Снотворец

— Дай мне руку, Эндрю. — Дать руку? — переспросил я. Увидев, как Эйен приложил ладонь к прозрачной преграде, я неосознанно повторил. И в то же мгновение мое сознание пошатнулось. В глазах потемнело на пару мгновений, но вскоре все встало на свои места: передо мной снова была стена воды, а за ней — мой друг-сзеретни. — Ты заслуживаешь эту жизнь, — вдруг сказал он, а я нахмурился, не понимая, к чему он клонит. Но тут же увидел, что его левая рука растворилась почти по плечо и продолжает исчезать. — Что? — ошарашенно переспросил я, теперь явственно ощутив страх. Чувства больше не были притуплены, они словно проснулись ото сна. Подняв руки, я увидел, что они обе целы, и тут же понял, что произошло: Эйендер решил отдать свою жизнь взамен моей. — Нет! — выкрикнул я, снова кидаясь к преграде. — Не надо! Я не хотел, чтобы кто-то пострадал! Вернись! Но вопреки моим словам он сделал шаг назад, а я стал бить в прозрачную стену кулаками, пытаясь разбить, словно стекло, но ничего не выходило. Она лишь шла рябью, но не поддавалась. — Вернись, Эйен! Не надо! — снова прокричал я, глядя на то, как он слегка улыбается. Якобы бесчувственный сзеретни с острым чувством самосохранения был рад тому, что спасает чью-то жизнь! Это не поддавалось никакому объяснению! Или все же поддавалось? — Лучше расскажи всем, что мы не бездушные. Мы ведь всего лишь другие. — Я это знаю и без твоей жертвы! Пожалуйста, Эйен, не надо! Я готов был пожертвовать собой ради своей цели, но не кем-нибудь другим! И не тобой уж точно! Дай мне руку, вернись в свое тело, в свою жизнь! Умоляю! — Нет. Я же сказал, ты ее заслуживаешь. А мне все равно жить неинтересно. Может, умерев, я окажусь в твоем мире в абсолютно новом теле и оно будет переполнено эмоциями? Я бы этого хотел. Мне даже не нашлось, что сказать. Он, как и я, принял решение и не собирался сдавать позиций. И от этого в груди больно щемило, а глаза щипало. Но в этом пространстве не существовало слез, только пронизывающая тело боль. — Прости меня. Я не должен был, — проговорил я, чувствуя как сожаление, так и невероятную благодарность, из-за которой меня начала пожирать совесть. — Все нормально. Иди к нему и проживи эту жизнь не впустую. — Обязательно. Я буду вечно тебе благодарен. И никогда тебя не забуду, Эйен. Обещаю, я сделаю все, чтобы люди перестали считать сзеретни пустышками. Все сделаю. — Спасибо.

* * *

Открыв глаза, я снова ощутил комфорт и тепло, а перед взглядом стоял тот самый светящийся потолок, который я не видел более четырех месяцев. — Спасибо, Эйен, — прошептал я в тишину комнаты. — Ты оказался самым смелым из всех, кого я знал. Поднявшись с кровати, я огляделся, чтобы понять, что нахожусь в небольшой спальне — явно вовсе не в комнате Кайсена. Видимо, Эйена отселили, что неудивительно. Он, скорее всего, из этой комнаты и не вылезал. А я покинул ее практически сразу же, не желая задерживаться. По обстановке я быстро определил, в какой части поместья нахожусь, и направился точно к спальне моего демона. Даже если сейчас его там нет, ведь в этом мире только ранний вечер, я его дождусь. А если не дождусь, то в любом случае найду через других дрэйдов, служащих семье Кроун. Эти самые дрэйды сейчас кидали на меня озадаченные взгляды, когда я проходил мимо, а я никого не замечал, все сильнее загораясь от нетерпения. И вот наконец нужная мне дверь. Пройдя к ней, я приложил руку к панели, и створка отодвинулась. Это обрадовало, ведь доступ сюда мне не перекрыли. Комната немного пропахла алкоголем, но не критично, не как в квартирах у запойных алкашей. Глупо было бы предполагать, что потерю Кайсен перенесет без выпивки. И за это я не мог его осудить. Я не ожидал, но… Мой демон лежал в постели, раскидав пряди волос по темной подушке. Кажется, спал. А у меня в душе вмиг потеплело, приятно закололо и ожило. Неужели? Неужели это действительно он? Пройдя к кровати, я присел на корточки рядом с ним и аккуратно убрал волосы с серого лица. Настоящий, живой, горячий. Я снова получил возможность быть рядом. Видимо, из-за прикосновения мой демон открыл глаза, в первое мгновение опалив меня до ужаса холодным взглядом, но в следующую секунду он смягчился, а глаза расширились от удивления. — Энди? — неверяще спросил он, приподнимаясь на локте, после чего осторожно притронулся ладонью к моей щеке. — Это правда ты? — Правда, — ответил я, глядя в любимые песочные глаза и не помня себя от счастья. — Наконец-то я здесь. Я вернулся. Я так люблю тебя, Кай. Он ничего не ответил, а лишь притянул меня за шею для поцелуя. Мне и самому хотелось убедиться в реальности происходящего, а прикосновение к его губам дало понять, что я не сплю и не умер. Теперь я на Аллебри. Навсегда. — Я верил, что ты найдешь способ вернуться, — проговорил мой демон, ненадолго разорвав поцелуй и затягивая меня на кровать. — Я тоже люблю тебя, Энди. Не уходи больше. — Не уйду. Обещаю, — ответил я, укладываясь на мягкие подушки и позволяя делать ему со мной все, что он захочет. Вот так, не успел я вернуться и оправиться от исчезновения души Эйена, как этот чертяка испачкал чуть ли не всего меня в сперме, заставляя дрожать от экстаза и усталости. Хотя кого я обманываю? Конечно же мне этого не хватало. Постель, ванная, перекус и снова постель. Сутки пролетели очень быстро. Единственное осмысленное, что я сделал за это время, это позвонил Чарре, чтобы сказать, что я в порядке. Она даже расплакалась, услышав меня — так сильно переживала. О моем возвращении все остальные узнали только через день, утром, когда я невыспавшийся, но невероятно счастливый, пришел завтракать за общий стол, что семью немало удивило. Оэрия не сдержалась, чтобы обнять меня при всех, но никто и не был против. Даже Адиала выдала легкую улыбку. А я не удержался от ненавязчивых подколов в ее сторону, вроде «признайся, что соскучилась». Хотя шутки я все же фильтровал, чтобы снова не начать выслушивать от нее, какой я никчемный. Чуть позже я рассказал Кайсену о том, что Эйен пожертвовал собой, чтобы я вернулся. Конечно же, его это удивило, но теперь и он заинтересовался исследованием сознания сзеретни. Он решил открыть свой собственный исследовательский институт, наняв туда лучших докторов и обеспечив сзеретни достойное существование. Там они содержались в уюте и порядке, относились к ним не как к животным, никого на цепь не сажали, а пытались понять, как их вылечить или хотя бы сделать более человечными. Мы даже перевезли большую часть пациентов из клиники Ошира, и я завел дружбу с той самой мирной, обученной лишь частично юной девушкой-мацсом. Точнее, я просто часто гулял с ней, пытался разговаривать, понять, что ей безразлично, а что все же может заинтересовать. Общество защиты сзеретни по-настоящему ликовало, считая, что достучалось хоть до кого-то из самых властных и обеспеченных. Кайсен не стал оспаривать и разрушать иллюзию их заслуг, не желая рассказать никому обо мне, как об излечившемся сзеретни, ведь по сути это было неправдой. Да и ему не хотелось, чтобы меня тягали по научным съездам и глазели, как на цирковую обезьянку. Все документы, подтверждающие, что я был сзеретни, он уничтожил и создал мне новые — обычные, как у самого заурядного жителя Аллебри. Так что теперь я свободно занимался проблемой сзеретни и верил, что со временем их получится понять, ведь Эйендер не был бесчувственным. Да и никто из них никогда не был. Просто их чувства скрывались где-то очень глубоко. Помимо участия в жизни института изучения сзеретни я занялся еще и развитием игровой индустрии — уж в этом я шарил. Первым делом я взялся за разработку VR-шлема, а для этого мне потребовалось собрать команду таких же энтузиастов, как я. Пришлось кинуть клич в интернете и перебрать немало людей, выискивая среди них действительно заинтересованных и соображающих. Не обошлось и без поиска спонсоров, в чем мне вновь посодействовал Кайсен, хотя я поклялся отработать его деньги и вернуть с процентами. И первым нашим проектом по виртуальной реальности стал вид неба Аллебри. Мне хотелось, чтобы посмотреть на него была возможность не только у обеспеченных жителей этого мира. Конечно же, мы серьезно озаботились тем, чтобы картинка не выглядела одномерной и оправдывала название. Так или иначе, мое хобби наконец превратилось в настоящую работу, и я получал от нее настоящее удовольствие. Также я продолжил изучать боевые искусства, а в некоторые из вечеров не изменил привычке гулять с Оэрией. Она много рассказывала о том, как всем меня не хватало, а особенно Кайсену. Без меня он с каждым днем становился все более холодным и замкнутым, но сам он мне в этом не признавался. И было невероятно приятно, что я для него так же дорог, как и он для меня. Работать Кайсен ради меня не бросил, но все же старался проводить там поменьше времени. Из-за выборов в президенты в совете занятий только поприбавилось, но Кай пообещал, что после всей этой кутерьмы обязательно возьмет очень долгий отпуск и увезет меня смотреть на необычную архитектуру достопримечательностей Аллебри. А пока все свободное от его обязанностей время мы проводили вместе. Через некоторое время я встретился с Чаррой на нейтральной территории — в небольшом кафе ее родного города, — чтобы обсудить все произошедшее. Ехать пришлось не очень долго — всего три часа на личном скоростном поезде Кая. — Ну что, теперь ты счастлив? — спросила Чар, как только подошла, тяжело опускаясь на мягкий диванчик. Оценив размеры ее живота, я не смог сдержать улыбки. — Да, вполне. Я чувствую себя на своем месте, как бы странно это ни звучало. — Семья темных дрэйдов тебя хорошо принимает? — Просто отлично. Даже Адиала смирилась. Увидев, как Кайсену без меня было плохо, она изменила свое мнение. А Оэрия так и вовсе стала лучшей подругой, если можно так сказать. Она чем-то напоминает мне Дженнифер, только более спокойная. — А я думала, что все темные дрэйды такие, как Адиала, — задумчиво произнесла Чар, аккуратно вращая кружку с кофе на столе. — Это распространенное заблуждение, — усмехнулся я, отпивая глоток своего чайного напитка. — А еще я думала, что ты будешь постоянно подле своего Кроуна и что он никуда тебя не отпустит. — Но и это не так. Я волен делать, что хочу, и заниматься, чем нравится. Просто мы живем вместе. Я для него не пленник, а партнер и поддержка, пойми ты. Он, кстати, отвоевал у совета разрешение на отношения темных дрэйдов с другими расами. Так что он говорит, что скоро мы и вовсе начнем появляться на публике как пара. Хотя мне этого не особо хочется. — Я слышала об этом новом правиле, — кивнула Чарра. — Думаешь, со временем им разрешат и браки с другими расами? — Не знаю. А что? — Ну, было бы интересно поприсутствовать на шикарной свадьбе темного дрэйда, — игриво подмигнула она, улыбаясь. Я сначала запнулся, а потом вздохнул и прикрыл глаза рукой. — Что ты несешь? — проговорил я, чувствуя, как щеки слегка загорелись. — Мне и так хорошо. Лучше расскажи, как там все на Земле. — Да я особо много и не знаю. Разговаривала недавно с Дженн, она рассказала немного о твоей семье. Все скучают, но никто не горюет, как по умершему. Даже спрашивать не хочу, каким образом ты пропал. — И не спрашивай, — слегка грустно ответил я, опуская взгляд на свою кружку. — Хорошо, что они в порядке. Не знаешь, что там у Макса с Эллиотом? — Встречаются вроде как, — пожала плечами Чарра. — Но я не в курсе подробностей. — Ну, хоть что-то. А сама Дженн как? — Хорошо. Кажется, она догадывается, что у меня есть связь с тобой. Попросила меня передать, что скучает и что надеется, что теперь ты успокоился и доволен жизнью. — Так и есть… — А ты скучаешь по дому? — вдруг спросила Чар, заглядывая мне в глаза. — Конечно, очень. Но я не жалею о своем выборе, чтоб ты понимала. Мне хорошо здесь, будто я всегда принадлежал этому миру. Но и родной мир никогда не забуду. — Хочешь, я тебе их нарисую? — Кого? Семью? — удивленно переспросил я. — И семью, и друзей, — улыбаясь ответила Чарра, допив кофе. — Чтобы ты не забывал, как они выглядели. — Я не знал, что ты и здесь рисуешь. Но было бы прекрасно. Я бы даже оплатил такую работу. — Не надо оплаты, я ведь хочу сделать подарок. Здесь я мало рисую из-за постоянной занятости, а скоро еще и ребенок появится, так что эти портреты займут много времени. Но я их сделаю, потому что хочу, чтобы ты никогда никого не забывал. — Спасибо. Я буду очень ждать этого подарка. Немного помолчав, мы продолжили разговор уже о делах насущных: прошедшие выборы, прорыв в ЭКО и, самое главное, ребенок самой Чарры. Оказалось, она ждет мальчика, которого решено назвать Лука. Имя для Аллебри довольно необычное, но кого это волнует? Вернувшись домой после долгих разговоров и отужинав в своей большой семье, я вместе с Каем снова решил уединиться в спальне. — Повидался с подругой? — спросил он, утягивая меня на кровать и игриво при этом улыбаясь. — Все хорошо? — Все просто отлично, — ответил я, с удовольствием подставляясь под горячие руки, начавшие расстегивать мою рубашку. — Она не спросила, каково быть первым черным мадаром, официально принятым в семью темных дрэйдов? — Нет, но она намекнула, что была бы рада посмотреть на шикарную свадьбу нашей семьи, — тихо усмехнулся я. Кай вдруг остановился, отпрянул и серьезно посмотрел мне в глаза. — Хочешь пожениться, что ли? — Что? — ошарашенно переспросил я, начиная теряться в собственных мыслях, ведь такого вопроса услышать не ожидал. — С чего ты взял? Нет! То есть… может быть, но нельзя же. Бля, я не то хотел сказать. Я растерянно помолчал, чувствуя, что начинаю злиться, ведь, судя по появляющейся на лице Кая улыбке, он дразнил меня специально. — Знаешь что? Пошел ты, блин! Лучше продолжай меня раздевать молча! Кайсен прыснул от смеха, а потом и вовсе заливисто засмеялся, откидываясь на постель рядом со мной. — Ну какая же ты прелесть! — весело выговорил он. — Как же мне тебя не хватало, Энди. — Не хватало издеваться надо мной? Сволота ты рогатая! — негодовал я, не в силах успокоиться. — И вообще, если я теперь Кроун, то кем я тебе прихожусь? Ну, по документам. Кайсен немного помолчал, а потом вновь рассмеялся, отвечая: — Лучше тебе не знать. Я приподнялся и навис над ним, буравя недовольным взглядом. — Говори давай! Чтоб потом не было сюрпризов! Демон не переставал улыбаться, обняв меня и запустив пальцы в волосы. — По документам ты мой приемный сын. Только так я смог все это устроить. После такого я даже завис на пару мгновений, а потом хмыкнул: — Замечательно. Ну да, как говорится, инцест — дело семейное. И как ты собрался заключать со мной брак, если я твой ребенок? — Я еще ничего не собирался, — снова засмеялся Кайсен. — Но раз ты этого хочешь, я выдвину такое предложение в совет. В конце концов, браки внутри семьи для нас не в новинку. — Да не хочу я! — снова воскликнул я, а потом резко сел, высвобождаясь из объятий и отворачиваясь, ведь почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Ты меня запутал… Ненавижу тебя, — буркнул я, прежде чем почувствовал горячее прикосновение к плечу. — В желании быть еще ближе ко мне нет ничего плохого, Энди, — вкрадчиво проговорил Кай. — Не стоит этого стыдиться. Я шумно выдохнул и понуро посмотрел в глаза напротив. — Главное, чтобы мое желание было взаимным. — Оно взаимно, не волнуйся. Сволочь все-таки он, но от его ответа стало невероятно тепло и приятно. Кайсен вновь обнял меня и улегся вместе со мной обратно на подушки, погладив по голове и поцеловав в лоб. — Кстати, я почти закончил с делами и скоро буду полностью в твоем распоряжении, — приглушенно проговорил он. — Ты готов попутешествовать? — За тобой хоть в другой мир. Ты же знаешь. — Знаю. И оттого безумно люблю тебя. Вместо ответа я придвинулся к нему, чтобы протяжно поцеловать, получая невероятное удовольствие от этих родных прикосновений. Словами нельзя было описать, как сильно я был счастлив, что все же смог вернуться и остаться рядом с ним навсегда. И теперь я никогда не пожалею об этом. Теперь я — Эндрю Кроун, настоящий член семьи Кайсена. И, кто знает, возможно, когда-нибудь — его будущий супруг. Но я не хочу загадывать. Время покажет.