Поражение

      - Как это понимать? - Мико без всякого приветствия набросилась на вампира, когда тот еще не успел пересечь порог Зала с Кристаллом. Кицунэ была вне себя от продемонстрированного легкомыслия начальника одной из Гвардий. Оказавшись прямо перед ним, она угрожающее наставила на его лицо посох, из которого начали вырываться искорки синего пламени. - Ты, наверное, не понимаешь, в какой сложной ситуации мы оказались! Сейчас, когда время не на нашей стороне, мы не можем его бесцельно растрачивать... Всего на мгновение могло показаться, что вампир пришел в себя. Упрек начальницы о проявленной безответственности был словно отрезвляющая пощечина. Он поднял голову и провокационно посмотрел в ее глаза. Вампир должен был думать об Элдарии, о жителях, которые нуждались в их помощи! Невра должен был наконец взять себя в руки и вести как достойный командир. Но вместо этого его голова была забита многочисленными вопросами о землянке. Видимо, остальные не знали о смерти девушки и том, что ее окоченевшее тело все это время лежало в его комнате. Он оглядел присутствующих. На лице каждого читалось беспокойство, но ни на одном из них не было следов, оставленных горем. “Они не знают”, - заключил Невра..       - Наконец-то ты вернулся, - облегченно выдохнул эльф, вставая навстречу не только коллеге, но и другу. Он обнял вампира и после добавил: - Выкладывай.       - У меня не очень хорошие новости…       - Это мы уже поняли, - Эзарель не убирал руки с плеча гвардейца. Он, насколько это было возможно при сложившихся обстоятельствах, ободряюще улыбнулся. - Но деваться некуда, тебе все-таки придется говорить.       - Это… Это насчет. Гарди… - вампир кое-как выговорил слова. Будучи один на один с этой ужасной новостью, он не чувствовал себя так паршиво, как сейчас, когда шесть пар глаз встревоженно уставились на него. Казалось, что при упоминании иноземки, мускулы каждого волшебного существа напряглись, вытягивая их тела по струнке. Легкая улыбка на лице эльфа дрогнула, а рука чуть сильнее сдавила плечо Невры. Мико округлила глаза и инстинктивно сделала шаг назад. Ни одно случайное движение не ускользнуло от взора гвардейца. Он нахмурился, неосознанно сжимая кулаки.       - Невра, - первая подала голос медсестра, скрытая до этого телом Эзареля. Вампир молчал не столько из-за вставшего поперек горла кома, сколько из-за любопытства. Что же такого интересного могла сказать Эвелейн после всего того, что он увидел? Непривычно скованная, эльфийка прятала глаза и нервно терла одну ладонь другой. - Мы… Нам очень жаль, но Гарди…       - Пропала, - на помощь ей пришел алхимик, который набрался смелости посмотреть прямо в лицо Невры и не отвести при этом взгляд. Он всем своим видом пытался показать свою обеспокоенность за друга. Пытался поддержать его. Однако Невра чувствовал лишь отравляющее чувство жалости по отношению к себе. Все были осведомлены о симпатии вампира к землянке, оттого их еще больше пугала бурная реакция на такие печальные известия. Каково же было их удивление, когда Невра не выказал абсолютно никаких эмоций! Присутствующие переглянулись.       - Пропала? - хмыкнул Невра. Насмешка, послышавшаяся в его голосе насторожила Эзареля и подогрела любопытство Валькиона и Лейфтана, стоявших поодаль от всеобщей группы. Смуглый мужчина изогнул бровь, обращая взгляд янтарных глаз в сторону блондина, но тот лишь отрицательно покачал головой. Вдруг раздался разъяренный голос вампира, который заставил всех вздрогнуть, вызвав волну пробегающих по телу мурашек. - Она умерла! В Зале воцарилась тишина. Слова главы Гвардии Теней изумили Мико, лишили дара речи парней, заставили вскрикнуть Икар и Эвелейн. Брауни поднесла одну руку ко рту, а другой судорожно сжала платье. Новость не укладывалась в ее голове, как, впрочем, и у всех. Мико должна была выйти из оцепенения первой, должна была взять ситуацию под контроль и начать действовать. Она должна была предпринять хоть что-то! Но вместо этого она чувствовала, как к глазам подступали жгучие слезы, грудную клетку сдавливала неведомая сила, а само тело теряло былую силу. Кицуне старалась удерживать страх под контролем, поэтому продолжала молчать. Эзарель, любитель розыгрышей и жуткий проказник, прожигал взглядом вампира. Ему хотелось верить, что Невра шутил, поэтому эльф старался найти хоть какие-нибудь доказательства этому. Но ничего, кроме хмурого вида и поистине бледно-серого цвета кожи вампира, он не видел. Невра был как никогда серьезен. Всегда немногословный глава Обсидиана стоял в стороне. Он замер, выжидая продолжения сцены. Меньше всего хотелось необдуманно влезать в ситуацию, не до конца объясненную. Лейфтан молчаливо поддерживал точку зрения мускулистого мужчины, потому также воздержался от комментариев. Сложенные руки на груди, особенно правая кисть, сильно сжимающая участок тела чуть выше левого локтя, сведенные к переносице брови и слегка затуманенный взгляд выдавали его озабоченность. Эвелейн, которая чаще других сталкивалась с подобными случаями, сглотнула и взяла все под свой контроль. Она мягко коснулась плеча алхимика, таким образом прося его отойти. Как ей казалось, тяжело дышащий вампир, не способный рассуждать здраво, нуждался в сочувствии и поддержки. Медсестра молча повернула Невру к выходу из Зала с Кристаллом, а остальным жестом приказала оставаться на месте.       - Ты можешь… отвести меня к Гарди? - заговорила эльфийка, когда они оказались в коридоре. Невре тяжело давались слова, поэтому он просто кивнул и, не оглядываясь на попутчицу, быстрым шагом направился вперед. Эвелейн едва поспевала за ним. Невра проводил Эвелейн к своей комнате. Идти оказалось совсем недолго, отчего медсестра немного опешила. Оказавшись напротив двери, ведущей в покои вампира, она бросила на него неоднозначный взгляд. Несмотря на свое отношение к нему как к другу и ту степень доверия, выстроившуюся между ними за годы знакомства, Эвелейн не смогла проигнорировать мысли о причастности вампира к смерти землянки. Хотя у Невры была славная репутация, она никогда не забывала о его сущности. Вампиры очень скользкие типы, всегда что-то имеющие на уме. Пока Невра собирался с силами, медсестра припомнила пару случаев из практики, когда приходилось спасать практически полностью обескровленных жертв слуг ночи. “Нет, Невра не такой!” - тряхнула головой эльфийка. Придя в себя, она хотела было сделать шаг, но резко остановилась. Препятствие в виде спины главы Теней еще не исчезло. Эвелейн выглянула из-за его плеча и замерла. Руки вампира тряслись, крепко держа дверную ручку, а само тело напряглось до последней клеточки.       - Невра, - ласково позвала Эвелейн, но гвардеец не откликнулся. Он застыл в одной позе, позабыв обо всем. В его голове царила неразбериха. Эмоции перемешались. Невра совсем растерялся. Ему хотелось сейчас же сорваться с места и убежать настолько далеко, насколько позволяла выносливость, присущая вампирам. Он уже чувствовал, как корпус готов был к резкому развороту, а ноги к бегу на быстрой скорости. Невра силой удерживал себя на месте, убеждая, что так он поступает правильно. Все доводы в защиту бегства он опровергал, одними губами приговаривая, что не хочет прослыть трусом. Но в то же время он не находил сил выдержать обрушившуюся на него жестокую реальность. - Невра, - чуть громче позвала медсестра. На этот раз она не положилась на силу слова, а дотронулась до его плеча. Вампир отреагировал незамедлительно. Быстро повернул голову в сторону нарушительницы покоя и смерил ее убийственным взглядом. Эвелейн отшатнулась, хотя не думала, что сможет испугаться его. Она быстро скрыла испуг и уже в следующее мгновение успокаивающе улыбнулась ему. - Может, лучше я? - она медленно двинулась навстречу, боялась настроить гвардейца против себя. Аккуратно оттеснив того от прохода, Эвелейн глубоко вздохнула. Только сейчас, стоя в пару метрах от иноземки, медсестра почувствовала слабость в ногах, головокружение и страх. И все-таки она набралась храбрости, чтобы покончить со всем этим поскорее. Темное освещение комнаты не позволило сразу разобрать, где какой предмет находился. Ко всему прочему, она не сразу нашла взглядом Гардиену. Только по истечению десяти секунд, если не больше, она увидела ее, мирно лежащую на кровати вампира. Она не стала оборачиваться на притихшего у стены Невру и опасливо прошла внутрь комнаты. Мысленно, но Эвелейн подбадривала себя, чтобы в ответственный момент случайно не стушеваться. Несмотря на свой опыт, она никак не могла привыкнуть к мертвецам. Ей легче было находиться в обстановке, когда вокруг суетились младшие помощники, когда жизнь висела на волоске и прямиком зависела от нее. Ей нужно было знать, что в теле еще пылал маленький огонек. Вера, что это существо еще могло выкарабкаться из цепких объятий Смерти, подталкивало эльфийку выкладываться не на сто, а на двести процентов! Но куда было торопиться теперь, когда ничего, кроме оболочки, не осталось? Медсестра присела на край кровати и жалостливым взором окинула “спящую” землянку. Эльфийка потянулась к руке Гарди не для того, чтобы проверить пульс, а просто взять ее, грустно улыбнувшись, и погладить большим пальцем, точно утешая покойницу. Одинокая слеза скатилась по ее щеке.       - О, Гарди… - прошептала она перед тем, как начать осмотр. Эльфийка долго могла предаваться горю, но, вспомнив о занимаемой должности, быстро смахнула слезы. Она все-таки проверила пульс. Ничего. Потом на всякий случай осмотрела шею иноземки. Ничего.       - Ты думаешь это сделал я? - с упреком в голосе спросил вампир, внезапно возникнув за ее спиной. Холодный пот скатился по спине медсестры, но Эвелейн не подала виду, что испугалась. Хотя Невра был сейчас эмоционально неуравновешен, она все-таки должна была ему доверять. Нельзя отталкивать его только из-за каких-то предрассудков, иначе он действительно превратится в неуправляемого монстра.       - Нет, - Эвелейн мастерски солгала. - Это обычная процедура, - кажется, вампир поверил. Закончив предварительный осмотр, медсестра спокойно сказала:       - Следов насилия нет. Скорее всего она по собственной воле покончила с… - она вовремя остановилась. Глянув исподтишка на гвардейца, Эвелейн продолжила: - Я думаю, она приняла что-то во внутрь. Более детально смогу сказать только после... - снова осеклась. - Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, но ее уже не вернуть. Прошептав последние слова, она удалилась. Нужно было сообщить обо всем Мико, и ей хотелось сделать это как можно скорее. Может, Эвелейн просто хотела побыстрее покинуть несчастную комнату. В любом случае она ушла, а Невра остался. Он понимал, как только сюда заявится начальница, Гарди полностью передадут в руки Эвелейн, комнату начнут обыскивать, а его, наверняка, отстранят на некоторое время от заданий. Возможно, это был предпоследний раз, когда вампир мог побыть с несчастной наедине. Он достаточно долго смотрел на то, как она безмятежно лежала на его простынях. Ее губы были едва растянуты в улыбке. Скорее всего все дело в разыгравшемся воображении Невры, но он не спешил рассеивать этот мираж. Слишком уж сильно он хотел запечатлеть светлый образ Гардиены. Он сел на кровать, где еще не так давно главная медсестра проверяла пульс девушки. Будто зачарованный, вампир поправил темные пряди, посмотрел на немного синеватые губы девушки и придвинулся ближе. “Я сошел с ума, - подумал Невра, но не остановился. Он приоткрыл губы в ожидании поцелуя, не переставая твердить про себя: - Я определенно сошел с ума”. Когда между лицами не осталось ни единого сантиметра, когда губы едва-едва соприкоснулись, раздался удивленный женский возглас. Это была Мико. Невра не отпрянул, будто не был застигнут на месте преступления. Он застыл, тяжело выпустив воздух из легких и прикрыв глаза. Его руки сжались до побеления костяшек, а подголовник, о который он упирался, издал жалобный стон. Кто-то ухватил гвардейца за плечи и силком оттянул от мертвеца.       - Ты совсем сдурел! - зарычал Эзарель прямо на ухо другу. Невра слабо вырывался, отчего хорошо сложенному эльфу не составило труда увести его подальше от комнаты.       - Пусти, - как-то сухо отозвался вампир. Он пытался расцепить руки алхимика, кольцом опоясывающие его грудь, но безрезультатно. - Эзарель! - громче повторил Невра, но эльф был непреклонен. Глава Теней получил свободу только после того, как оказался в лаборатории. - Как это понимать?       - Это я тебя должен спрашивать, - Эзарель скрестил руки на груди и оперся на входную дверь спиной. Его красноречивый взгляд говорил о многом, но эльф все-таки решил озвучить свою мысль. - Ты что делал в своей комнате? Совсем крыша поехала?       - Тебе не понять…       - Ну конечно мне не понять! - взвыл алхимик, возводя руки к небу. - Я же хам бесчувственный, не так ли? - Невра лишь смерил того холодным взглядом. - Не надо на меня так смотреть. Не я лез с поцелуями к трупу, - Эзарель был резок, даже груб, но он всего-то попытался разрядить обстановку неуместной шуткой. К тому же, он не смог улыбнутся, чтобы сгладить углы колкой фразы. Поэтому ухудшенное настроение Невры было на совести неудачливого эльфа. - Мне, правда, жаль, что так все получилось, но ты не должен мучить себя, - после глубокого вдоха, ровно вымолвил Эзарель. Он, как и Эвелейн, не хотел навредить бедному влюбленному вампиру своим противным характером. Сейчас он должен был оказать другу максимальную поддержку. Однако Невра не спешил идти на контакт. Он повернулся спиной к алхимику и закрыл глаза. Его задело язвительное замечание, но при этом внутри не было и намека на агрессию. Невре не хотелось впиться в его шею, не хотелось осушить тело до последней капли крови - словом, ему не хотелось срывать свою ненависть на друге. “Я не знаю, что делать”, - думал Невра. - Может, ты и прав. Мне не понять тебя, - эльф прервал поток мыслей гвардейца, а потом выдержал паузу, надеясь привлечь внимание вампира. Попытка оказалась тщетной. - Расскажи, что ты чувствуешь, - Эзарель решил сменить тактику, чтобы дать возможность Невре выговориться, да и самому было любопытно. Глава Теней ответил не сразу. Эзарель уже подумал, что снова проиграл раунд, как вдруг раздался тихий голос.       - Я-я не знаю, что чувствую, - начал Невра. Он говорил медленно, постоянно сбиваясь с мысли. - Это сложно… Я не знаю! - в конце концов закричал вампир.       - Начни с начала. Что ты почувствовал, когда увидел… Гардиену? Невра дрожал. Ему не нравилось, что Эзарель пытался проникнуть в глубину его души. Меньше всего ему хотелось отчитываться перед кем-то, точно нашкодивший мальчишка. Не намереваясь терпеть расспросы, он уверенным шагом направился к выходу из лаборатории. На пути встал эльф, который уперся руками в грудь вампира. Он явно не намеревался отпускать гвардейца. Невра издал гортанный рык, но даже это не отпугнуло алхимика. Эзарель уверенно стоял на ногах. Он был готов противостоять безутешному другу, если тот вдруг решил напасть на него.       - Вспомним былые деньки? А Нев? - игриво улыбнулся Эзарель. Еще одна попытка вразумить вампира. Получится ли? Невра не ответил. Он только взял эльфа за запястье, не отводя взгляда от его усмехающихся глаз, и крепко-крепко сжал. Не контролируя ни силу, ни происходящее в принципе, он постепенно сгибал руку друга в противоположном от себя направлении. Эзарель сразу изменился в лице. На лбу появились складки, которые были едва заметны под челкой. Кончики его заостренных ушей задрожали и понемногу начали краснеть. Эльф прикусил губу и сощурил глаза. Еще немного и он точно взвоет от нестерпимой боли. Он хотел попросить Невру остановиться, но не мог. Язык будто присох к нёбу. Слабые скулящие звуки вырывались из его рта, пока по лаборатории не разнесся звук ломающихся костей. Алхимик все-таки жалобно вскрикивает, а Невра, раздраженный, уходит прочь. На протяжении всего пути в его ушах продолжал раздаваться звонкий голос Эзареля.