НЕКРОЛОГ. История трех смертей.

       Доброго времени суток, дорогой читатель. Меня зовут Говард Блэк, я детектив в отставке. Прошло уже больше десяти лет с моего увольнения. Уйти я решил по-собственному желанию после одного дела, но об этом позже.

***

       Недавно от своих друзей из бюро расследований я узнал, что в парке, находящемся на окраине города, произошло несколько жутких убийств. Трое человек были обескровлены и частично обглоданы. Так же их лица были изуродованы. Это заинтересовало меня и, дабы разбавить скучную пенсию, я договорился с бывшим начальством, получил допуск ко всем имеющимся материалам по этому делу и начал своё расследование.        К слову о городе. Называется он Плачущий Город — CryTowne — потому что в нашем городе практически постоянно идёт дождь, хоть маленький, но идёт. Только зимой у нас его нет, зато снег так и валит, почти беспрерывно. Город наш небольшой — население всего двадцать тысяч человек, да и ближайший крупный город довольно далеко, из-за этого наш мы живём в некотором смысле как отдельное государство. В нашем городе два парка: Парк Самоубийц — названный так потому, что когда город только основали, здесь был лесок, в котором разные люди, по разным причинам кончали жизнь самоубийством. Находится он на окраине города. А второй-Тёмный Парк, названный так потому, что в нём очень много деревьев, практически не пропускающих в него солнечный свет, хоть в нашем городе его много в принципе и не бывает. Он находится в центре нашего городка.

***

       Вернёмся к главной теме. Расследование трёх убийств в Парке Самоубийц. Как иронично. Когда я приехал в участок, мне дали снимки с места преступления. Зрелище это было, надо сказать, не из приятных: у одной жертвы была разворочена грудная клетка, вырваны лёгкие и сердце, оторваны губы, вырван язык и выдавлены глаза; у второй жертвы была вырвана нижняя челюсть, так же вырван язык и выдавлены глаза; у третьей жертвы были снова выдавлены глаза и вырван язык. У всех трёх жертв было несколько общих деталей: у каждого тела была разодрана сонная артерия, каждая жертва была полностью обескровлена и частично обглодана. Словно какая-то чупакабра на них напала или вампир. Но никаких следов, которые могли показать, хотя бы предположительно, кто преступник, не было. Так как убийства произошли в Парке Самоубийц, расположенным рядом с Красной улицей — красной потому, что около ста пятидесяти лет назад на этой улице проводились публичные казни особо опасных преступников — я решил опросить жильцов домов, расположенных на этой улице. На Красной улице было всего три трёх этажных многоквартирных дома и, когда я опрашивал людей во второй доме, один человек, проживающий на втором этаже, сказал, что на третьем этаже живёт один парень и, что почти каждую ночь он куда-то уходит, а возвращается только под утро. Я решил пообщаться с этим парнем. Я поднялся на третий этаж, нашёл квартиру которую назвал мне тот человек и постучался. Через минуту я услышал приближающиеся шаги, дверь открылась и на пороге я увидел высокого и худощавого альбиноса. Такого я ещё не видел, его голова была плотно обтянута белой как снег кожей, кожа на лице больше походила на маску — сморщенная, сухая, верхняя губа была немного приподнята, и были видны его воспалённые дёсны и красноватого оттенка зубы, нос был провалившийся, как у больного сифилисом, глаза красные, уши странно заострены, а волосы на голове были редкие, длинные и полностью белые. Где-то с минуту я, обомлев смотрел на него, после чего он, зло фыркнув, сказал мне: «Хватит пялиться на меня! Я тебе не достопримечательность!». -Извините — сказал я — я детектив и расследую дело об убийстве в Парке Самоубийц и хотел бы задать вам несколько вопросов. -Ордер есть? -Нет. -Тогда ничем не могу помочь, у меня сейчас не то настроение что бы болтать об убийствах, у меня на работе каждый день убийства, да и вообще вы меня раздражаете, пялясь на меня, так что проваливайте! И он захлопнул передо мной дверь. Ещё поспрашивав его соседей, я понял, что альбинос работает паталагоанатомом в морге нашей городской больнице, носящей название Лечебный Дом, и что он практически никогда не выходит на улицу днём, а если и выходит, то в куртке с глубоким капюшоном, но всё же преимущественно на улицу он выходит ночью. Я решил понаблюдать за этим персонажем, а ,получив ордер, обыскать его квартиру. Так же я решил наведаться к нему на рабочее место и почитать его личное дело. Но это будет позже.

***

       Прошло полгода, в течение которых убийств не происходило и вдруг, преступник вновь объявился вместе с десятью новыми жертвами. Три тела были найдены в том же Парке Самоубийц и ещё семь в Тёмном Парке. В это же время к нам обратилась женщина с просьбой найти её пропавшего мужа. По её словам он должен был приехать в наш город по работе на пару месяцев, но с тех пор, как он уехал от него больше не поступало никаких вестей. Остановиться он собирался у своего старого друга, с которым они вместе учились в мед.институте. Она сказала, что не помнит его имени, но знает, что он альбинос с крайне не привлекательной внешностью. Я решил наведаться к нему позже, после того, как осмотрю снимки с места преступления и тела. Тела из Парка Самоубийц были примерно в таком же состоянии, как и предыдущие жертвы, а вот тела из Тёмного Парка отличались от них: языки у них были не вырваны с корнем, а вырезаны острым ножом; щёки были разрезаны так, что казалось будто жертвы улыбаются от уха до уха; у всех жертв были вспороты животы и их внутренние органы были извлечены наружу; все жертвы были убиты путём удушения собственными кишками (!); у всех жертв были выдраны зубы, и все пострадавшие были частично обглоданы, но не обескровлены. Это могло означать только одно — у нашего маньяка появился подражатель, и это очень плохо. Я опросил жителей Белой улицы, которая находилась рядом с парком и состояла из десяти пятиэтажных домов, но никто ничего не знал, я не смог получить абсолютно никакой зацепки. Я всё таки созрел, что бы получить ордер и наведаться к альбиносу на работу. Я зашёл к главврачу и попросил у него личное дело его паталагоанатома. Тот дал документ без лишних вопросов. Из личного дела я узнал, что альбиноса зовут Дэниель Грей, он страдает редким генетическим недугом- порфирией. Что это такое я без понятия — и исправно работает в морге уже пять лет, за ним не было замечено каких-либо нарушений. От его коллег я смог узнать лишь то, что он очень нелюдимый и единственный с кем он периодически общается- это санитар, работающий в морге. Я решил пообщаться с этим санитаром. Разыскав его, я был шокирован им не меньше, чем Дэниелем: он так же был альбинос, но более крепкого телосложения, у него были такие же красные глаза и полностью отсутствовали волосы, но самая примечательная деталь его внешности это его рот — у него от уха до уха тянулся огромный шрам с наложенными на него швами так, что получалась этакая зловещая улыбка. Санитар сказал мне ,что это- травма детства. О Дэниеле он сказал лишь то, что в последнее время он стал очень нервным из-за того, что его начали мучать ночные кошмары. Говорил санитар очень спокойным и размеренным голосом, мне даже иногда казалось, что я разговариваю с профессором, а не с изуродованным санитаром. Я поинтересовался у него, где он живёт, на что тот ответил как-то неопределённо: «Мой дом там где нужно». Больше я у него ничего не смог узнать. Главврач больницы сказал, что санитара зовут Яков Леттер и почти всё детство он провёл в психиатрической лечебнице, что именно по этому он такой странный. Я поинтересовался у главврача откуда у Якова эти шрамы, но он точно не знал, но слышал что шрамы Яков получил до психушки. Прошло ещё два года. Преступники не объявлялись.Поиски пропавшего тоже не увенчались успехом. И вот я получил из участка сообщение о двадцати трупах. Пять трупов были найдены в Парке Самоубийц, семь в Тёмном Парке и ещё восемь в лесу за городом. Изучая фотографии с места преступления и письменные отчёты я еле сдерживался, что бы не блевануть. У всех убийств был знакомый почерк за исключением некоторых деталей: у двух женских трупов, найденных в Парке Самоубийц были найдены следы сексуального насилия, а у одного из них была оторвана голова и в пищеводе были найдены следы засохшей спермы! Образцы спермы сразу же были отправлены в столичный город в лабораторию судмедэкспертизы для анализа ДНК, правда, ждать результатов предстояло чуть ли не год, но делать было нечего — всё же это единственный след, который мог привести нам к вампиру-людоеду, как прозвали его в участке. Тела в Тёмном Парке были расчленены и выпотрошены, полностью. А вот в лесу всё было совсем плохо: Три трупа были выпотрошены и повешены на собственных кишках, а пять были обезглавлены и насажены на колья, их головы тоже были насажены на колья. У всех трупов отсутствовали глаза и языки, у одного из повешенных трупов глаза были зажаты в руках.

***

       Я наконец-таки получил ордер на обыск квартиры Дэниеля. Но там я не смог найти ничего подозрительного. После обыска квартиры я всё-таки смог уговорить его на допрос. Мы прошли в участок, и я задал ему несколько вопросов. Во время допроса он вёл себя очень нервно, часто оборачивался, как будто боялся, что его кто-то увидит и периодически бормотал что-то бессвязное. К тому же я заметил, что выглядеть он стал в разы хуже, чем во время нашей первой встречи: появились мешки под глазами, как будто он не первый месяц не мог уснуть. В конечном итоге я не смог вытянуть из него какой-либо информации касательно убийств, а доказательств его причастности к этому у меня не было и поэтому сдать его в полицию я не мог, и мне пришлось его отпустить. Тем временем у меня оставался ещё один подозреваемый — санитар Яков. Но здесь была одна проблема: я не имел ни малейшего понятия где он живёт! Его коллеги этого тоже не знали. Друзей или родственников в городе у него тоже не было. А сам он наотрез отказывался говорить свой адрес.

***

       Прошло ещё два года без убийств. Наконец-то пришли результаты генетической экспертизы той засохшей спермы! И да, мои подозрения оказались верны — вампиром -людоедом оказался Дэниель. В это же время я узнал, что в Тёмном Парке нашли ещё три тела, на этот раз они были разрезаны пополам и растянуты по парку. Но на это у меня не было времени, мне необходимо было лично задержать Дэниэля и привести его в участок или же казнить на месте, благо табельное оружие после выхода на пенсию у меня не забрали. Когда я поднялся на его этаж я заметил, что дверь в его квартиру слегка приоткрыта. Войдя внутрь я почуял запах горелого мяса, исходящий из кухни. Войдя на кухню, я увидел источник сего аромата — вырванный с корнем язык жарился на сковородке на медленном огне. Затем я прошёл в гостиную и обомлел: я увидел Дэниеля, сидящим в кресле с перерезанным горлом и запрокинутой головой. Его живот был вспорот, а вокруг шеи был обмотан его кишечник. На журнальном столике перед креслом лежали сухие глазные яблоки. Это были его глаза. Я понял это, когда заглянул ему в лицо и увидел пустые глазницы. Я решил осмотреть его квартиру ещё раз в надежде узнать, кто его убил, хотя было понятно, что это дело рук подражателя, но я должен был найти хоть какие-нибудь его следы, чтобы понять, где его искать. Осматривая кладовку Дэниеля, я заметил, что его книжный шкаф стоит несколько неровно. Отодвинув его, я увидел там несколько костей и человеческий череп — видимо того пропавшего бедолаги. Повторно осматривая тело Дэниэля, я заметил, что у него во рту находится клочёк бумаги. Достав его, я понял что это записка. Её содержание было следующим: «Коли хочешь поймать ты убивца приходи на кладбище наше, ждать тебя будем там мы и схватить нас ты сможешь тогда. Но друзей не веди ты своих туда, ежели жертв не желаешь новых. Приходи к полуночи к нам. Ежели рано прийти ты надумаешь, то сюрприз ты увидишь лишь там. Неприятный сюрприз, обещаем.» Что делать? Пришлось ждать полуночи. Пока ждал, я думал, где я мог раньше видеть Якова, потому как лицо его было мне до боли знакомое, только вот я никак не мог вспомнить, когда же я его мог видеть.

***

       В полночь детектив был у кладбищенских ворот, у которых его встретил установленный на манере мёртвый сторож с перерезанной глоткой и прибитой к груди фанерой, на которой кровью было написано: «Иди в конец кладбища, мой дом за ним.»        Дойдя до конца кладбища, я увидел старую психиатрическую лечебницу. Она уже лет пятнадцать была заброшена. Больница переехала в более новое здание, находящееся рядом с Лечебным Домом, а это здание оставили нетронутым. Основной причиной переезда был почётный возраст здания — почти двести лет. Но ходили слухи, что лет двадцать назад там произошла кровавая бойня, во время которой один из пациентов сбежал. Правда это или нет было не известно потому, что помимо всего прочего там случился пожар, предположительно из-за неисправной проводки. Конец POV Детектив        Детектив подошёл к зданию. Ему было страшно. Он боялся того, что мог там увидеть. Собравшись с силами, он открыл дверь и отшатнулся от хлынувшего на него ужасного зловония. Его даже разок стошнило — на столько был ужасен этот запах. Переборов отвращение, он вошёл внутрь. Когда детектив отошёл от входа, тяжёлая входная дверь с громким стуком закрылась, от чего он нервно вздрогнул. Говард оказался в кромешной тьме. Хорошо, что с ним был фонарик, хотя лучше бы он оставался во тьме потому что, когда Говард включил фонарик, он увидел источник зловонного запаха: десятки разлагающихся тел лежали на полу, висели на кишках подвешенные за люстры, сидели в креслах. От этих видов его в очередной раз вырвало. Стараясь не смотреть на мёртвые тела, детектив пошёл по длинному коридору. Вскоре он услышал лёгкий смешок. Спустя несколько секунд он повторился. Смех раздавался откуда-то сверху. Блэк дошёл до ближайшей лестницы и стал подниматься на второй этаж. Поднявшись, он снова услышал смех, на этот раз более продолжительный и нервный. Он звучал из какой-то комнаты. Детектив стал ходить от двери к двери, заглядывая внутрь, молясь, чтобы там не валялись очередные разлагающиеся тела. Вскоре он нашёл комнату, в которой находился смешливый человек. С несколько минут Говард боялся открыть дверь, слыша всё более и более безумный смех, раздающийся в этой комнате. Он собрался с силами и, открыв дверь, стал искать фонариком источник шума. В одном из углов комнаты он увидел худощавую фигуру, покрытую шрамами от порезов и следами побоев. Фигура перестала смеяться и замерла, не издавая ни звука. Блэк всматривался в фигуру, боясь подходить ближе, пытался определить, кто же это. Вскоре фигура стала медленно оборачиваться и ,когда она обернулась, он увидел что это Яков. Смотря на его изуродованное лицо, Говард внезапно вспомнил один случай: тридцать лет назад он вместе с напарником занимался кровавым убийством семьи в одном из частных домов на окраине города, там жила семья алкоголиков у которых был ребёнок, и вот однажды к ним в участок поступил вызов от их соседей с жалобой на громкий шум. Когда они приехали в доме было тихо. Войдя в дом, они сначала не увидели ни души, а в самом доме стояла гробовая тишина. Детективы осмотрели первый этаж и вдруг услышали какой-то шум на втором этаже. Поднявшись туда, и зайдя в первую же комнату, Блэк обомлел от ужаса. На полу в луже крови лежали муж и жена, оба были мертвы и у обоих были перерезаны глотки. Рядом с ними сидел их запачканный кровью ребёнок. В этот момент Яков мгновенно оказался прямо перед Говардом и внезапно он почувствовал острую боль в животе, а потом, как что-то тёплое растекается по коже. Блэк опустил взгляд вниз и увидел, что из его живота торчит часть кишечника. В следующее мгновенье Яков полоснул лезвием ножа по его шее, а затем мгновенно схватил свободной рукой часть кишечника, резанул по ней ножом и обмотал кишечник вокруг шеи детектива продолжая безумно смеяться. Последнее, что слышал детектив, был его истеричный смех.