Книжная лавка «Дуб, терновник и ясень»

      — Спасибо.       Укутавшись в принесенный Игорем плед, Алинка поудобней умостилась на стуле, шмыгнув носом для порядку. Ей уже было не холодно, мокрая куртка сушилась на батарее, а Ира возилась в кухонном уголке подсобки, звеня баночками с чем-то и включив чайник.       Рядом с батареей битым молью чучелом сгорбился Птичий Пастух. Он по-прежнему выглядел не очень, хотя успел обсохнуть и немного распушиться. И перья терял точно так же, уже два спланировали на пол, потихоньку истаивая.       Алинка наблюдала за процессом с немалым интересом: казалось, перья, сначала абсолютно реальные, потихоньку превращаются в наброски, рисунки цветным карандашом на плитке пола, а потом по ним и вовсе раз за разом невидимым ластиком проходятся, стирая насовсем. В городе такого не случалось, перья и перья, а тут...       — Игорь.       — М-м?       — А почему «Дуб, терновник и ясень»?       Этот вопрос Алинку интересовал давно, просто никак к слову не приходился, все время подворачивались более важные темы. А тут вроде и поговорить надо, чтобы не сидеть в напряженно-недовольной тишине, и заодно может станет ясно, чего на несчастного Пастуха взъелись. А что взъелись — Алинка видела четко, из Игоря с Ирой ушло почти все тепло, оставив горьковатый дымный холод.       Остатки тепла таились в улыбке Игоря, в том, как Ира налила в чашку кипятка, сжав ее в ладонях, чтобы немного остудить.       — Пей, а потом послушаешь сказку.       Послушно глотнув, Алинка сипло пискнула: варево обожгло язык и рот, комком огня ухнуло в желудок. Теплое молоко, подсунутое Ирой, лишь немного приглушило жжение, сделав его терпимым.       — Перец и имбирь, — сурово пояснила она. — Тебе нужно прогреться.       — А пока греешься — слушай, — Игорь, успевший вытряхнуть и заново набить трубку, осторожно раскуривал ее. — В Старой Англии люди верили во многое: в хорошее ли, плохое. Верили они и в древнюю магию деревьев, произраставших рядом с ними. Орешник не позволит лгать, тис — дерево жизни и смерти... Разное говорили, но все сходились в одном: леса Англии — волшебное место.       — Почему? — спросила Алинка, раздышавшись. Во многом из-за того, что этого вопроса от нее ждали.       — Потому что там, где подле друг друга растут дуб, терновник и ясень, открыт проход в мир Дивного народа, — Игорь хитро прищурился. — Представляешь, сколько разных сущностей по тем лесам бродили?       — А-а-а... — протянула Алинка, примерно представляя. Если уж в их парке много кто бродит... Потом она нахмурилась: — Дуб у входа, ясени через дорогу, а терн?..       — За зданием, там непролазные заросли, — пояснила Ира. — А теперь, раз ты согрелась, помолчи. Пусть Пастух расскажет, что он забыл в городе.       — Его земли — в лесах чуть поодаль, где заповедник, — пояснил Игорь, видя недоумение Алинки. — На этот же город ни один человеческий род не заявил свои права. Мы не входим без приглашения в людские жилища — они принадлежат людям. Но земля принадлежит нам.       Это было как-то очень уж сложно, и Алинка предпочла промолчать, оставив вопросы на потом. Игорь указал трубкой на Пастуха.       — Ты давно здесь что-то выискивал. Сначала лесные совы, потом явился сам, от нас таился. Так что ты ищешь, Птичий Пастух?       Пастух молчал. Свесившиеся на лицо волосы и низко опущенная голова не давали разглядеть его глаз. Наконец он встрепенулся, передернув плечами. Зашуршали перья.       — Я искал ведьму, — нехотя признался он.       — Ведьму? — вскинула брови Ира, а потом подалась перед всем телом, присматриваясь. — О... О!.. Это которая тебя так?       — Терновая, — совсем уж сквозь зубы процедил-высвистел Пастух.       Вертевшая головой Алинка, пытавшаяся глядеть на всех и сразу, беспомощно уставилась на Игоря, ожидая пояснений. Тот не подвел.       — Повздорил с ведьмой. — Пастух на эти слова то ли кивнул, то ли просто дернулся. — Теперь ищет, кто бы мог помочь с проклятьем. А ведьмы — они все же людского рода, к людям поближе селиться любят, какие не ушли в отшельничество.       — Теперь поняла, — серьезно откликнулась Алинка. — Но вы же ему поможете?       — Мы? — от удивления Игорь даже трубку изо рта вынул, рассматривая девочку. — Это твоя забота, ты же пожалела, взялась быть ему проводником — вот и веди дальше.       — К Ольге его отведи, — со вздохом подсказала Ира. — А мы разве что путь облегчить можем.       Повернувшись к Пастуху, она нараспев произнесла:       — Ты волен свободно ходить по нашим землям, не замышляя и не причиняя зла никому из живущих на них, ежели те не нападут сами, до тех пор, пока не найдешь, как снять проклятье.       — Благодарю, — склонился еще ниже Пастух, оскалив на мгновение мелкие острые зубы.       — Ну вот и решено, — встав, Игорь протянул Алинке высохшую куртку. — Дождь закончился.       А значит, им пора — поняла Алинка. Неохотно выпутавшись из пледа, она оделась. Уходить из теплой подсобки не хотелось, но Игорь был прав: раз взялась за дело, надо его доделать. И Алинка снова сжала ладонь Птичьего Пастуха.       — Идем. Я отведу тебя к Ольге.