Housemates

Напряжение, которое чувствовалось с того момента, как он встал этим утром и уже был готов убить его, когда стоял напротив двери Сэма. Прошло 2 недели с последнего раза, как он его увидел, и Гарри думал, что первый раз за 3 года он провёл столько времени, не видев его. Нельзя было сказать, что эти 2 недели были плохими, в любом случае. Но ощущение было странное. Особенно то, что он ничего не сказал Луи. Сэм открыл дверь, и, кажется, он чувствовал то же самое. Он видел, как тот открыл и закрыл рот несколько раз подряд, как будто бы не мог подобрать слов. — Она в моей комнате, — сказал он тогда, имея ввиду кошку, — моя мама не хочет, чтобы она выходила оттуда. Гарри сжал губы и укусил их одновременно, но воздержался от какого-либо комментария, и зашёл в дом. Его брат с сестрой спокойно рисовали на круглом столе, который находился в углу гостиной, а мама Сэма сидела на диване, но телевизор был выключен, и она абсолютно ничего не делала. — Здравствуй, Эбби, — поприветствовал он её вежливо, обращая внимание женщины на себя. — Привет, Гарри, дорогой, — она подняла свой взгляд и подарила ему улыбку. — Как ты? Гарри снова сжал губы, но улыбнулся в ответ. — Хорошо, со мной всё хорошо, — может быть, он немного врал. — Я пришёл увидеть Мию. — Ох, — вздохнула она. — Сэм мне сказал, что ты не можешь оставить её у себя, что случилось? — спросила она, явно интересуясь тем, когда это животное покинет её дом. Он заметил, как Сэм почесал свою голову с неловкостью. — О, ничего такого, — изогнул бровь он, ища отговорки. — Я сейчас занимаюсь небольшим ремонтом дома, поэтому она не может быть там, понимаешь. Она кивнула в понимании и оставила их, чтобы они поднялись на второй этаж в поисках кошки. Гарри должен был сдерживать себя, чтобы не побежать по лестнице, открывая дверь в комнату, никак не реагируя на присутствие Сэма. Мия дремала на стуле, когда он зашел, но проснулась сразу же, как увидела его, и подняла свои уши заметив своего настоящего хозяина. — Привет, моя любовь, — поприветствовал он её, подходя ближе, чтобы сжать в своих объятиях. Мия мяукнула, как будто бы тоже скучала по нему. Сэм облокотился на косяк двери, смотря на то, как сейчас кошка устроила свою голову на груди Гарри, пока тот её гладил. Он закрыл дверь, когда Гарри решил сесть на пол с кошкой в руках. Тогда он к нему подошёл. — Слушай, — попытался привлечь его внимание, но оно было посвящено только Мии, которая ходила вокруг. — Хочу попросить у тебя прощения, — сказал он тогда. Гарри поднял свой взгляд на Сэма, но ничего не ответил. —За то, что я тебе сказал. И за то, что сделал тебе, — почесал он свой затылок, и тяжело вздыхая, когда так и не получил ответа. — Я знаю, что ты ещё злишься, и я понимаю это. Но ты же знаешь, что когда я злюсь, не контролирую себя… — Сэм, — вдруг прервал его Гарри. — Я не пришёл говорить, я пришёл увидеть её, — сорвался он серьёзно. — И попытаться забрать её… — Нет, — покачал головой он, тоже его прерывая. — Почему? — спросил Гарри с явно раздражённым тоном, пока гладил ушки своей кошки. — Она сидит здесь в закрытой комнате всё время, она не может жить так всю жизнь. — Потому что если бы её здесь не было, ты бы не пришёл, — признался он, но это Гарри уже знал. — И не знаю другого способа увидеть тебя. — Ты не добьёшься этого, забирая её у меня. Сэм тяжело вздохнул, делая ещё один шаг вперёд. — Значит, давай поговорим, — сказал он, в умоляющем тоне. — Если мы поговорим, я, может быть, подумаю над этим. — Может быть, подумаешь? — Гарри вспыхнул, изгибая бровь. — Что это за шантаж? — Гарри, ты мне изменил с моим лучшим другом, блять, — вспылил Сэм, казалось, подавленный. — Какой реакции ты ожидал? — Любую, кроме пощёчины, — ответил Гарри жёстко, выражение лица Сэма изменилось сразу же. — Прости, — извинился он, он звучал и правда так, как будто бы сожалел. — Прости, пожалуйста. Я прошу у тебя прощения, а ты даже не сделал этого за то, что изменил мне. Гарри опустил взгляд на свою кошку, как будто бы обдумывая следующий ответ в голове. Снова посмотрел на Сэма пару секунд спустя. — Прости, — пробормотал он, звуча не слишком убедительно, на что Сэм фыркнул. — Ты меня вообще когда-нибудь любил? — спросил Сэм тогда, на что Гарри иронично рассмеялся. — Разве не ясно? — Сейчас нет. — Я был с тобой 3 года, Сэм, — подчеркнул он в тоне возмущения. — 3 года я терпел всё это и всё равно оставался с тобой, несмотря ни на что, и ты сомневаешься? — Тогда почему? Почему ты это сделал? Гарри снова вздохнул, поворачивая голову быстрее, чем ожидал. — Потому что, — просто ответил он, пытаясь избежать этой темы. — Потому что? — Сэм скрестил руки. — Это не ответ. — Потому что… — цокнул языком он, поднимая взгляд на потолок и вздыхая. — Потому что я был пьян, и Луи относился ко мне хорошо, когда всё, что ты делал — это заставлял чувствовать себя подавленным. И потому что…он…и эти прикосновения заставляли чувствовать себя защищённым, предполагаю. И потому что… — Ладно, — прервал он его. — Ладно, ладно, — провён рукой по своему лицу, как будто хотел стереть из своей памяти то, что только что услышал. — Мне не нравится то, как ты о нём говоришь. — Как я о нём говорю? — Так, — грустно подчеркнул он. — Как говорил обо мне раньше. Гарри отвёл свой взгляд от Сэма, открыл рот, чтобы что-то сказать, но вышло только издать непонятный звук. Он просто не знал, что сказать, но Сэм, кажется, знал. — Ты всё ещё любишь меня? — спросил он его тогда. Гарри стоило целой жизни, снова посмотреть на него, но он всё-таки это сделал. — Хотя бы немного, но любишь? — настаивал он с опечаленным выражением лица. Гарри не сразу ответил, но когда он это сделал, Сэм расслабился. — Да. Конечно, — он заметил, что после этого ответа, он занервничал, но Гарри начал ещё больше гладить кошку, нервничая. — 3 года не забываются за 2 недели, Сэм. — Насколько? — продолжил Сэм. — Насколько ты меня любишь? — Сэм, я не пришёл сюда за этим, — вздохнул Гарри почёсывая кончик своего носа. Он чувствовал, как голова начинала болеть, потому что он хотел сказать намного больше того, что говорил. — Это всего лишь вопрос, — пробормотал Сэм с явной неуверенностью. — А ты? — сорвался Гарри, чувствуя лёгкое покалывание в груди, но попытался скрыть это. — Насколько ты меня любишь? Потому что я уже некоторое время думаю, что ты никогда меня не любил слишком сильно. — Конечно же люблю тебя, — ответил Сэм, как будто не веря, что Гарри говорил серьёзно. — Я любил тебя, и люблю настолько, что готов простить тебя, — медленно сказал он. — Если ты жалеешь… — потёр своё плечо, снова нервничая, —…если ты говоришь, что жалеешь… я могу простить тебя. Могу забыть всё это и могу… попытаться любить тебя больше и лучше. И вернуть то, что у нас было. После длинной паузы Гарри ответил. — Я жалею о том, что причинил тебе боль, но не о том, что переспал с Луи. — Всё равно, мне это не важно, — упорядочил он, несмотря на то, что Гарри мог видеть злость в его глазах, несмотря на спокойное выражение лица. — Я не хочу терять тебя. Я очень люблю тебя, Гарри, — прерывисто дышал он. — И прошу прощения за то, что заставил думать, что это не так. Я знаю, что в этом есть и часть моей вины, что ты запутался, но я могу позволить тебе уйти, мне нужен ещё один ша… — Я не запутался, — сорвался Гарри серьёзно, заставляя Сэма замолчать на пару секунд. — Да, ты запутался. — Нет. — Ты выпил, потому что мы поссорились, — попытался опровергнуть его слова Сэм, — и ты переспал с ним, потому что запутался, и поэтому сейчас… — Я переспал с ним пьяным, но также и трезвым. Любая теория Сэма разрушилась после этого высказывания, как и уверенность в том, что Гарри вернётся к нему. — Вы…вы это сделали несколько раз? — спросил он. Его глаза наполнились слезами, и Гарри заметил это. — Да, — проглотил слюну он. — Сколько? Гарри помешкался перед тем, как ответить, каждый раз чувствуя себя более неловко и хуже. У Сэма была способность заставить чувствовать себя плохо, даже когда он ничего особенного не сделал. — Не знаю, — укусил губу он. — Несколько. Слеза, что покатилась по щеке Сэма, но он быстро её вытер, покачивая головой и подвигаясь поближе к Гарри. Наклонился к нему, кладя свои ладони на его коленки и легко сжимая их. — Всё равно, это не важно, — сказал он прерывисто, пытаясь сдержать слёзы. — Я всё тебе прощаю, потому что не хочу терять тебя, Гарри, — снова вытер свои слёзы перед тем, как сжать руку Гарри в своей, — Проси меня о чём хочешь, и я это сделаю. Я хочу всё исправить. Рука Гарри замерла в руках Сэма. Он никак не отреагировал, но и отказался от контакта. Медленно покачал головой, но его сердце сжималось всё больше и больше, и он не был уверен в том, что сможет успокоить его. — Произошло столько всего, Сэм, — он испугался оттого, как дрожал его голос, несмотря на то, что он пытался говорить чётко, — То, что я не могу простить. — Если я это сделаю, ты тоже можешь, — сказал он ему, гладя его левую руку. — Это были только ты и я эти 3 года. А его ты не знаешь и полгода. Ты готов потерять то, что у нас есть, из-за кого-то, кого можешь забыть через 2 дня? На этом этапе разговора комок в его горле возрастал и начинал царапать горло. Он ничего не смог ответить, но Сэму нужен был ответ. — Скажи мне, что ты хочешь, — попросил он тогда. Гарри медленно покачал головой. Он уже Бог знает сколько задерживал дыхание, и он не мог смотреть ему в глаза. Но тогда Сэм соединил их лбы, мягко обхватывая его щёки. — Ты плачешь, Хазз, — отметил он тогда, убирая его слёзы большим пальцем, и Гарри его не остановил. — Ты плачешь, и этому есть причина. — Я не понимаю, почему ты прощаешь меня, — поднял он взгляд на него в первый раз за много времени. Тот тоже плакал. — Потому что люблю тебя. Потому что я умру без тебя. Потому что ты — единственное, что у меня есть. Он был близок к тому, чтобы принять поцелуй от Сэма. Но не сделал этого. Гарри повернул голову налево, и поцелуй пришёлся на скулу. Другой поцелуй тоже остался на щеке. — Я люблю тебя, — шептал он между поцелуями. Гарри по инерции закрыл глаза, и между поцелуями и его «я люблю тебя» они всё-таки соединили губы в поцелуе. Этот поцелуй делал достаточно больно, чтобы не хотеть прерывать его. Руки Сэм пробежались по его спине, ухватывая воротник его футболки вскользь. Гарри знал, что сейчас происходило, но позволил это, несмотря на то, что не отстранился хотя был в курсе, что никогда не было так, как то, во что Сэм хотел заставить его поверить. Но Гарри нравилось верить ему, и было очень грустно позволять ему обманывать его только потому, что, ему нравилось думать, что у них была любовь. — Твоя семья дома, — прошептал он, прерывисто дыша между поцелуями. Они оторвались друг от друга только тогда, когда Сэм встал с пола, подходя к двери под внимательным и блестящим взглядом Гарри, закрывая её аккуратно. — Тогда не шуми. Этот жест было последней каплей для того, что произошло после. Гарри мгновенно оказался под телом Сэма, гладя его спину, несмотря на то, что чувство вины не давало ему дышать. Его грудь болела, и он ещё больше сжал его спину. Укусил плечо Сэма в отчаянной попытке заглушить всхлип, который вырывался из его горла, но Сэм всё равно заметил это. Тот резко прекратил все свои движения, отстраняясь от тела Гарри, тяжело дыша. Изогнул бровь, с сожалением смотря на то, как слёзы полились из его щёк. Тогда всхлип вырвался из его горла. — Не могу. Я не могу, — его руки прервали Сэма, толкая его в грудь, как будто бы его прикосновения обжигали. — Уйди. Слезь с меня! — закричал он. — Блять, Гарольд. Сэм тяжело вздохнул, но сделал то, о чём тот просил его, отодвигаясь и смотря на то, как Гарри начинал быстро одеваться. Тревога, что возрастала в его теле со скоростью света, пугала его, на секунду он подумал, что умирал. Даже кошка начала мяукать с другого конца комнаты, чувствуя это напряжение. — Эй, послушай меня, — пробормотал Сэм нерешительно, подходя медленно к Гарри. — Гарольд, дыши. — Не могу, — хныкнул он, делая шаг назад от Сэма. Тот пытался погладить его лицо, но Гарри ответил тем, что резко остановил его рукой. — Не трогай меня! — повысил голос он больше, чем хотел. Сэм сжался от его реакции. — Несколько секунд назад тебе было хорошо, я не… — Мне не было хорошо! — прервал его он между всхлипами. — Н-не хочу поступать так с Луи! С ним нет! — С ним нет? — спросил Сэм в явно раздражительном тоне. — Со мной да, а с ним нет? — Он это не заслуживает! А ты да! — Поздно, не думаешь? — Сэм сжал губы в тонкую линию, но Гарри ответил на это жёстко. — Заткнись! — закричал он так, как никогда раньше, толкая его изо всех сил, что были у него в теле. Сэм опешил на пару секунд, его чувства стали более волнительными и нацеленными на то, чтобы успокоить Гарри и избежать того, что его мама услышит то, что сейчас происходило. Он снова подошёл к нему, не зная, что делать. — Не кричи, Гарри, — попросил его Сэм со всем его спокойствием, что мог, его взгляд метался между Гарри и закрытой дверью, как будто бы боялся, что его мама позовёт его, чтобы спросить всё ли у них хорошо. — Ты говоришь, не подумав, тебе нужно успокоиться и… — Я прекрасно знаю, что говорю! — Гарри потянул волосы своими руками. — Ты чёртов манипулятор, и ты меня запутал! Но я не хотел этого! Я не хочу этого! Хочу забрать свою кошку и уйти отсюда! — Если бы ты не хотел, не начал бы, Гарри, — сказал он почти шёпотом, ожидая, что Гарри решит тоже понизить голос. — У меня есть чувства, знаешь?! — закричал он, всхлипывая. — Ты говоришь мне красивые слова и говоришь всякое дерьмо, и я чувствую, что хочу верить в то, что всё ещё люблю тебя! Но потом понимаю, что ты не делаешь меня счастливым! Сэм закрыл глаза и у него перехватило дыхание — И кто делает тебя счастливым? Луи? — Да! — всхлипнул он, вытирая слёзы с щёк и чувствуя себя худшим человеком на земле. Потому что Луи делал его счастливым и даже не подозревал о том, что заставляет его так чувствовать. — Ладно, — пробормотал Сэм, сжимая челюсть, — значит, уходи, если хочешь. Взгляд Гарри, полный слёз, остановился на Сэме, который сидел на кровати с рукой на лбу и локтём, который облокотил на коленку. Он ждал ещё один ответ, который так и не пришёл, тогда он посмотрел на свою кошку, которая на всё наблюдала со стола. Она казалась напуганной этой простой тишиной, что повисла в комнате, и Гарри тоже не был слишком спокоен по поводу слов Сэма. Он снова поднял свой взгляд на Гарри, который не прекращал хныкать и не мог отреагировать. — Уходи, — повторил Сэм в требовательном тоне. — Если ты так уверен, уходи, — он увидел, как взгляд Гарри направился на свою кошку, но Сэм снова уверенно заговорил. — Вон отсюда. Из щёк Гарри покатились последние слёзы после этого ответа, не мог смотреть снова на свою кошку и оставил её там. Он успокоил сам себя перед тем, как спуститься и попрощаться с Эбби под её пристальным взглядом в пол. В этот день он в первый раз в жизни разобрался со своими чувствами. Сэм всегда думал, что имел контроль над ним, но нет. Если он уступал ему, то только потому, что решил остаться с ним. Ему нужно было освободиться от него. От его контроля, от его ревности, его неуверенности и нестабильности. Всё это был Сэм, и он этого не хотел. Потому что тот никогда не заставлял его чувствовать себя достаточно хорошо. Потому что он отдалил его от своих друзей. Потому что принёс ему больше боли, чем счастья. В этот день он всё понял. Он любил Луи и хотел отдаться ему. Ему нужно было быть счастливым, хотя уже было слишком поздно думать об этом.