Поражение

      - Когда же это кончится... - услышал вампир, когда оказался в Зале с Кристаллом. Он всего на секунду поднял вопрошающий взгляд, пытаясь найти страдающего. Эзарель перебинтованной рукой потирал шею, не прекращая морщить лоб. Шестое чувство подсказало алхимику, что его персона стала объектом чьего-то пристального внимания. Неприятные ощущения передернули эльфа и отозвались где-то в груди. Он уже придумывал, как именно отзовется о любопытном существе, отчего губы на угловатом лице растеклись в загадочной ухмылке. Эзарель поочередно открыл оба глаза, но никого перед собой не увидел. Гвардеец растерянно повертел головой, пока взгляд не зацепился за темную фигуру в противоположном конце комнаты. Алхимик хотел заговорить с другом, подбодрить шуткой, но что-то отталкивало его от Невры. Он изменился, заключил для себя эльф. Он еще не мог понять, что именно произошло, но Эзарель точно знал: того Невры, которого он знал, в этом помещении не было. Слишком прямая спина, слишком напряженные сложенные на груди руки, сомкнутые губы. Невра был непривычно серьезен. Эльф посмотрел на свою пострадавшую руку, пошевелил пальцами. Уголки его губ грустно задрожали. “Зря старался”, - подумал алхимик, подробно изучая короткие ногти, под которыми все-таки скопилось немного грязи после работы. Он так долго разрабатывал хитрый план возмездия. Уделяя свободные минуты на разыгрывание диалогов в голове, эльф тщательно подбирал слова и предугадывал реакции Невры. Он хотел повеселить не только себя, но и вампира своей мнимой обидчивостью и игрой в бедного и несчастного больного. Эзарель очень хотел вернуть лучшего друга в строй, показать, что мир вокруг него не рухнул, что жизнь продолжается даже тогда, когда любимые уходят. Алхимик специально перевязывал все эти дни руку. Она должна была помочь ему возыметь пущий эффект для убедительности и сыграть на чувстве вины гвардейца Тени. Конечно, на самом деле исцеляющее зелье срастило кости в тот же вечер, когда случилось происшествие, а мази помогли снять отек. Однако Эзарель не упускал случая пожаловаться насчет нестерпимой боли, чем успел надоесть всем своим подчиненным.       Что касается вампира, он действительно выглядел отрешенным. Дело было в том, что он хорошо понимал, для чего Мико собрала всех глав и своего помощника. Дело, из-за которого ему пришлось отлучиться из Штаба, было еще не закончено, даже отложено. И все из-за него. Суета последних недель, повлекшая эмоциональную встряску, немного подкорректировала установки Невры. Гвардия Эль со всеми своими проблемами отошла на второй план, чего произойти, по его мнению, не должно было. Забота о личном состоянии перевесила чашу весов, отчего Невра и повел себя по-детски. Побег из Штаба был низким, эгоистичным и подлым поступком. Теперь, будучи в здравом уме, вампир понимал это. Время, о котором Мико так страстно говорила, было впустую потрачено. "И все из-за меня", - мысленно вставил вампир давно заученную реплику. Невра никак не мог отделаться от чувства, что добытая информация утратила актуальность. Тогда собрание и вовсе можно было считать бессмысленной затеей!       Вслушиваясь в каждый шорох, вампир с хорошо контролируемым страхом ожидал прихода кицунэ.       - Нам придется наверстывать упущенное, - спустя какое-то время произнес Валькион. Он стоял поодаль от других глав, но массивный голос, словно падающее дерево, сотряс комнату. Отчетливая, лаконичная фраза - это все, что произнес мужчина. Невра повел ухом, сохраняя невозмутимое выражение лица. Удивительно, насколько точно совпали мысли у гвардейцев. Вампир постарался уловить в тяжелом, как свинец, голосе упрек, но Валькион не имел цели кого-то задеть или оскорбить. Скорее всего молчаливый мужчина, как и алхимик, высказался о наболевшем.       Кроме Невры, молчание сохранял и Лейфтан. Он был задумчив, и складывалось такое впечатление, что его не особо заботило происходящее в Зале с Кристаллом. Он не задавался вопросом, где пропадала Мико и почему ему приходилось сидеть без дела в ожидании начальницы. Лейфтан стоял возле окна, повернувшись спиной к Невре, оказавшегося то ли случайно, то ли специально прямо за ним на противоположной стороне комнаты. Лейфтан прикрыл правой рукой рот, а взгляд его наблюдал за разбивающимися о камни серыми волнами океана. Лореалет видел все и не видел ничего. Мысли блуждали по лабиринтам памяти, вынуждая его абстрагироваться от настоящего времени. Он потер лоб и незаметно глубоко выдохнул. Рассказывать кому-либо о том, что его волновало, Лейфтан и не думал. “Ненадежные”, - слишком мягко отзывался лореалет про себя о гвардейцах Штаба.       Он снова посмотрел за окно, но вместо океана его взгляд зацепился за собственное отражение. Лейфтан выглядел усталым и злым, что было ему несвойственно. На бледной коже под глазами залегли темно-зеленые круги, свидетельствующие о множестве бессонных ночей, проведенных за глубокими размышлениями. Поникшие зеленые глаза были сужены, будто бы парень морщился от яркого солнца, давно не появляющегося на небосклоне. Внезапное озарение снизошло на лореалета. Его брови поползли вверх, а рот немного приоткрылся. “Вот оно что”, - подумал Лейфтан. Он наконец понял, почему в последние дни ловил обращенные к нему странные, может, даже испуганные взгляды гвардейцев и жителей, с которыми приходилось общаться. Доселе сомкнутые в напряжении тонкие губы расплылись в искренней улыбке. Парень почувствовал, как облегчение приятной волной прошло от макушки головы до самых пят. Волнение и страх отлегли от сердца. Теперь, когда все стало на свои места, лореалет мог работать дальше.       Он снова бросил на улыбающегося в отражении парня цвета сочной травы взгляд. Возле уголков глаз появились небольшие складочки, а на лбу они, наоборот, разгладились. Губы в успокаивающей улыбке застыли на его лице. Плечи лореалет распрямил, будто пробуждаясь ото сна. “Мне однозначно стало легче”, - заключил он.       Из раздумий всех четверых вырвал внезапный голос Мико.       - Прошу меня простить, - начальница вихрем влетела в зал, а за ней по пятам вбежала Икар. Своими дрожащими руками она придерживала сумку, наполненную различными бумагами. По выступившей на лбу испарине и по бледности губ можно было заключить, что совсем недавно брауни пережила нечто ужасное. Понаблюдав немного за ней, за тем, как она семенила короткими, но стройными ножками, как старалась избегать смотреть в сторону кицунэ, отвлекшийся от своих раздумий Невра сделал вывод, что совсем недавно работница библиотеки получила нагоняй от начальницы. Он не мог знать причины выговора, но его наблюдения нельзя было назвать неверными. Мико действительно накричала на подругу, когда спустя минут тридцать, которые показались ей целой вечностью, проснулась. Кицунэ итак опаздывала на собрание, а тут еще и Икар со своей заботой! Мико позволила себе минутную слабость, вылившуюся в долгожданный, так ей нужный, сон. Чувствуя прилив сил, Мико думала, что сможет свернуть горы! Но этот страх, что отдых мог в будущем аукнуться, не оставлял беднягу в покое и не позволял поблагодарить Икар за доброту и поддержку. Мико крепко сжала посох, скрипя зубами. Встряхнув головой, она жестом позвала всех гвардейцев к себе. Позади кицунэ слышала раздражающий шелест - это брауни перебирала взявшие с собой документы. Было сложно не концентрировать на нем внимание, но Мико мужественно держалась, пока корреспонденция не разлетелась по полу.       - Простите, - вставила испуганно брауни, когда кипа бумаг выпрыгнула из ее рук, точно непослушный фамильяр. Ее реплика была встречена пугающей тишиной. Глубоко дышащая начальница Гвардии Света напомнила собой дракона, готовящегося вот-вот извергнуть пламя. Если бы Икар стояла прямо перед Мико, возможно, она бы ощутила жар, а не озноб от пробегающих по спине мурашек.       - Мы наконец-то собра…       - Простите, - еще более пискляво, чем в первый раз, взмолилась перепуганная Икар. Руки не прекращала бить крупная дрожь, отчего письма все никак не находили себе места.       - Оставь бумаги в покое! - повысила голос кицунэ. Она на одних каблуках развернулась к работнице библиотеки и, звонко стукнув посохом, отдала приказ. Икар вскочила на ноги и встала по стойке смирно. Руки она прижала к бокам, подбородок практически стал параллелен полу, а голова пошла кругом. Несмотря на явное недомогание, девушка осталась стоять на двух ногах, немного пошатываясь. Мико снова повернулась к ней спиной и быстро подумала, что обязательно извиниться за резкость перед подругой. “Обязательно!” - пригрозила себе мысленно кицунэ, кусая нижнюю губу. Но не сейчас. Прочистив горло, Мико продолжила не менее зычно: - У нас накопилось очень много дел. Одно из них требует большего внимания и ответственности, в силу того, что мы с ним неприлично затянули, - кицунэ повернулась к Невре и, обратившись к нему, передала слово.       Раздался непривычно строгий и сухой голос вампира. Он начал с того, что подтвердил полученную от шпиона информацию в последнем письме. Все, кроме Икар, дернули плечами, будто их тела прошиб легкий, но внезапный электрический разряд. Лица присутствующих до безобразия приняли одинаковое выражение. Удивление смешалось с ужасом, но Невра не заметил этого. Он смотрел куда-то за спины слушающих. Только рыжая макушка брауни ярким пятном мелькала где-то сбоку. В отличие ото всех, девушка не скрывала своей озабоченности. Она кусала ногти и зеленела от переполняющего ее напряжения. Она вот-вот готова была упасть в обморок.       - Хочешь сказать, - Мико как лидер взяла слово. Она почувствовала дрожь в коленках, поэтому незаметно оперлась на посох. - Хочешь сказать, что Короля Серпентеса действительно убили?       - Да, - Невра кивнул, а потом качнул головой в сторону, чтобы убрать челку. - Письмо было подлинным, а не уловкой Дракона, - он как-то осуждающе глянул на Лейфтана. Тот встретил холодный взгляд главы Теней не менее враждебно. Пусть уголки его губ были приподняты, сам лореалет напомнил собой хищника перед прыжком. Осторожный, собранный, целеустремленный. Казалось, ему нравилась эта образовавшаяся невербальная борьба с вампиром. Когда Лейфтан словил себя на подобной мысли, он виновато склонил голову.       - Мне очень жаль, - голосом побежденного воина проговорил Лейфтан. На выдохе он опустил плечи и смущенно повернулся к Мико. - Я, правда, не мог подумать, что все обернется вот так…       - Не вини себя, - сразу же откликнулась кицунэ. Она подошла к помощнику и погладила его по плечу. Оголенная кожа сразу ответила на прикосновение начальницы. Незаметные волоски приподнялись на поверхности руки, образуя нечто подобное, что называется гусиной кожей. Сегодня на Лейфтане не было его верхней одежды. Когда он покидал комнату, то не решился согнать своего вредного питомца с плаща и с постели. Амая мирно посапывала, соорудив из одежды хозяина удобную лежанку. “Вредина”, - хмыкнул он тогда, закрывая дверь. Лореалет накрыл руку Мико своей крепкой, теплой ладонью и одним лишь взглядом красноречиво поблагодарил за поддержку, которую был недостоин. - Мы все думали, что это проделки Человека в Маске, а твои аргументы были особо убедительны. Зная отношение этого безумца к Гвардии, предположить, что он попытается втянуть нас в какую-нибудь авантюру, несложно…       - Но из-за моей излишней осторожности умер Король…       - Не только, - поспешил поправить гвардейца Невра.