Эксперимент с душой

      Мы выехали за пределы Денвера, когда я попросила Кола остановить машину, чего он, конечно же, не сделал. Всю дорогу от корта до конца города мы ехали в напряжённом молчании. Вампир нервно тарабанил пальцами по рулю, а я следила, как быстро меняется пейзаж за окном.       — Я могу сесть за руль, — тихо говорю я, заранее зная ответ. В его сторону не смотрю, но чувствую его мимолётные взгляды.       — Нет, для твоей же безопасности, — сказав это, Майклсон лишь сильнее надавил на газ, — лучше посмотри сколько нам ещё ехать и маршрут.       Я закатываю глаза, фыркнув. Понимаю, что выбора у меня особо то и нет, поэтому нахожу в бордачке старый путеводитель. Надеюсь маршрут не поменялся с 2002 года. Точное расстояние 2061 км, ехать примерно девятнадцать часов. Всю информацию пересказываю Колу, на что тот никак не отреагировал.       — Заедем ещё на заправку.       Вампир кивнул на мои слова, так же промолчав. Сам он выглядел максимально напряжённым, я даже испугалась, что он погнёт руль. Смотрю на Кола, потом на дорогу, устало вздыхаю и притягиваю к себе колени, предварительно сняв кеды. Вампир скосил на меня взгляд, но вновь не сказал ни слова. Меня это начало порядком раздражать. Если он постоянно молчит, начинает держаться на расстоянии от меня, то почему он возиться со мной?       Неожиданно этот вопрос возник в голове и я даже не поняла, в какой момент озвучила его в слух.       Майклсон на секунду повернулся ко мне, потом снова вернул внимание на дорогу. Он ничего не отвечал, поэтому я решила продолжить свой вопрос, раз уж начала этот разговор. Мне было необходимо всё выяснить, после того видения, что показал мне Томас.       — Если верить рассказам Ника, то ты сейчас должен развлекаться в клубе с развратными девушками, литрами пить кровь и алкоголь. Дебоширить на улицах, разрывая глотки людей. Но нет, сейчас ты едешь с полуживой ведьмой к незнакомому ковену. Первородный всё так же молчал. Он то сжимал челюсть, то разжимал. Несколько раз хотел что-то сказать, но каждый раз передумывал. Закрывал глаза, тяжело вздыхал. Как будто те слова, что он хочет произнести, доставляют ему дискомфорт. Потом вампир медленно перевёл на меня взгляд, отвлекаясь от дороги.       — Я не знаю.       Я удивлённо поднимаю брови и смотрю на него в упор. Он не отводит от меня взгляда, что должно было меня беспокоить, ведь он за рулём. Но в моей голове в тот момент было совсем не это.       — «Я не знаю»? — возмущённо повторяю за своими мыслями. — Что это значит?       — То, что я не знаю, — в той же форме отвечает мне вампир, повысив голос.       Я отвернулась от него, ничего не ответив. Внутри всё кипело, хотелось ему высказать всё прямо сейчас. В тонированное окно машины, сквозь деревья, уже можно было наблюдать закат. Я прижала руку к губам. Прикусываю палец, чтобы не начать кричать на весь салон. «Я не знаю» — эти слова колоколом отзываются в моей голове. Я, как сопливая девочка подросток, ожидала услышать что-то наподобие: «Думаю, я влюблён», «просто ты мне нравишься». Что-то в этом духе, но нет. Слова «мне просто скучно, а ты, моя игрушка, веселишь меня» он заменил на — «я не знаю».       Возможно, я себе накручиваю, и он просто ещё сам в себе не разобрался, но чёрт. Я не могу мыслить в таком ключе. Закрываю глаза и начинаю считать до десяти, чтобы как-то успокоиться. Очнулась я уже на числе сорок два.       Открываю глаза и сажусь ровно, лицом к вампиру. Он в том же напряжении ведёт машину, не обращая на меня никакого внимания. Я продолжаю его рассматривать, даже не скрывая этого. Такие ровные черты лица, скулы. Карие глаза, которые в переизбытке эмоций становятся чёрными. Сильные руки, сжимающие руль, длинные пальцы. Чертовски красив. Как я могла влюбиться в него так быстро?       — Так же, как и в меня, — отозвался в голове голос Малакая. Он появился настолько резко, что я даже вздрогнула, привлекая внимание вампира. Встряхиваю головой и вновь отворачиваюсь к окну. Я медленно схожу с ума.       Я не умею выбирать парней, от слова «совсем». Я не думала, что влюблюсь в него. Точнее сказать «надеялась». Из нас получились бы отличные друзья, если бы не такой поворот событий.       — Я слышал, ты не мало дел натворила в своё время.       Удивлённо поднимаю брови от таких слов. Он просто перевёл тему, не успев начать первую. Я даже не сразу нашлась, что сказать.       — Что ты имеешь в виду?       — Ну, массовые убийства. — он на пару секунд повернул голову в мою сторону, но встретившись со мной взглядом сразу же отвернулся. — воровство, обманы, недопустимые заклинания…       — А я ещё я ем детей на завтрак, — не выдержала я.       Меня очень раздражают эти байки, которые появляются на основе больной фантазии некоторых личностей. Я вновь изучила его профиль и отвернулась, смотря на дорогу. Во мне боролось два варианта: рассказать ему правду, или пусть он и дальше знает то, что знает?       Я мало кому разъясняю и раскладываю всё своё прошлое по полочкам. Кол ждёт моего ответа, это видно по тому, как он бросает на меня частые короткие взгляды. Я опускаю взгляд на свои руки и непроизвольно смотрю на браслет. Клаус постоянно мне твердил о том, что вселять страх в людей — это нормально. Если боятся, значит уважают. Элайджа с ним не спорил на эту тему. Все знают лишь то, что им говорят другие. Иногда я сама удивляюсь, каким монстром я оказываюсь в глазах других. Нередко мне приписывают совсем левые убийства и другие дебоширства.       Поэтому я решила, что первородный должен услышать всю правду, а не то что ему навязали слухи.       — В своей жизни я убивала лишь раз. Это был ковен ведьм. Они напали на меня, а я выплеснула всю свою силу. Никто не выжил. — морщусь, стараясь не вспоминать гору трупов, из которой меня вынес на руках Элайджа.       — Головорезы очень сильны. Они внушили мне, что это именно я убиваю всех и вся. Это длилось до 1911, примерно. Я тогда не особо за датами следила.       — А что потом? — заинтересовался вампир.       — Потом я проверила себя на проклятия. Нашла заклинание в одной книге, стало интересно. И обнаружила на себе нечто подобное. Я убила около двух месяцев на то, чтобы снять это с себя. — замолкаю и смотрю вперёд, на дорогу.       Шумно вздыхаю и вновь опускаю голову. Сложная ситуация.       — Я так долго ненавидела себя, думаю, что я убиваю всех этих людей. Помню случай в Тимберлейне, первая встреча с Деймоном Сальваторе. Я долго думала, что я и правда убила всех тех, но лишь со временем я всё поняла. Все воспоминания, действия, которые О’Ерое делали, были в моей голове.       Кол снова замолчал. Он не думал, что ответ будет таким развёрнутым. Я не ждала, что Майклсон что-то ответит на это, скорее всего он просто хотел перевести тему, а узнал ещё один не оптимистичный факт обо мне.       — Это всё не справедливо.       Я даже немного вздрогнула от его голоса. Он был пропитан обидой и возмущением. Будто, вампир прожил всю мою жизнь, а теперь пытается описать всё в двух словах.       — Что ты имеешь в виду?       — Ты была обычным, ну почти, — на этом моменте он ненадолго замолчал, пытаясь подобрать слова, — ребёнком. Простая ведьма Вавилит, должна была выйти за своего какого-нибудь кузена, родить таких же мини-магов и всё. А в итоге?       Он прав. Безусловно прав. Но, уже ничего не изменить. Против судьбы нет заклинания. Мне было суждено родиться ведьмой, а потом стать подопытной. Стать экспериментом собственной матери и её друга, первородного гибрида. Кто же знал, что всё пойдёт не так, как они планировали? Они создавали бездушного монстра, а получилось…то, что получилось.       — Я бы хотела внести изменения в свою жизнь, но лишь незначительные, — выдала последнее откровения я и отвернулась от вампира, дав понять, что разговор окончен.       Я и так рассказываю ему почти всё, открываю ему весь свой скелет. Прошло достаточно много времени, чтобы просто забыть тот роковой день, как страшный сон. Ничего изменить уже нельзя, а значит и вспоминать об этом незачем. Притягиваю колени ближе к груди и прижимаюсь к ним подбородком. Кол бросил на меня мимолётный взгляд и снова вернулся к дороге. Я достаю свой телефон, быстро нахожу в бардачке старые наушники, которыми уже давно не пользовалась и отключаюсь от реальности, утопая в звучании любимых песен.       Дорога длинная, долгая. Не каждый такое выдержит. Но всё становиться проще, когда ты прожил более ста лет. Сутки кажутся одним часом. Именно поэтому я очень удивилась, когда открыла глаза и увидела заправку. Кола в машине не было. Я вытащила наушники из ушей и вышла из авто. Кроме меня тут было ещё три машины, одна из которых автобус с большим количеством детей, две другие — легковые, с парочками людей внутри. В одной сидел мужчина, с большим пивным животом, а рядом с ним такой же упитанный мальчишка лет десяти. В другой была влюблённая парочка, которая в данное время пила что-то из одного стакана. Почему я так внимательно осмотрела всех людей?       Потому что меня охватила паника, если учесть последние сны и видения. Я испугалась, что мой разум снова решил сыграть со мной злую шутку. Эти люди могут оказаться кем угодно, всегда стоит быть на чеку. Вижу перед собой небольшое здание, с прозрачными дверями. Сквозь стекло были заметны стеллажи, наподобие тех, что стояли в супермаркетах. Решаю идти туда, быстро пройдя мимо машин. Зайдя внутрь, я увидела своего вампира у кассы. Он по своему обычному методу внушил всё женщине среднего возраста и спокойно забрал полный пакет с продуктами.       — Ты чего вышла? — спросил Майклсон, увидев меня. Он прошёл мимо меня, с ноги открыв стеклянную дверь. Непроизвольно смотрю на других посетителей заправки, убедившись, что за нами никто не наблюдает.       — Сначала перекусим, потом поедем, — предложил Кол. Я без вопросов села на пассажирское и взяла в руки предложенный бургер. Чувствую запах мяса и сырного соуса. Хочу уже откусить, но странные ощущения в животе не дают мне это сделать. Распахиваю дверь джипа, и выворачиваю желудок на асфальт. Выкидываю бургер туда же. Сажусь ровно и вытираю губы рукавом. Нахожу в пакете бутылку с водой и делаю пару глотков.       — Понял, перекусим в следующий раз. — тихо пробурчал Майклсон, отложив и свой перекус.       Теперь мне уже всё ровно, видел ли это кто-нибудь. Единственное, что меня волнует — это моё состояние, которое никак не придёт в норму. Вампир протягивает мне мятную жвачку, за что я ему премного благодарна.       — А есть вероятность, что ты воспроизведёшь мини-Майклсона? — усмехаясь, выдал первородный.       — Поехали уже в Кеннер. — хмыкаю я.       Колу десять раз повторять не нужно. Он молча давит на газ, и мы выезжаем на трассу.

***

      Не вижу смысла в подробностях рассказывать, как мы ехали к дому, к которому я поклялась не приближаться, Кентукке-авеню, дом 65. Но кого это вообще волнует. Ах, да, Шарлотту. Мы остановились у калитки. Морщась, смотрю на дом.       — Ты не планируешь снова очистить желудок? — уточняет Майклсон.       — Нет, как бы не хотелось, — тихо бурчу я, когда Кирт младшая выходит из дома и идёт в нашу сторону.       Эта худощавая, кудрявая женщина подошла к окну с моей стороны и сложила руки на груди. Киваю Колу и тот опускает стекло. Медленно поворачиваю голову в сторону ведьмы и хмыкаю:       — Вечер добрый, Шарли.       — Я надеялась, ты не приедешь. — высокий звонкий голос, который так сильно режет слух.       — А где твои одиннадцать ягнят? — смотрю в окна высокого двухэтажного дома, пытаясь увидеть хотя бы одного. — Все ещё живы?       — Подойдёшь хотя к одному, и я с удовольствием помогу Головорезам отрезать тебе конечности, — прошипела Кирт и развернулась, чтобы уйти в дом. Её шёлковый цветастый халат так развивался на ветру, что выглядело это довольно-таки эффектно.       — Поезжай обратно Кол, спасибо, что помог мне добраться. — поворачиваюсь к Колу, чтобы сказать это, а он удивлённо на меня уставился.       — Я никуда не поеду. — упрямо заявил он и заблокировал двери, чтобы я не смогла выйти.       — Либо ты уезжаешь сам, либо я тебе это внушаю. Это входит в мои способности. — решаю взять его угрозами, но он остаётся непреклонным. Осталось надавить на чувства, если они у него и правда есть. —, Пожалуйста, мне важно остаться одной.       — Я буду рядом, позвонишь, когда можно будет забрать тебя. — перед тем как согласиться, он долго смотрел мне в глаза.       Я видела, что он не хочет меня оставлять, но его бы просто-напросто не впустили в обитель ведьм. Он нажимает на кнопку, и я слышу писк разблокировавшихся дверей. Киваю ему, выхожу из машины и иду к дому.       Когда-то я жила здесь, пока пряталась от гневного Клауса. Тогда я ещё не понимала, что он прекрасно знает, где я и с кем. Без стука распахиваю дверь и вхожу в небольшую обитель. Насколько я знаю, с Шарлоттой живёт лишь часть её потомства, остальные в соседнем доме. Иду через прихожую, в сторону кухни, откуда стоял запах сырого теста и свежих яблок. Готовиться яблочный пирог, который так любила Фиона.       — Расскажешь, что произошло?       Кирт бросила на меня недовольный взгляд и перестала мучить тесто. Она облокотилась о стол на вытянутые руки и опустила голову. Видимо, произошло нечто ужасное, раз ведьма не может вытащить из себя и слова. В телефоном разговоре Шарлотта так же ничего не объяснила, отключившись сразу после слов «Фиона мертва».       — Это произошло неожиданно. Вот Фи сидит над картой, пытаясь увидеть местоположение одной нашей знакомой ведьмы, а в другую секунду она уже лежит на полу. Не дыша. Я подбежала к ней, пыталась привести в чувства, но она уже была мертва. Вот так просто. Я провела небольшой ритуал до приезда скорой. Это проклятие. Она была проклята.       Шарлотта повернула голову ко мне, обведя презрительным взглядом. Ясно как день — она винит меня. В этом я с ней солидарна. Стойко выдерживаю обвиняющий взгляд и делаю шаг вперёд.       — Я знаю, о чём ты думаешь, Шарли. Я знаю, что ты считаешь меня виноватой, но это не выход. Фиона мертва, а это значит что нужно найти проклявшего и убить. Мучительно и долго.       — Ты только это и можешь. Вербена Вавилит способна лишь на одно, — она выпрямилась во весь рост и схватилась, грязной в тесте, рукой за свои волосы. Она сорвала их с головы, поднеся к моему лицу парик кудрявых волос.       — Ты только и умеешь, что мстить, не подумав.       — Хочешь сказать, это не ты выложила историю о моей семье? — усмехаюсь и смотрю прямо в её маленькие карие глазки.       — На кой хрен мне это надо?! — кричит она, махая своим париком между нашими лицами.       — Отомстить, насолить мне. Разве это не аргумент?       Шарлотта отходит от меня на пару шагов и натягивает искусственные волосы обратно на голову.       — Это аргумент только для тебя.       Закатываю глаза. Сначала хотела задать вопрос, а чего же это она сама не нарастит себе космы, лишь позже вспомнив об особенности заклинаний Вавилит. Наши заклятия можем снять лишь мы сами. Даже если вызовем самый обычный огонь. Повторный щелчок пальцев, и Кирт удивлённо снимает парик. Проводит рукой по наросшим волосам и недовольно пыхтит, что-то на подобии: «мне от тебя ничего не надо».       — Когда я смогу увидеть Фиону? — решаю задать самый главный вопрос.       — Её привезут завтра утром, Фенрик поедет за ней.       Фенрик — это самый старший ребёнок Шарлотты. Мерзопакостный и избалованный. Как и все остальные мини-Кирты. У всех детей фамилия матери, почему не знаю. В подробности не вдавалась. Я её мужа то в глаза не видела.       — Я переночую в своей спальне. Надеюсь, ты там не поселила свои огрызки?       Ответа я уже не услышала, точнее проигнорировала, потому что поднималась на второй этаж. Моя спальня была на чердаке, как и у Фионы. Она сама занималась оформлением комнат, поэтому они были такими уютными. Спускаю лестницу (которая вела на тот самый чердак) и быстро поднимаюсь. Лестница шла сразу в комнату Фионы. Тут ничего не изменилось. Большая круглая кровать, под маленьким окном, стол с книгами в углу и большое кресло-качалка, с махровым пледом. Казалось, что Фиона вот-вот зайдёт, чтобы отчитать меня за необдуманные поступки. Я скучаю по ней.       Мне нужен её совет, ведь я совсем не знаю, что делать дальше. Подхожу к не заправленной кровати, на которой лежит любимый Стивен Кинг.       Она прочитала только половину и ушла. Усмехаюсь и подхожу к окну. На подоконнике всё чисто, аккуратно, как она любит. Вещи, а точнее книги, сложены чуть ли не по алфавиту. И тут я замираю. Фиона любила опрятность, тогда почему её кровать перевёрнута, а книга не на своём месте. Подбегаю и сразу же беру в руки эту самую книгу, чтобы понять, что это совсем не Кинг. С первых строк я понимаю, что это Книга Вавилит.       — Твою ж, — ругаюсь я, поражаясь разуму Кирт. Она знала, что умрёт, она знала, что я буду в её комнате. Она знала, что я догадаюсь насчёт её аккуратности и не заправленной кровати.       Вероятно ли то, что она умерла из-за этой книги? Смотрю на обложку и серьёзно раздумываю над тем, чтобы уничтожить её здесь и сейчас. Если бы это было так просто, то я бы давно это сделала. Пихаю книгу в резинку штанов, натягиваю футболку и застёгиваю рубашку. После быстрых махинаций подхожу к зеркалу, чтобы убедиться, что ничего не видно. Сразу же после этого закрываю зеркало тканью и иду в свою бывшую спальню, дверь который была справа от стола, напротив кровати.       Здесь так же ничего не изменилось. Маленькое помещение с двухэтажной кроватью. На верхней спала я, а снизу дочь Шарлотты, Симона. На тот момент ей было года три, наверное. А может и пять. Рядом с кроватью стоят два небольших комода, один всегда был моим, а второй той самый Симоны. Открываю верхний ящик. Тут, как и раньше, всё ещё лежат мои вещи. Я знаю, Фиона их раз за разом перестирывала, чтобы они не залёживались. Беру большую футболку, бриджи чёрного цвета и иду в душ, чтобы смыть с себя последние часы. Книгу окутываю небольшой магией, чтобы она не намокла и кладу её на видное место, чтобы не упускать из виду. Недолго размышляю и произвожу ещё одну манипуляцией, чтобы уж точно остаться спокойной.       Быстро ополаскиваюсь, вытираюсь чистым полотенцем (которое, как обычно, лежало в ящике, на верхней полке), переодеваюсь, прячу книгу в то же место и вновь иду на кухню. К этому времени там собралась уже четверть детей Шарлотты.       — Майк, Дэнни, Френк, Уилл, Илона. — приветливо улыбаюсь отпрыскам и сажусь на стул перед ними. — Как жизнь ведьмовская?       Пятёрка самых младших детей подняли на меня удивлённые взгляды. Первым очухался самый младший, Уилл.       — Вербена, вот так сюрприз. Я знаю тебя лишь по описаниям, мне было всего пару месяцев, когда ты уехала.       — Да, я помню. Ты был славным, вот только я тебя и не видела то ни разу, твоя мать не разрешала. — усмехаюсь, покосившись в сторону Шарлотты. Та нервно перебирала всё то же тесто, заполняя им какие-то формочки.       — Откуда ты знаешь, как нас зовут? — Илона оказалась каменной и неприступной. Да, женщин в этом веке не проведёшь.       — Магия, Ила, магия. — вытягиваю из себя что-то похожее на улыбку.       Мне нравилось выражение лиц людей, когда я, глядя им в глаза, коверкала их имя. Мои старые знакомые — такие, как Деймон, например — уже, давно привыкли к такой особенности моего общения. Я встаю из-за стола и подхожу к окну. Машины Фенрика видно не было. Хоть Шарлотта и сказала, что Фиона привезут лишь утром, я буду ждать её каждую минуту.       Этот дом, да и сам город влияет на меня. Чтобы вам было понятно, то этот городок сплошь кишит ведьмами. Через каждый дом тут живёт ведьмак со своим потомством. Я молча отхожу от окна и иду наверх, чтобы немного восстановить силы. Сделать я это решила за счёт жителей этого города. Прихожу в спальню Фионы, сажусь на не заправленную кровать в позу лотоса и погружаюсь в изучение. Соседний дом — Кирты.       Дом Шарлотты был первым на этой улице, второй — её отпрысков. Дальше одинокий ведьмак, он достаточно силён, но не на столько, чтобы брать часть его энергии. Я действовала аккуратно, чтобы меня не почувствовали. С каждой минутой моего погружения, я ощущала прирост силы. Кончики пальцев покалывали, по телу шло приятное тепло. Казалось, что я с мороза встала под тёплый душ. В этом городе может быть кто угодно, возможно даже Вавилиты. Будь я при полной силе, то сразу бы почувствовала их. Такова особенность нашего клана, мы можем чувствовать друг друга. Мы разбросаны по всему миру и эта особенность даёт нам понять, что не смотря ни на что, мы всегда рядом. Вот только это мало, что даёт. Мы мало похожи на дружную семью, даже на сплочённый ковен.       В случае чего, каждый будет сам за себя.       А вот и наткнулась на лакомство. Вавилит, пятеро. Кузенов слили в пару. Иногда мне даже противно от такого обычая, но в бОльшем случае — нейтрально. Последний ребёнок не так давно родился, а вот самого старшему уже почти семнадцать. Он силён, самое то. Вздыхаю полной грудь и кусочками заимствую его энергию себе. Парень восстановится, через полгода-год. Ничего страшного с ним не случится, думаю. Когда я почувствовала, что уже достаточно, то остановилась. Надо знать меру, чтобы не убить случайно кого-нибудь. Средний ребёнок ещё мал, лет шесть, поэтому его я обошла.       Родителей я не буду рисковать трогать, ведь они могут почувствовать и понять, что с ними делают.       Исследую дома дальше, пока не почувствовала до боли знакомую ауру. Фенрик. Резко распахиваю глаза и вижу, что лучи утреннего солнца уже давно освещают комнату. Я была в трансе всю ночь, это рекорд для меня. Вскакиваю с постели и бегу вниз, как раз в это время три самых старших брата вносили Фиону в дом. Чёрный гроб с серебряным узором. Илона приготовила стулья в гостиной, туда и унесли тело Кирт. Шарлотта стояла с каменным лицом и спокойно раздавала указания, но если применить совсем чуть-чуть магии и внимательности, то можно увидеть, как ей больно.       Вся семья собралась в доме, все одиннадцать детей Шарлотты, сама Шарли и я. Гостиная была просторная, как раз предназначенная для сбора такой большой семьи. Две девчонки из старших пошли готовить ужин на всю семью. Я вышла на улицу и села в широкое кресло-качалку. Солнце слепило уже во всю, воздух был свежим. Я плохо чувствую температуры, благодаря вампирской сущности. Боль, температуры — всё притуплено.       Поэтому мне было комфортно в футболке и бриджах, а вышедшая Шарлотта куталась в тёплую шаль.       Она села в узкое кресло, и взяла со столика пачку сигарет. Вытягивает одну тонкую и протягивает мне, но я отрицательно машу головой. Она кивает и закуривает сама. Раньше она сидела здесь с сестрой, обсуждая, как их соседке не идёт эта уродская шляпа с широкими полями. Эти сигареты любила Фиона, курила лишь их и никакие более. Неожиданно для меня Шарлотта прерывает тишину:       — Ты ведь знаешь о существовании двойников, не так ли?       — Допустим. — не смотрю на неё, но знаю, что она сверлит во мне дыру.       — Ты ведь задавалась вопросом, почему именно из тебя решили сделать такой эксперимент? — она стряхивает пепел прямо на пол.       — Потому что я полукровка. Смешение кровей. — произношу сквозь зубы, ведь это моя не самая любимая тема для разговора. Особенно с ней.       — Не только. В вашем клане уже встречалась одна полукровка, но ваша семейка быстро разобралась с ней. Я знаю, что в тебе есть кое-что ещё, — нагло заявляет Кирт, и эта новость заставляет меня обратить на неё свой взгляд.       — Откуда же, позволь узнать? — шиплю, приблизившись к ведьме.       — Фиона знала, что за ней придут. Поэтому она пересказала всё мне, чтобы я сказала тебе. — Шарлотта тушит первую сигарету и лезет за второй, но я забираю пачку.       — И ты, благородное существо, это сделаешь?       — Не ради твой жалкой жизни, а ради сестры. — ухмыляется она, бросив тоскливый взгляд на окно, которое выходило в гостиную.       — Ну так? — не терплю я.       — Ты двойник. — резко выдаёт она уперевшись в меня твёрдым взглядом. Я морщусь, ведь это не очень похоже на правду. — Двойник Вербены I. Ты особенная в своей семье.       — И что теперь, меня надо на костре из-за этого сжечь? — откидываюсь на спинку кресло, и оно начало качаться. Шарлотта остановила его ногой.       — Тебя хотят убить, ведь твоё появления означает, что ведьмы Вавилит будут существовать ещё очень долго. — шепчет Кирт, чуть склонив голову в бок.       — Меня не так просто убить, ты ведь знаешь. Ты ведь пробовала. — ехидно подмечаю я, вставая с места. Мне очень не нравится этот разговор.       — Тебя может убить двойник Вавилит. То есть, либо ты сама себя убьёшь, либо другой двойник. Есть ещё пару моментов, но эти главные.       — Такого нет, я бы знала. — уверенно говорю я, думая, что утоптала всеумную Шарлотту, но и тут она смогла меня удивить.       — Подумай ещё раз. — всё так же твёрдо говорит Шарлотта.       Кто может быть двойником Вавилит и желать мне смерти? Да кто угодно. Но стоп, ведь необязательно, чтобы обе ведьмы были Вавилит, может быть и одна. Рионна Вавилит.       — Кассандра О’Ерое. — догадываюсь я.       — Она является двойником твоей покойной бабки. Это всё, что я хотела сказать тебе. Теперь, исчезни из этого дома и больше никогда здесь не появляйся. — Шарлотта встала передо мной. Она превосходила меня в росте, но не в силе.       — Я уйду лишь тогда, когда окончательно провожу Фиону на конечный путь. — отказываюсь от вежливого посылания и захожу обратно в дом.       Ближе к обеду, в дом начали приходить все. Все ведьмы города. Мне не стоило бы выходить к ним, светиться, поэтому я просто наложила на себя небольшую маскировку-заклинание. Черты лица немного изменились, как цвет волос. Народу было очень много, все хотели проститься с Кирт старшей.       В гущи толпы я увидела одно знакомое не ведьмовское лицо.       — Как ты вошёл? — хватаю вампира за рукав и тяну в единственную пустую комнату — туалет.       — Вербена, — он вглядывается в моё лицо, потом ухмыляется, — не плохая маскировка. Шарлотта приветствует всех на входе и приглашает.       — Что ты здесь делаешь? — продолжаю опрос.       — Пришёл скорбить, — спокойно отвечает Кол, пожав плечами.       — О незнакомом человеке? — закатываю я глаза, скрестив руки на груди.       — Почему бы и нет? — строит удивление Майклсон. — Пошли, а то пропустим душераздирающую речь.       Он схватил меня за руку и вытащил в гостиную. Мы стояли в конце, чтобы не привлекать внимание.       — Фиона была моей старшей сестрой. Она заменила мне всех. Наша мама умерла, когда мне не было и восьми лет. А отец… того человека, что с нами жил, сложно было назвать отцом. Фиона бросила школу, пошла зарабатывать, чтобы нам было что поесть. Мы воровали, зарабатывали нечестно. Устраивали уличные представления, используя нашу особенность. Мы были уличными ведьмами, — Шарлотта остановилась, чтобы шумно вздохнуть, — мы были никем. Потом в нашей жизни прошёл переворот.       Какой именно она умолчала. Тогда Фиону нашёл Клаус, чтобы она стала моей нянькой. А Шарлотта нашла мужа.       — Мы стали большой семьёй, помогали друг другу… до последнего. — Кирт замолчала, посмотрела на закрытый гроб, потом на всей присутствующих. — Спасибо, всем, кто пришёл.       Все закивали и вместо Шарлотты вышел Фенрик, потом Илона. Их речи были примерно одинаковыми, благодарности за то, что Кирт-старшая всю свою жизнь посвятила им. Господи, какое лицемерие. Ведь не так давно (по моим меркам) они разорялись на тему того, что Фиона бросила их ради первородного вампира и его сумасшедшей ручной ведьмы.       Я не могла больше здесь находиться, поэтому просто-напросто выбежала из дома. В горле стоял комок. Поднимаю лицо к небу, чтобы по щекам не побежали слёзы. Мне хотелось вернуть время назад, поддаться на уговоры Клауса и никуда не ехать. Я стояла на другой стороне дороги и смотрела на дом Шарлотты. Вот-вот гроб с телом моей единственной подруги должны были вынести, а позже погрузить под землю и навсегда забыть.       — Ты как? — раздался рядом голос Майклсона.       — Как на похоронах. — отмахнулась я, поведя плечом. Секунда и вот мы видим, как старшие сыновья Шарлотты выносят гроб из дома и погружают в машину.       — Пошли, — Кол будто читал мои мысли. Он взял меня за руку, переплетя пальцы, и повёл в обратную сторону от дома.       Благодаря нашей особенной скорости, мы появились на кладбище намного раньше машины. Майклсон осматривался, читая имена на памятниках.       — Это кладбище ведьм. Люди обходят его стороной, говорят, тут происходят странные вещи, — говорю я вампиру.       — Думаю то, что тут похоронены ведьмы-это и есть странность, — иронизировал Кол, усмехнувшись.       Закатываю глаза, но всё ровно усмехаюсь. Смотрю на узкую тропинку, ведущую вглубь кладбища, за деревья. Долго стою в раздумьях, гадая, стоит ли туда идти. Очнулась я лишь тогда, когда мои ноги сами начали вести в ту сторону. Слышу, как Кол тихо идёт сзади, от этого на душе как-то спокойнее.       Мы остановились тогда, когда дошли до одной из могил. Она была неухоженной, памятник из чёрного камня, имя было сложно разглядеть из-за красной краски, которой были написаны слова. «Сумасшедшая», «убийца», «гнить тебе». На душе становиться очень больно. Закрываю глаза и провожу рукой над могилой. Земле выравнивается, надписи исчезают, появляются свежие красивые цветы.       — Чарли Вавилит, — читает Майклсон с памятника, — это твоя мать?       Я не отвечаю, думаю он и так всё понял. Я обняла себя руками, не отрывая взгляда от имени этой женщины. Тут произошло нечто неожиданное. Кол подошёл со спины и крепко обнял меня, прижав к груди. Я опустила свои руки на его, но не стала отстраняться, не сейчас.       Через минут пять мы услышали, как на территорию заезжает машина.       — Я не хочу это видеть, — прошептала я, и вампир понял меня. Он взял меня за руку и повёл к другому выходу.       Не смотря ни на что, день прошёл быстро. К вечеру мы приближались к небольшому мосту над узкой рекой. Я смотрела вниз и видела, насколько сильным было течение, волны бились об небольшие камни, а луна придавала всему этому нечто таинственное и безумно красивое.       Весь путь мы не обмолвились и словом, а просто шли куда глаза глядят. Майклсон не задавал лишних вопросов, а я не горела желанием что-то говорить. Не сговариваясь мы остановились на середине моста, направив взгляд на реку. Кол из-за пазухи вытащил бутылку с чем-то алкогольным и сделал большой глоток, а после протянул мне. Взяв бутылку в руки, я поняла, что это виски из коллекции мужа Шарлотты. Усмехаюсь, представив в каком бешенстве будет их семейка, когда они обнаружат пропажу.       — Когда мы стояли там, в доме, я думал, что ты тоже выдвинешь какую-нибудь речь, — прервал молчание Кол, встав ко мне лицом.       На нём не было улыбки, или грусти. Он просто внимательно смотрел мне прямо в глаза. Я редко вижу его таким, в такие моменты мне становится безумно приятно, что Кол интересуется тем, что я чувствую, что я думаю. В такие минуты понимаешь, что он не просто раздолбай-младший-брат-Клауса, а вполне рассудительный…человек. Человек, который чувствует что-то кроме желания выпить чью-либо кровь.       — Мне не стоит светиться в таком большом кругу ведьм, — честно отвечаю я, делая небольшой глоток виски.       — Хорошо. Тогда произнеси речь сейчас. — смело и твёрдо заявляет вампир, разведя руками.       — Что?       Я смотрю на него с удивлением, непониманием. То есть, зачем мне сейчас это делать?       — Тебе будет лучше, если ты выговоришься. Я уверен, тебе есть что сказать.       Я задумалась буквально на пару минут, ведь сказать и правда было что.       — Я относилась к ней, как к должному, не всегда прислушивалась к её словам. В последнюю нашу встречу, я хотела, чтобы она ушла, оставила меня. Возможно, попроси я остаться её, она бы была жива. Я бы её защитила, как и она меня в давние годы. Фиона была в роли моей няньки, этого не отнять. Она обучала меня магии с самого начала, пока устанавливался баланс внутри меня. Смотря на неё, Клаус так же стал проводить со мной время и помогать. Благодаря этому, наши с ним отношения окрепли. Сейчас я могу назвать её дорогим мне человек, единственной подругой.       Я встала лицом к Майклсону. Он смотрел на меня серьёзным тяжёлым взглядом, будто я сделала что-то не так. Не отрывая от меня взгляда, вампир поднял свою руку и заправил мешавшую прядь мне за ухо, оставив ладонь на щеке. Мы простояли так буквально секунду до того, как первородный наклонился, чтобы поцеловать меня. Поцелуй был медленный, осторожный. Я не стала сопротивляться, ведь смысла уже не было. За такой короткий срок я погрязла в чувствах по уши. Приподнимаюсь на носочки, чтобы крепко обнять Кола за шею.       — Ты удивительная, таких как ты, я никогда не встречал, — прошептал мне в губы вампир. В ответ я широко улыбнулась, уткнувшись носом в его щеку.       Но через две секунды моя улыбка померкла. Вдалеке, в том районе, где находился дом Кирт, стоял огромный столб чёрного дыма. Не думая ни секунды мы рванули в то место. Благодаря нашим способностям, мы оказались у дома Шарлотты за три минуты. Её дом полыхал.       Рядом бегали все её дети с вёдрами воды, а кто-то пытался остановить всё с помощью магии, но у них ничего не получалось. Они не могли остановить огонь.       — Только заклинание ведьмы Вавилит не возможно остановить другим ведьмам, — услышала я за своей спиной. Это был Фенрик.       — Я тут не при чём, я давно ушла из дома, — подхожу к нему вплотную.       Его глаза горели злобой и отчаяньем, было видно, они уже давно пытаются спасти своё дом.       — В доме остались Илона, Лия и мать, — прошептал он, схватив меня за плечи.       Я стряхнула его руки и оглядела народ — многие из них плакал. Снова смотрю на дом. Весь первый этаж сгорел, огонь переходит на второй. Дом вот-вот обвалиться. Как говорил мой дед, проблему лучше решать изнутри. Срываюсь с места и вбегаю в дом, чувствуя, что кто-то пытался схватить меня за руку.       Как я и сказала, весь первый этаж уже сгорел, ничто из мебели не сохранилось. Вижу, что лестница её в неплохом состоянии и бегу наверх, стараясь не задевать огромные языки пламени. Шарлотту с детьми я нашла в спальне Фионы, они без сознания лежали на полу, надышавшись дыма. Решаю не ждать и приступила к попытке остановить всё это.       — Prohibere, — решаю начать с простого блокирующего заклинания, — prohibere, prohibere.       Открываю глаза и вижу, что ничего не изменилось — огонь продолжает полыхать. Доски подо мной трескаются, ещё чуть-чуть я и полечу вниз. Если это заклинание не сработало, то его наложила не ведьма Вавилит.       — Incendio non credo.       Огонь резко вспыхнули и ещё больше распространился по стенам и полу, захватывая мебель.       — Incendio non credo.       Огонь всё ещё полыхал, но не распространялся, остановившись на месте. Подбегаю к Шарлоте и бью её по щекам.       — Давай же, вставай!       Женщина открыла глаза, резко подняв голову. Его глаза наполнились ужасом, когда она увидела, во что превращается её дом.       — Заклинание не будет долго сдерживать огонь, он слишком силён, хватай дочь и бежим отсюда.       Повторять не надо было, она взяла одну из дочерей на руки, а я вторую, и мы побежали к лестнице.       — Чёрт, — прошипела Шарлотта увидев, что та обвалилась, — идём к тому окну.       Мы подбежали к большому окну, около которого было много огня, но пока он не мог причинить нам вред.       — Butio, — крикнула ведьма, и стёкла вылетели наружу. Внизу тут же собрались старшие сыновья, готовые поймать сестёр.       Шарлотта просовывает первую дочь, и она летит в точно в руки Фенрика. Забирает у меня вторую девушку и тем же ходом она падает в руки другого сына.       — Прыгай. — говорю я Кирт. Огонь снова начинает движение и с минуты на минуту достанет до нас. Ведьма уже просунула первую ногу в окно и обернулась на меня. Она долго смотрела на меня, и только в этот момент я поняла, как они с Фионой похожи. — Давай.       Шарлотта еле заметно кивнула мне и ловко спрыгнула со второго этажа на землю, где её поймали. Я посмотрела вниз и увидела, что Фенрик уже готов ловить и меня, но я отрицательно помотала головой. В этот момент появился Кол.       — Спускайся немедленно, — крикнул он, разведя руками.       Я отвернулась и пошла в глубь огня. Когда второе заклинание не сработала, я сразу поняла в чём дело.       — Кассандра, — позвала я. Вдруг в голове появился звон, резкий и противный.       Голова будто потяжелела и в следующею секунду разобьётся на тысячи мелких осколков. Под тяжестью собственной головы подаю на колени, разбивая их в кровь. Чувствую жар огня, и как он захватывает рукава рубашки.       — Вербена, было глупо приезжать сюда, — слышу еле ощутимый шёпот на ухо и дёргаю головой.       Она дала понять, что вновь нашла меня. Таким извращённым способом. Огонь перешёл на меня и это самое ужасное, что я когда-либо чувствовала. Я не смогла терпеть немыслимую боль и закричала. В ту же секунду пожар прекратился, словно страшный сон. Я через силу открыла глаза и посмотрела на свои руки. От плеча до кистей всё было в уродливых шрамах, которые очень медленно начали заживать. То же самое было на ногах и спине. Через силу встаю на ноги, хватаясь за обгорелую мебель и иду в спальню Фионы. Подхожу к окну и издаю еле слышный свист. Через три секунды я увидела Кола, который был готов меня поймать. Я не без усилий пролезла в оконную раму и спрыгнула (скорее свалилась) в руки вампира.       — Что теперь? — не задавая других лишних вопросов, спросил первородный.       — В Испанию.