Deadline

      Юнги старается сохранять спокойствие, хотя тот факт, что Хосок дышит с ним сейчас одним прокуренным воздухом уже бесит и заставляет накричать на начальника и вышвырнуть его из своей квартиры. Джин недоумевает, что Мину лучше было бы не встречаться с Чоном пару дней, ибо то, что произошло между ними на работе — не самая приятная ситуация.       Хосок удивлённо смотрит на Юнги, который совсем отличается от того, кто обычно сидит в офисе и играет в косынку или просто смотрит на рабочий стол с стандартной заставкой Windows 10. Мин устал тратить свои нервы на этого гандона, поэтому просто опирается плечом о стену и смотрит тупым взглядом на Хосока. Может, до него как-то само собой дойдёт, что он ну вообще не во время? — Что ты пришёл ко мне? — задаёт вопрос Юнги, ожидая ответа, которого не следует. Хосок взглядом просит Джина не слушать их разговор, но Ким это как-то по-другому воспринимает, как, например, вовсе уйти. Мин точно его убьёт в следующий раз. Нельзя его с Хосоком наедине оставлять, потому что квартире точно придёт конец, а заниматься ремонтом Мину не особо хочется. А вот убить Сокджина даже очень. — Я хотел бы поговорить с тобой по поводу той девушки, — начинает Хосок, которого тут же прерывает Юнги. — Нет, стой, не говори ничего, просто уйди, ладно? Ты пришёл ко мне, чтобы сообщить о том, что у тебя сразу на следующий же день появилась дырка, куда свой член пихать будешь? Сразу, сука, после того, как выебал меня? У меня выходной, поэтому уйди и не порть его мне, пока я силком тебя не вытолкал из своей же квартиры. — Мы с ней не встречаемся. — Но она сидела у тебя на коленях. — Это она сама села. — Ну да, и шампанское с конфетами попросила тебя принести, загипнотизировав, верно? Не делай из меня идиота, я прекрасно понимаю, что ты пиздишь. Разберись сначала с ней, а потом приходи сюда. Сейчас я никого видеть не хочу, ты понял?       Хосок лишь грустно вздыхает, понимая, что придётся предпринимать крайние меры. Ведь Юнги баран, он только и делает, что слушает исключительно себя, а что ему пытаются доказать — наотрез отказывается принимать. Именно поэтому Чон кидается на парня, соприкасаясь с ним губами в страстном поцелуе, на который Мин даже начинает отвечать взаимностью, словно на это и провоцировал. Юнги ненавидит себя за влюблённость в Хосока, в того, кто постоянно создаёт какие-то проблемы внутри парня. Зачем он это делает, а потом заставляет ревновать? Всё же все прекрасно понимают. Мин давно неровно дышит к своему начальнику. — В твоей квартире пахнет настолько отвратительно, что меня сейчас вырвет, — шепчет Хосок, прерывая поцелуй, — теперь понятно, почему от тебя так несёт сигаретами. — Тебе ли говорить о недостатках? — рыкает Юнги, слегка ударяя Хосока по плечам. Не ему сейчас говорить о том, что Юнги плохой. Конечно, он будет таким всегда, пока Чон не признается во взаимной симпатии, о которой сам боится заикнуться. Между ними неозвученные чувства. Есть действия, но что толку от них, когда парни банально не могут сказать друг другу, что влюблены?

***

      Утром Юнги просыпается в своей постели в совершенно пустой квартире. Всё, что он помнит — секс с Хосоком, который, кажется, выбил последнее дерьмо из парня. Больше всего Мина раздражает то, что его начальник утром не остался, как это обычно бывает, а просто свалил, ничего не сказав. Пользоваться собой он тоже не позволит.       На работе всё как обычно (Юнги всё же посчитал нужным приехать, хотя сам пожалел о своём решении, попав в пробку рано утром, а ещё опоздав на работу на целый час) — много бегающий туда-сюда новеньких стажёров, Чонгук, который одним своим видом раздражает Юнги, а ещё теперь новый работник Пак Чимин, что оставляет лишь надежды на то, что полезен. В самом деле, парень он смышлёный, просто постоянно боится сказать о том, что думает, как лучше поступить. — Юнги-хён, — залетает в кабинет Чонгук, заставляя Мина буквально подскочить на месте, поскольку тот почти уснул за компьютером, где он ждал, пока откроется долбанный вордовский файл в сто страниц, — директор Чон просил передать, чтобы через два часа на его столе лежал исправленный отчёт. — За два часа перепроверить и переделать сто страниц? Он там выпил с утра что ли? Какая моча на этот раз ему в голову ударила?! — Юнги встаёт со своего места, решая сразу разобраться с тупыми желаниями Хосока, которые просто невыполнимы. Даже, учитывая скорость Юнги при выполнении работы, такую тягу он потянуть будет не в силах.       Юноша нажимает на кнопку лифта, спокойно ожидая его, однако какое счастье, что когда двери лифта открываются, Мин встречается взглядом с Хосоком, который в этот момент держал какую-то папку в руках. Парень оглядывается по сторонам, а после заходит в кабину лифта, толкая шокированного ситуацией Чона к стене. Двери закрываются, минуя этажи и поднимаясь на самый последний, где расположен кабинет Хосока. — А теперь объясни мне, ты совсем ахуел столько работы на одного меня накидывать? У нас стажёры бегают, одни кофе таскают, их займи, а от меня отстань! — возмущается Мин, прекрасно понимая, что если не остановится, то будет куда хуже, чем если он просто не выполнит данную ему работу. — И какого чёрта ты свалил с утра пораньше? — уже тише говорит Юнги, вспоминая своё одинокое утро. — Если ты решил, что у тебя выходной, то с какого лешего я должен тебя будить? Мне вот нужно было в офис ехать, а не лежать и доёбывать тебя после и так бессонной ночи, — поясняет Чон, — у тебя всё? — Ой, да пошёл ты в жопу, — сдаётся Мин, понимая, что его аргументация заканчивается и по хорошему было бы взяться за работу, а не рассуждать с Хосоком то, как несправедлив этот мир, и что в жопу ебут его что дома, что на работе — одна хуйня.       Лифт внезапно останавливается, двери открываются и внутрь входит девушка, та самая девушка, которую застал Юнги вместе с Хосоком. Кажется, сегодня Джин вновь будет вызван на беспробудную пьянку в компании Мина. Незнакомка улыбается Хосоку и здоровается с ним, спрашивая, как прошло его утро и чем он занимался, прежде чем приехать на работу. Конечно, он ничего не сказал про Юнги и соврал, что отлично выспался у себя дома, позавтракал домашней яичницей и поехал на работу, по дороге купив кофе.       Когда все трое приезжают на нужный этаж, Мин не оставляет Хосока наедине с этой сучкой, которая, кажется, точно глаз метит на хуй своего начальника, который уже давно забронирован другим человеком — Юнги. Если она думает, что улыбки и дружелюбный настрой Хосока являются отличным знаком, чтобы затащить этого придурка в постель, то она глубоко ошибается. В Мине сидит дикое желание запрещать Хосоку трахать кого-либо, помимо себя. — И кто это такая? — спрашивает Юнги, когда заходит в кабинет с Чоном. — Какого чёрта ты творишь, трахая одну жопу, а другой мило улыбаясь и давая какие-то прозрачные намёки? — А тебя что, так волнует то, кого я вожу к себе домой? — этот вопрос бьёт Юнги под дых, потому что это самое худшее, что мог спросить у него Хосок. Мин думал, что он снова начнёт как-то оправдываться или что-то в этом духе, но нет. Начальник прекрасно понимает, что скрывать правду будет уже бессмысленно. — Да, волнует, — заявляет Мин, — потому что я хочу, чтобы ты только со мной трахался, понял? — Ты же вроде как недоволен тем, как я себя веду в отношениях, а теперь, как я улыбнулся красивой сотруднице, то всё, ревность в твоей растраханной жопе заиграла? Браво, Мин Юнги, браво! Но ты можешь мне что-то предложить, от чего я не смогу отказаться? — То, от чего ты не сможешь отказаться, стоит сейчас перед тобой, придурок. — Что же, раз так, то давай попробуем.