Конец света

Азаров мысленно ругал себя за бестактность. Он должен был догадаться, что не все так просто с привычками Кроули. Он знал, что тот предпочитает скорей прятаться за вызывающим или даже смешным фасадом, чем демонстрировать хоть какой-то намек на слабость или уязвимость. Азаров многое хотел сказать по этому поводу, но смог лишь сжать плечо американца. На большее времени у них не было. Дверь распахнулась, Кроули обрушил на стоявшего за ней лавину слов. Он говорил быстро, без остановки, нарочито усиливая американский акцент и размахивая руками, и чернокожий мужчина, открывший дверь, даже попятился слегка под этим напором. На лице его ошеломление медленно сменялось раздражением. Он пару раз открыл рот, пытаясь вставить хоть слово, но тут к нему подошла женщина — высокая, стройная, в обтягивающей одежде и с длинными волосами ярко-рыжего цвета. Азаров нервно стиснул пальцы. Похоже, им сразу повезло, и это та самая Война. Женщина между тем наигранно ласково прислонилась к плечу мужчины и промурлыкала: — Что же ты держишь клиентов на пороге, дорогой? Проходите, господа, давайте обсудим детали вашего заказа. Мужчина нервно дернул плечом и удивленно уставился на нее, но тут же спохватился и кивнул. — Конечно-конечно. Вы обратились по адресу, сейчас мы все решим. Прошу... Кроули решительно шагнул внутрь, развязной походкой, словно ковбой в кино, подошел к стоящему возле письменного стола обшарпанному креслу и развалился в нем. Азаров мысленно восхитился тем, как Кроули владеет своим телом, как легко меняется его пластика, словно в танце. Тут же прогнал прочь посторонние мысли и сосредоточился на окружении. Мужчина присел за стол с другой стороны и принялся копаться в ящиках. Женщина же отошла в сторону и прислонилась к стене. Азаров встал у стены напротив, чтобы держать в поле зрения обе имевшиеся в помещении двери. Кроме дверей и стола тут мало что было — еще пара стульев, шкафчик, забитый папками, белый пластиковый телефон на столе и там же металлическая лампа, добавляющая света к бледному потоку, льющемуся из высоких окон. Кроули, что самое удивительное, продолжал говорить, ни на секунду не замолкая. Поза у него была расслабленная, руки оживленно двигались, и Азаров мог поспорить, что глаза американца тоже мечутся по стенам, оценивая обстановку. — Э… мистер… Простите, как ваше имя? — вставил, наконец, пару слов в этот поток чернокожий. — Так я же сказал, Рик, Рик Нилли. Думаю, когда чуть подраскручусь с бизнесом, заведу себе такую же контору, как у вас тут, и называться будет «Нилли и Потс». Потс — это мой партнер, я ж говорю, бизнес мы вместе делаем. Так вот… — Мистер Нилли, простите, что перебиваю, но вам нужно будет заполнить пару документов, прежде чем мы подпишем контракт. — Конечно-конечно, — закивал Кроули, готовясь выдать очередную тираду, но его собеседник уже вскочил со стула. — Я не могу найти бланки, наверняка они там, сзади. Подождите меня минутку, сейчас я вернусь. И с этими словами мужчина исчез за дверью, ведущей внутрь склада. Женщина все так же стояла в стороне, согнув одну ногу и опираясь о стену каблуком блестящей туфельки. Она переводила взгляд с Кроули на Азарова и слегка улыбалась, и Азарову очень не нравилась эта улыбка. Между тем дверь снова открылась, и в комнату вошел новый персонаж. С виду он был неприметным, незапоминающимся и совершенно не угрожающим, но у Азарова почему-то пробежал по спине холодок. Вошедший кивнул первым делом женщине, и она кивнула в ответ с подчеркнутым уважением. Возможно, утверждение, что группой управляет равноправная четверка, оказалось не очень точным? И если женщина — одна из Всадников, тогда перед ними очевидно тот, кого можно считать руководителем «Армии Апокалипсиса». Неприметный мужчина опустился на стул, изучающим взглядом окинул всех присутствующих, чему-то кивнул и совершенно спокойно произнес: — Мистер Кроули, я полагаю. И… мистер Азаров? Надо отдать должное Кроули, он даже не вздрогнул. — Да нет же, я ж только что сказал, я Рик Нилли, и я хочу отправить вашим самолетом сигареты моему приятелю. Давайте я расскажу с самого начала… — Думаю, это лишнее, — все так же не повышая голоса, сказал мужчина. — Я и так прекрасно знаю, что вы — Энтони Кроули, агент ЦРУ. Беглый агент. А ваш приятель вон там — Феликс Азаров, как ни странно, тоже агент, но КГБ. И тоже беглый. Первый мужчина вернулся в комнату и встал по другую сторону от стола. Азаров сделал пару шагов в сторону, чтобы видеть сразу всех присутствующих. Это движение, судя по всему, не понравилось женщине, потому что она извлекла откуда-то из-за спины пистолет и направила на него с резким окриком «Стоять». Азаров, разумеется, стоять и не думал, он скользнул вдоль стены на новую позицию, доставая из кармана «Смит-Вессон», одолженный ему Кроули. Сам Кроули, поняв, что дальше валять дурака не имеет смысла, тоже вскочил со стула, выхватывая аж два кольта и направляя на обоих мужчин. Чернокожий оказался вооружен, а вот тот, кто сидел за столом, даже не пошевелился, лишь покачал головой. — Это совершенно лишнее. Вы проиграли, господа, мы вас ждали, и вам стоит признать свое поражение. — Я не вижу поражения. По оружию преимущество определенно у нас, — возразил Кроули. — И что вы собираетесь делать с этим оружием? Убить нас всех, забрать боеголовку и укатить в закат в обнимку с ней? Преследуемые разведками двух крупнейших держав мира? Вы ведь понимаете, что у вас нет шансов. А главное — в чем смысл? Обе стороны хотят, чтобы это случилось. Обе стороны заслуживают того, чтобы это случилось. Разве вы не согласны? Разве их обращение с вами не доказывает этого? — Дело не в сторонах, — произнес Азаров. Раз уж они начали говорить откровенно, он позволил себе наконец открыть рот. — Дело в обычных людях, которые не хотят погибать от взрывов и уж совершенно точно не заслуживают этого. Сбоку послышалось фырканье — это Война высказывала свое отношение к обычным людям. — Нельзя быть таким сентиментальным в вашей профессии, мистер Азаров, — спокойно заметил человек за столом. — Мы, кажется, находимся тут в неравном положении, — вмешался Кроули. — Вы знаете наши имена, а мы ваши нет. Не желаете представиться? — О, простите мою бестактность, — как этот человек умудрялся говорить, не выражая никаких эмоций? — Меня зовут Смерть. Это Война и Голод. Думаю, вы слышали о нас как о Всадниках Апокалипсиса. — Да-да, очень пафосное название, очень банальная идея, — отмахнулся Кроули. — Но я бы предпочел перейти сразу к делу. Где боеголовка? — О, она здесь, совсем рядом. Но я предлагаю вам еще раз подумать. Вы ведь наверняка погибнете, если покинете этот склад, с боеголовкой или нет. А меж тем вы могли бы присоединиться к нам, стать частью нашей Армии. — Стать убийцами, — не сдержался Азаров. — А разве вы уже не убийцы? Разве не приходилось вам на протяжении своей карьеры убивать людей, и не только врагов? Вы ведь оба прекрасно знаете, что такое жертвы во имя высшего блага, так? Только представьте, как велико благо в данном случае. — И в чем же это благо? — В возможности дать двум величайшим тираниям века уничтожить друг друга. Избавиться и от оплота власти денег, и от слепой идеологической машины коммунизма. Разве не прекрасная цель? — Э-э-э, да вы обычный сумасшедший, — фыркнул Кроули, делая несколько шагов назад. — Хватит пудрить нам мозги, где боеголовка? Война сделала резкое движение, Азаров сосредоточился на ней, и в этот момент сбоку раздался грохот выстрела. Быстро обернувшись, он увидел, что Кроули оказался на полу, прижимаемый упертым в спину коленом невысокой черноволосой женщины с восточными чертами лица. Или мужчины? Сказать было сложно, однако, судя по тому, как легко она (он?) удерживала заломленную за спину руку Кроули, сил у новоприбывшей хватало. — Чума, — кивнул ей Смерть, поднимаясь и забирая один из пистолетов Кроули. — Ты, как всегда, эффективна. Мистер Азаров, пожалуйста, отдайте ваше оружие. Азаров помедлил немного… но он действительно не видел иного выхода, и ему пришлось отдать револьвер подошедшей Войне. Та с удовольствием покрутила его в руке, присвистнула и улыбнулась. — Свяжем их? — поинтересовалась она. Голод тем временем помог Чуме поднять Кроули с пола. — Зачем? — лениво проговорил Смерть. — Они не проживут так долго, чтобы потребовалось их связывать. — А было бы здорово привязать их к боеголовке и взорвать вместе с ней, — мечтательно промурлыкала Война, и Азаров увидел, как жадно загорелись ее глаза при этой мысли. — Фантазии, — фыркнул Голод. — Вечно тебя тянет на показуху. — Это и впрямь было бы неплохо. Символично в каком-то смысле, — возразил Смерть. — Но доставить в другую страну связанных людей гораздо сложнее, чем доставить одну маленькую боеголовку. Поэтому, пожалуйста, избавьтесь от них прямо сейчас. — С удовольствием! — Война подтолкнула Азарова стволом в сторону двери, ведущей назад. Он послушно двинулся туда, лихорадочно обдумывая варианты спасения. За дверью оказалось просторное помещение. Ближе к стенам там располагались полки, заставленные коробками и ящиками, в углу было отгорожено небольшое отдельное помещение, может быть, жилое, в центре красовался стол, заваленный бумагами. Еще одна дверь вела предположительно в переулок за складом. К этой двери их и повели под прицелом трех пистолетов. Выведут сейчас и расстреляют. Вот будет глупо! Не успел Азаров так подумать, как дверь распахнулась и за ней появились вооруженные люди. Они сразу шагнули в стороны от двери, кто-то выстрелил вверх, по освещающим склад лампам. Азаров не вглядывался, он почти автоматически упал на пол, перекатился, сбивая с ног идущую следом Войну, и попытался забрать у нее оружие. Она сопротивлялась решительно и яростно, но он оказался сильнее, и в следующую секунду револьвер был у него в руке. — Сюда! — услышал он окрик Кроули, оглянулся, припав к полу, и увидел того бегущим к полкам у стены. Азаров бросился следом. — Кроули! — крикнул один из ворвавшихся. — Я ведь обещал тебя лично прикончить! Лучше сдавайся. — Отсоси, Гастур, — крикнул в ответ Кроули, сбрасывая на пол ящики и сооружая из них укрытие. Азаров рухнул на пол рядом с ним и попытался оценить обстановку. Поднявшаяся было стрельба утихла. В помещении царил полумрак, но можно было разглядеть укрывшихся за столом Всадников и группу у дверей, тоже прикрывающуюся ящиками. — Ваши друзья? — спросил он у Кроули, проверяя патроны в револьвере. Кроули, держа в одной руке пистолет, другой принялся проверять содержимое ящиков и оглядываться, что-то бормоча. — Эй, Кроули! — раздался новый голос. — Возможно, это все большое недоразумение. Признаюсь, я мог поспешить с этим приказом. Может, обсудим все спокойно? — Это очень любезное предложение, майор Баль. Но простите меня, если я вам ни на миг не поверю! — выкрикнул в ответ Кроули и снова завертел головой. — Ну должно же у них тут где-то быть оружие, — пробормотал он гораздо тише. Азаров уловил его мысль и тоже принялся всматриваться в полумрак. У террористов совершенно точно должно было быть оружие кроме того, что они носили при себе. Оружия он не заметил, зато заметил попытку Чумы пробраться к угловой комнате и выстрелил в ее сторону. Японка снова спряталась за стол, а Азаров дернул Кроули за рукав и кивнул в сторону комнаты. — Думаю, они хранят его там. — Черт, — прошипел Кроули. Нечего было и мечтать добраться до комнаты незаметно. На складе повисла пауза, все решали, как действовать дальше. И в этот момент распахнулась дверь, ведущая в переднюю комнату. Вошедшие догадались погасить свет снаружи, чтобы не выделяться на светлом фоне, но и сами в результате видели не очень много. Все замерли, наблюдая, как четыре фигуры, вглядываясь в полумрак, крадутся вперед. Одна из них чертыхнулась, и Азаров к собственному удивлению узнал голос. Со стороны стола раздался шорох, и Азаров не выдержал. — Ложись! — крикнул он по-русски, снова стреляя в сторону Всадников. Оттуда выстрелили в ответ. Вновь вошедшие, надо отдать им должное, мгновенно метнулись в сторону и укрылись за полками возле угловой комнаты. Вскоре оттуда раздался голос Солдатова. — Азаров, вам лучше сдаться вместе с вашими сообщниками. — Это не сообщники, это террористы, — возмутился Азаров. — А вы сами-то кто, после всего, что натворили? — второй голос принадлежал явно Малакину. — Что, Кроули, твои русские дружки? — раздалось от задней двери. Кроули, разумеется, промолчал. Зато голос внезапно подал Смерть. — Господа, — провозгласил он, словно они находились на международной конференции, а не валялись на пыльном полу транспортного склада. — Мне кажется, тут собрались все заинтересованные стороны. И мне также кажется, что у трех из этих сторон цели совпадают. Я правильно понимаю, что мы все заинтересованы в том, чтобы избавиться от двух неприлично любопытных агентов? Так может быть, закончим эту глупую перестрелку и согласимся помочь друг другу? — Говорите, я слушаю, — раздался голос с американской стороны. С русской стороны помолчали, а потом Азаров с еще большим удивлением услышал голос секретаря Архангельского. Да что же это за странная женщина?! — Мистер Баль, насколько я понимаю? Мне тоже кажется, что мы могли бы договориться. — Уриил? Кроули с Азаровым переглянулись, американец пожал плечами и шепнул: «Псевдоним?» — Совершенно верно. Мы не раз говорили с вами по телефону, думаю, пришло время познакомиться ближе и продолжить наше… взаимовыгодное сотрудничество. Дело было плохо. Если они все сейчас и впрямь договорятся… Азаров заметил, что Кроули, продолжая прислушиваться, медленно ползет в сторону передней двери. — Но что насчет террористов? — между тем продолжились переговоры над их головами. — Я сразу высказался за сотрудничество, — напомнил Смерть. — В таком случае предлагаю опустить оружие. — Я не согласен, — вмешался Азаров, отвлекая на себя всеобщее внимание, когда Кроули оказался у самой двери. — Вас никто не спрашивает, Феликс! — огрызнулся Солдатов. Голос его звучал недовольно, вряд ли старику понравилось оказаться на одной стороне с американцами. — Вы можете гарантировать нашу безопасность? — это был голос Баля. Кроули махнул рукой, и Азаров быстро пополз следом за ним. — Да, — подтвердила секретарь. — А вы нашу? — Да. Как насчет вас, господа террористы? — Я гарантирую вам безопасность, пока вы выполняете мои условия, — раздался голос Смерти, но Азаров был уже у самой двери и не слушал дальше. Он поднялся на ноги, сжал в руке револьвер, рывком открыл дверь и бросился вперед. Увидел нацеленный на себя ствол и выстрелил, даже не думая. Следом влетел Кроули и захлопнул дверь за собой. Азаров оглянулся, убеждаясь, что больше в комнате никого нет. Они с Кроули, не сговариваясь, схватили стол и подтащили его к двери, за которой раздалось несколько выстрелов. — Это ненадолго, сейчас они опять договорятся, — выдохнул Азаров. И только теперь опустил взгляд и заметил лежащее на полу тело. Человека, которого он убил. Это оказался тот самый молодой референт Архангельского, и у Азарова подкатил к горлу ком. Господи, как глупо. Бедный мальчишка. Кроули дернул его за руку. — Попробуем выйти наружу? — Склад наверняка окружен и вашими, и нашими, — покачал головой Азаров. — Сейчас бы… В голове замелькали мысли. Он ведь уже был сегодня в такой ситуации, так? — Сейчас бы что-то вроде того полицейского рейда, который вы устроили для меня днем… — Нет, я придумал кое-что получше полиции! — воскликнул Кроули, и Азаров даже в полумраке увидел, как загорелись его глаза, а на губах появилась улыбка. Он снова испытал прилив нежности, совершенно несвоевременной. Кроули между тем схватил упавший со стола телефон и принялся лихорадочно набирать номер. — Алло, мистер Летски? Потерянная боеголовка находится на складе в Лондоне, Грэм-Бэйз-стрит, 114. Ее собираются сегодня увезти, поспешите. — Он быстро положил трубку, поднял ее снова и принялся набирать другой номер, шепотом поясняя Азарову: — Военный атташе. А вот теперь полиция. Алло, полиция? Тут какие-то молодые разбойники затеяли драку, их десятка три, я боюсь, могут пострадать соседние дома. Грэм-Бэйз-стрит, 114, сэр, приезжайте. Он бросил трубку и снова поднял. Подмигнул Азарову и сообщил: — Чем больше, тем лучше. Раз уж мы завалили секретную операцию, рассекретим все по максимуму. Алло, «Дейли Телеграф»? Массовые беспорядки на Грэм-Бэйз-стрит, 114. Тут полиция и пожарные, и, кажется, военные тоже. Азаров не выдержал и улыбнулся. Отличная идея. Теперь, что бы ни случилось с ними самими, остальные не смогут спрятать боеголовку и не смогут осуществить свой чудовищный план. Оставалось подождать совсем немного.