Еще один способ взбодриться

— Дай угадаю: ты снова запрешься и будешь надрачивать? — Заткнись. Саске захлопнул холодильник, зажав руками добычу. Стеклянная бутылка приятно холодила ладонь. То что нужно перед ночной зубрежкой, хотя ни единого нового понятия не желало оставаться внутри болезненно гудящей головы. И засевший в гостиной Наруто, словно надоедливая муха, которой оторвали хоботок, раздражал куда больше, чем должен был. Разлегшийся на диване, от скуки комкающий рекламный лист. Мучающийся от безделья, со сползшей на плечо футболкой и желто-зеленым следом засоса у ключицы. — Фу! Как неприлично… Саске закатил глаза, облокотился о захламленный столик и сделал долгожданный глоток. Сахар и кофеин — идеально для того, чтобы взбодриться и сделать еще один, быть может, даже продуктивный рывок в пучину осточертевшего материала. Сомнительное удовольствие. — Тебе знакомо слово «приличие»? Наруто повертел в пальцах нечто похожее на получившийся цветастый самолет с уголком двойной пепперони на крыле и взглянул на собеседника. — Мне знакомо даже как ты стонешь за этой дверью, — палец указал на вход в ненавистный оплот знаний и околонаучных мучений. И разве стоило ожидать от такого, как Узумаки, чего-то другого? Саске оттолкнулся от столешницы и, не забыв бутылку, решил, что там — за дверьми — ему будет куда спокойнее. Трактовать отступление он оставлял на откуп Наруто. Пусть тот трубит победные фанфары или же считает это остроумным планом — Саске был уверен, что делает всё прежде всего во благо себе и ради целостности нервной системы. — Эй, погоди! — вдруг окликнул на полпути Наруто и, перегнувшись через диван, потянулся, чтобы схватить его за футболку. Пальцы смяли ткань, но упустили ее и повисли в воздухе. Саске обернулся, смотря туда, где повисла чужая ладонь. Сколько бы откровенными не были у Узумаки подколы — он не позволял себе прикосновений. Язык был его инструментом и оружием — это бросалось в глаза даже при первом общении. — Ты правда уйдешь? А вот это было в духе Наруто. Говорить то, что приходит в голову, при этом улыбаясь так, словно это самая что ни на есть продуманная вещь. Ведь на самом деле — Саске это знал — это было не так. — Да, — и развернулся, чтобы стать еще на полметра ближе к цели. — Это было жестоко, — и, заметив еще один шаг, тут же добавил: — Почему бы тебе хотя бы не послушать, что я хочу сказать? — Что ты не прочь потрахаться и предпочёл бы это сделать прямо сейчас? — не меняя интонации, бросил через плечо Учиха. Кто бы мог подумать, что подобного рода шутки войдут в его жизнь. Хотя он вряд ли бы стал говорить подобное кому-то, даже Суйгецу или Джуго. — Но ты же против, — и, не дождавшись ответа, Наруто перекатил мнимую крошку между пальцами и откинул ее в сторону, чтобы вновь поднять взгляд на Учиху. — Или ты решил удивить? — но, видя, как тот вновь устремился к такой злосчастной двери, затараторил: — Но если нет, то как насчет прогуляться? — Прогуляться? — вот теперь уже Саске был удивлен, хоть с виду и не скажешь. — Угу, — Наруто кивнул, подогнул под себя ногу и потер колено, словно то вдруг заныло. Даже нос сморщил. — Пройдемся, может, я покажу тебе кое-что интересное. — Звучит как свидание, — с издёвкой заметил Саске, а потом бросил взгляд в окно. Густые сумерки отдавали рыжим от уличных фонарей, а дневная духота сменилась приятной вечерней прохладой. Но идти не пойми куда с этим парнем, которого он никогда и не знал… — Почему бы тебе не пригласить Сакуру? Узумаки пожал плечами, следуя взглядом туда же — на улицу — и ловя лишь искусственные блики на жестяных крышах складов. — Я бы пошел, но, похоже, у нее слегка поменялись планы. Еще на лестничной клетке Саске заметил высунувшуюся из окна соседку, которая прижимала к уху телефон, а к губам кончики пальцев и не заметила бы даже грузовика перед собственным носом, настолько была увлечена. Поэтому он понимал маящегося от безделья Наруто, который ворочался на диване в гостиной и так, и так. Возможно, подруга забыла о нем, а тот не находил причины, чтобы сменить созерцание захламленного журнального столика на хоть что-то более интересное. — И где же остальные? — Уже слишком далеко, чтобы делать крюк и возвращаться за мной. Саске сделал глоток из бутылки, ощущая першение газа и морщась от решения, которое хоть и было принято, но определенно ему не нравилось. С другой стороны, корпеть над учебниками ему хотелось сейчас еще меньше. И кто знает, может небольшая вечерняя прогулка будет как нельзя кстати, чтобы освежить мозги. — Я переоденусь, — как ни в чем не бывало бросил он, вновь разворачиваясь к двери и хватаясь за ручку. — Нет, — Наруто вскочил, словно стоило Саске оказаться в привычных стенах, как тот передумает. Подался вперед и остановился в полушаге. Так близко, что Саске ненароком подумал, что зря поторопился с ответом, и если тот хоть прикоснется пальцем… — Так даже интересней, — Наруто окинул взглядом и свободные домашние штаны, и синюю футболку с логотипом музыкальной группы. — Иначе это действительно будет похоже на свидание. Саске фыркнул, несильно толкнул собеседника в плечо и, освободив путь, проследовал к входной двери, чтобы натянуть кроссовки. Он надеялся, что на улице уже достаточно поздно и темно, чтобы никто не заметил его в подобном виде. — Если сделаешь хотя бы попытку… — предупредил Саске, и уже Наруто закатил глаза, а после скрестил пальцы. Полупустая бутылка осталась на полке у входной двери. На улице действительно было прохладно. Настолько, что Саске даже подумалось, что неплохо было бы всё-таки взять что-то сверху, чтобы не мёрзнуть от ночных сквозняков. Но возвращаться было поздно и становилось проблематичней с каждой минутой и каждым шагом, пока они удалялись от знакомого подъезда. — Куда мы идём? — В метро, — Наруто развернулся, ступая спиной вперед, потер кончик носа согнутыми пальцами. — Я же обещал показать тебе кое-что интересное. — Если максимум на что ты способен — это тыкать пальцем в плакат с рекламой авто, то я пас. Тот висел на стенах еще меньше месяца, но стал излюбленным среди местных школьников, которые лишили улыбающуюся красотку пары зубов, подрисовав ей оба набора вторичных половых признаков. Так и висело это «нечто» в красном коротком платье, несуразно улыбаясь открытым дверям машины премиального класса. Глуп был тот маркетолог, что повесил плакат в переходе метро. Люди, спускавшиеся вниз, не пользовались машинами и, даже если бы и хотели, не смогли бы позволить такую себе. Вагоны были пустыми. Саске уставился в мутное поцарапанное стекло, желая рассмотреть хоть что-то помимо бесконечных труб вдоль тоннеля. Он хоть и работал по ночам, да и добирался до заправки вот так же — в вагонах — все же делал это раньше, теснясь на сиденьях между полусонных работяг. Сейчас же тут не было никого, кроме них с Наруто, и колеса громыхали о рельсы просто оглушающе. Это было не его время. Это время, когда подобные Наруто со своими друзьями осаждали сонный город и чувствовали себя властелинами мира, словно пустые улицы, скверы, метро принадлежали им. И Саске вместе с закусочной на заправке тоже принадлежал им. Мелькали сигнальные лампы, смазываясь от скорости и отражаясь рыжим от сжатых на поручнях пальцев. Отражения расплывались, и внезапно вспомнилось, что у Наруто были проблемы с законом. Идеальное ли то было место для похищения людей? Саске смотрел на отражение. Обычно Наруто вел себя иначе, а не был задумчивым и тихим, как сейчас. Возможно, дело в шуме или непривычной компании: в конце концов, они никогда не ездили куда-то вместе. Да и Сакура доверяла ему. И это, пожалуй, было основной причиной, по которой Саске не вышел на первой же станции и не поехал домой. Нет, он по-прежнему считал Наруто мудаком, но в этот раз готов был поставить напротив его фамилии пометочку «сносный». Стучали колеса электропоезда по рельсам, мелькал бетон однообразных станций. Гудели лампы над головой. Саске прислонился виском к стеклу, ощущая томительную сонливость и желание забыться, оказаться в кровати или машине, а не брести куда-то вперёд. — Эй, Саске? — М? Он даже не открыл глаз, ловя из-под ресниц мерные всполохи огней тоннелей. Наруто больше не сказал ни слова, а может это Саске ответил так тихо, что голос затерялся под свистом тормозов и оглушительным молчанием пустой платформы. Станции сменялись одна за другой. Саске даже не смотрел на маршрут поезда, и может Наруто тоже не знал, куда именно они едут. Возможно, полуночный поезд гнал по кольцевой, отдыхая и снова набирая скорость — Саске был не против. — Идем, — кулак угодил в плечо, сбивая сонную негу. Наруто держал рукой двери и подгонял, кивая головой и увещевая, что Саске проедет в тупик, становясь добычей мифических гигантских крыс. Потворствуя инстинкту самосохранения (а не желаниям Наруто, нет-нет), Саске выскочил как раз за секунду до того, как гонимые пневматическим поршнем двери захлопнулись за спиной. В такие окраины редко заезжал случайный пассажир. Саске смотрел на обрубок ветки метро вдоль стены вместо карты и пытался прикинуть, что знал об этом месте. Ничего. Но Наруто шел уверенно, скользя по ступенькам через одну, и всем видом показывал, что его не интересуют ни колонны с треснувшей облицовкой, ни неудачно затертые надписи. Кто знает, может одну из них написал Наруто, под гоготание Кибы и его одобрительные кивки, пока дешёвая краска стекала по стене. И всё-таки, Саске действительно был здесь впервые. Жёлтые фонари улиц тянулись прямыми линиями, выхватывая из тьмы фасады молчаливых домов. Это не походило на умирающий квартал — пристанище пьяниц и бомжей. Потухшие фары автомобилей, припаркованных напротив, смотрели предосудительно на пришельцев из многоквартирного городского гетто. Здесь жили те, кто мог позволить себе и белый забор, и машину за пятилетнее жалование. — Не то, что ты ожидал, да? Саске усмехнулся в ответ: вышло как-то жалко и безучастно. Он скорей бы поверил, что Наруто привезет его к разрушенной дамбе или в шумный бар, где воняет сигаретами и прокисшим пивом. Это бы объясняло многое, но не вот это. Широкие улицы молчали, погруженные в глубокий сон. — Только не говори, что живешь здесь. — Не буду. Слепящие даже во тьме кипельно белые фасады никак не вязались с Наруто, с выцветшими джинсами, с потрепанным видом и манерами, или, точнее сказать, их отсутствием. И всё-таки тот шел уверенно, пиная невидимые камни и веселясь от собственной беспечности. Саске шел следом, смотря на пустые темные окна, на мраморные бока изваяний, спрятавшихся в тени, на тонированные стекла дорогих автомобилей. Он никогда бы не подумал, что подобные кварталы могут вырасти у одной из станций метро, протянув паутину ровных улиц к чернеющим далям. — Здесь. Саске сделал еще два шага вперед, прежде чем остановиться, поняв, что у них все-таки была цель. Наруто стоял возле кованых ворот с табличкой и адресом и выглядел так, словно пытался предугадать: дома ли хозяева или нет, а потом, сделав наконец-то нелегкий выбор, просунул руку меж прутьев и позволил двери плавно распахнуться. — Что? — Саске смотрел на все эти манипуляции, и каждый из вариантов развития событий не укладывался в голове. И зачем он просил не рассказывать о том, что он тут не живет? Это было бы невероятно, но допустимо. Не то что остальные варианты, приходящие в голову. — Какого черта ты делаешь? — Кое-что проверяю, — не проявив и тени смущения, полушепотом бросил Наруто и поспешил вглубь двора, бесшумно ступая по каменной дорожке. Проклиная бездумность поступка (в первую очередь — Наруто, во вторую — своего), Саске нырнул следом. Дом молчал. Оформленный в ровные геометрические фигуры кустарник осуждающе взирал на пришельцев. Если их застанут здесь, то единственным оправданием будет только то, что кто-то из них здесь живет. И это явно не Саске. Насчёт второго — тоже большие сомнения. Кстати, насчёт второго… Саске попытался всмотреться в безмолвную тьму, не заметив, куда исчез излишне настырный компаньон. Волной поднялось раздражение: как можно было так глупо заманить себя в чужие владения, чтобы стоять вот так посреди ночи, черт знает где, в домашних штанах, абсолютно не понимая, что делает и зачем. Поэтому, когда позади раздалось протяжное шипение, Саске едва сдержался, чтобы не высказать свое мнение прямо в лицо, но, сцепив зубы, направился прямо туда, где стоял занятый чем-то Наруто. — Во! — удовлетворенно сказал Узумаки, пока широкие ворота бесшумно распахивались настежь. Крохотный пульт с десятком кнопок ловко прокрутился между пальцев. Узумаки усмехнулся и, похлопав по плечу застывшего Саске, снова ускользнул из вида. На этот раз Саске не собирался дать обмануть себя и нагнал Наруто уже за поворотом широкой дороги, ведущей к заднему двору. — Какого черта… — вполголоса зашипел он и остановился, когда увидел, что именно было целью соучастника. Тот склонился к дверце машины и, приложив руку к стеклу, пытался высмотреть, что там внутри. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, насколько «весёлым» могло оказаться их приключение. — Мы не будем угонять эту машину, — с нажимом зашептал Саске, вмиг оказавшись за плечом. — Не будем, — с готовностью согласился Наруто и поднял руку, демонстрируя связку ключей. — У меня есть это. И словно в доказательство — тоненький писк отключенной сигнализации. Наруто распахнул дверцу и сел внутрь, буквально заваливаясь на кресло и улыбаясь (Саске чувствовал себя каменным истуканом с какого-то острова Пасхи), а потом обхватил руками руль и наконец посмотрел на Саске. — Так и будешь стоять? Даже во тьме угадывалась усмешка, что готова была вот-вот обернуться смешком и дружеским подначиванием. Они были не столь близки, чтобы позволить себе подобное. Но у Наруто были ключи, восхитительная самоуверенность и похищение человека за плечами. Что из этого стало решающим фактором при принятии решения, Саске не знал, но упал в широкое кресло рядом с водителем. — У Вас могут быть проблемы, — с издевательской назидательностью протянул Наруто, за что схлопотал укоризненный взгляд. — То, что я с тобой — уже проблема. Ответом стало довольное гоготание и глухой рык двигателя под капотом. Пальцы легко нащупали ручку коробки передач, нога привычно надавила на газ. Сердце стучало в такт с каждым скачком стрелки спидометра, отсчитывающего скорость. Саске чувствовал, как прижимается к спинке кресла, а в глазах мельтешит от заборов и домов, сменяющих один другой. Лишь на секунду зашипели колонки и глубокий бас отразился где-то внутри, заглушая и муки совести, и вспенившийся инстинкт самосохранения, и смех, с которым Наруто входил в повороты, заваливаясь от центробежной вбок. Был только азарт и Наруто, то беспомощно округлявший губы, то едва ли не закрывающий от удовольствия глаза. И вроде бы впору задуматься о последствиях, о болтающемся где-то сбоку ремне безопасности, о скрежете колес по асфальту и сомнительном понятии об ограничении скорости, но кому это нужно, когда сердце подскакивало в бит, а огни трассы превращались в длинную световую ленту, тянущуюся в самую бесконечность. Стирались покрышки от разворотов на пустырях, от скольжения боком вдоль автострады. И Саске держался за приборную панель, за спинку водительского кресла, плечо, руку, усмехался невпопад и наслаждался подступившим к горлу сердцем под взрывы электрогитары. Высунувшись из окна почти по пояс, Наруто выдавал боевой клич, пока Саске пытался вырулить со своего места, захлебываясь от адреналина. Возможно, ему требовалось это давно — выкрикивать проклятья под опасный маневр и слышать лишь ровный бит в салоне, а потом стоять оглушенным тишиной и статичностью мира. Мириады звезд по обе стороны от млечного пути, уходящего за макушки деревьев, казавшихся в темноте настоящим лесом. Ночная тишь и стрекот назойливых сверчков в обрамлении блеклого пара из открытых ртов. Горячий капот позади и все еще сбившееся от безумной гонки дыхание. Каким же беспечным могло быть счастье. Саске ощущал влажный прохладный воздух, расправляющий зажатые месяцами легкие, и его голова — впервые за долгое время легкая и ясная — в кои-то веки не была забита безликим учебным материалом. Возможно, это действительно того стоило? Сейчас — да. — Пора возвращаться. — М? — Саске обернулся на голос, возвращаясь в здесь и сейчас, к окраине города, где свет огней не засорял неба, оставаясь рыжей дымкой за спинами. — Скоро рассвет, — Наруто потянулся, протяжно зевнул, беспечно опираясь локтями о капот, и прикрыл веки, словно его ласкали лучи солнца, а не отблески тающих звёзд. — Пора собираться. Саске фигурно выгнул бровь, безмолвно требуя объяснений и внутренне надеясь, что ослышался. Сердце давно сбавило темп, а мысли тягуче и небрежно цеплялись за реальность, соскальзывали и снова терялись во тьме. — Идем, — повторил Наруто и, оттолкнувшись, сделал шаг вперед, сунул руки в карманы и сощурился — хитро и вызывающе. — Если, конечно, не предложишь кое-что интересное. Ответом стал жест, от которого оба привычно зафыркали. Наверное, всё-таки стоило спросить, откуда машина и для чего ее надо было бросать где-то вдали, а не брести еще часа два вдоль спящих улиц, то закатывая от чужой глупости глаза, то сдерживая улыбку. Много что приходило в голову, когда Саске получал один допуск за другим и раскладывал учебники под прилавком полуночной забегаловки. Каким бы неотесанным и самодовольным не казался Наруто, он похоже действительно был неплохим человеком. Или ненастолько плохим, каким мог быть с подобным багажом опыта. С другой стороны, спустя пару недель, вопросительные взгляды Сакуры хоть и смягчились, но не исчезли, а значит их полуночное приключение, о котором соседка узнала лишь сопоставив возвращение обоих в одно и тоже время, осталось тайной на двоих. Похоже, не зря вокруг Наруто собирались люди, облепляя его как стайка мух подкисший вишневый пирог. На Наруто действительно можно было положиться, и эта мысль не давала покоя. Не давала она покоя и во время нудных лекций, крутилась на задворках сознания во время собеседований в ректорате, запиралась за дверью комнаты, звенела вместе с гнутыми ложками, разносилась вонью выхлопных труб, напоминая о приключении. Возможно, Наруто все-таки был не столь конченным.