Драконий боженька под цветущей вишней

      Рядом с маленьким худеньким Жужей Танук выглядел вдвое больше, выше и шире, чем был по факту. Вождя можно было смело отправлять на соревнования по бодибилдингу, предварительно натерев маслом и причесав косички. Везде.       Жужа на него поглядывал с опаской, а вот сам вождь был своим положением альфы-защитника крайне доволен, разрубая лианы на пути огромным тесаком.       Бари чувствовал себя не на свои двести с хвостиком, а вполне себе на двадцать: хотелось всех обнимать и любить весь мир. Еще больше хотелось любить одного конкретного идущего рядом с ним омегу, причем без остановки, но приходилось вздыхать и периодически проверять свободной рукой его задницу на упругость. На привале, последнем перед точкой прибытия, Бари заметил розовый цветок, похожий на орхидею и пристроил его за ухом краснеющего Лекса. — Романтик, йобанаврот, — насупился Жужа, которому Танук минутой раньше предложил какой-то съедобный стебель. — Кому вершки, а кому корешки. — Танук брутальный альфа, я так не сумел бы, — вздохнул Бари. — Меня любой лемур побьет.       Рядом не было Люцика, который мог бы поведать историю о разобранной на кирпичики площади в эльфийском королевстве, поэтому он мог позволить себе прикидываться восторженным дурачком.       Лекс, который в своей влюбленной ипостаси был мягче и покладистее, чем обычно, улыбался и молчал, откусывая от протеинового батончика. Бари смутно ощущал, что раскачал этот паровоз чувств не секс. Он стал ярче чувствовать омежий аромат и реагировать на любое его движение, словно между ними натянулась красная нить. Потом вспомнил: Спартак рассказывал о том, что Люцик стал немного мягче после поставленной метки. Но Спартак был альфой, в отличие от… Стоп. Боженька теперь тоже был альфой.       А это значит… — Выйдешь за меня? — спросил он, поворачиваясь к Лексу.       Грифон повернул любопытствующий блестящий глаз, Жужа крякнул, Лекс откусил от батончика вместе с оберткой. — Куда? — моргнул тот. — Замуж, лапушка! — Да! — ответил Лекс, не раздумывая. — Отлично! — Бари хлопнул ладонью по бедру. — Все присутствующие приглашены. Я бы и тех духов пригласил, что присутствовали вчера на нашем свидании, но перемещаться они не умеют, а самолетом лететь откажутся — староверы. Считают цивилизацию величайшим злом. — Пиздец у вас все просто, ребят! — воскликнул Жужа. — Познакомились, трахнулись, расписались. Мне бы такого.       Танук, попросив Виктора перевести разговор, нахмурил широкие брови, вынул из шевелюры металлический стерженек, подвешенный к одной из косичек, согнул его кругом и, выдав горячую тираду на своем родимом, надел на палец Жужи импровизированное кольцо. Видимо наслушался о европейских обычаях от того же Виктора накануне. — Пиздец, — прокомментировал Жужа. — Забирай, вези домой, — фыркнул Лекс. — Хороший альфа! Попросите вместе в посольстве сделать ему паспорт и вперед, сажать картоху на твоей даче.       Жужа, бросив взгляд на накачанные татуированные лапищи, прикидывал в уме возможность такого развития событий и, похоже, начинал понимать, что судьба подбросила ему не свинью, а работящую заботливую лошадку. — Выдвигаемся! — сообщил Виктор.       К концу дня Бари, придерживая за руку зевающего на ходу Лекса, заморгал удивленно: ему начало казаться, что растения вокруг совершенно не отличались друг от друга, сплошь огромные листья со странными наростами на стеблях. — У меня в глазах двоится, — сообщил он. — Не двоится, — возразил Виктор. — Это Лес Дьявола — муравьи, живущие в стеблях растений, помогают отвоевывать им все большую площадь, защищая от хищников и поедая семена других видов. Почти пришли.       Вскоре показалась тропа, мощеная камнем, и Виктор зажег допотопную керосиновую лампу. Разрубающий лианы Танук хмурился все больше, пока не замер перед невысокой аркой из темного камня, увитой ползучими растениями. Дальше тропа терялась среди развалин чего-то огромного. — Прибыли, — провозгласил Виктор, ступая дальше. — И ради этого мы тащились через моря-океаны? — неприятно поразился Жужа. — Да хрен я с тобой… Ебать меня в рот, посмотрите наверх.       Бари вскинул голову и обнаружил, что с высоты каменных валунов за ними пристально следят огромные птицы с длиннющими клювами и сложенными кожистыми крыльями. Грифон, вышагивающий рядом с Лексом, придвинулся к тому ближе. Когда одна из птиц тряхнула башкой, Жужа тихонько произнес: — Они живые? Это не статуи? — Это птеродактили, — ответил Виктор. — Настоящие. — Что он щас сказал? — прохрипел Лекс, сжимая на руке Бари ледяные пальцы. — Птерочототам, — ответил тот. — Забавные птички. — Они не тронут нас, пока мы идем в сопровождении потомка Великого Укротителя, — сказал Виктор. — Алексей, твоя задача — остаться в живых до конца экспедиции. — Надо же, я даже постараюсь это сделать, — отозвался Лекс. — Не бойся, лапушка, — подмигнул Бари. — Не у всех омег будущие мужья боги. А таких, как я, вообще больше нет.       Остановились у входа в пещеру. Танук, играя мышцами, стукнул себя в грудь и решительно придвинул к себе бледного Жужу, который смог после этого хоть немного, но расслабиться. Виктор, неся фонарь перед собой, двинулся во главе процессии, хлюпая водой под ногами. — Главное идите тихо, дышите тихо и не разговаривайте, пока мы не дойдем до остановочного пункта, — произнес он. — Они почти не различают наших запахов и не видят нас, но слышат прекрасно. Могут агрессировать спонтанно. — Кто? — напрягся Лекс. — Он, к примеру, — хмыкнул Бари, разглядывая заглядывающую в пещеру с другой стороны чешуйчатую морду.       Танук снова заиграл мышцами, перехватывая тесак поудобнее одной рукой, а открывшего рот Жужу другой. — Рексик, фу! — шикнул на чудище Лекс, и оно, шевельнув короткими отростками-лапками над брюхом, послушно двинулось дальше. — Лекс Великий и Ужасный — повелитель динозавров! — пораженно выдохнул Жужа. — Сам в ахуе, — несмело улыбнулся Лекс. — Мы попали в прошлое? И любое случайно раздавленное насекомое может повлиять на ход развития истории? Приколите, возвращаемся в свой мир, а там монархическое правление. — У нас и так монархическое правление, — сказал Жужа. — Плутин же. — Нет, мы не в прошлом, мы в альтернативной реальности, где метеорит не упал на Землю и динозавры не вымерли, — ответил Виктор, погасив фонарь. — И мы должны до захода солнца добраться до базы. А теперь — тихо. — Драконий боженька в мире драконов, — произнес Бари помпезно. — Нас ждут приключения, друзья!       Вышел из пещеры и сразу понял, что приключения действительно начинаются, вляпываясь во что-то мерзко пахнущее. — К деньгам! — расхохотался Лекс. — К большим деньгам! — Чертов Рекс, подъебнул меня, урод, — пробубнил он, вытирая ботинок о листву.       Приключения начались.