Housemates

— Бери, — сказал Зейн этим вечером ноября в маленькой гостиной в общежитии. Он сидел рядом с Луи и передавал ему недавно зажжённый косяк после долгой затяжки. — Взял его у Дэймона недавно, в последнее время он продаёт хорошую траву и также понизил цену, — объяснил Зейн. — Покури, тебя это успокоит. — Надеюсь на это. Луи принял косяк, и всего через 2 секунды он сделал уже 3 затяжки под пристальными взглядами Найла и Зейна; единственные, кто согласились оставить свои конспекты из университета, чтобы оказать помощь в его жизненном кризисе. — Значит…— начал Найл с набитым ртом, который предпочёл еду наркотикам, проглатывая гамбургер, смотря на Луи с любопытством, — … чем мы обязаны такому визиту? Луи вздохнул, выпуская дым из своего рта. — Гарри с Сэмом выгнали меня «с тонким намеком» из дома. Слабая усмешка вырвалась у Найла изо рта, но потом он расхохотался, заметив ненавистный взгляд Луи. — Что такое, они хотели весь дом чтобы потрахаться? — спросил весело Зейн. — Они хотели «романтический вечер для двоих», — сделал кавычки своими пальцами, цокнув языком. — Так что да, предполагаю, что они сейчас трахаются в каждом углу дома. — И ты злишься, потому что завидуешь тому, что они занимаются сексом, а ты нет? — спросил Найл, замечая не слишком дружелюбную позицию Луи. — Или потому что тебя выгнали из собственного дома? — Нет, — отрицательно покачал головой Луи. — Я не злюсь. Просто меня бесит. Но не из-за этого, просто…— вздохнул, снова передавая косяк Зейну. — Блять, я не знаю, за эти 5 месяцев, что живу с Гарри, я уже видел больше ссор, чем в реалити шоу Кардашьян. Сейчас кажется, что между ними все хорошо, но…даю им неделю, прежде чем они снова не поссорятся. — Окей, ты же прекрасно знаешь Сэма, не понимаю, чему ты удивляешься, — Найл пожал плечами, делая на этом акцент. — Ага, — промямлил он раздражённо. — Я всегда знал, какой он, но никогда не сталкивался с этим так близко, — признался он. — У них есть буквально только 5 хороших дней в месяц, остальные — это ссоры. И я живу с Гарри, который всегда грустный по вине Сэма. Предполагается, что я должен закрыть глаза на то, как он к нему относится? Потому что я на грани сказать ему пару вещей по этому поводу, и они не очень приятные. Я не уверен, что смогу ещё больше молчать. — Я тебе вот что посоветую, Луи: не лезь ни во что, — предупредил его Зейн серьёзно, а Найл поддержал его, кивая головой. — Я знаю, что ты жаждешь использовать свои психологические навыки, которые у тебя есть, но, в конце концов, Гарри не тот, кто был рядом с тобой, это был Сэм, — уточнил Найл. — Ты буквально единственный друг, о котором он не забыл, даже когда ты уехал в другой город, так что я не вижу причин, по которым ты должен лезть в это, что тебя не касается, и рисковать своим лучшим другом. Это проблема только Гарри. — Но даже если он мой друг, это не значит, что я не могу сказать ему о том, что он поступает неправильно, — поспорил Луи, беря косяк у Зейна и затягиваясь так, как будто бы это последний день в его жизни. — И почему ты так хочешь ему это сказать? Ты лучше, чем остальные, должен знать, что когда кто-то в абьюзивных отношениях, он этого даже не осознаёт. Гарри не бросит его, даже если ты попытаешься настроить его против Сэма, он просто разозлится из-за того, что ты пытаешься разрушить его отношения, и единственный, кто тут проиграет, так это ты. — Я не говорю, что хочу разрушить их отношения, — пробормотал он, сжимая губы. — Но я слышал, что он говорил, и видел некоторые действия, от которых, честно говоря, у меня сердце обливается кровью. Я знал, что Сэм ревнивый и чрезмерно контролирующий, но… я видел его таким, когда он переходил грань, я не знал, что он на такое способен. — Неужели он его ударил? — спросил Зейн, ожидая худшего. Луи изогнул бровь. — Необязательно избивать, чтобы сделать больно, знаешь? — сказал он. — Я просто говорю о том, что иногда моральная боль может быть намного хуже, особенно когда человек создаёт независимость от кого-то, кто в лучшем случае, приносит ему счастье всего 2 раза в месяц. Гарри всегда рядом для Сэма, но Сэм никогда не был рядом с Гарри, когда он нуждается в нём, и, похоже, его проблемы важнее остального мира. Зейн с Найлом снова переглянулись. — Из всего этого ты делаешь вывод, зная только четверть их отношений, — Зейн изогнул бровь. — Каждая пара это отдельный мир, я уверен, что ты видишь только то, что они хотят тебе показать. Вероятно, ты не знаешь и половины всего, и лезешь в опасную зону из-за своей навязчивой идеи сделать мир лучше, Луи. Пусть говорят, что хотят, но он знал, что видел, и это точно превышало уровни даже самых токсичных отношений, в которых находился Гарри. Чем больше времени он с ним проводил, тем больше понимал, что тот был как открытая книга. Луи знал, что он не был счастлив, он также знал, что, вероятно, был бы намного несчастнее без него, потому что так работают токсичные отношения. Чем больнее, тем больше ты нуждаешься в этом. И он только что подтвердил собственные слова, вспомнив ситуацию, которая произошла 2 недели назад. Это был вечер субботы, он был поглощён своими конспектами из своей дорогущей магистратуры, занятия которого начались месяц назад, Гарри ушёл сегодня утром на работу, утверждая, что после рабочего дня пойдет обедать в дом своих родителей, которых уже давно не видел, с тех пор как переехал в часе езды. Но тогда в дверь позвонили, и вся концентрация, что была у Луи на этих конспектах, испарилась за секунду. Он встал, чтобы пойти открыть дверь, он замер перед фигурой женщины, которая, как мог предположить, была матерью Гарри, потому что у неё были такие же глаза. — Добрый вечер, — сказала женщина, она казалась неспокойной и смотрела внутрь дома, как будто бы отчаянно пыталась что-то найти. — Луи, верно? — шатен кивнул, колеблясь. — Меня зовут Энн, я мама Гарри. — Приятно познакомиться, миссис, — пробормотал Луи, ожидая, что эта женщина объяснит мотив прихода, потому что несколько секунд назад он был уверен, что Гарри был с ней. — Гарри не здесь? — спросила Энн, на что Луи медленно покачал головой. — Он мне сказал, что пойдёт на обед с вами, — это всё, что он сказал перед тем, как дать ей пройти. — Проходите. — Я говорила с ним этим утром, и он мне сказал, что придёт к нам домой после работы, — поведала женщина, когда они оба сели на диван. — Но не пришёл. — Как это не пришёл? Луи не хотел показаться параноиком, но что-то ему подсказывало, что виной всему был Сэм. — Я прождала его 2 часа, но он так и не пришёл. Я уже давно звоню ему, но он не отвечает, а сейчас его телефон выключен, — сказала он. — Я подумала, что, может, он забыл о том, что мы договорились пообедать вместе после работы, — тяжело вздохнула она. — Не хочу показаться черезчур опекающей , но я очень переживаю. Луи посмотрел ей в глаза на пару секунд. — Вы звонили Сэму? — Да, конечно же позвонила, но он тоже не отвечает, — кивнула она. — Также позвонила его другу, Лиаму. Он говорит, что уже несколько недель с ним не разговаривал. Я даже позвонила некоторым его друзьям из университета, но никто с ним сегодня не говорил, кроме тебя. Луи понадобилось пару секунд, чтобы встать с дивана и найти свой телефон. Следуя своему инстинкту недоверия, извинился перед Энн и набрал номер матери Сэма, делая круги по всей гостиной под пристальным взглядом женщины. — Да, Гарри был сегодня здесь, — подтвердила Эбби в телефон. — Он пришёл, чтобы забрать Сэма, а потом они ушли. — Куда? — спросил Луи. — Не знаю, Сэм не сказал, — объяснила Эбби. — Единственное, что я знаю, что они ушли несколько часов назад, максимум три. — Не могла бы ты позвонить, если они вернутся? — Да, конечно. Что-то произошло? — Нет, ничего, не переживай, Эбби, — попытался звучать спокойно, как только мог, чтобы эта женщина не беспокоилась больше, чем делает это всегда. — Просто некоторое время пытаюсь поговорить с Гарри, но он не берёт трубку. — Ох, хорошо, — пробормотала в телефон она. — Когда что-нибудь узнаю, я тебе позвоню, Луи, дорогой. Было приятно поговорить с тобой. — И мне, Эбби, — ответил Луи, снова садясь рядом с Энн и вешая трубку, чтобы обратиться к ней. — Он с Сэмом, но его мама не знает, куда они ушли, — он видел, как Энн медленно кивнула, как будто бы ей стало спокойнее, но не совсем. — Я не против, если вы останетесь, чтобы подождать его. Хотите чай, кофе…? — Нет, большое спасибо, Луи, — улыбнулась она ему. — Я тебе помешала? Ты делал что-то важное? — Вообще-то я учился, но ничего страшного, — покачал головой Луи, не придавая этому особого значения. — Ох, — пробормотала она. — На кого учишься? Ожидание было бы бесконечным, если не милая беседа Луи с Энн, которые быстро нашли общий язык, несмотря на переживание, что проскальзывало у обоих в душе. Почти через час, когда кудрявая копна волос появилась в двери, неся за собой красные уши, красные глаза и падающие плечи, как будто бы они много весили. Из-за его плохо самочувствия, он не остановил свой рот, который раскрылся, увидев свою мать рядом со своим соседом на диване у него дома. — Блять, — он поднёс ладонь ко лбу, медленно закрывая дверь под пристальным взглядом своей матери. — Привет, мам. — Привет, мам? — она быстро поднялась с дивана, почти давая своему сыну пощёчину. — Тебя весь день где-то носило, и это всё, что ты мне говоришь? — Прости, мне правда очень жаль, — провёл рукой по своему лицу, тяжело вздыхая и оставляя на полу рюкзак, который нес за спиной, кладя в угол гостиной. — Ты можешь объяснить мне, где ты был и почему не отвечал на звонки? — она еле сдерживалась, чтобы не наорать на него. — У меня батарейка села, — пробормотал он, встречаясь взглядом с Луи, который всё ещё сидел на диване. — Прости, мне нужно было предупредить тебя раньше, что в итоге не приду к тебе, но… — Не это меня бесит, Гарри, — она указала на своего сына с угрозой. — То, что меня бесит, так это то, что ты заставил меня волноваться весь вечер. Весь вечер, Гарри! Ты заставил меня ехать сюда, потому что я представляла худшее. — Я знаю, мне жаль, — снова вздохнул, смотря на свою маму, еле сдерживая слезы. — Прости, мам. Луи посмотрел на Гарри, и сердце на секунду сжалось. Он смотрел на свою маму так, как будто бы чувствовал себя самым ничтожным человеком на земле, и он легко смог это заметить. — Ты бледный, сынок, всё в порядке? — спросила Энн, поднимая подбородок своего сына, чтобы лучше увидеть его, но он отскочил от неё как от огня. — Мне нужно присесть, — это всё, что он сказал, ещё больше волнуя свою мать. Луи подпрыгнул на диване, освобождая место Гарри. Он сел рядом с ним и повернул голову назад, удерживая свой взгляд на потолке. Энн и Луи переглянулись. — Ты обедал, Гарри? — спросила его мать, присаживаясь на диван, ожидая ответ своего сына. Гарри посмотрел на свою мать, колеблясь перед ответом. — Нет. Луи изогнул бровь. — Нет? — шатен искал взгляд Гарри только для того, чтобы посмотреть на него с осуждением. — Этим утром ты не позавтракал, вчера не поужинал. — Пойду приготовлю тебе чего-нибудь, — Энн снова встала со скоростью света. — Я не голоден, мам, — вздохнул Гарри, закрывая глаза от усталости. — Мне всё равно, — упорядочила она, быстро направляясь на кухню и начиная искать что-то в шкафчиках. Луи повернулся к Гарри, хватая его подбородок, обращая его внимание на себя. Гарри медленно открыл глаза, но ничего не сказал. — Что произошло? — прошептал Луи, заставляя Гарри вздохнуть. — Не сейчас, Луи. Потом объясню, — озвучил он в умоляющем тоне, а Луи не мог контролировать свою собственную руку, которая проходилась по лицу, гладя успокаивающе. Гарри посмотрел на него, но ничего не сказал, его лицо не выражало никаких эмоций, но он медленно положил руку на него, и сейчас они гладили друг друга, не говоря ни слова. Так что Луи смирился, перевёл свой взгляд на Энн, которая готовила ужин, чтобы накормить своего сына как положено. Женщина предложила ему тоже что-то поесть, в результате это был хороший ужин, на котором Энн пыталась разузнать, что именно произошло, с подозрительным взглядом на своего сына, который просто избегал эту тему, утверждая, что у него болит голова, и что у него нет желания разговаривать. В конце концов, после нескольких банальных разговоров, она ушла, прощаясь с ребятами и даря поцелуй Гарри, перед тем как исчезнуть за дверью и оставить их одних. И хотя он не казался горящим желанием говорить на эту тему, Луи рискнул спросить его о том, что произошло этим вечером. — Я просто поссорился с Сэмом, ничего нового, — Гарри пожал плечами, избегая взгляда Луи. — Просто? Ты оставил свою маму одну, чтобы пойти и поссориться с Сэмом? — Всё было не так, — начал отрицать он, тяжело вздыхая и прижимаясь к Луи, смотря на него. — Сэм позвал меня этим утром, он плакал и сказал, что ему нужно было меня видеть, — начал объяснять он. — Я сказал ему, что договорился с мамой встретиться на обед, но он мне сказал, что не позвонил бы мне, если это не было так важно, поэтому я пошёл искать его. — И что же у него произошло? — спросил Луи, воруя у него край пледа, что укрывал его, прижимаясь друг к другу под ним, каждый на своём углу дивана. — Ничего, — усмехнулся он без капли юмора. — Он просто плакал, объясняя то же самое дерьмо, что и всегда: что его мама не встаёт с кровати, что его брат с сестрой начинают осознавать, что что-то идёт не так, и что он больше не выдерживает, — цокнул языком. — Но я тоже больше не выдерживаю, Луи, — сорвался он и потянул резко свои волосы, пока Луи слышал это, как будто бы в первый раз Гарри, кажется, открывал кому-то свои чувства. — Так что я ему это и сказал, что зол, потому что он заставил меня ехать до него целый час только для того, чтобы услышать его рыдания из-за вещей, которые решатся сами собой со временем, и там мы начали ссориться. Луи вытянул ноги на диване, встречаясь с ногами Гарри. Никто не понял, но инстинктивно их ноги переплелись между собой, пока сами они смотрели друг на друга, лёжа на разных углах дивана под пледом. Кошка показала своё присутствие, прыгая на диван и делая 80 кругов по ногам парней, чтобы найти идеальное место, чтобы прилечь и уснуть. — Пф, — фыркнул Луи, покачивая головой, как будто бы мог представить тысячи ужасных вещей, которые могли вылететь из уст Сэма. — И что он тебе сказал? — Что я дерьмовый человек и парень, — рассмеялся он совсем не весело, делая пару движений под пледом, доставая из кармана телефон, — и он наказал меня за то, что я был таким невнимательным с ним, — Луи не понял, что тот имел ввиду, до того как Гарри протянул свой телефон, чтобы тот увидел. Телефон прилетел на другой конец дивана, Луи взял его и посмотрел на экран, который был полностью разбит. Он попытался включить его, но ничего не произошло. — Он разбил твой телефон? — спросил он возмущённо, Гарри просто кивнул, как будто бы уже привык к такому отношению от Сэма. — И…что ты ему сказал? — Ничего, — фыркнул. — Отвёз его домой и… — Что?! — возразил он, пугая Мию своей реакцией, которая дёрнулась и ударила его, спускаясь с дивана и убегая в другой угол дома. — Ты отвёз его домой после этого? — поднял обе руки вверх, как будто бы только что услышал самую глупую вещь в мире. — Я бы сел в машину и оставил его одного. — Его дом был в 2 часах езды, я не мог его оставить, — попытался оправдаться он. — Окей, а твой телефон стоит 400 фунтов, и я не думаю, что он будет оплачивать это, — упрекнул его он, указывая на разбитый телфон Гарри. — Я и не думал просить оплатить его. — Почему нет? — Потому что его семья и так уже имеет много экономических проблем, чтобы… — Но это не твоя проблема! — Луи был расстроен, чтобы лежать на диване, но не распутывая их ноги. — Это он его разбил! Он должен был предложить э…! — Не кричи на меня, — Луи видел, как Гарри сжался на своём месте, а шатен быстро его успокоил. — Мне не нужна ещё ссора и с тобой. Луи вздохнул. — Я не ссорюсь ругаюсь, о чём ты говоришь? — покачал головой он. — Просто… — снова вздохнул. — Не знаю, Гарри. Думаю, мы оба знаем, что то, что у тебя с Сэмом, это точно не что-то здоровое и… — Хватит, — вспылил кудрявый вдруг. — Не хочу говорить об этом, мне не нравится то, куда заходит этот разговор. Плечи Луи упали почти с разочарованием и смирением, вздыхая в третий раз. Зейн и Найл были абсолютно правы. Гарри не бросит Сэма, даже если знал, что страдал по его вине, и если он вмешается, то он будет тем, кто закончит это негативное воздействие. — Ладно, — пробормотал он, — о чём тогда ты хочешь поговорить? — О чём угодно, что не касается Сэма, — сказал он. Они оба пришли к компромиссу, оставив все разговоры на потом, выключая свет и включая Нетфликс, как было их традицией каждой ночи. Но в какой-то момент они перестали обращать внимание на то, что происходило на экране, потому что сейчас Гарри прижался к груди Луи, пока тот перебирал его волосы со спокойствием, успокаиваясь только тем фактом, что Гарри успокоился под этим действием. — Мне нравятся твои волосы, — прошептал он, одна рука была запутана в кудрях Гарри, а другая обёрнута вокруг его талии, как будто бы боялся, что тот сбежит. — Да? — пробормотал Гарри, поднимая взгляд на Луи, который кивнул головой, не переставая обнимать его. — Я думаю постричь их. — Почему? — Гарри снова автоматически опустил голову. — Сэму не нравится, — признался он, играясь с рукой Луи, которая лежала на его талии и смотря на него так, как будто бы он превратился в самую удивительную вещь в мире. — А тебе нравится? — спросил Луи с неким тоном раздражения в голосе, позволяя Гарри играть со своими пальцами. — Да, но…- пробормотал кудрявый. — Значит, не стриги их, — заключил шанет, Гарри подумал, что, может быть, лучше не продолжать говорить об этом. Гарри ещё больше прижался к груди Луи, оба сплели снова ноги, и всего через несколько часов спустя они приняли этот жест как привычку. Кудрявый не знал, в какой момент между ними образовалось столько доверия, но, да, он знал, что спокойствие Луи предоставлял для них двоих, и это было именно то, что ему было нужно, чтобы не сойти с ума.