С ног на голову

***

      Вчера они подожгли автомобиль. Чёртову BMW! Эта мысль не давала покоя. Нет, Редж ни в коем случае не жалела о том, что сделала, но… какой-то липкий осадок оставался. Брюнетка прекрасно понимала, что их «друг» может написать заявление и вполне себе ответить на обоснованный и справедливый жест женщин. Однако, в законах не пишут, что простительно сжечь машину своего подонка-бывшего. Порча имущества есть порча имущества! Абсолютно неважно почему вы так поступили. Будь у вас хоть тысяча причин — непростительно нарушать правила! Разве это честно? А если он заслужил?! Общество всё равно сочтёт виноватыми девушек. Таковы жестокие реалии. День за днём терпишь, а когда нервов больше не хватает — ты срываешься и что дальше? Отчитываешься перед всеми за то, что этот мерзавец испоганил тебе всю нервную систему, да и жизнь, вообще-то.       Сегодня понедельник, а значит, очередная рабочая неделя вступила в свои права, выгоняя всеми любимые выходные. Сколько бы всего не накопилось за эти пару дней, встать было необходимо, ведь кто, как ни сама Миллс, заработает себе на хлеб. За окном было жутко. Свинцовые облака застилали небо, не давая прохода солнечным лучикам. В подобные дни не хотелось ничего делать, лишь залезть в гигантский тёплый свитер и вернуться в уютную постель. Однако, этому мешало несколько вещей. Во-первых, кровать уже была заправлена, во-вторых, работа никого не ждёт, ну и в-третьих, в гардеробе Реджины вовсе не было подобных свитеров! Кстати, может стоит задуматься о его покупке? Как бы то ни было, брюнетка уже собиралась: умывалась, спешно надевала длинную шифоновую юбку белого цвета, накидывала пудровую блузку, красилась, застегивала высокие замшевые сапоги, снимала с вешалки лёгкий карамельный плащ, хватала ключи и выбегала из дома. Всё вокруг не просто шло быстрым шагом, оно скорее неслось галопом и даже не собиралось останавливаться. Тут нет ничего удивительного. Нью-Йорк уже давно не крохотное голландское поселение. Может провинциальные городки никуда и не спешат, но они ещё далеко не те гиганты, в чьих жилах сейчас пробегают миллионы людей. Один большой муравейник.       До работы оставался час. Отчего-то именно сейчас брюнетке хотелось пройтись до редакции пешком. На машине она точно не приедет раньше. В данный момент ей просто нужно было проветриться. Что может быть лучше прогулки? Пускай окружающие торопятся, толкаются, чертыхаются, а она не будет. Реджина просто прогуляется до офиса, негромко, размеренно ступая по мостовой, как когда-то… Когда Богом забытый Сторибрук был её домом, когда зелёные аллеи были её убежищем, а узенькие пляжики вдохновением. Такое далёкое прошлое. Интересно, а как бы сложилась жизнь, если бы брюнетка осталась, прогнулась перед матерью и стала той, кого она хотела видеть? Были бы у неё дети, полноценная семья и любимое дело? Может она стала бы садоводом; днями и ночами ухаживала бы за деревьями, подрезала бы розовые кусты. Кто знает, что готовил ей Сторибрук… Быть может она приедет туда когда-нибудь, но точно не в ближайшее время.       Секунды стремительно бежали, минуты неслись галопом. Мисс Миллс была настолько погружена в свои мысли, что даже не заметила, как подошла к офису. Ужасно не хотелось переступать порог редакции, вдруг она откроет дверь и увидит там Джонса, сидящего напротив неё с гадкой, омерзительной улыбкой. Женщину охватил липкий страх и неуверенность. Боже, если Редж чувствует себя так мерзко, то какого Роуз? Эта хрупкая девушка, наверняка, боится и скорбит. Нет, не по Киллиану, конечно, но по тому времени, которое он украл, нагло отнял своей дерзостью и смазливым лицом. Что творится внутри её маленькой подруги? Буря? А может штиль? Может её душа наконец успокоилась? В любом случае, чтобы узнать ответ на такой волнующий вопрос, нужно перебороть себя, войти и взглянуть на стол напротив. Вот и всё, она набрала побольше воздуха в лёгкие, прикрыла глаза, толкнула дверь и застучала шпильками по паркету…       Миниатюрная спина блондинки, рабочее место Миллс и всё — пусто. Стоит радоваться? Возможно. Тошнотворный запах сигарет, смешанный с ароматом крепкого кофе.       — Привет, — нерешительно протянула брюнетка.       Подруга оторвалась от компьютера и повернулась на знакомый голос. Наверное, впервые в жизни Реджина не смогла прочитать то, что чувствует Роуз. Мешки под глазами свидетельствовали о бессонной ночке, сигарета во рту не внушала ничего хорошего, однако взгляд был чертовски спокоен. Будто ничего не случилось. Где та добрая, эмоциональная мисс Нельсон, которая пару дней назад вскочила бы со стула и расцеловала Редж? Кто эта женщина, сидящая перед ней?       Разговоры не вязались, статьи не шли, зато чашки кофе едва успевали наполняться. Время обеда. Тишина. Небольшой перерыв на десерт. Молчание. Конец рабочего дня. Кивок на прощание и больше ничего. Разве они чужие друг другу? Ещё недавно эту ситуацию постарался бы разбавить своими шутками Джонс, но его здесь больше нет и никогда не будет. Прогулка до дома не помогла развеяться. Чего-то не хватало. Хотелось позвонить Грэму, дежурство, есть дежурство, когда трезвонить не стоит. И что дальше? У неё есть сестра, мать, но звонить то некому! Мисс Миллс вполне могла называть себя сиротой, потому что той самой семьи у неё не было. Реджину передёрнуло от неожиданности. В сумке завибрировал телефон, отчего та с грохотом упала с банкетки в коридоре. Мобильный уже во всю скакал по полу. Взгляд упал на экран и зацепился за имя звонящего: «Робин Локсли».       Этого ещё не хватало! У мистера Локсли просто необыкновенная чуйка. Он всегда появляется в те моменты, когда брюнетка чувствует себя отвратительно. Безусловно, можно не ответить, переключить телефон на режим самолёта и забыть о светловолосом, как о страшном сне, но женская интуиция подсказывала, что хуже чем сейчас уже не будет. Быть может стоит дать шанс спортсмену? Она громко вздохнула, подняла устройство с пола, отсчитала несколько секунд, чтобы Робу не показалось, что она ждёт его звонков, в последний раз взглянула на дисплей и нажала зелёную кнопочку.       — Алло, — на другом конце провода послышались детские крики и лёгкий кашель. По всей видимости Локсли готовил свои голосовые связки к разговору.       — Мисс Миллс, добрый вечер. Я бы не стал беспокоить, но Роланд уже третий час борется со мной, кричит и визжит, потому что хочет вновь вас увидеть. Странная ситуация, — светловолосый усмехнулся. Редж могла поклясться, что лицо мужчины прямо сейчас украшают ямочки, — Может прогуляемся? Если ты свободна, конечно, — резкий перескок с «вы» на «ты» немного смутил брюнетку, однако она промолчала. Их общение уже точно переросло из официального в более дружественное.       — Раз уж Рон так боролся за меня, то почему бы не отблагодарить моего героя? — на уставшем женском лице неожиданно заиграла улыбка. Дети творят чудеса. При одной мысли о том, что её уже ждёт маленький мальчик, на душе становилось теплей. Неужели этому вечеру суждено кончится хорошо? Удивительная нежность переполняла всё тело.       — Ох, думаю этот проказник будет счастлив. Мы заедем за тобой через час, — и снова мужской голос как бы намекал, что оспаривать это решение бесполезно. Сколько можно? Она ему что, заложница, чтобы беспрекословно слушаться?! Однако, гнев моментально утих, когда на фоне разговора послышалось детское «Ура» и «Папа, погладь мне самую красивую рубашку!», — Тогда до встречи.       — Пока, — произнесла Реджина в момент, когда звонок завершился.       Боже! В запасе всего час, а внешний вид оставляет желать лучшего. Срочно переодеться, подправить макияж и сделать что-нибудь с гнездом на голове! Гардероб приветливо раскрыл свои двери, предлагая десятки нарядов для вечерней прогулки. Выбор пал на лёгкое платье орехового-коричневого цвета с белым игривым горошком. Великолепная длина, скрывающая коленки, но оставляющая место для красивых лодыжек. Времени было совсем мало, поэтому долго любоваться нарядом становилось непозволительной роскошью. Хотите изумительную причёску от женщины всего за час? Вряд ли дождётесь, потому что время рядом с плойкой течёт иначе, а впрочем… Часы уже всячески старались объяснить хозяйке, что до назначенного времени осталось пять минут. Нет ничего проще и волшебнее, чем крупные и изящные локоны. Кожаные карамельные босоножки на каблуке, маленькая сумочка и всё — королева готова к своему дебюту!       Прямо у парадного входа стоял чёрный Rolls Royce. Брюнетка даже думать не хотела о том, откуда этот чертяка взял её адрес. Богатый человек, обширные связи. Сказать по правде, появлялось ощущение, что мистер Локсли собрал целое досье на неё. Хотя, будет вполне неудивительно, если женщина найдёт такую папку в его кабинете. Интересно, все его знакомые разложены по полочкам или Реджина одна единственная? Видимо, мисс Миллс настолько отвлеклась от происходящего, что ничего не понимающий Робин решил выйти из машины и открыть женщине дверь в салон. Весёленькая рубашка светловолосого сильно бросалась в глаза. Глубокий тёмно-бирюзовый, украшенный тропическими листьями и цветами. Телесного цвета шорты и сандали. Такого «простого» Роба Редж ещё не видела. Никакого костюма и серьёзностей, обычная прогулка могла с лёгкостью раскрыть вкусы мужчины, запрятанные глубоко внутрь. Как же давно она не гуляла подобным образом! Никаких ресторанов, светских мероприятий или званых вечеров. Здесь не надо надевать маску идеальной женщины, которая в жизни своей не видела ничего кроме брендовых нарядов, дорогих вин и изумительных отражений в зеркале, благодаря пластическим хирургам.       — Джина! — радостный крик встретил брюнетку в салоне автомобиля. Так нежно никто и никогда не называл её. Пожалуй, она отдала бы всё на свете, лишь бы слышать этот тоненький голосок по утрам.       — Привет, малыш! Соскучился? — её лёгкая улыбка, адресованная только мальчишке завораживала. Кто бы мог подумать, что она настолько любит детей?       — Страшно… Я всё просил, просил, а папа не хотел тебе звонить, — парнишка надул губки и скрестил руки на груди. Реджина боковым зрением отчётливо видела, что Локсли кидает любопытные взгляды в сторону их с Роландом трепетной беседы.       — Робин, смотрел бы ты лучше на дорогу, — это не звучало как укор, однако немного смутило мужчину. Он всё же отвёл глаз от крохотной идиллии и уставился на дорогу, хотя милые ямочки продолжали играть на щетинистой физиономии. Эта парочка вместе смотрелась просто изумительно. Каждый ребёнок заслужил подобную мать. Как жаль, что Рон был лишён той самой, материнской любви, которая так важна для любого малыша.       Салон машины был наполнен детским смехом в тот момент, когда они подъехали к гигантской парковке рядом с Luna-Park. Да, мисс Миллс представляла прогулку немного иначе, но вряд ли маленькому мальчику было бы интересно просто гулять по узеньким дорожкам парка. Лето, хочется развлечений, аттракционов, чем Кони-Айленд и завлекает маленьких гостей и их родителей. Малыш визжал от восторга, его карие глазки светились, а крохотные пальчики тыкали в разные стороны. Очевидно, что Робин редко водил сына в подобные места, иначе бы вся пресса уже давным давно прознала о Локсли младшем. Первым делом, как и любой парнишка, Роланд направился к пёстрой стойке с надписью «Тир». Его взгляд зацепился за очаровательную плюшевую обезьянку. Десять дротиков, воздушные шарики и твоя собственная меткость. Несмотря на свой возраст мальчик пару раз попал точно в цель, за что получил лишь скромного размера конфету. Однако, этого было недостаточно. Без серой мартышки Рон был просто не намерен уходить. Мальчуган скрестил руки на груди и насупился. Десять попаданий казались для Реджины невозможной задачей, разве Робин сможет что-нибудь с этим сделать? Но его сынишка искренне верил и требовал от отца игрушку. Роб почему-то лишь улыбнулся, а затем взял второй десяток дротиков. Догадываетесь что сделал мистер Локсли? Израсходовал все снаряды, не промахнувшись ни разу! Плюшевая обезьянка теперь гордо красовалась в руках малыша. Ведь не зря говорят: «Папа может всё, что угодно». Да, спортсмен, но ведь бейсболист, а не лучник! Откуда тогда такая меткость и уверенность движений? С каждым днём Роб заново открывался для брюнетки. Сколько ещё тайн скрывает его многогранная натура? Карусели, детские машинки, «русские горки» и ещё сотни развлечений, от многообразия которых разбегались глаза. Парнишка в очередной раз ткнул пальцем и сделал жалобное личико. Его выбор пал вовсе не на развлечения. Аквагрим. Роланд пожелал разукрасить лицо. Ребёнок моментально сел за столик и начал своё преображение. У взрослых же появилась возможность спокойно прокатиться на колесе обозрения — главной достопримечательности и визитной карточке Кони-Айленда. Однажды, Денис Вурдерис пообещал своей будущей жене подарить чудо-колесо, украшающее Luna-Park. И что же? Купил, в качестве подарка на свадьбу. С тех пор и по сей день этот аттракцион пользуется большой популярностью среди тех, кто желает сделать предложение своей второй половинке. Безусловно, о подобных вещах и речи не могло быть! У Реджины своя личная жизнь, у Робина своя. Но атмосфера в этом месте казалась особенной, пропитанной теми эмоциями, что испытывали влюблённые. Интересно, сколько «да» слышали эти металлические балки и сверкающие лампочки?       Они сели в одну из кабинок. Крохотная комнатка с панорамными окнами и одной лавочкой. Тесновато, но приятно. Движение началось. Медленно, абсолютно спокойно двигалось и набирало высоту колесо. Вот-вот им откроется волшебный вид на Бруклин. Земля уходила всё дальше и дальше. Женская головушка начинала кружиться. Чёрт! Как давно она не была на подобных аттракционах?! Брюнетка и забыла о том, насколько «любит» находиться в воздухе. К горлу уже подступала тошнота. Дыхание абсолютно сбилось. В левом боку что-то закололо, а голова предательски закружилась. Кажется, страх перерастал в истерику… Думаете, Роб этого не замечал? Конечно, светловолосый видел.       — Так, спокойно, — аккуратно и тихо начал Локлси, — помассируй мочки ушей, должно стать полегче, — дрожащие руки потянулись к нежной коже. Она громко выдохнула, начиная мять краешки. Совсем не помогало! Прерывистое дыхание не возвращалось в привычный ритм, что не сулило ничего хорошего, — есть ещё один способ, но он тебе вряд ли понравится…       Миллс не отвечала. Слова просились наружу, но что-то их не пускало. Робин решил действовать без позволения брюнетки. Пускай потом светловолосый получит в лучшем случае выговор, зато выведет женщину из состояния истерики. Главное — отвлечь мозг, переключить его на другое событие, заставить забыть о страхе. Откуда мужчина знает всё это? Жизненный опыт. Он не часто старался успокоить распереживавшуюся даму, однако такие истории случались. Много лет назад. Хотелось окунуться в воспоминания, но время для этого было совсем не подходящее. Роб присел на корточки прямо напротив лица Реджины и заглянул в карие глаза, молящие о помощи. Вдох. Выдох. Локсли слишком медленно думал и делал! Если паника охватит и его — будет уже не до шуток. Казалось бы, отчего он так боится и переживает? Всё довольно просто. Мужчина чуть приподнялся, потянул Редж за подбородок и легонько, ещё ожидая реакции прильнул к трусившимся губам. Глаза брюнетки мгновенно распахнулись, а сердце, казалось, стало биться с новой силой. Что, чёрт возьми, происходит?! Мужчина ждал ответа, тем не менее, стараясь углубить поцелуй. Пускай она будет злиться, главное, что не бояться. Всё казалось безумием, хотя по правде сказать, и было таковым. Что она чувствовала? Слабеющую панику, недоумение и гнев. Причиной её негодования не был Роб, да и это чувство нельзя было назвать гневом. Слово никак не подбиралось. Внутри всё кипело, бурлило и обжигало. Будто Реджина пролила горячий кофе. Но конкретнее описать то, что творилось внутри, женщине, увы, не удавалось. Впервые случалось такое, когда Миллс просто не могла определиться с тем, что вообще происходит! Очевидно, что мозг, натерпевшийся за сегодня страху и ошеломлённый нынешним положением дел, просто отказался работать. А что же ощущал Робин? Гордость, воодушевление, но в тоже время досаду. Обидно, что брюнетка не поддалась? Безусловно. Однако, как и думал мужчина, она переключилась, что значило лишь одно — он справился. Плевать, если женщина не чувствует того же, о чём грезил и продолжает грезить Локсли. Когда-нибудь игра в «третий лишний» прекратится. Из транса светловолосого вывел громкий шлепок по лицу. Как говорят: « Пощёчина — это разочарование и разлом идеальной нормы перед лицом жизни, в которой есть все; она тень нормы, она — утверждение, урок, бегство, она — сила идеалов и слабость человека, она, наконец, вера в человека». Ох, а сколько комбинаций и смыслов в одном лёгком ударе ладонью! Что имела ввиду Реджина и ей и ему ещё предстоит разгадать…       — Ай! Сколько можно тебе напоминать?! Людей обычно благодарят простым словом «спасибо», — вполне ожидаемая реакция. Кто бы сомневался. Наивно полагать, что мисс Миллс моментально растаяла бы и сдалась, упав в крепкие мужские руки.       — Знаешь, это совсем не смешно!       — А мне очень даже понравилось, стоит обязательно повторить, — он расплылся в своей фирменной улыбке. В любой другой момент, быть может, брюнетка прокляла бы кого-то, лишь бы избавиться от Его «Привлекательства», однако, в свете недавних событий, очередной мужчина, который считает себя самым умным и неотразимым, вызывал уже не смех, а новый страх. «Робин не такой» — внушала она себе, но так ли это? Джонс тоже казался другим. Наступить на те же грабли было бы жутко.       Чёртово колесо наконец спустило их на землю. Находиться с ним рядом не хотелось больше ни минуты. Да, может хотел помочь, но ведь есть миллион способов! Естественно, он сейчас не совсем поймёт чем обусловлена её реакция, а впрочем, это и необязательно объяснять. Последнее, что Реджина хотела сделать — попрощаться с малышом и больше никогда в жизни не видеть это щетинистое, самовлюблённое лицо. Кудрявый паренёк сидел на стуле и ждал свою новую знакомую вместе с папашей-героем. Маленький львёнок радостно рычал и крутился у ног брюнетки. Такая очаровательная картина просто заставляла улыбнуться. Чтобы ни творилось у нас в душе, нужно владеть собой. Ребёнок же не виноват и точно не заслуживает её грустного взгляда и обеспокоенного лица.       — Джина, смотри! Я теперь лев! — уголки губ слегка поднялись и на секундочку застыли на месте. А он вновь смотрел и любовался! Точёные черты лица, аккуратненький носик с горбинкой, и это всё не принадлежит ему от слова совсем. А должно ли? Последнее время Робин часто вспоминал их первую встречу. Если бы Нью-Йорк тогда не разлучил тех подростков, как бы сложились их судьбы? Быть может она бы была не Миллс, а он не отцом-одиночкой. Локсли усмехнулся своим же мыслям. Мечты мечтами, а тут реальность, суровая или не очень — он решит чуть позже.       — Так, приятель, думаю пора собираться домой, — вряд ли они с Реджиной сегодня нормально поговорят, а гулять с таким видом, будто кто-то умер — никуда не годится.       — Ну, папа, давай ещё погуляем, — мальчик стал хныкать и канючить. Ох, уж эти дети! Роб был настроен решительно, потому не поддавался никаким уговорам.       — Перестань! Разве можно вести себя так при дамах? — Рон моментально стих. Очевидно, он задумался о сказанной фразе, ведь ужасно желал впечатлить Редж.       Долгое блуждание по парковке в поисках машины, а затем то, чего так не желал слышать Робин. Мальчик сел в салон, они на пару минут остались наедине. Что скажет Миллс — не так важно, главное, воспримет ли светловолосый её слова всерьёз. С того момента, как он вновь появился жизнь пошла под откос. Будто он виновник всех бед. Может порчу кто навёл? Сейчас было не до шуток, хотя закономерность довольно интересная — каждый раз, когда Роб появляется на горизонте — случается что-нибудь отвратительное.       — Я с вами не поеду, вызову такси, — тихонько начала брюнетка.       — Глупости! Мы тебя отвезём, — похоже, Локсли ещё не совсем понимал, что происходит.       — Нет, Робин, я не сяду в машину! — она выделяла каждое слово, — Того, что сегодня произошло больше не должно повториться! Неужели ты вообще не считаешься с моей личной жизнью?! — вопрос летел за вопросом, они как оппоненты, стояли друг на против друга, стараясь защититься или напасть первым, — Сейчас я тебя прошу, забудь о том, что было, и вернись к своей прежней жизни. Удали мой номер, сожги папку с адресами, если она есть, и больше не лезь в мою грёбаную жизнь! — в уголках глаз появились едва заметные слёзы, голос уже хрипел.       — Я тебя понял, — вот и всё. Игра в «третий лишний» закончилась, только Локсли неожиданно для себя проиграл. Неужели всё так кончилось? Дрожащая она с потёкшей тушью и обезоруженный он, просто не представляющий что делать дальше. Впервые за много лет к нему вновь вернулась радость ожидания нового дня. А теперь… а что теперь?       — Прощайте, мистер Локсли, — эффектная брюнетка, мечта любого мужчины, развернулась и, гордо подняв голову, застучала каблуками по мостовой. Единственное, что осталось от неё — длинный, невидимый шлейф женского парфюма. Ваниль, жасмин, бергамот и, кажется, роза. Он обязательно запомнит этот аромат, быть может, когда-нибудь, тонкие нотки этих духов проявятся в толпе.       Забавно, что именно сегодня интуиция твердила: «Хуже быть не может, сходи!». Как так получилось, что хуже может?! Хотя, наверное, порвать эту неоднозначную связь стоило ещё в тот момент, когда на стадионе он сунул свою визитку, а может и ещё раньше. Отказалась бы от интервью с Локсли и никогда бы больше не увидела его самодовольную улыбку. Кто же знал, что тот назойливый паренёк из автобуса разрушит хрупкое равновесие её мира, устроит проверку на верность и доведёт её до такого состояния, о котором она и думать забыла.       Жёлтое такси подкатило к главному входу Luna Park. Брюнетка села в автомобиль и с силой захлопнула за собой дверь. Будь бы это её машина — закидала бы огненными шарами! Но авто не её, да и не до дверей как-то. Городской пейзаж плыл, но даже не из-за высокой скорости. Мисс Миллс всего-навсего вымоталась. Столько всего произошло за последние пару дней, сил уже не хватало на банальную готовку или уборку, чего уж говорить о работе, прогулках или внутренних разборках.       В сумке запищал телефон. Сообщение… «Только не Локсли, лишь бы не он», — единственное о чём сейчас думала Реджина, доставая сотовый и параллельно скрещивая пальцы на левой руке.       — «Спишь?»— хвала богам! Это лишь Грэм. На душе стало гораздо спокойней.       — «Неа», — Миллс не стала уточнять, где она и почему до сих пор не дома.       — «Страшно соскучился. Может я приеду?» — вопрос был вполне ожидаемый. Да и по правде сказать, ей тоже хотелось увидеться. Последнее время собраться всё никак не получалось, а сейчас это было необходимо.       — «Буду ждать», — конец предложения украшал очаровательный смайлик с поцелуйчиком. Как там Редж сказала? Хуже уже не будет? Опасно повторять эту фразу в третий раз. Мало ли она провоцирует и зовёт все несчастья.       Такси наконец-то оказалось прямо возле подъезда Редж. Лестница, ключи, дверь, а вот и излюбленные хоромы. Сейчас бы хоть доползти до дивана и, не уснув, дождаться Хамберта. Они вряд ли сядут за болтовню, скорее всего мужчина тоже ужасно устал, а потому это встреча идеальна для обоих. Лёг рядом и всё — больше ничего не надо. Разве не прелесть? Не надо ей свиданий, цветов и сюрпризов, просто уложите измотанную женщину спать. Именно поэтому они с Грэмом и были вместе — просто, комфортно, спокойно и никаких скандалов, интриг, во всяком случае оба на это надеялись. Замок в двери щёлкнул. Брюнетка, как по команде вскочила и кинулась в прихожую. На пороге стоял широкоплечий мужчина с пакетом продуктов. Неужели она ошиблась, и Грэм решил что-нибудь приготовить.       — Не пугайся, это на завтрак, — Хамберт усмехнулся, видимо её глаза и выражение лица уж слишком выдавали нежелание что либо делать.       Он снял серое пальто, убрал обувь в шкафчик, а затем сгрёб в свои объятия Миллс. Как же приятно! Она снова рядом с тем, кому безоговорочно верит, упирается головой в его мощную грудь и ощущает родной аромат.       — Ну что, Её Величество изволит спать?       — Было бы неплохо, — только и успела сказать брюнетка, как мужчина уже поднял её на руки и понёс в сторону спальни. А знаете, Реджина понимает детей, которые любят сидеть на ручках. Такое восхитительное ощущение! Не надо плестись своими ногами, можно просто откинуться и спокойно уснуть на чьих-то тёплых руках.

***

      Робин ехал домой в подавленном состоянии. Светловолосый не понимал. Ничего не понимал. Малыш на заднем сиденье уже тихо и мирно посапывал, однако Роб понимал, что заснуть сегодня — бесполезная трата сил и времени. Нужно развеяться. Кто, как ни лучших друг, поможет в этом непростом деле. Локсли достал телефон и фактически вслепую набрал номер Уилла.       — Алло, — на другой линии послышался спокойный голос Скарлета, видимо сегодняшний его день кончился довольно скучно.       — Может сходим в бар?       — Есть что обмыть? — парень заметно воодушевился, лишь после прокрутив в своей голове возможные причины необходимости в «пьянке», — судя по всему нечего. А впрочем, знаешь что? Ты возможно в первый и в последний раз слышишь эту фразу, но может быть ну эти сходки богатых алкоголиков? Бери своего пацанёнка, палатки, и поехали в лес, знаю одно местечко. Продукты купим по дороге.       — Пожалуй возьму с собой тёплую куртку. Уилл Скарлетт отказался пить, что-то мне подсказывает, что скоро пойдёт снег, — да-да, светловолосый делал вид, что всё нормально, а напиться он желал от счастливой жизни и для острых ощущений.       — Ой, вот только не надо! Возможно впервые веду себя, как взрослый человек, а он смеётся, — такая формулировка улыбнула Робина. Хотя, на самом деле, это было правдой. У друга не было ни девушки, ни жены, ни детей, да даже рыбок! А значит о какой ответственности идёт речь? — всё! Запрягай лошадей, подъеду минут через сорок, — Скарлет отключился. Чёртов авантюрист! Сейчас Роб не желал приключений, он просто хотел спокойствия, хотел забыть о той жгучей брюнетке, что сегодня спалила его дотла.       Будить Рона совсем не хотелось, поэтому машина вместе с сыном остались в гараже (да-да, вот такой он безответственный отец), а Роб полетел собираться. Палатки в подвале, вещи в гардеробе, а пледы и одеяла в шкафах. Вроде бы ничего не забыл. Ах да… бутылочка солодового скотча. Так, на всякий случай. Он же не собирается пить прямо сейчас, просто возьмёт с собой. Кто ж знает, может после Уилла придётся успокаивать свои нервишки. До согласованного времени оставалось ещё 15 минут, когда в дверь позвонили. И кто бы это мог быть? Впрочем, вопрос был риторическим, а ответ очевидным. На пороге стоял Скарлет в белой футболке и светло-голубом пиджаке с розовыми тюльпанчиками. Выглядело довольно комично и нелепо.       — Ты что, магазин «Всё для клоунов» ограбил? — сдержать хохот было просто невозможно. При виде друга, который будто бы сбежал из цирка-шапито на душе становилось легче.       — Началось… — Скарлет закатил глаза, — всё ему сегодня не нравится! Отказался пить: «Тебя подменили?», впервые одел костюм: «У циркачей своровал?». Как тебе вообще угодить? Чёрт с тобой! Пацанёнка где потерял?       — Спит в машине, — Уилл только было открыл рот, но Роб, не желая отвечать на расспросы сейчас, перебил друга, — потом всё тебе расскажу.       — Ладно… — с неохотой протянул мужчина, — тогда по коням.       Колёса скользили по измученному асфальту, словно по маслу. Прямиком из открытого окна нёсся запах жженой резины. Солнце уже ушло за горизонт, но жара до сих пор не отступала. Натруженные бульвары лежали с температурой. Незаметно для Робина трассу уже окружил хвойный лес. Величественные сосны, елочки-малышки и царственные лиственницы. Близкие ароматы, среди которых и вырос Локсли. Вечнозелёные ужасно напоминали родной дом, о чьём существование и не хотелось думать. То чудовищное место, где его ничего не держало. Вопрос: «Что было бы, если бы я остался?» — никогда не возникал. По многим причинам. Но мужчина всегда знал, что другого исхода и быть не могло. Тогда он ушёл за лучшей жизнью, впрочем, её и получил.       Кирпично-красный внедорожник впереди остановился. Довольно забавный автомобиль, который Уилл очень долго хотел. Быть может, Робин просто не ценитель подобных форм, но Скарлет безумно любил свой Mercedes-AMG G63. «Не машина, а сказка!» — приговаривал друг. По правде сказать, голова светловолосого уже совсем не варила. Хотелось как можно быстрее разложиться и лечь спать, но товарищ, чёрт его дери, был полон сил и энергии. Однако, Скарлетт терпеливо выжидал, как хищник добычу. Будто брал Роба измором. А ведь знаете, друг — это тот человек, который знает все ваши секреты, с лёгкостью может вас погубить, но никогда этого не сделать. Сколько они знакомы? Двенадцать лет… А кажется, что целую вечность. Хотя, может вечность Робина Локсли длится именно столько.       Вы когда-нибудь ставили палатки? Роб ставил, но когда это было? Единственное, что он помнил — не устанавливать палатку под деревом, располагать её против ветра — вот и всё. Остальное для него, на сегодняшний момент, дремучий лес. Боже, стоило столько времени ехать, чтобы по итогу собирать тент в ночи. Ну и пёс с ним! Мужчина, не долго думая, разложил сиденья внутри машины, положил подушки, пододвинул малыша и накрыл его тёплым одеялом. Уж лучше светловолосый немного подогнёт ноги в машине, чем ещё пару часов будет мучаться с этой идиотской палаткой. Разводить костёр уже не было смысла, так что схватив две стеклянные бутылки пива друзья спустились к берегу небольшого озерца. Идеально ровная, тёмная водная гладь и такая удивительная, чувствующая свою красоту дорожка лунного света. Ночь — уникальное время, когда в каждом из нас просыпается художник, поэт, безнадёжный романтик и ещё тысяча личностей, пытающихся пробиться наружу. Кем сейчас был Робин Локсли? Наверное, глупым подростком, убивающимся от неразделенной любви. Вся эта преданность изначально была безумной авантюрой! Почему он выбрал именно её?! С чего вдруг, много лет назад решил, что не прикоснётся ни к одной женщине, кроме той самой. Зачем? А ведь давно мог бы жить с той, что всею душою когда-то его желала. Но нет, никто не ищет лёгких путей! Тот самый, парнишка-дурак, до сегодняшнего дня искренне верил, надеялся завоевать, укротить и покорить дикую львицу, чьи глаза горели пламенем, а губы складывались в загадочную и чертовски привлекательную полуулыбку.       Они молчали. Уилл иногда прикладывался к горлышку бутылки, продолжая смотреть куда-то вдаль. Друг — не тот, с кем можно поговорить, а тот, с кем можно посидеть и всего навсего помолчать. Он не станет расспрашивать, лишь сядет рядом и устремит свой взгляд куда-нибудь очень далеко. Роб решил, что самому окунуться в воспоминания будет очень тяжело, пусть за руку его возьмёт Скарлет и они зайдут в этот тёмный омут вместе:       — С каждым днём Рон всё больше и больше становится похож на мать. Её волосы, глаза, смех… — глубокий вздох. Да-да, тогда он прекрасно знал, чьего сына берёт под крыло. Сделать это было необходимо, ведь иначе жизнь не простила бы подобной ошибки, а может даже предательства.

***

      Пару дней назад он потерял просто волшебную девушку! Её лёгкая рука выскользнула в толпе и, к сожалению, вернуться уже не смогла. Боже! Какой же он дурак! Надо было вцепиться зубами в эту брюнетку и не уступать её жестокому, безжалостному Нью-Йорку. Сейчас же он сидел в трейлерном парке и до сих пор не понимал как его угораздило наткнуться на ребят, которые с такой же любовью относятся к кантри и акустическим гитарам. Везение, чистой воды удача. Малыш Джон, по факту не имеющий ничего общего со своим прозвищем, и Уилл, чьё чувство юмора часто вводило в краску. В так называемом «лагере», который они организовали в парке с трейлерами, было ещё много бродячих артистов, но познакомиться с остальными Локсли пока не успел. Все бегали, торопились, что-то делали, но вот одна девушка… Её карие глаза светились детским любопытством и симпатией. Казалось, что она даже не моргала, да и едва дышала вообще-то. Нет, Роба ничего в ней не привлекало, однако, этот требовательный взгляд вызывал какую-то… неловкость? Лучшее оружие любого красавца — обаятельная улыбка. На его лице появились ямочки, отчего теперь тушевалась она. Эта парочка будто играла в игру. Гляделки, вгоняющие в такой конфуз, который не ощущает даже описавшийся ребёнок. Светловолосый решил, что их «разговор» всё же стоит перевести в более повседневный характер.       — Привет, Я — Робин, — парень протянул руку в знак приветствия.       — Мериан, — девушка робко улыбнулась и ответила на рукопожатие.       Роб ладил абсолютно со всеми девушками, но отчего то именно с этой ничего не получалось. Быть может это начало чего-то большого? Любви? Вряд ли… Она его не зацепила. Локсли навечно останется верен своему слову и эта милая девчушка не встанет между ним и Реджиной. Быть может дружба. Он пока не знает, но уже чувствует, что они сойдутся характерами, скорее всего. А может и нет. Ведь всё возможно? Пускай эта приятная брюнетка пока что останется в графе под знаком вопроса, а Робин разберётся с тем, зачем приехал в Нью-Йорк и что будет делать дальше…

***