейливую мелодию, он со счастливой улыбкой на лице увидел, как его фото и сообщение прочли, и даже начался формироваться ответ. Но прошла минута, другая, набор текста то начинался, то заканчивался, а ответа так и не было. Нахмурившись, Вэй Ин строго посмотрел на свой телефон, словно в том, что ему так и не приходило от Лань Чжаня сообщение, был виноват именно он. Не в силах больше ждать, он наскоро набил и отправил оскорблено-невинное сообщение, каждым своим словом давая понять, что молчанием Лань Чжань от него не отделается. И, о чудо, всё же получил краткий, но весьма приятный ответ. Всего пара слов, а настроение Вэй Ина взлетело до небес. Скинув одеяло, он встал на кровати, охватывая взглядом свою квартиру, словно государь – свои владения. Так и не найдя, чем себя занять, он снова рухнул на кровать, прикипая к сотовому. Написать Лань Чжаню ещё какую-нибудь глупость хотелось до одури, но тот явно был чем-то сильно занят, а испугать того своей навязчивостью на первых парах их общения ему не хотелось. Идея позвонить Цзян Чэну пришла совершенно спонтанно. И пока из динамика доносились гудки, Вэй Ин уже придумал, с чего начнёт свой разговор и даже подготовил шутку. Но гудки оборвались от долгого ожидания, и Вэй Ин как-то странно посмотрел на аппарат в своей руке. Набрав номер ещё раз – ситуация повторилась. Вэй Ин задумался. Цзян Чэн хоть и не был жаворонком, но позже девяти никогда не вставал. А значит, тот явно не спит, ведь на часах уже было за полдень. Плюс, всякий раз, когда он игнорировал звонки сестры, зная, что своим плохим настроением может ненароком её обидеть, всё же всегда отвечал на вызовы от Вэй Ина. За «ранимую» душу своего шисюна тот не сильно переживал. Когда звонок остался без ответа и в третий раз, Вэй Ин нахмурился. Это было уже обидно. Даже очень. Крепко решив про себя, что непременно достанет сегодня брата и научит уму разуму, он спрыгнул с кровати, направляясь к гардеробной. Невзирая на то, что на листках календаря распустился желтыми красками октябрь, а на улице светило солнце, погода стояла по-настоящему стылая. Добравшись до машины и запрыгнув в салон, Вэй Ин поёжился. Холодное сиденье хоть и было застлано шерстяным пледом, но прильнув так близко к телу, заставило мелко задрожать от холода. Вэй Ин по природе своей был весьма теплолюбивой личностью. И хотя он вырос в части страны с умеренным климатом, он с трудом переносил демисезон. Едва почуяв холод, он несся испуганным зайцем к радиатору, и пил как не в себя глинтвейн. Быть может именно по этой причине он и любил вино. Хотя, если призадуматься, то для Вэй Ина не требовалось определенного времени года или повода, чтобы угоститься тем или иным сортом красного Шираз. По пути к Цзян Чэну, Вэй Ин свернул в автомак, прикупив весьма вредной, но очень вкусной еды. Он был почти уверен, что шиди снова ушёл с головой в работу, и в его холодильнике сейчас кроме плесени ничего найти было невозможно. Выпив по пути кофе, и оставив машину на парковке, он заспешил на этаж к Цзян Чэну. Теплый пакет с фастфудом, прижатый к его груди, приятно согревал, даря своё тепло. Воспользоваться дубликатом ключа, что он как-то тайком сделал, чтобы устроить Цзян Чэну сюрприз на его день рождения, Вэй Ин не решился. И хотя тот был до сих пор припрятан в одном из кармашков бумажника, Цзян Чэн был глубоко убеждён, что ключа у брата больше нет, и открывать ему свой секрет Вэй Ин пока не собирался. Громко постучав в дверь, он приготовился к приветствию с почти торжественным вручением хозяину подарка в виде еды из Мака. Но даже после второго звонка – стука, за дверью по-прежнему не раздалось ни шороха. Вэй Ин задумался. Он отчётливо запомнил, когда парковался, что машина Цзян Чэна была на месте. Пешком тот передвигаться не любил, такси тоже переносил с трудом, а значит он либо дома, либо у кого-то в гостях. У кого-то очень знакомого им обоим. Вэй Ин хитро улыбнулся. Придерживая пакет одной рукой, он выудил из кармана сотовый. Ловко и аккуратно, стараясь не уронить смартфон, Вэй Ин включил вызов, прислоняясь для удобства к стене. — Добрый день, — голос Си Чэня был как всегда спокойным и звучал тепло, словно солнечный лучик в начале весны. — Доообрый, — протянул Вэй Ин, едва сдерживаясь, чтобы не выпалить рвущийся наружу вопрос. — У тебя хорошее настроение. Случилось что-то? — Не знаааю, — уже улыбаясь от уха до уха, проворковал Вэй Ин. — Это ты мне скажи. — Без понятия о чём ты. — Да лааадно, — если бы Си Чэнь был рядом, Вэй Ин обязательно ткнул бы его в бок локтём. — Я, конечно, не знаком со всеми представителями семьи Лань, но судя по двум её членам – врать и скрывать что-то вы соооовсеееем не умеете. — Я действительно не понимаю о чём ты, — в голосе Си Чэня прозвучали растерянные нотки, от чего Вэй Ин обескуражено посмотрел на дверь в квартиру своего шиди. — Цзян Чэн не у тебя? — Нет, — честно ответил Си Чэнь. — А что? — Нет, ничего, — быстро кинул Вэй Ин. — Извини, что потревожил. Пока. — Что случи… — голос Си Чэня оборвался за скинутым звонком. Вэй Ин нахмурился. Поднимающаяся тревога в его груди заставила достать запасной ключ из тайника. Разумеется, Цзян Чэн не имел каких-то хронических опасных заболеваний, да и суицидальных наклонностей у того не наблюдалось, а вот слечь с тяжелой формой простуды вполне мог. То ли от чрезмерной гордости, то ли по причине природной стеснительности, он совершенно не умел и не хотел просить у кого-то помощи, считая это проявлением слабости и, в общем своём, поступком постыдным. Справившись с замком, он едва дыша, заглянул внутрь. Квартира встретила Вэй Ина холодом и темнотой. Аккуратно поставив пакет с едой на столик в прихожей, он подкрутил термостат до двадцати и тихо, почти бесшумно направился вглубь квартиры. Цзян Чэн нашелся почти сразу. Он сидел на диване, свесив руку с подлокотника, и смотрел перед собой. Ничего не говоря, Вэй Ин обошел его и, раздвинув шторы, присвистнул от удивления. Небольшой беспорядок, что приметил он в полумраке, при свете дня оказался настоящим хаосом. По полу были разбросаны листы бумаг, одежда, какой-то совсем мелкий мусор в виде скорлупы от арахиса и убитых в шредере листовок. Возле рабочего стола валятся дигитайзер, а компьютер маячил спящей заставкой. Беспроводная мышь и джойстик, а точнее их останки, что явно после столкновения об стену разлетелись на части, были раскиданы по разным концам комнаты. Вэй Ин подтащил стул, усаживаясь напротив до сих пор хранящего молчание Цзян Чэна. Невозмутимо оглядев комнату ещё раз, он легко улыбнулся и посмотрел на своего шисюна. — Я так понимаю, этот беспорядок не после вечеринки. Храня молчание, Цзян Чэн перевёл на него взгляд, оставаясь всё так же неподвижно сидеть на диване. — Ну, — протянул Вэй Ин, истолковав его взгляд по-своему, — если бы была пати, ты же пригласил бы меня, верно? Ответом всё так же послужило молчание. Цзян Чэн был одним из тех людей, что весьма трепетно относились к своим вещам и порядку в доме. За своим внешним видом и чистотой тот тоже следил тщательно, за что часто получал едкие подколы от Вэй Ина. Будучи ещё ребенком, он мог расплакаться лишь от того, что на его одежду попадала влага. И сейчас Вэй Ин внезапно вспомнил, что как-то раз обрызгал трехлетнего Цзян Чэна водой. Они мыли руки в ванной перед обедом, и ему захотелось подшутить над братом. В итоге Цзян Чэна обрызгало водой, а Вэй Ин получил подзатыльник от мадам Юй. И хотя это было так давно, он сейчас отчётливо вспомнил, каким расстроенным и обиженным выглядел тогда Цзян Чэн, получив пятно на новой футболке. А что Вэй Ин видел сейчас? Мужчину с двухдневной щетиной, в мятой и явно не первой свежести одежде посередине центрифуги хаоса из мусора и хлама. — Я открою окно, ты не против? — как ни в чём не бывало поинтересовался Вэй Ин, и не получив ответа, встал со стула. — Конечно, не против, — ответил он сам себе, пародируя голос брата. Потянувшись к ручке, он заметил, что цветок, стоявший ранее на подоконнике, был скинут вниз. Его кашпо разбилось в дребезги, а грунт рассыпался по полу. Вэй Ин тяжело вздохнул. Повернув ручку, он приоткрыл окно, впуская немного свежего воздуха. Не спеша возвращаться на своё место, он призадумался. Цзян Чэн, кричащий и бьющийся в истерике, был тем ещё засранцем по мнению Вэй Ина, но вот апатично-депрессивный Цзян Чэн, что даже на то, чтобы повернуть голову не находил сил – это уже выходило за все, какие-либо существовавшие, рамки. С первым хотя бы можно было поговорить и успокоить, а вот что делать с текущей вариацией своего шиди, Вэй Ин ума не мог приложить. Решив для себя, что для начала было бы неплохо немного прибраться, он удалился в кладовую за мусорными пакетами и щёткой. За бумажным мусором, погибшим цветком, и тем, что осталось от мышки последовали пустые банки от энергетиков и две разбитые керамические кружки. Вэй Ин даже вымел из под стола чайную ложку и пакетик из под чая. Закончив с мусором и приведя комнату в порядок, он закрыл окно и, уперев кулаки в бока, довольный собой, окинул взглядом результат своих трудов. — Такс, — Вэй Ин закатал рукава свитера и схватив Цзян Чэна за шиворот, безжалостно поставил на ноги. — Пошёл к черту, — огрызнулся наконец-то тот, ударив по руке своего шисюна. — И тебе добрый день! — наигранно вежливая улыбка на губах Вэй Ина шла в разрез с той стальной решимостью, что светилась в его глазах. — Тебя учили принимать душ по утрам? И хотя сейчас уже не совсем утро, даже скорее день, ты же не откажешь мне в чести сопроводить тебя в ванную. Правда? — Отвали! — словно раненый зверь прорычал Цзян Чэн. — Оставь меня! — Вот дойдём до ванной, там и оставлю, — он с силой дёрнул брата, практически таща того за собой. — Что ты себе позволяешь? — взревел Цзян Чэн. Голос его, сиплый от долгого молчания, надтреснул, словно от застрявшей в горле обиды. И эти фантомные осколки вонзились в мягкую плоть, сдавливая связки, заставляя замолчать. Дверь за ними закрылась и, крутанув кран в ванной, Вэй Ин принялся беспардонно стягивать со своего шиди одежду. Несмотря на то, что Цзян Чэн по силе не уступал своему брату, сейчас, после долгих дней голодовки и отсутствия нормального отдыха, все его потуги оттолкнуть шисюна или ударить побольнее были так смешны, что на его глазах от обиды навернулись слёзы. — Я сам! — из последних сил взревел Цзян Чэн и Вэй Ин отступил. Сделав вид, что проверяет воду в ванной, он мазнул краем глаза по раскрасневшемуся лицу брата, понимая, что слеза, скатившаяся по его щеке не его рук дело. Просто тот устал. Просто ему нужно отдохнуть, хорошенько поесть и освежиться. Цзян Чэн не был тем, кто так быстро сдаётся, а значит Вэй Ину всего навсего нужно чуть-чуть ему помочь. Наигранно строго наказав Цзян Чэну хорошо себя вести, он выскользнул за дверь, позволяя брату побыть сейчас немного наедине со своими мыслями. Удостоверившись, что Вэй Ин не ворвется обратно, и услышав краем уха, как тот зазвенел посудой на кухне, Цзян Чэн скинул оставшуюся одежду, забираясь в ванную. Горячая вода и правда позволила расслабиться и почувствовать себя лучше. И хотя горло всё ещё душила обида от собственной никчёмности, она уже не была столь сильной, как до прихода Вэй Ина. Впрочем, как и всегда, шисюн снова оказался в трудную минуту рядом. Этот с виду беспечный хитрец и лис, был самой настоящей, мать его, Терезой. Он всегда выручал его, прикрывал и часто брал на себя вину, даже если сам ни коим образом не был причастен к произошедшему. Цзян Чэн шумно выдохнул, уходя с головой под воду. Мыльная пена с его волос покрыла всю поверхность, мелкими пузырьками лопаясь и растворяясь. Было действительно хорошо и приятно. Каждая омытая клеточка его тела раскрылась и задышала. А вместе с тем и на душе полегчало. Но сладкая нега блаженства была недолгой. Внезапный взрыв заставил Цзян Чэна вынырнуть и, затаив дыхание, прислушаться. С кухни донёсся голос Вэй Ина, сыплющего от досады проклятья, и неприятный металлический скрежет. Прикрыв рукой лицо, мысленно готовясь к тому, что выйдя из ванной, не узнает своей кухни, Цзян Чэн потянулся за полотенцем. Наскоро одевшись в чистое и подсушив немного волосы, он шагнул за порог, готовясь к худшему. На самом деле всё было не так страшно, как Цзян Чэн уже успел себе напредставлять. Но резкий вопрос всё-таки вырвался из его рта, прежде, чем он смог его осмыслить. — Как, мать твою?! Вэй Ин подпрыгнул на месте от его голоса, в ту же секунду поворачиваясь к нему лицом, тщетно пытаясь спрятать за спиной раскуроченную микроволновку. Перепачканный с головы до ног во что-то липкое и сладкопахнущее, он застыл на месте улыбающейся статуей. Вся кухня представляла собой место боевых действий, на котором Вэй Ин, в нелепых жёлтых резиновых перчатках и губкой в руках, походил на умалишённого, что пытался весь этот срам этой самой губкой оттереть. Но это было не самым страшным. Цзян Чэн поднял взгляд над головой невинно улыбающегося Вэй Ина и ледяная волна ужаса прокатилась по его спине. — Ты что делал? — он, не отрываясь, продолжал смотреть на подвесной шкафчик, в днище которого застрял кусок стекла. Вэй Ин проследил за его взглядом и не без труда вытащив обломок, спрятал тот за спину. — Понимаешь, — он прикусил губу, прикидывая, как помягче объяснить ситуацию, чтобы не огрести от Цзян Чэна, но поняв, что снисхождение ему всё равно не сыскать, он решил сказать так, как есть. — Я хотел сделать бутерброды на десерт, но ореховое масло оказалось почти бетонным, и я решил его немного подогреть и…вот, — он сложил руки на груди, укоризненно посмотрев на брата. — Цзян Чэн, ну кто же хранит ореховое масло в морозилке? — Ты засунул банку в микроволновку? — проигнорировав столь наглый выпад в свою сторону, осторожно уточнил Цзян Чэн, не зная убить своего шисюна или отправить в больницу машиной скорой помощи: проверять того на возможность сотрясения мозга. — Ну, а как ещё её можно было разогреть? Цзян Чэн шумно вдохнул через нос и также шумно выдохнул через рот, в считанные секунды преодолевая расстояние до брата. Вцепившись тому в запястья и покрутив вокруг своей оси, убедившись, что тот не получил увечья, с силой оттолкнул в сторону. — Ты совсем умом тронулся? Ты же физику сдавал в институте, как ты можешь не знать, что при излучении такого рода материала, нарушится давление, и произойдёт взрыв?! — Забыл, — робко улыбнулся Вэй Ин, слизывая языком с уголка губ капли пасты. — Да как такое можно забыть?! — с новой силой взревел Цзян Чэн. И в этот момент прозвучал звонок в дверь. — Кого там черти принесли? — сжав кулаки, он направился в прихожую, полный решимости отвадить любого, кто стучится в его квартиру без приглашения. — Ты так орал, что должно быть побеспокоил соседей, — лукаво подметил Вэй Ин, с интересом последовав за своим шиди. Гость, оказавшийся на пороге, действительно, был весьма неожиданным. Стоило двери резко раскрыться, как все трое на пару мгновений застыли на своих местах. Вэй Ин, заинтригованный присутствием старшего из братьев Лань на пороге брата, бегал взглядом от одного к другому. Цзян Чэн же, схвативший сразу что-то на подобии микроинфаркта, обескураживающего ужаса и оцепенения неизбежности одновременно, молча наблюдал, как искренняя улыбка его гостя медленно сползала с его красивого лица. — Я, — подал голос Си Чэнь, стараясь говорить медленно и аккуратно, — так понимаю, пришёл во время, — он, широко раскрытыми от удивления глазами, посмотрел сперва на перекошенное от злости лицо Цзян Чэна, затем на вымазанного в чём-то, внешне похожем на шоколадный крем, Вэй Ина. — И беспокоился, похоже, тоже не зря. Вэй Ин остановил свой взгляд на стушевавшемся шиди, лукаво прищурившись. — Си Чэнь, — не отрывая взгляда от своего брата, проворковал Вэй Ин. — А ты откуда знаешь адрес Чэн-сяна? — от столь детского прозвища на затылке Цзян Чэна волосы встали дыбом, но сконфуженный присутствием Лань, он промолчал, ничего не говоря в ответ. Приметив, что брат стал неожиданно тих, Вэй Ин продолжил: — Мне вот интересно. Я даже не слышал звонка от консьержа. — Рабочие вопросы зачастую не терпят отлагательств, — без тени смущения ответил Си Чэнь. Не трудно было догадаться к чему вёл Вэй Ин, но вдаваться в подробности перед ним, да ещё и стоя на пороге квартиры, не хотелось. — Аааа, — протянул Вэй Ин и снова посмотрел на своего шиди. Тот, кажется, почувствовал его взгляд и немного сжался, словно желая исчезнуть. — Значит и Чэн-сян тоже знает твой домашний адрес? Столь наглая шпилька со стороны Вэй Ина вывела Цзян Чэна из оцепенения. Крутанувшись на пятках, он, громко топая, зашагал внутрь квартиры, жестом приглашая своего второго гостя зайти. — Мы не в духе, — доверительно громко прошептал Вэй Ин, улыбаясь. Его веселило и успокаивало то, что брат покинул свою скорлупу под названием «Всё прах и тлен зловонный», пусть и при этом в режим недовольного всем гремлина. — А что с тобой произошло? — зайдя внутрь квартиры и оставив у порога обувь, поинтересовался Си Чэнь. — Ммм? — Вэй Ин снова лизнул уголок губ. За всем этим из его головы совсем вылетело, что ещё каких-то десять минут назад его чуть не убило банкой из под ореховой пасты. Обернувшись на высокое зеркало в прихожей, он окинул себя взглядом с ног до головы и громко расхохотался. Его вид и правда был таким странным, что идея сделать фото пришла молниеносно. Протолкнув Си Чэня вглубь квартиры, а именно на кухню, где уже вовсю орудовал шваброй Цзян Чэн, он вынул свой смартфон и, вытянув руку вперёд, чтобы охватить по возможности всех троих, сделал селфи. Фото получилось таким живым и неожиданным, что Вэй Ину до зудящего нетерпения захотелось отправить его Лань Чжаню. — Ты что это там удумал, ущербный?! — заслышав затвор камеры, вскинул голову Цзян Чэн. Послав всё к чертям собачьим, он с грохотом скинул в мусорное ведро со стола осколки, отправляя следом вымазанное в пасте махровое полотенце и резиновые перчатки. Злость от переживания, обиды и беспорядка, устроенного его братцем, клокотала в его груди ядовитой змеёй. В этот самый момент плевать он хотел на присутствие у него дома Си Чэня, свой внешний вид и поведение. К чёрту! Держать маску больше не было ни сил, ни желания. — Ущербный? Я?! — оскорблено воскликнул Вэй Ин, медленно делая пару шагов в сторону ванной. Зная, что если шиди увидит сделанное им фото, то обязательно удалит, так и не позволив поделиться им с Лань Чжанем, он мысленно искал пути отступления. — Ну, а кто ты? — отставив швабру в сторону, и уперевшись кулаками в бока, он зло посмотрел на Вэй Ина. — Только посмотри, что ты наделал?! — Цзян Чэн громко похлопал рукой по шкафчику, что никакой починке, как и покорёженная микроволновка, уже не подлежал. Си Чэнь, до сего момента с интересом наблюдавший за Цзян Чэном, поднял взгляд на многострадальный шкафчик, замечая дыру от осколка, что с таким трудом вытащил Вэй Ин. Округлившимися от ужаса глазами, Си Чэнь уставился на пахнущего жжёной карамелью и орехами горе повара. — Ты в порядке? — он только сейчас осознал, что произошло, и его обуял не слабый страх за здоровье своего друга. — Да какой в порядке! — ответил за шисюна Цзян Чэн. — Ты только посмотри на него! Судя по его действиям, ему давно уже снесло кукушечку, — с каждым словом голос его делался всё резче и громче. — В порядке он! Ага, как же! — вид заведённого Вэй Ина, что с энтузиазмом что-то строчил в телефоне, заставил его на секунду настороженно замереть. — Что ты там пишешь? Ты кому это отсылать собрался? А ну стой! — лишь завидев, как Вэй Ин припустился наутёк, Цзян Чэн рванул следом, грозясь по пути разбить сотовый брата к чёртовой матери. Столкнувшись словно кошка с собакой, они умчались в другой конец квартиры, поднимая не малых масштабов шум. Оставшись в одиночестве, Си Чэнь огляделся. Он не так часто бывал в этой квартире, но её внешний вид сейчас разительно отличался от того, что он привык видеть. Квартира не была идеально чистой, как в прошлые его визиты. И, не беря в счёт пострадавшую кухню, выглядела более живой и уютной. Такой она нравилась Си Чэню куда больше. И хотя его собственное жилище было всегда идеально убрано и по-спартански обставлено, он всегда мечтал жить именно в таком доме. Из глубины комнат послышался звук захлопывающейся двери и разъярённый крик Цзян Чэна. — Вэй Ин, если ты отошлёшь это кому-то из моих знакомых, клянусь, я замурую тебя в стенах туалета на всю оставшуюся жизнь! Си Чэнь склонил голову на бок, чувствуя, как его губ касается улыбка. Ему импонировал «такой» Цзян Чэн. В тот момент, когда они впервые познакомились… Нет, не так. Когда Си Чэнь впервые открыл дизайн-проект Цзян Чэна, он был приятно удивлён, что на свете есть человек, по силам которому так гармонично и лаконично соединить в работе несколько несочетающихся в теории аспектов. А уж после их короткого общения, Си Чэнь всерьёз заинтересовался им. Цзян Чэн виделся ему человеком весьма умным, воспитанным и с сильным характером. Но при каждой их встрече, будь та в офисе, на объекте или в кафе, Си Чэня не покидала мысль, что что-то было не так. Будто что-то очень важное ускользало от него. А он всё не мог понять что. Последние несколько дней, по прошествии которых он не получил ни весточки от Цзян Чэна, ему начало казаться, что та взаимная симпатия, образовавшаяся между ними была не более, чем необходимость для работы. В конце концов, Си Чэнь был покупателем, а Цзян Чэн тем, кто мог предложить нужный ему товар. И лишь случившееся в больнице, его неожиданная вспышка гнева и неприкрытое беспокойство, не позволяло Си Чэню окончательно перевести отношения с Цзян Чэном в чисто деловые. А сейчас, видя, как тот бранится со своим шисюном, грозясь поколотить, если тот сейчас же не откроет дверь, Си Чэнь смог понять, что всё это время не давало ему покоя. И от осознания этого на губах его расцвела счастливая улыбка. Слушая перебранку братьев, от него чуть было не ускользнуло то, как пиликнул в его кармане телефон, оповещая о входящем сообщении. — Ван Цзи? — он удивленно воззрился на имя адресата, всплывшее на экране телефона. Письмо от брата в мессенджере всегда было событием неожиданным, и Си Чэнь поспешил прочесть его. «Мне пришло сообщение от Вэй Ина. Где вы? И что у вас происходит?» Си Чэнь бросил подозрительный взгляд в сторону шума, доносящегося из глубины квартиры. То, что Вэй Ин достал номер телефона его брата не было чем-то удивительным. В конце концов, Вэй Ин был тем человеком, что с лёгкостью нарушал чужое личное пространство и без зазрения совести влезал в чужие дела. Что уж говорить про обычный номер сотового. Впрочем, и то, что Ван Цзи ему отвечал в мессенджере, тоже не было чем-то особенным. Он был человеком воспитанным, и в его принципы не входило оставлять направленный ему вопрос без ответа. Что же поразило Си Чэня, так это то, что Ван Цзи искренне заинтересовался такой личностью как Вэй Ин до такой степени, что обратился с вопросом к нему самому. «А он разве тебе не написал?» — стараясь понять, что за игру затеял магистр Вэй, осторожно поинтересовался Си Чэнь. Но ответ Ван Цзи лишь сильнее его озадачил. «Его объяснения скорее беспокоят, чем успокаивают» — после этих строк Си Чэнь лишь сильнее задумался. Его пальцы запорхали по клавиатуре, набирая ответ. «Мы дома у его брата. Всё в порядке. Хочешь приехать и убедиться?» — Си Чэнь немигающим взглядом уставился на экран телефона в ожидании ответа. Спустя секунду Ван Цзи начал долгий набор текста. Но вскоре бегунок исчез и, появившись вновь, написал лишь: «Нет» Си Чэнь вздохнул. Ван Цзи оставался самим собой даже в таких ситуациях, как эта. «Ты уверен?» «Да» — Вэй Ин! Я убью тебя! — решив, что их разговор окончен, Си Чэнь спрятал телефон обратно в карман и поспешил вглубь квартиры. Ссора братьев хоть и перестала набирать обороты, но сходить на нет пока не собиралась. — Нельзя такое отправлять чужим людям, ты слышишь?! — Цзян Чэн умудрился схватить выглянувшего из-за двери Вэй Ина, и теперь крепко держал его голову зажатой в кольце своих рук. — Но Ван Цзи не чужой человек. Мы друзья! — ратовал Вэй Ин. — Правда, Си Чэнь? — приметив своего потенциального спасителя, он вытянул к нему руку, требуя защиты. При упоминании имени второго Лань, Цзян Чэн выпустил из захвата раскрасневшегося от усилий Вэй Ина, отвесив тому на последок подзатыльник. — Друзья, как же, — уже тише проворчал Цзян Чэн. Волна гнева поутихла в нём, и ему снова стало слегка стыдно перед Си Чэнем за своё подобного рода поведение. — А он-то об этом знает? — Конечно, — Вэй Ин подмигнул Си Чэню, на что тот лишь неловко улыбнулся. Он, положа руку на сердце, сам бы хотел знать: друзья ли те друг другу. — Всё. Хватит. Повалял дурака, теперь можешь валить обратно, — Цзян Чэн толкнул Вэй Ина в сторону прихожей. От всей этой беготни и волнений он почувствовал, как усталость новой волной накатила на него, сбивая весь боевой настрой. Его и без того шаткое положение на корню уничижало присутствие рядом Си Чэня. Да и как могло быть по-другому? В его глазах хотелось быть ответственным, исполнительным специалистом. А что выходило на деле? Все сроки сдачи проекта по очередной площади вышли, а Цзян Чэн не только не подготовил работу, а ещё и нагло игнорировал все звонки от Си Чэня. А что теперь? Он встречает его на пороге своего дома, вымотанный, в самой квартире словно смерч прошёлся, а в добавок ещё и показал свой характер с самой отвратительной стороны. Заметив тягучее молчание, повисшее в комнате, Вэй Ин призадумался. Ему жутко хотелось подлить масла в огонь и посмотреть, как уставший от всего и вся Цзян Чэн выскажет, наконец-то, всё, что его беспокоит и гложет. Но в тоже время он понимал, что его присутствие окажется не к месту. Всё-таки третий лишний. И опять же загвоздка – уйди он прямо сейчас, тогда вообще ничего могло не произойти. Наблюдая краем глаза за притихшими мужчинами, Вэй Ин снова раскрыл мессенджер и, набив короткое сообщение, отправил. Тактика тактикой, но путь к отступлению всегда должен быть. — Итак! — он хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. — Для начала я предлагаю нам, — он сперва кивнул Си Чэню, — выпить чаю/кофе, а тебе, Цзян Чэн, поесть. — Ты пол кухни поднял на воздух, на чём ты готовить предлагаешь? — язвительно подметил Цзян Чэн. Он чувствовал себя таким усталым, что совершенно не хотел больше браниться со своим шисюном. — Секунду! — умчавшись в прихожую, Вэй Ин вернулся с большим пакетом из Мака. — Вот. И ничего готовить не нужно, — он впихнул в руки своего шиди сверток с фастфудом. — Он уже остыл, — недовольно подметил Цзян Чэн. Мысли его вернулись к уничтоженной микроволновке, и невозможности теперь вообще разогреть что-либо, но голодный желудок больно сжался от запаха еды, заставив того воздержаться от дальнейших комментариев. — Перебьёшься, — завидев кислую мину брата, проворчал Вэй Ин. — Итаааак, — снова возвращая голосу радостные нотки, он повернулся к Си Чэню. — Я сейчас заварю чай. Пять минут, — он подмигнул второму гостю, разворачиваясь в сторону кухни. Но не успел Вэй Ин сделать и шагу, как твердая рука на его плече пригвоздила его к месту. — На кухню больше не заходи, — строго отчеканил Цзян Чэн. — Тебе чай или кофе? — уставшим голосом поинтересовался он у Си Чэня. — Чай, пожалуйста, — учтиво кивнул тот в ответ, добавляя, — без сахара. — А мне кофе! — поднял как в первом классе Вэй Ин руку. — Перебьёшься, — вернул тому Цзян Чэн его же слова и скрылся в коридоре. Убедившись, что брат вне зоны слышимости, Вэй Ин молча схватил за руку Си Чэня и, ничего не объясняя, потащил в рабочий кабинет Цзян Чэна. Молча усадив озадаченного Лань за компьютерный стул, он выудил пару листов, что во время уборки припрятал за пазухой и, разложив на столе, отошёл в сторону. — Что это? — Си Чэнь поднял один из листков, бегло проходясь по ним взглядом. — Это варианты зонирования? — он поднял взгляд на, по-прежнему хранящего молчание, Вэй Ина. — Это всё работа Цзян Чэна? — Это одна сотая того, что он тут понараскидывал. И судя по тому, в каком состоянии я лицезрел его всего пару часов назад – он либо запутался, либо у него реально не выходит сделать всё как надо, — Вэй Ин сложил руки на груди. — Он не просил у тебя помощи, я прав? — Си Чэнь опустил взгляд на распечатки и в ответ лишь покачал головой. Узнав, что это работа Цзян Чэна, он с особым вниманием принялся изучать проект. — Я так и знал, — недовольно вздохнул Вэй Ин. — Что вы здесь делаете? — в дверном проёме показался Цзян Чэн. Увидев в руках Си Чэня свои черновики, он разразился очередной гневной бранью. — Вэй Ин, какого черта, ты лезешь, куда тебя не просят?! Тебе что, больше всех нужно?! — Цзян Чэн, — поднялся со своего места Лань. — Почему ты ничего не сообщил? — Что не сообщил? — его гнев, хоть и в меньшей степени, но всё-таки переметнулся на Си Чэня. — Что я бездарь? Что не могу справиться с очередным объектом, потому что план помещения кажется мне совершенно неадекватным? Или что? — он не кричал на него, как делал до этого на Вэй Ина, но от этого его слова не звучали менее горько. — Не об этом, — спокойно покачал головой Си Чэнь. — Почему не сказал, что у тебя трудности? — А в чём ты мог мне помочь? — слова Цзян Чэна, что едким потоком вырвались из него, хлестко ударили по сердцу Лань. После услышанного взгляд его изменился. Помрачнел. Он едва заметно прикусил щеку от обиды, но всё-таки нашёл в себе силы вновь заговорить. — Ты прав. Я ведь не специалист, — Си Чэнь бережно сложил распечатки на столе, устремил свой взгляд куда-то в сторону. — Чего от меня ждать. Ведь я… — Я не это имел ввиду, — перебил его Цзян Чэн. В комнате снова повисла тишина. Подняв взгляд на хозяина квартиры, Си Чэнь ждал, что тот продолжит, но потупив взгляд, Цзян Чэн вновь замолчал. Почувствовав, как накаляется обстановка, Вэй Ин незаметно выслал подготовленное сообщение в мессенджер, шаг за шагом пятясь к выходу из комнаты. — Цзян Чэн, — вздохнул Лань, не в силах больше терпеть гнетущую тишину, — я не смогу понять, что ты имеешь ввиду, если ты сам об этом не скажешь. Я не умею читать мысли. — Да? — в ту же секунду вскинулся Цзян Чэн. Сложил руки на груди, он воинственно вскинул подбородок. — А чего так? Ты же у нас умник, мистер Лань. На этих слова Вэй Ин вытаращился на обоих мужчин, не зная смеяться ему или плакать. Перепалка набирала обороты, и даже всегда спокойный и сдержанный Си Чэнь начинал выходить из себя. Но на спасение Вэй Ина, его телефон ожил и, ссылаясь на срочный звонок, он, выскочил из комнаты. Наскоро обувшись, подхватив пальто с ключами, он выбежал из квартиры, чувствуя, как горят его щеки. Прижав к плечу трубку смартфона, он постарался просунуть руку в рукав пальто. — Ты меня спас! — тяжело дыша, поблагодарил Вэй Ин. Он прокрутил в голове всю недавнюю картину, и, неожиданно для себя, рассмеялся. На другом конце связи хранили тишину, терпеливо ожидая, когда Вэй Ин успокоится. — Прости. И, правда, спасибо. — Случилось что-то серьёзное? — по голосу Ван Цзи было сложно сказать по-настоящему тому интересно или это вопрос из вежливости, но Вэй Ин всё-таки ответил. — Я не смогу всё рассказать по телефону, — он перепрыгнул через две ступеньки сразу, вылетая в холл. — Ты обедал? — Да. — Чёрт, а я ещё нет. Хотел пригласить тебя где-нибудь посидеть, если ты не занят, — Вэй Ин почувствовал, как волнение поднимается в его груди. — Ты же не занят? — Нет. — Отлично! Тогда… О чёрт, — Вэй Ин только сейчас вспомнил, что его внешний вид оставляет желать лучшего. Расстроенные нотки в голосе Вэй Ина и последующая тишина встревожили Ван Цзи. Он уже было открыл рот, чтобы позвать магистра, но тот снова заговорил, и слова его прозвучали печально. — Я забыл, что с головы до ног в арахисовой пасте, — он заглянул в зеркало заднего вида. — Она даже в волосах. Вот же пакость. Ван Цзи вспомнил фото, что совсем недавно скинул Вэй Ин. На нём там и, правда, было больше половины банки липкой ореховой сладости. — Эх, а я так хотел сегодня с тобой повидаться, — слова Вэй Ина прозвучали так искренне, что Ван Цзи на секунду забыл, как дышать. Все его мысли со вчерашнего вечера так или иначе возвращались к моменту их неловкого объятия. Казалось, закрой он глаза, и сможет почувствовать теплое дыхание на своей шее и слабые нотки парфюма Вэй Ина. От столь сладких мыслей ему делалось не по себе. Ван Цзи одновременно ощущал и стыд и счастье. Впервые, эти эмоции шли рука об руку в его душе. — Придумал! — воскликнул Вэй Ин. — Давай я закажу еду с доставкой, и мы посмотрим какой-нибудь фильм. Какое кино ты любишь? Ван Цзи не ответил. Он не поспевал за Вэй Ином. В его голове всё ещё звучали слова «хотел с тобой повидаться», и сквозь их толщу едва-едва просачивалось милое приглашение на ужин. Вопрос про кино же оставался где-то далеко на задворках разума. По сравнению с Вэй Ином, в этом диалоге Ван Цзи не шагал семимильными шагами, а бежал следом маленькой черепашкой. — Лань Чжань? — позвал его Вэй Ин, и тот вспомнил, что следом за предложением приехать в гости, был задан какой-то вопрос. Какой? — Да, — скорее от растерянности, чем от незнания ответил Ван Цзи. — Что «да»? — рассмеялся Вэй Ин. — Какое кино ты любишь? Последнее слово в купе с мягкий смехом окончательно застопорили все мыслительные процессы Ван Цзи. — Лань Чжааань? — На твой выбор, — молниеносно ответил Ван Цзи. — Хм… Хорошо. Тогда, — он завёл машину и вместе с двигателем ожили все приборы на панели. Часы бортового компьютера засветились зелёным, показывая четыре часа дня. — Я как приеду, сразу закажу ужин. Думаю, успею как раз за это время принять душ. Во сколько тебя ждать? — В половину шестого, — не задумываясь, ответил Ван Цзи. — Отлично! Тогда до встречи, Лань Чжань. — До встречи, Вэй Ин, — мягко попрощался Ван Цзи прежде, чем положить трубку. Тёплое «Вэй Ин» прозвучало эхом в его голове, и от этого голоса по его спине пробежали мурашки, заставив волосы на загривке встать дыбом. Каждый последующий разговор с Лань Чжанем становился для Вэй Ина фатальным. Он будто наблюдал, как высокие волны необъятного океана пожирают его. Накрывают с головой, пряча в своих глубинах, намереваясь утопить в своей безмятежности. И Вэй Ин всё больше замечал, что на сопротивления у него не остаётся ни сил, ни желания. Понимая, что действует слишком опрометчиво, Вэй Ин неустанно повторял себе, что это всё по просьбе Си Чэня. Всё ради самого Ван Цзи. И ему стоит сбавить обороты, притормозить. Иначе пропадёт сам. Но в тоже время Вэй Ин не мог остановиться. Он желал быть для Ван Цзи не просто знакомым, а другом, таким близким, каким только можно быть. Чтобы внимание Лань Чжаня было лишь его. А все мысли и тайны стали общими. Постучавшись лбом о колесо руля, Вэй Ин, с пылающим от стыда лицом, тронулся с места, отправляясь прямиком домой. И хотя мысли о предстоящей встрече всё сильнее начинали его волновать, сегодня он не собирался поворачивать назад. Он не отступится от своего обещания и сделает всё! Хотя бы ради рождественских билетов. Да! Именно ради них.