Поражение

Невра старался не вспоминать о трагедии на пляже. Но каждый раз, когда он закрывал глаза, все те ужасы, выпавшие на долю маленьких брауни, раз за разом повторялись у него в голове. Образы морских чудовищ, кровавый песок и умоляющий голос ребенка - все это вампир переживал снова и снова. Как и тогда, он ничего не мог с этим поделать. Крики, всхлипы, стоны - все это Невра не прекращал слышать. Иногда ему мерещились молочно-белые призраки умерших. Они молча следовали за ним, наблюдали за каждым действием, не давая забыть об обещании. Их глаза были в прямом смысле пусты. Зрачки отсутствовали, придавая белкам более устрашающий вид. Один из малышей был всегда чуть ближе к вампиру. Он был запятнан кровью и даже белое одеяние не скрывало огромную зияющую рану на животе. Невра не испытывал страха, коленки у него не подкашивались, а сердце не учащало ритм. Бросая на лисенка полные печали глаза, он представлял, как горевали его родители, как они отказывались верить в то, что их мертвый сын покоился на руках вампира. Проникаясь сочувствием к незнакомым существам, Невра черпал силы для предотвращения подобных случаев. Может, вампир не хотел этого признавать, а может и замечать, но призраки всегда были рядом, доступные только его взору. Вернувшись в Главный Штаб, он стал объектом всеобщего внимания. Гвардейцы и друзья преграждали ему дорогу и задавали кучу неуместных и лишних вопросов. Больше всего их интересовало, где вампир пропадал все это время и почему был одет в какие-то обноски. Невру с трудом можно было отличить от заурядного рабочего. Неяркая оранжевая рубашка, издалека казавшаяся запачканной, синий свободный комбинезон, который вот-вот должен был свалиться с худощавого тела вампира, и расстегнутый, доходящий до середины бедра, дождевой плащ. Вся одежда была на размер больше самого главы Теней, отчего Невра в этом наряде выглядел нелепо. Ему, когда-то искавшему круглосуточного внимания, вдруг все это осточертело. Он хотел отвязаться ото всех, скрывшись наконец за дверью своей спальни, обессиленно рухнув на мягкую перину. Невра старался не останавливаться. Напустив на себя грозный и мрачный вид, он отпугивал потенциальных собеседников. Только самые смелые и близкие решались потревожить его.       Будучи уже в коридоре гвардий, пройдя больше половины пути, он был задержан девушкой, кинувшейся обнимать отрешенного на вид гвардейца. Первое, что хотел сделать вампир, почувствовав чьи-то прикосновения, оттолкнуть. Жестоко и холодно, чтобы в следующий раз было неповадно. Но когда его руки легли на вздрагивающие острые плечи, когда он почувствовал, как крохотные ладошки сжимали лохмотья, пытаясь вместе с тем захватить и его кожу, Невра опомнился. Он опустил голову и уставился взглядом в знакомую макушку. Разноцветные волосы, обычно завязанные в два аккуратных хвостика, были распущены и взъерошены, будто стая мелких разъяренных птиц устроила на голове бойню. Невра сориентировался, крепко обнял девушку за плечи и прижал к себе. Он наклонился, чтобы легче было щекой коснуться проколотого уха. Видимо, он рассчитывал, что его дыхание даст более сильный эффект присутствия своей персоны и девушка успокоится. Однако всхлипы гвардейки не прекращались. Ее руки в ответ сильнее обвили его тонкую талию. Никто из них не обратил внимания, насколько исхудал гвардеец - Невра был полностью поглощен состоянием девушки, а она никак не могла поверить в то, что он наконец-то был здесь. Живой.       Спустя какое-то время теплота от встречи покинула присутствующих. Гвардейка больше не дрожала, лишь изредка шмыгала носом. Она была эмоционально истощена, а вот морально - нет. Внутри еще теплилось то неудовлетворение, которое хотелось волной негодования выплеснуть на несносного гвардейца, родные объятия которого не помогали утихнуть душевной буре. Она не могла так легко отпустить чувство раздражения и злости. По ее щекам все еще стекали слезы, но они быстро стирались одеждой вампира, куда носом уткнулась девушка. Она начала тихо что-то нашептывать ему в грудь, пока голос не сорвался и Невра не расслышал упреки.       - Как ты мог забыть обо мне? Как ты мог бросить меня? - слетало с ее уст. Она все еще стояла прижавшись к гвардейцу, но с каждой секундой хотела оттолкнуть его и заглянуть в глаза, прочитав там все ответы на свои вопросы. Однако сколько бы в голове у нее не вырисовывалась драматичная сцена обвинения, она продолжала обнимать Невру. - Как ты мог оставить меня одну? К-как ты мог… - последний раз она вдохнула запах скошенной травы и рыбы, который был так не свойственен вампиру, еще раз крепко обняла, а потом, сорвавшись с места, побежала вон из коридора. Она ладонями закрыла глаза, из которых с новой силой полились слезы.       - Карен! - только и успел вымолвить Невра, оборачиваясь в ту сторону куда бросилась гвардейка. Его вытянутая рука повисла в воздухе, пока пальцы не сжалась в кулак, будто что-то притягивая к себе. Карен была права, думал вампир, он бросил ее, забыл о родной сестре! Это не укладывалось в голове, ведь прежде такого не происходило. Она всегда была самой важной девушкой для него. Ради нее одной Невра мог свернуть горы и достать Луну с неба, если бы только она попросила. Он всегда заботился о ней, всегда был надежным старшим братом. Всегда ставил ее на первое место! А что получилось на самом деле? Законченный эгоист и подлый трус, как он не раз называл себя в мыслях. “Мне нет оправдания, - снова упивался Невра своим самобичеванием. - Все еще слабый, все еще неокрепший ум. Я не знаю, что делать… Стоит ли мне идти за Карен? Она была так расстроена, так вымотана… И причина ее несчастного вида я…” Невра замер в ожидании. Он пытался определить самый безопасный выход из сложившейся ситуации. Он боялся, что Карен возненавидит его, откажется от такого никудышного братца и начнет избегать. Невра не мог представить себе жизни хуже, чем остаться абсолютно одному: без возлюбленной, без сестры, без друзей… “Дьявол”, - ругнулся вампир, осознав, что даже в этой ситуации поставил Карен на второе место. Он резко повернулся к стене и замахнулся. Удар пришелся прямо в кирпичную кладку. Вампир не обратил внимания на причиненный ущерб. Он прижался лбом к стене, надеясь усмирить свой пыл. Прикрытый глаз, глубокое дыхание, по его мнению, это и был рецепт успокоения. Он не хотел следовать за сестрой, не хотел мозолить глаза и усугублять обстановку.       - Страшно, - выдохнул Невра. Навязчивые мысли продолжали беспокоить его, подталкивая к решению оставить гвардейку в покое. Однозначно, он не хотел потерять ее поддержку, а для этого надо было дать ей время успокоиться. Так думал вампир, потерявший былую уверенность. Теперь его тактика заключалась в недеянии и отсиживании в кустах.       Вампир почувствовал движение позади. Посмотрев через плечо, он ничего не увидел. Однако мурашки пробежали, охладив его голову. Он вздрогнул, когда взгляд встретился с немым призраком. Напротив неподвижно стоял дух маленького лисенка. На этот раз он был один, но от этого не становилось легче. Будто намекая на что-то, ребенок поднял руку и указал на выход из коридора. На его прозрачной коже, украшенной белой накидкой с алыми пятнами, появлялись новые раны и новые кровоподтеки. Невра внимательно следил за текущими струйками крови, не имея сил оторвать взгляд. Чуткий слух уловил, как капли падали на пол, образуя под невесомым телом багряные кляксы, постепенно превращающиеся в сплошную лужу. Невра, стараясь развидеть эту картину, быстрым шагом последовал в указанном направлении. Интуиция подсказывала ему, что нужно было догнать обиженную сестру. Что-то насторожило его в увиденном. Тело гвардейца прошло через лисенка, превращая его силуэт в легкий, расплывчатый шлейф. Почему-то Невра очень спешил. Он семенил, пока полностью не перешел на бег. Он знал, где искать Карен, потому как будучи сильно расстроенной и желая остаться в одиночестве, она всегда уходила в одно и то же место.       Невра прошел на склад с продуктами. Он слышал голоса, раздававшиеся из столовой, в основном это был раздраженный голос Каруто, который занимал пост их главного повара. Он не позволял оправдаться бедным гвардейцам за учиненный беспорядок на кухне, приговаривая, что таких нерасторопных помощников еще не видывал. Повар голосил так громко, что Невра сумел незаметно прошмыгнуть в глубь помещения, где была еще одна дверь. Он прислонился к ней, слыша знакомые всхлипы. Его рука застыла на изогнутой ручке. “Еще немного”, - уговаривал себя вампир. Ему всего-то надо было повернуть дверную фурнитуру, чтобы оказаться рядом с ней. “Она не хочет меня видеть”, - трусливо оправдывал свой будущий побег гвардеец. Он снова медлил, все еще боясь.       В это время раздались капающие звуки. Вампир снова их расслышал. В воображении уже вырисовывался погибший брауни, поэтому глава Теней не спешил оборачиваться. Не хотел он видеть его опять. Слишком невыносимо. Невра крутил головой, пытаясь отогнать от себя мысли о мертвеце, однако звук при этом только усиливался. Теперь он давил на барабанные перепонки, заглушая все вокруг. Глава Теней больше не слышал отдаленных возгласов ворчливого повара, не слышал звук работающей плиты и стук ножа о дощечку. Только “кап-кап-кап” создавало упоительную мелодию, наводящую ужас. Она была монотонной, ритмичной, гнетущей. Не выдержав, Невра развернулся, махая руками перед собой. “Хватит, хватит, хватит!” - умолял вампир. Он думал, что сможет выдержать присутствие этих несчастных с собой, но это оказалось слишком тяжело. Признавая себя в очередной раз тряпкой, Невра упал на колени и закрыл лицо руками.       - Невыносимо, - шептал он, пока вытекающая из-под дверной щели кровь не встрепенула его. Он с испугом глянул на дверь, за которой пряталась его сестра. Невра больше не слышал плача, только размеренное “кап-кап-кап”. - Карен! - завопил гвардеец во все горло. Он рывком сорвал дверь с петель и взглядом попытался найти сестру. Ее миниатюрное тело покоилось на огромных мешках, стоявших в углу с правой стороны от вампира. Это было затененное место. Другой бы не заметил девушку, подумав, что два изумрудных горящих огонька - это игры света и тени. Она замерла с ножом, рукоятка которого с силой была сжата тонкими пальцами. Его лезвие уже надавливало на запястье левой руки. Гвардейка испуганно вздернула носик, но даже присутствие Невры не могло остановить ее от задуманного. Увидя любимого брата, она обрадовалась, но обида с новой силой захлестнула ее. Она считала, что парень пришел довольно поздно. Он позволил ей пролить свою кровь. Может, немного, но этого хватило, чтобы Карен ответила на взгляд вампира ненавистью.       - Убирайся, - прошипела она, подобно змее.       - Ты с ума сошла? - Невра молниеносно подлетел к ней, опрокинув корзину с хлебом. Уверенным движением он хотел перехватить лезвие, но Карен решительно увернулась и откинула гвардейца в противоположный угол, на точно такие же мешки с крупой, на каких восседала сама.       - Оставь меня! - перешла на крик гвардейка, позабыв, что стража и просто любопытные могли помещать их семейной разборке. Она думала о посторонних куда меньше, чем Невра, но даже он не сдержался, когда Карен, роняя слезы, обвиняла его во всех смертных грехах.       - Хватит! - остановил он сестру, поднявшись наконец с мешков. В его волосах застряли несколько зерен, которые он безрезультатно пытался оттуда вытряхнуть. Бросив это занятие, он попытался подойти к сестре.       - Не подходи! - крикнула Карен, угрожающе наставляя острие холодного оружия на брата. Она была готова бросить его в него, если бы тот сделал хотя бы один шаг. - Обманщик! Лгун! Предатель! Я верила тебе, а ты бросил меня! Ты говорил, что всегда будешь рядом, что мы всегда будем вместе! Но ты раздаешь обещания так же легко, как дышишь! - Карен вопила во всю глотку, надрывая связки и переходя на писк. Она плакала, отчего перед каждым новым предложением должна была делать вдохи. Свободной рукой девушка постоянно вытирала щеки и глаза. Она глотала слова, но потом повторяла их снова. Карен чувствовала, как в горле пересыхало, но остановиться было сложно. - Ты говорил, что я важна для тебя…       - Карен, - спокойно позвал вампир.       - Нет! Молчи, ничего не говори. Не хочу ничего слышать, - она повернулась к нему спиной и закрыла уши руками. Она все повторяла последнее предложение, пока Невра медленно и осторожно продвигался в ее сторону. - Нет! Нет! Нет! Гвардеец схватил ее за руку, в котором находился нож, и скрутил ее так, чтобы девушка не смогла вырваться или оттолкнуть его. Он забрал опасное, острое оружие и откинул его в сторону. Карен жалобно обращалась к брату, внутри себя давно признавшись, что совсем не хотела, чтобы он оставлял ее одну. Девушка чувствовала себя нужной, ощущая присутствие Невры, его переживания и муки, которые он испытывал сейчас. Она эгоистично подпитывала свою гордыню его страданиями.       - Глупенькая, конечно, ты мне важна, - нашептывал парень, присев с сестрой на пол. Он обнял ее, желая передать всю братскую любовь этой еще маленькой и дурной девчонке. - Я обидел тебя. Прости, - Невра гладил ее по голове и крепко прижимал к себе.       - Я переживала за тебя. Ты не представляешь, какие мысли приходили мне в голову, - она льнула к нему так сильно, стараясь сократить расстояние между их телами, что еще бы немного и повалила бы парня на спину. Ей все казалось, будто он находился далеко от нее, даже миллиметры воспринимались ее сознанием в качестве километров.       - Представляю, - спокойно отозвался Невра. Он возвел взгляд к потолку, благодаря Оракула за то, что в этот раз не опоздал и успел спасти невинную жизнь. Позволив уголкам губ слабо дрогнуть, Невра уперся щекой в макушку сестры. Он смотрел на стену, пока не различил среди висящих полок и мотков веревок образ лисенка. Гвардеец напрягся, но брауни не двинулся с места. С него плавно и неторопливо капала кровь, теряясь где-то в воздухе, отчего Невра, видимо, уже не слышал напугавшего его звука, будто раны на теле призрака стали затягиваться. Только сейчас он сообразил, что лисенок все это время был в помещении, пока Карен кричала на вампира, пока угрожающе замахивалась на него ножом. Его вид изменялся так же неспешно, как и тогда в коридоре. Багряные пятна выцветали, становясь все более и более незаметными. Силуэт духа становился менее отчетливым, но полностью не исчезал, наблюдая за Неврой своими пугающими глазами. Вампир спрятал лицо в ладонях и беспомощно выдохнул. Первая встреча с сестрой после долгой разлуки была пережита, но она явно оставила глубокий след в памяти обоих. Только если девушка, купаясь теперь в его любви и заботе, на время позабыла о своей глупой попытке самоубийства, то Невра постоянно возвращался к тому дню. Он беспрерывно слышал ее высокий голос у себя в голове: “Как ты мог забыть обо мне? Как ты мог бросить меня?” Несмотря на то что глава Тени видел улыбающуюся Карен каждый день, он не мог ни простить себя, ни продолжить спокойно доверять сестре. Страшась, что она способна и в следующий раз выкинуть подобный фокус, Невра понимал, что скорее всего теперь может переборщить с опекой. Из его размышлений, крутящихся вокруг одной мысли - как же лучше приглядеть за младшей сестренкой, вывел внезапный стук в дверь. Это была Икар, которая, выполняя поручение Мико, приглашала вампира на совещание.