Housemates

Всё началось с невинного прерывания его вечера учебы. — Луи, — прошептал Гарри, прокрадываясь в комнату Луи, который закрылся в ней весь вечер. — Ты всё ещё учишься? — Я всё ещё учусь, да, — шатен пыхтел над своими конспектами, опираясь руками на стол, чтобы повернуться на стуле, из-за которого он не доставал ногами до пола. Он посмотрел на него.— А ты? Кудрявый вздохнул, садясь лениво на незаправленную кровать Луи, который преследовал того взглядом. — Надо бы, — признался он. — Но мне скучно, и почему бы нам не отдохнуть? Луи изогнул бровь. С самого начала эта идея не показалась ему хорошей, но если бы он знал, что такой банальный разговор и одна простая попытка убедить его в том, чтобы он бросил свои конспекты, закончится так плохо, как и закончилась, он бы и не пошевелился. — Отдохнуть? — рассмеялся он, его голова повернулась почти по инерции. — Я заплатил 2 тысячи фунтов, чтобы учиться на магистратуре, не могу позволить себе отдых. — Ну давай, только 5 минут, — Гарри надул губы и закрыл ноутбук Луи, за которым он работал. — Клянусь, всего лишь пять минут. — Гарри, я не могу, серьёзно, — попытался снова открыть ноутбук, но Гарри помешал ему, кладя на его руку свою. — Ты меня бесишь. — Пожалуйста, — наклонил голову. — Мы можем спуститься и выпить кофе, я посмотрел в окно, и там ни одно облачка, такого не было с того момента, как начались холода. Ты же не хочешь терять шанс увидеть сияющее солнце в Лондоне. Луи усмехнулся, покачивая головой, пока игрался в ручкой между пальцами — Ты не можешь подождать ещё немного? Мне осталось доделать 3 страницы. — Потом солнца уже не будет, — настаивал Гарри. — Пойдём, я уже 4 часа сижу в закрытой комнате и учусь как сумасшедший, а ты даже больше, нам надо отдохнуть. Идея была заманчивой, и понятно, что тому удалось его уговорить, хотя всё равно провёл весь путь до кафетерия убеждённый в том, что был очень-очень зол на Гарри за то, что тот его уговорил на это. Гарри просто смеялся над его словами, и оба присели внутрь кафе, чтобы спрятаться от холода на улице. Первая проблема пришла тогда, когда Луи решил затронуть эту тему для разговора, которая была так задолжена с Гарри, и хотя младший как всегда отрицал очевидные проблемы, что у него были с Сэмом. Когда чашки кофе обоих уже были наполовину пусты, разговор начал идти по течению. — Он не заслуживает ничего плохого, поэтому я с ним. Аргумент Гарри ничего не менял. Всегда было одно и тоже. Он с ним, потому что знает, что нужен ему, потому что знает, что тому плохо, и что он его слишком любит, и поэтому хочет сделать его счастливым. Он слышал бесчисленное количество раз, как тот говорил, что очень любил Сэма, но никогда не слышал, как тот говорил, что он счастлив с ним. — Твоё ментальное здоровье намного важнее его проблем. Он дал ему ясно понять, что его отношения не были здоровыми, потому что он никогда не сможет сделать Сэма счастливым, если тот даже не пытался быть счастливым. Потому что человек не имеет права втягивать другого в свою собственную темноту, и Гарри не обязан ввязываться в это только из-за своей второй половинки. Потому что было неправильным винить того во всём, ни нагружать его проблемами, ни виной тем, что его отношения строились на ссорах. Потому что было нечестным то, что тот заставлял его чувствовать себя контролируемым, и тем, кого ревнуют, вместо того чтобы быть любимым, уважаемым и счастливым. Потому что Гарри не был полностью настоящим Гарри, когда Сэм был рядом, и в этом Луи смог убедиться с момента, когда из глаз Гарри покатилась первая слеза, после того, как они приехали домой. Всё, что Гарри никогда не хотел слышать, он сказал ему, а сейчас он заглушал свои рыдания, что вырывались из его горла, пока Луи пытался успокоить его своими объятиями и перебирал его пряди, потому что знал, как тому это нравится. — Мне жаль, — прошептал Луи. Он держал свои губы прижатыми к плечу того, руки которого обхватывали его талию. — Мне жаль, что я был таким прямолинейным, но думаю, что кто-то должен был тебе это сказать. Гарри ничего не ответил. Вероятно, его мысли были запутаны, и ему понадобилось провести весь вечер под пледом вместе с Луи, чтобы успокоиться. Но слова Луи не выходили из его головы днями, и когда он уже был на пределе, и ссора с Сэмом не была решена, он направился искать своего парня после работы в ресторане быстрого питания. Они поговорили и поссорились ещё больше. Потому что Сэм думал, что тот пришёл попросить прощения и попытаться решить последнюю ссору, что у них была, но, наоборот, худшая сторона Сэма показала себя, когда он понял, что тот был для того, чтобы потребовать вещей, о которых Гарри никогда не догадывался сам. Было ясно, что Гарри был под его контролем, и что он был слишком слепым, чтобы с утра до ночи начать сомневаться в своих отношениях и посмотреть на ситуацию с другой стороны. Тогда Сэм понял, что этой другой стороной был Луи. И они поссорились вдвое больше, и имя Луи было произнесено достаточное количество раз между всеми этими криками, которые они издавали посреди улицы, и она была достаточно людной, чтобы чувствовать стыд из-за этого. Он был в токсичных отношениях и не знал, что худшее ещё не пришло.

***

Когда Луи пришёл домой этим же вечером, после занятий, Гарри уже был там. Свет был выключен, и телевизор был на низкой громкости, но Гарри не обращал на него внимания, потому что его руки были заняты полупустой бутылкой текилы, из которой он пил большими глотками с горла. — Что ты…? — Луи моргнул глазами несколько раз, увидев эту ситуацию. Он предпочитал не знать, была ли бутылка уже такой, когда Гарри решил использовать её для того, чтобы заглушить свою боль, или, наоборот, кто только что опустошил её. — Я нашёл немного этого в шкафу, — голос Гарри был нерешительным, он поднял бутылку вверх, чтобы показать её Луи. — Не знал, что у меня есть алкоголь дома, должно быть, осталось с новогодних праздников, — он пожал плечами перед тем, как сделать ещё один глоток. Луи изогнул бровь, оставляя свою сумку с конспектами на одном из кресел, и сел рядом с Гарри. — Почему ты пьёшь? — А почему бы не и пить? — сказал невнятным голосом кудрявый, его глаза были красными, и Луи знал, что тот снова плакал. — Сегодня среда. — Ещё одна причина для того, чтобы выпить: завтра у меня практика на первой паре, и считается 40% от финальной оценки, — сказал он с не очень большим сожалением. — Перестань валять дурака, иди спать, — сказал он ему, его рука приблизилась к кисти Гарри, чтобы поднять того с дивана, но выхватил руку. — Ненавижу Сэма, — пожаловался он сухо, Луи сжал губы в тонкую линию. — Он ни в чём не прав и отравляет мне жизнь. А сейчас мне говорит, что ты на меня плохо влияешь, знаешь? — рассмеялся он иронично. — Я сказал ему, что нет никакого смысла в том, что он говорит о своём лучшем друге, и я пришёл к выводу, что он ревнует. — Ревнует? — Луи рассмеялся без настроения. — Сэм всегда ревнует, и мне кажется странным, что он так поздно заревновал меня к тебе. С первого же момента, как он предложил тебя мне как соседа по квартире, я знал, что рано или поздно это всё закончится плохо, — рассказал он. — Не из-за тебя, ты хороший парень. Это его вина, как всегда. Пей, — сказал он вдруг, беря бутылку. Луи посмотрел на бутылку так, как будто бы ему предлагали смертельный яд, но перед которым было так сложно устоять. — Ты переживаешь по пустякам. — Поэтому я тебе предлагаю, чтобы ты выпил со мной, потому что мне стыдно быть тем, кто это делает? — Это среда, — снова напомнил ему Луи. — Причина всегда есть для того, чтобы пить, осталось 2 дня до субботы, — призывал его он, улыбаясь внезапно озорной улыбкой. — Иди за лимоном и солью. Гарри еле удалось его убедить, но в итоге он сделал это, и через некоторое время Луи достиг почти такого алкогольного опьянения, как и Гарри, благодаря сочетанию с лимоном и солью. Он даже не спросил, что произошло с Сэмом, просто закончил тем, что переключился на улыбку Гарри, который хмурил лицо, и отомстил ему за его издёвки тем, что украл у него рюмку с текилой, которую Гарри приготовил для себя. — Эй, — больше, чем просто жалоба, прозвучало, как будто бы у него была идея. — Если ты выпьешь мой шот, также будешь должен выпить мою соль и мой лимон, — сказал он, а Луи смотрел на то, как Гарри насыпал немного соли себе на руку, чтобы потом посмотреть на него выжидательно. — Окей, — этой ночью ему ничего не было важно. Схватил руку Гарри мягко и облизнул соль на ней, останавливаясь на пару секунд, чтобы в десятый раз нахмурить лицо, когда почувствовал горький вкус на языке. Когда же он смог открыть глаза, начал искать взглядом кусочек лимона, который секунду назад был на столе, но не нашёл его. — Где лимон? Поднял свой взгляд на Гарри, и нашёл то, что искал, между его зубов. — Здесь, — пробормотал Гарри, играясь с лимоном между зубов. Сердце Луи забилось чаще, когда он понял его намерения, и инстинктивно покачал головой. — Нет, — резко сказал он. — Да, — кивнул Гарри медленно, и лимон был всё ещё между его зубов, он подвинулся ближе к Луи. — Пожалуйста. Озвучил он это в таком умоляющем тоне, что Луи просто не смог отказаться. Он схватил его за шею, и потянул пряди волос кудрявого, чтобы приблизиться. В одно быстрое движение забрал лимон из его зубов своими, касаясь губ Гарри в процессе. Резко бросил лимон на пол и соединил свои губы с Гарри в поцелуе, таком долгожданном и горьком, что ни один из них не знал, как остановиться, когда они уже начали. Гарри обвил руками талию Луи и поднял её, усадив его к себе на ноги. Они даже не остановились для того, чтобы подышать. Ситуация превратилась в соревнование, чтобы узнать, кто раньше заставит другого забыть о том, что то, что они делали, было неправильным. Стоны от возбуждения каждый раз становились всё громче, и Луи не мог контролировать своё собственное бедро, которое прижималось к ногам Гарри. Они решили остановиться на секунду, чтобы посмотреть друг другу в глаза и проверить, жалели ли они об этом. Никто не чувствовал ничего другого, кроме сожаления о том, что они не сделали этого раньше. — Ты слишком хорош для любого, кто решится прикоснуться к тебе, — пробормотал Луи в его лицо горящее, его красные щёки и его прерывистое дыхание. Гарри поморгал глазами, смущаясь от его слов, как будто бы не привык слушать такие приятные вещи, обращенные к нему предназначенные для него. Это была единственная причина, чтобы снова поцеловать его, поднять с дивана, беря Луи на руки, позволив ему обхватить свою талию, и отнести до первой комнаты, что нашёл. Свою. Луи обхватывал Гарри своими бёдрами, и его ногти царапали ткань его рубашки, каждый раз всё с большим желанием снять её. Вещь за вещью была сброшена с их тел, они оба были раздеты, а ситуация пришла к точке невозврата. Потому что никто из них не был способен искупить вину после того, как попробовали поцелуи на телах друг друга. Они закончили друг напротив друга, потея и стоная в рот друг друга, каждый раз прерываясь, чтобы подарить поцелуи. И они хотели, чтобы этот момент длился вечно, потому что оба знали, что с этих пор всё будет по-другому.