С ног на голову

***

      Две безумные девушки сидели на массивном сером диване и обсуждали абсолютно аморальные поступки одного мерзавца. Да-да, в воскресное утро Реджина и Роуз расположились в квартире первой, дабы поговорить и понять что же делать дальше. Вчера обе были морально и физически опустошены, так что беседа автоматически перенеслась на сегодня. Две кружки горячего, крепкого чёрного чая и душевные терзания блондинки наполняли кухню. Ох, как же она злилась! Маленькая и хрупкая феечка, кажется, проявляла характер. Хотя не совсем… Роуз вела себя странно: кричала и плакала, желала навалять ему и простить, ненавидела и любила. Есть такие женщины, которые просто обожают плохих мальчиков, этих дамочек так и тянет к подобным кретинам. Блондинке невероятно «повезло», поскольку в её душе жила мечта именно о таких парнях. Грустно? Несомненно! Однако ничего с собой мисс Нельсон поделать не могла. Сколько раз она зарекалась о том, что больше никогда не повторит ошибку? Но увы…       — Слушай, Роуз, хватит. Перестань так убиваться! На свете полно хороших ребят! Зачем он тебе нужен? Если Джонс пытался сделать это со мной, значит и ты всегда будешь в опасности! — Реджина крепко обнимала подругу, уткнувшуюся ей в плечо. Домашняя футболка уже давно была мокрой.       — Нет, ты не понимаешь. Он был таким добрым, весёлым. Нам было замечательно вместе! Я боюсь всё-всё потерять, — страх, вот что заставляло блондинку снова и снова думать о возвращении. Неизвестность пугает, пугает и пустота впереди.       — Ты уже забыла Чака? Вам с ним тоже было хорошо? Он тоже был добрым, да? А потом, а что потом, помнишь? — Миллс правда переживала, поэтому решилась напомнить о давней истории, соединившей их жизни. Бередить старые раны неприятно, но сейчас необходимо. Реакция девушки последовала моментально. Та вздрогнула, затем замерла и на несколько секунд перестала дышать, парализованная воспоминанием. Они обе глупые. Роуз повелась на «милых» мальчиков, Реджина же вчера наплевала на собственный жизненный опыт и последовала за Джонсом. А на кой чёрт?!       Перед глазами обеих женщин пронеслись те ненавистные события, которым они всё равно благодарны. Интересное сочетание, правда? Не трудно заметить, что всё состояло из противоречий — эмоции, истории, жизни. Всё одновременно хорошо и плохо. Две стороны одной медали, именуемой Чаком…

***

      Как всегда Реджина работала в ночную смену. Днём продавала мороженое в торговом центре, а вечером бегала между столиками в крошечном кафе, попутно дописывая новую статью для заинтересовавшейся редакции. Вот и тогда, небольшое заведение принимало гостей, когда милая парочка присела на красные диванчики, изучая меню. Очаровательная блондинка прижималась к темнокожему парню, чья рука слегка приобнимала девушку. Он что-то рассказывал, а она заливисто смеялась. Со стороны они казались хорошенькими. Взгляд Миллс каждый раз останавливался на них, а на лице появлялась лёгкая, едва уловимая улыбка. Брюнетке всегда хотелось, чего-то такого. Хотелось того, кто вытащил бы её из дома и повёл в неизвестное место, шутя по дороге туда. Но этим мечтам мешало многое. Во-первых, у неё не было этого кого-то, ну, а во-вторых, ей просто некогда! Девушке надо на что-то жить, поэтому работа занимает абсолютно всё свободное и несвободное время. Глупые мечты прекратили накатывать на Реджину в тот самый момент, когда парень заинтересовавшим её столиком чуть приподнял руку и жестом позвал Миллс.       — Добрый день, два молочных коктейля — ванильный и карамельный, — его голос был грубоватый, но в тоже время абсолютно спокойный. Он говорил властно, с высока, будто официанты вовсе не люди, а кучка тараканов, стремительно бегающих и носящих подносы с заказами. Вежлив, уверен в себе, однако крайне сложно понять что в нём нашла симпатичная блондинка, сидящая рядом.       Реджина повторила заказ, а затем скользнула на кухню. В этот вечер людей было не так много, но плиты всё равно горели, фритюры шипели, а миксеры нескончаемо жужжали и грохотали. Знакомый молодой человек в запачканном чёрном фартуке открыто и как-то по-детски улыбнулся брюнетке. Люк давно засматривался на неё, но Редж не находила в коллеге ничего привлекательного, пусть всех и тянет на обладателей веснушек. Каждый вечер проходил так: нескончаемый поток клиентов, зал, столы, меню, повара, уже осточертевшие запахи еды и десятки знакомых лиц. Эта рутина убивала, утаскивала в свои крепкие сети и не давала вздохнуть. Казалось, что Нью-Йорк так и останется для неё враждебным незнакомцем, а она для него очередным чужаком, возомнившим себя достойным и всемогущим. Пара стеклянных стаканов удобно устроилась на пластмассовом подносе. Девушка с силой толкнула дверь и полетела в направлении диванов. Всего за пару минут отсутствия Миллс, атмосфера внутри значительно изменилась. Та самая парочка, которой любовалась Реджина, приняла воинственные позы и встала напротив друг друга. Он больше не шутил, она больше не смеялась. Парень громко кричал, размахивая руками. При каждом движении его кисти блондинка непроизвольно съёживалась, будто защищаясь от предстоящего удара. Она была похожа на щенка, что нашкодил, а теперь получает несколько смачных шлепков за плохое поведение. Девушка молчала, а глаза не выдавали ни единой эмоции, кажется, ей уже без разницы. Неужели она к этому привыкла? Было видно, что задира вот-вот нанесёт удар. И почему при всех? Неужели его ни капли не смущает то, что вокруг столько народу? Разве людей не волнует судьба блондинки? Нет, абсолютно точно нет… никто не оторвался от тарелки, разговоров, смеха и веселья. Прямо сейчас каждый «борющийся за справедливость» спокойно попивал кофе и наслаждался ночным пейзажем. Каждый чёртов «противник домашнего насилия» мыл руки в санузле, совершенно наплевав на девушку, которую сейчас изобьют. Всё? Неужели это действительно всё? Когда мир стал настолько холоден ко всем? На этот вопрос брюнетка ответить не могла, но знала, что в состоянии защитить хотя бы одного человека.       Всё происходило как в замедленной съёмке: Миллс еле тащилась по полу, едва поднимая стакан с коктейлем. Сколько времени прошло после того, как жидкость очутилась на полу-лысой голове, она не знала. Липкий пломбир, белоснежное молоко и вязкая, приторно-сладкая карамель, стремящаяся залить собой глаза, нос, рот… Парень мгновенно повернулся, оторвавшись от своей «добычи». Его ноздри были раздуты, казалось, что они разорвутся, если такое возможно.       — Что ты себе позволяешь?! — каких только слов она не услышала в свой адрес. Пожалуй, об этом стоит промолчать, поскольку словарный запас темнокожего был весьма обширен. Простым «ты» он естественно не ограничился.       — Приношу свои извинения, ваш заказ конечно же оплачу я, а теперь проваливай! — это был тот самый тон, который не терпел возражений. Недобрые огоньки горели в глазах Миллс. Женская спина мгновенно натянулась, как струна. Редж будто ожидала нападения, хотя это не было бы сюрпризом.       — Чтобы выставить меня отсюда, понадобиться что-то посильнее, чем самоуверенная девчонка.       — Полиции будет достаточно? Или предпочитаешь газетную статью с твоим лицом на первой полосе? — в его взгляде сверкнул страх. Брюнетка сильно сомневалась в такого рода угрозах, но это всё, что она сейчас могла. Хотя что-то из этого явно испугало парня, поскольку в следующую минуту он громко, пренебрежительно хмыкнул и пулей вылетел из кафе. Колокольчик на двери ознаменовал победу Реджины звонким «дзинь», — так-то… — Миллс облизала слипшиеся от карамели пальцы. Сладкий вкус триумфа разливался изнутри.       — Кажется, я теперь должна тебе один коктейль, — хрупкая блондинка подала голос. Удивительно, он дрожал, но испуг вовсе не слышался, лишь добрые, ласковые и приветливые нотки долетали до уха брюнетки. Уголки тоненьких губ поднялись, сложившись в лёгкую полуулыбку.       — Моя смена скоро закончится, — Редж достала небольшую тряпочку из-за пояса, чтобы вытереть молочный пруд, который сама же и разлила. Её геройства закончились очередной уборкой зала. Неважно, это того определенно стоило.       — Буду ждать, — девушка уселась на прежнее место и развернулась к огромному окну. Мир в ту ночь перевернулся для обеих. Огни ночного города как всегда пытались затмиться тьму, машины по обыкновению куда-то спешили, а люди за стеклом по-прежнему громко хохотали или молча проносились мимо. Ничего вокруг не менялось, однако именно сегодня один мерзавец положил начало крепкой женской дружбы…

***

      Когда кончился чай, кончились слёзы, кончились разговоры, квартира Миллс вдруг снова задышала. Её обитатели будто очнулись, вышли из глубоко сна. Открытая форточка зазывала прохладу в кухню, заставляя расшевелиться мозг брюнетки. Джонс обязан получить в ответ. Ему ничего не должно сойти с рук. Может Роуз и готова всего на всего расстаться с этим гадким подобием человека, но Реджина нет, она всё так не оставит. Он лишиться работы — это девушка могла гарантировать. Каким образом? Самым простым и незамысловатым. Мистер Гласс получит анонимный звонок, в котором «некто» расскажет о домогательствах Киллиана. Если его не уволят, то интересная информация о сотруднике издательства достанется другой газете. Как насчёт «ABC News», с которой их редакция давно соперничает? К понедельнику стол между Миллс и Роуз будет пустовать.       Время неумолимо бежало, пора было встать с дивана и начать хоть что-нибудь делать. Убираться, переодеваться и просто куда-то бежать. Неважно куда, главное нестись сломя голову, чтобы походить на обычных нью-йоркцев, вечно занятых своими делами. А если в этой равнодушной толпе нетрезвый парень начнёт колотить свою девушку, кто-то заметит? Хоть кто-то заступиться? Вряд ли… на то она и мечта: стать частью большого города, который редко впускает в себя чужаков. Сколько об этом грезила Реджина? Удалось ли ей исполнить мечту? Забавно, но пару дней назад брюнетка ответила бы да, а сейчас? А что бы сказала сейчас?       — Редж, подвезёшь меня до квартиры Джонса? Хочу забрать свои вещи, — Нельсон была настроена решительно. Наверняка она не совсем готова посмотреть ему в глаза, да и не надо. Ведь раньше не смотрела! Иначе как можно было проглядеть такого мерзавца? Любовь слепа.       — Хорошо, собираемся и едем, — брюнетка просто обязана проводить Роуз и помочь ей с непредвиденным переездом. Мало ли что может взбрести в голову Киллиану! Вдвоём отбиваться куда легче. И где будет жить Роуз? Наверное, Миллс поселит её у себя. Ни в какой грязный мотель подругу она не пустит! Её квартира вполне просторная, место двум девушкам точно найдётся. Гостевая комната будет в полном распоряжении блондинки. А с Грэмом они уж как-нибудь разберутся. Пятничные ужины можно перенести в ресторан, а местом встречи назначить апартаменты Хамберта.

***

      Машина медленно двигалась в пробке, хотя скорее ползла. И почему в воскресное утро люди не нежатся в кровати, а садятся по своим автомобилям и, словно тараканы, разбегаются по всему городу? Им действительно неважно куда идти? Лишь бы торопиться. Светофоры. Пешеходные переходы. Воюющие друг с другом водители. Звук сирены и яркий свет мигалки. Скорая помощь. Неужели Нью-Йорк опять кого-то погубил? Очередной мечтатель лишился жизни или эта машина летит, надеясь на хороший исход? Забавная штука… сначала доводят до летальных исходов, а затем мечутся из угла в угол, пытаясь спасти. Ну не цирк ли? Конечно, он самый. Эти представления везде: на улицах, в кафе, магазинах, больницах, банках… Весь мир театр! Кто-то — непревзойдённый актёр, а кто-то просто не в силах притворяться. Именно такие люди устраивают митинги, становятся волонтёрами, стараются сделать жизни окружающих лучше. Была ли Реджина такой? Спасала ли затуманенные разумы людей? Как бы грустно это не звучало, но нет. Она просто плыла по течению, двигалась под влиянием толпы, прогибалась перед начальством и тихо жила, пусть и понимая всю глупость происходящего. Брюнетка не была из тех, кто смирялся с несправедливостью, однако здесь… здесь всё шло не так! Пускай не активистка, но сдаться она себе не позволит. Если Нью-Йорк поставит её перед выбором: спектакль или выходящее за рамки нормы — девушка с гордостью поборется за правду.       Автомобиль подкатил к обыкновенному многоквартирному дому с кирпичными стенами, серыми фасадами и ржавыми пожарными лестницами. Дом будто из американского фильма ужасов. Самый скромный, ничем не выделяющийся, но чертовски неуютный! И этой противной мерзостью так и веяло в воздухе. Разве дом виноват в том, что гниль его обитателей сочится наружу? Высокие ступеньки, крохотное крыльцо и изумрудная глянцевая дверь. Боже, за такой вход в свой дом можно продать душу кому угодно! Видимо, Джонс так и сделал. Роуз моментально выскочила из машины и с силой захлопнула за собой дверь. В другой ситуации Миллс обязательно провела бы воспитательную беседу о том, как необходимо обращаться с чужими, да и своими вещами. Только сейчас Редж поняла, что не успела за блондинкой, а значит, если внутри что-нибудь случиться, помочь она не сумеет. Как можно было отпустить подругу одну и даже не узнать номер квартиры?! Безответственность! Совсем не свойственная для брюнетки черта. Но в последнее время всё явно идёт наперекосяк. Сначала встреча Робина, потом его странные попытки, затем Зелина и её муженёк, Роланд и в конце концов Киллиан! За последний месяц её мир здорово перевернулся и даже ни раз. Он будто наворачивал сальто! Кувырок за кувырком. Неудивительно, что это повлекло за собой некоторую рассеянность. Время — странная штука. То оно летит быстрее пули, то ползёт медленнее любой улитки. Очевидно, в самый нужный момент оно старалось остановиться и тормозить как можно дольше. Вот и сейчас, минуты текли не спеша, тихонько, может они стояли под дверью заветной квартиры, приложив свои уши? Послушать их, наверняка, накалённую беседу Реджине тоже было интересно. Сердце предательски сжалось. Неужели Роуз плачет? Появилось гадкое ощущение, кричащее: «Спасай её, она в опасности». Женщина металась из стороны в сторону, заглядывала в окна, пыталась разглядеть комнаты сквозь занавески. Всё вокруг замолкло. На улице не было ни единой души. Даже в большом городе иногда бывает спокойно. Самое время, да? Никто не услышит крики. А хотя кого это будет волновать? В прошлый раз все равнодушно сидели, хохотали, закрывали глаза и продолжали существовать в своём отрешённом мире. Дверь скрипнула. Миллс в упор смотрела на блондинку, вышедшую из неё. Растрёпанная причёска, потёкшая тушь и… о, ужас! Побагровевший след на руке. Он успел крепко схватить её за запястье, может даже дернуть. Ничего бы не случилось, была бы брюнетка рядом. Она бы вскочила и заслонила бы её собой. Но все эти «бы» — лишь сослагательное наклонение. Она там не была. Не кинулась на защиту, а просто стояла здесь и ждала.       Нельсон вынесла с собой два чемодана. Один из них скрёбся об асфальт. Сломанное колёсико не давала багажу легко передвигаться. Но ведь чемодан абсолютно новый! Они с блондинкой относительно недавно его покупали, когда эта, только что разошедшаяся парочка, планировала целый тур по городам Европы. Джонс что, пытался пинать кейс ногами? Безумец! Заплаканное лицо Роуз не давало покоя. Редж подскочила и выхватила сумки из рук подруги. Та вовсе не отреагировала, лишь отпустила ручки и встала, облокотившись на чугунные перила. Взгляд тёмно-серых глаз ничего не выражал. Она будто умерла изнутри. Вечно весёлая и оптимистичная девушка залезла поглубже, спрятав свой носик в самом тёмном углу. Сломалась? Ответ на это дало следующее действие. Блондинка засунула руку глубоко в сумочку, а затем вытащила не открытую пачку сигарет и зажигалку. Что? Она ни разу в жизни не вдыхала табаку. Джонс да, увлекался, но хрупкая мисс Нельсон никогда! Огонь, трава и дым. Одна затяжка. Вдох. Выдох. Гнусный запах окутал девушек. Белая, полупрозрачная дымка туманила взгляд, а аромат дурманил мысли. На секунду всё показалось таким нереальным. Всё счастье в прошлом выглядело сказкой, которой никогда не было на самом деле.       — Он правда чёртов ублюдок! И как я раньше этого не видела? — ещё один вдох. Услышать такое от Роуз казалось чем-то невозможным! Что же с ней сотворил этот паршивец-Джонс?! Если она заменит его табаком и алкоголем — лучше не станет. Нужно было что-то, что утолило бы жажду мести в обеих девушках. Одна разъярённая женщина страшна, а две во сто крат страшнее и опасней! — А мы ещё и вместе копили на машину! И чья она в итоге? Джонса конечно!       Мисс Нельсон качнула головой в сторону изумительной синей BMW. А ведь и правда, подруга никак не сможет отнять у него автомобиль. Всё оформлено на Киллиана, а Роуз ему даже женой не была. Да уж… на этом и закончилась справедливость. Последний мерзавец остался с крышей над головой и шикарным авто. Подруга щёлкнула зажигалкой. Пламя выбралось на свободу. Такое ровное и до ужаса красивое. В моменты, подобные этому, рождались гениальные мысли. Идея появилась сама собой. Она полностью отключила сознание и здравый смысл. План был рисковый, зато честный. Это тот самый случай, когда мир предложил промолчать и уйти или закрыть глаза, выйдя из замкнутого круга бед и несчастий. Образ в голове сиял всё ярче и красочней.       — В моём багажнике есть канистра, — блондинке не нужно было ничего разжёвывать. Она метнулась к мерседесу Миллс. Они обе прекрасно понимали что может последовать дальше. Помешает ли это воплотить задумку в жизнь? Нет. В сказках справедливость всегда восторжествует, быть может мир уподобится детским книжкам. Хотелось бы в это верить.       Запахло бензином. Роуз вовсе не теряла времени. Совсем не вязкая жидкость заструилась по крыше машины. Затем принялась за лобовое стекло, попутно стекая по заднему. Пришло время и капота, крышки багажника. Номера автомобиля тоже покрылись золотистым горючим. Забавно, что девушки провожают уже второго бывшего Нельсон подобным образом. Сначала карамельный соус, а теперь бензин. Пора бы завязывать с этим безумным хобби. Иначе чего стоит ожидать в следующий раз? В основном после расставания женщины царапают мужские авто, но что они сейчас делают?! Вовсе не играются ножом по дорогой краске. И снова зажигалка, подумаете вы. Но даже не она. Тлеющий окурок от дешёвых сигарет Джонса полетел в сторону BMW. Какая ирония. Поджог устроили вовсе не сумасшедшие дамы, а догорающий, горький, мерзкий бычок, вытащенный из прибежища Киллиана. Одна секунда. И стоящая сотни тысяч машина вспыхнула от копеечной сигареты. Ох, этот аромат! Запах победы, нефти и табака. Тошнотворное комбо, хотя нет, триумф всё компенсировал. Глупо, что они не боялись. Ведь в действительности, обе прекрасно понимали, что за месть, которую они подали отнюдь не холодной, последует наказание. Может в детской сказке девушки стали бы героями, зарубившими дракона, но в суровой реальности для каждого действия есть равное и противоположное противодействие. Ньютон ведь не ошибся, верно? Никто не остаётся безнаказанным. Пусть справедливость останется здесь ненадолго, и, вскоре, на них обрушится ответная волна — не стоит унывать. Сейчас перед глазами полыхает гордость Джонса, а это дорогого стоит…

***