Монстр за окном
14 октября 2019 г., 23:33
Что-то скрипело. Раз за разом, негромко, но противно, заставляя Алинку морщиться и натягивать на голову одеяло, пытаясь отвоевать себе еще немного сна. Наконец она с трудом разлепила глаза, пытаясь понять, откуда идет звук.
Оказалось — от окна, за которым на фоне блекло-розовато-серых рассветных туч что-то чернело и белело разом. Сощурившись, Алинка разобрала здоровенный птичий череп, зачем-то прислоненный к окну. Выглядел череп сиротливо, казалось, ему тоже не нравится дождь, мелкой моросью оседавший на стекле, драный лист, налипший на клюв, и все вокруг разом. Вот и просится в тепло, скребет когтистой лапой, покачиваясь от порывов ветра.
От души посочувствовав замерзшему монстрику, Алинка хотела было слезть с кровати и спуститься вниз, сказать о бедняге Ольге, но под одеялом было так тепло, за спиной так уютно сопела Варя... В общем, добрый порыв так и остался всего лишь порывом: Алинка снова задремала.
Во второй раз ее разбудил чей-то голос:
— Девочки, вставайте! Утро на дворе, завтрак проспите!
— Завтрак — это хорошо, — сквозь сон пробормотала Варя, и Алинка не могла с ней не согласиться: от вчерашних пирожков уже и воспоминаний не осталось.
Быстро переодевшись и расчесавшись, она юркнула в крохотную ванную, приткнувшуюся под лестницей, поплескала в лицо холодной воды — другой из крана не шло — и, ежась, выглянула на кухню. Или в гостиную? В общем, в ту большую комнату, где сидели вчера.
Здесь все не сильно-то изменилось с вечера. Стол накрыт заново, в кухонном углу посвистывал на конфорке пузатый чайник, и по-прежнему сидели и болтали старшие ведьмы. Птичьего Пастуха нигде не было видно, Алинка специально покрутила головой, убеждаясь, что он ушел. А если так — то и хорошо, наверное, проклятие снято?
Зато вместо Пастуха в одном из разномастных кресел обнаружился тот самый тип, который скребся в окно. Завидев птичий череп, Алинка невольно покраснела: вот засоня, сколько же он там за окном болтался? Но гость не выглядел злым или обиженным. Расслабленно опустив руки на подлокотники, он говорил о чем-то с Ольгой, рассыпавшей по чашкам заварку.
— Доброе утро, — подойдя, сказала Ольге Алинка.
— Доброе. Как спалось на новом месте? — улыбнулась та.
— Хорошо, — Алинка снова виновато покосилась на кресло. Сидящий в нем слушал, смешно наклонив череп набок.
Извиниться сразу не получилось, Ольга велела принести и разложить ложки, потом погнала за блюдом с пирожными, строго-настрого запретив пробовать крем до еды, потом... Набегалась Алинка знатно, и к гостю подошла, когда все уже принялись рассаживаться за столом.
Он стоял чуть в стороне, наблюдая за шумными женщинами. Высокий, худой, весь затянутый в черную струящуюся ткань — то ли балахон, то ли мантия, не поймешь. Ни украшений, ни чего, только на капюшон сзади нашиты глянцево блестящие на свету вороньи перья. Они чуть шелестнули, когда он обернулся на робкое Алинкино:
— Привет.
— Привет, — гость снова наклонил голову на бок и, прежде чем Алинка открыла рот, потянулся к ней когтистыми руками.
Череп оказался всего лишь маской, явив настоящее лицо: чуть вытянутое, бледное, с по-птичьи желтыми глазами. Алинка уже видела это лицо, поэтому ни капли не удивилась, даже когда гость опустился на одно колено. Оно и правильно — вон, макушкой потолки задевает, выше ее вдвое. А так говорить удобней.
— Я — Король Воронов.
— Всех-всех воронов?
— Всех, что есть на этом свете.
— А-а-а... А я — просто Алинка.
— Теперь знакомство можно считать состоявшимся? — пряча улыбку, спросил Король.
— Думаю, да, — не менее серьезно кивнула Алинка и пожала протянутую ладонь.
А потом их позвали пить чай.
Примечания:
Ключ: монстр за окном.
