Отмеченная Солнцем

       В дурацком узком платье идти было трудно. Оно сковывало ноги, ткань совсем не тянулась. Не понимая, как такое вообще можно носить, Джейн посмотрела на Кото. На её платье юбка была разрезана по бокам, открывая бёдра, женщине передвигаться ничего не мешало.        Индианка потянула подопечную за руку. На этот раз для прохода через водное окно она совершила несколько манипуляций ладонями, водя ими в основном в центре по кругу. Мозг Джейн соображал слишком плохо, чтобы делать выводы. Все мысли девушки были направлены на отрешение от эмоций. Девушка даже не заметила, что в окно шагнула одна, подталкиваемая Кото. В самый последний момент женщина осталась на месте.        Несколько секунд уже знакомого ощущения передвижения по несуществующему водному пространству, и Джейн вступила на тёплый, устланный шкурами пол. Длинный ворс немного защекотал стопы, сохранить равновесие удалось лучше, чем в первый раз. Головокружение прошло быстро, стоило сфокусироваться на нескольких шкурах ягуара, выделяющихся среди прочего коричневого меха. Они лежали плотно друг к другу, напоминая спальное место. Это явно не её первоначальная хижина. Судя по всему, именно здесь вскоре будут развиваться главные события.        Руки девушки дрогнули, и она скрестила их на груди, чтобы не возобновилась дрожь. Помещение напоминало такой же дом, как и тот, где её держали, только немного большего размера. Освещался он несколькими стеклянными открытыми сверху шарами, в которых горел огонь. Их подвесили на металлической цепи вдоль стен, закрепив на деревянных балках. Шкуры с длинным ворсом принадлежали, скорее всего, либо выдрам, либо капибарам. Да уж, в этом племени не жалели ни людей, ни животных. Выхода из шатра не видно, только водное окно, уже успокоившееся. Никаких лишних предметов, никаких досок на полу.        Девушка сжала руки, сильнее сутулясь, внутри у неё всё скрутило от нервного напряжения и страха. Нечто подобное с ней уже происходило, но очень давно. Первая брачная ночь Джейн. Она очень хорошо помнила тот страх. К своему зрелому мужу юная новобрачная не испытывала ничего, кроме чувства обязанности. Тогда она просто выполняла свой долг, терпела, раздвигала ноги, как должна была. Что же, значит, сейчас сделает то же самое. В конце концов, такое понятие как женская честь для неё изменило смысл ещё в далёкой юности. Тогда девушка, по сути, продала себя богатому мужу в обмен на жизнь в достатке для себя и своей семьи. Обмен будет и сейчас. Её тело на шанс выжить. Разница только в том, что её покойный супруг не был виноват в бедственном положении семьи Джейн. Корокииле же сам поставил её в такое положение. Для девушки его посягательства были ничем иным, как изнасилованием.        Тяжёлые воспоминания Джейн прервал тихий шорох свисающей ткани. Выход из шатра всё-таки был, и сейчас, отодвинув плотные занавески, в ярких лучах солнца появилась высокая фигура мужчины. Несмотря на то, что в глаза ударил свет, девушка сразу поняла, кто это. Точнее, чья это фигура, кто ей управлял, оставалось неизвестным. Мужчина сделал шаг вперёд, ткань, колыхаясь, вернулась на место, и Джейн увидела стройное молодое тело с обнажённым торсом, в белой набедренной повязке. На широкой груди мирно покачивался медальон, точно такой же, как и у девушки. Смуглая кожа без единой морщинки. Жёлтые глаза смотрели прямо на пленницу. Никаких вопросов не осталось, Корокииле явился к своей невесте.        Джейн невольно задержала дыхание. Руки, по-прежнему перекрещённые на груди, напряглись, прижимаясь друг к другу сильнее. Она не знала, как себя вести, что говорить. Очень хотелось немедленно покинуть хижину, любым способом, сейчас же! Сбежать! Рассудок заставил остаться на месте.        — Замечательно, — проговорил он, не став дожидаться от неё каких-либо приветствий. — Ты вполне набралась сил, чтобы выполнить обязанности моей невесты.        Тон мягкий, на губах неширокая, будто снисходительная улыбка, но это не принесло Джейн облегчения. Неужели это божество думает, что девушка, чьих друзей разорвали на части и съели, будет рада стать «невестой» главного виновника всех бедствий?        Держать себя в руках стало труднее. Любое лишнее слово, произнесённое Корокииле, могло сорвать маску спокойствия и покорности. Больше всего девушка переживала, что он, подобно большинству мужчин, дабы произвести впечатление, начнёт нести какие-то комплименты. Хотя, кажется, опасалась она зря, с чего бы это делать самовлюблённому божеству. По крайней мере, к Джейн он приблизился молча. Не без причины опасаясь, что затравленный взгляд её выдаст, девушка опустила голову.        «Пожалуйста, пусть всё закончится быстро», — она позволила себе лишь короткую мысленную мольбу, ни к кому конкретно не обращаясь. В этом месте, видимо, не было богов, кроме кровавого пантеона.        Жар от чужого тела чувствовался даже на расстоянии. Джейн, как ей казалось, морально приготовилась к дальнейшим событиям, но когда до её подбородка дотронулись горячие пальцы, всё равно вздрогнула. Мужская рука с силой заставила её поднять голову вверх.        Девушка была вынуждена посмотреть в глаза божеству. Уж лучше бы она увидела там злобу или безразличие. Легче было бы воспринимать реальность. Но тёплое снисхождение и любопытство, с которыми он смотрел на Джейн, будили только больше ненависти.        «А может, он постоянно читает мысли без применения особой силы?» — от такой догадки девушка невольно сглотнула.        По позвоночнику пробежала дрожь. Страшно представить, что сделают с ней и с Томом, если Корокииле узнает, насколько отвратителен своей невесте. Но вроде бы владыка солнца ни о чём таком не догадывался и принял нервную дрожь за девичий страх. Его пальцы бережно заскользили по коже девушки, Джейн едва не содрогнулась от отвращения. Во рту появилось вяжущее ощущение, пришлось ещё раз сглотнуть.        «Надеюсь, он не ожидает, что я окажусь девственницей?» — девушка внезапно нашла новую причину для опасений. А вдруг, действительно, ему нужна невинная девица, ведь именно таких обычно приносят в жертву, согласно легендам.        Палец Корокииле провёл по губам, и они как будто склеились. Мышцы челюсти парализовало. Джейн показалось, что она не сможет раскрыть рта, даже если ей зажмут нос — настолько противными были чужие прикосновения.        — Не бойся, — Корокииле, видимо, понял, что от его лёгких ласк зажатость девушки никуда не исчезает, в выпученных глазах отражается страх. — Ты подаришь мне прекрасных детей.        Его рука наконец-то убралась с её лица. Зато теперь он коснулся пряди рыжих волос, одновременно с этим разворачивая Джейн лицом к пятнистым шкурам. Видимо, решил перейти к делу. Ну, хоть без лишних прелюдий и то хорошо. Девушка позволила себе лишь маленькую горькую усмешку. Уж о чём о чём, а о детях она не беспокоилась. Её супруг в своё время мечтал о ребёнке, но врачи разрушили все мечты, диагностировав у Джейн бесплодие. Тогда ей показалось, что небо за что-то ей посылает проклятие. А сейчас это выглядело даром свыше.        Теперь главное пережить несколько неприятных минут, которые она постарается навсегда вычеркнуть из своего прошлого. Если, конечно, выберется отсюда живой. Нервное напряжение выносить стало слишком тяжело. Ноги уже почти не держали, поэтому от лёгкого толчка в сторону импровизированного ложе они подкосились, и девушка рухнула прямо на колени. Неудобное платье затрещало, но ткань выдержала. Крупная дрожь прошла от кончиков пальцев до позвоночника. Джейн нехотя подняла взгляд, мощная фигура мужчины, возвышающаяся над ней, как бронзовая статуя, внушала бессильный ужас. Холод охватил девушку, несмотря на сильный жар, исходящий от тела божества. Поддавшись настойчивому страху, она отползла немного назад, но своим действием только освободила место на шкурах, куда уже грациозно опустился Корокииле.       Он не сводил с неё глаз, Джейн отвечала ему тем же. Только если божество скорее наслаждалось видом, девушка просто боялась, что если моргнёт, то произойдёт что-то, к чему она не успеет мысленно подготовиться. Всё получилось в точности наоборот: глазной контакт не прервался ни на секунду, а Корокииле внезапно оказался настолько близко, что легко приобнял Джейн за плечи, прижимая к себе.       Девушка автоматически упёрлась ему ладонями в грудь, но мужчина отмахнулся от её сопротивления, как от чего-то незначительного. Просто не обратил на него внимания. Напряжённое тело девушки повалили на спину. К глазам Джейн подступили слёзы, но она направила все силы, чтобы их сдержать. Больше их тратить не на что.        «Это ничего не значит. Просто… обычное прикосновение. Просто противное прикосновение», — мысленно твердила она.        Никакого зрительного контакта больше не было. Напротив, девушка не отрываясь смотрела на светлый потолок. Её тело походило на тряпичную куклу, такое же безвольное и податливое. Всё, чем она могла себе помочь, — это расслабиться и не смотреть. Корокииле не ласкал её. Все касания пока были направлены на придание невесте удобного положения. Треск ткани, долетевший до ушей Джейн, заставил её сердце забиться ещё быстрее, ещё неровнее, кажется, порвали платье. Холодный ветерок пробежал по коже ног. Девушка не выдержала и сжала бёдра. Снова треск… теперь одежда разорвана с обоих боков. Длинную полоску юбки Корокииле просто откинул в сторону.        Щёки Джейн полыхнули от стыда. Несмотря на то, что ей уже длительное время приходилось разгуливать голой, сейчас она начала стремительно краснеть. Ситуация была иная. И она здесь не просто в роли пленницы, а в качестве очередной подстилки для верховного бога. Очень мерзко и стыдно.        Горячие пальцы легко погладили её по бёдрам, разгоняя очередную стаю нервных мурашек, после чего руки настойчиво пробрались между перекрещенных ног. Необдуманная попытка напрячь мышцы, воспротивиться отозвалась для Джейн режущей болью и не остановила владыку солнца. Он был готов применить силу ради своих целей, всё остальное, видимо, его не волновало. Но для девушки короткого урока хватило, чтобы образумиться. Дальше она вела себя покорно, подчиняясь требованиям его рук, несмотря на мучительное отвращение, охватывающее её всё сильнее.        Джейн позволила согнуть свои ноги в коленях и развести их в стороны, выставляя напоказ промежность, едва прикрытую пушком рыжих волос. В руках девушка ощутила мелкую дрожь и сжала ладони в кулаки, желая её сдержать. Ощущение чужого взгляда, разглядывающего её интимные органы, было мерзким, но ещё мерзостнее оказалась ухмылка, сопроводившаяся довольным смешком. Корокииле понравилось то, что он увидел.        Прикосновение произошло слишком внезапно, на счастье, мужчина сначала положил ладонь на лобок, но и то Джейн дёрнулась. Чужие горячие пальцы плавно переместились к половым губам, пока не вторгаясь внутрь, просто поглаживая их. Это было не больно, но до ужаса противно.        Ласки, если так можно было назвать действия божества, становились всё настойчивее и откровеннее. Он уже водил двумя пальцами вдоль промежности. Несколько капель смазки проявили себя, делая скольжение более быстрым. Но никакого удовольствия Джейн не ощущала. Оно не могло прорваться сквозь дичайшее отвращение и страх. Обжигающее тепло не распространилось по всему телу, оно сосредоточилось в области таза, когда как остальное тело мёрзло, покрываясь гусиной кожей. Нервное напряжение всё-таки взяло своё. Джейн всхлипнула, повернув голову на бок, чтобы божество не заметило единственную слезу, скатившуюся по виску к волосам.        «Мне не больно только потому, что я не сопротивляюсь», — напомнила она сама себе, поскольку оставаться безучастной становилось очень трудно. Один из пальцев проник внутрь её тела, быстро выскользнув обратно. Потом то же повторили два пальца. Джейн едва не сжала ноги… Её плоть давно отвыкла от подобных манипуляций, низ живота напрягся в инстинктивной попытке остановить вторжение, и от этого возникла неприятная тянущая боль. Всё, что оставалось делать, это терпеть дальше, пока чужие горячие пальцы продолжали толкаться внутри неё вперёд-назад.        Это закончилось внезапно. Девушка, ожидая продолжения, решилась скосить глаза на нависающую над ней фигуру, как раз вовремя, чтобы увидеть: Корокииле поднёс испачканные пальцы к лицу и шумно вдохнул.        — Ты даже пахнешь иначе…        К горлу Джейн подступила тошнота. Даже непонятно, что отвратительнее: его слова или поступок. Но это оказалось не самым жутким. Мужчина, устремив взгляд жёлтых глаз прямо на лицо Джейн, провёл по пальцам языком.        — И совершенно другая на вкус…        Перед глазами девушки поплыло. Чтобы сдержать рвотные позывы, Джейн пришлось прижать ладонь ко рту и зажмуриться. Проклятый каннибал!        Закрытые глаза, к сожалению, лишили только зрения, а не всех ощущений. Девушка прекрасно почувствовала тяжесть горячего тела, приблизившегося к ней. К лицу прикоснулось что-то влажное. Его ладонь! Та самая ладонь, на которой он только что облизывал пальцы!        «Мерзость какая!» — Джейн постаралась отвернуться.        Но оказалось, это шло вразрез с его пожеланиями. Мужчина явно хотел повернуть её к себе лицом, попутно освободив рот. Это было уже выше сил девушки. Глухо мыча, она совсем сжалась, изо всех сил прикрывая голову, будто спасая её от ударов. После недолгой борьбы Корокииле произнёс.        — Хорошо… Сегодня я могу и по-твоему, — его голос прозвучал доброжелательно. Он милостиво сделал своей жертве небольшую поблажку на первый раз.        Джейн не успела вдохнуть с облегчением. Едва от её лица отстали, она ощутила новую хватку, на этот раз у себя на бёдрах. Вслед за этим последовал сильный толчок. Тело девушки, давно отвыкшее от мужчины, отозвалось режущей болью, отчего Джейн не сдержала глухого вскрика. Её ладони упёрлись ему в грудь, неконтролируемо пытаясь его оттолкнуть, помешать продвигающему вперёд отвратительному ощущению наполнения. Не помогло. Владыка солнца вошёл в неё полностью, после чего начал двигаться, выбирая удобный для него темп, не давая ей времени на привыкание. Собственно, именно так, как девушка считала для себя приемлемым. Ни нежности, ни ласк, просто дело.        Вот только терпеть для Джейн становилось всё труднее. Она уже не могла изображать спокойствие или безразличие. Её лицо исказила не сходящая гримаса мелкой назойливой боли и отвращения. Руки уже не отталкивали насильника, они вцепились в мужские плечи, но девушка даже не заметила этого. Жар, исходящий от божества, обжигал кожу. Связки в паховой области тоже болели: толкаясь, Корокииле всё сильнее раздвигал ей ноги, будто пытался посадить на шпагат. Но к таким гимнастическим упражнениям Джейн никогда не была приспособлена.        Девушка не знала, сколько длилось её мучение, по ощущениям прошла вечность. Слёзы уже с трудом удавалось сдерживать, на искусанных губах отчётливо ощущалась кровь, а мужчина всё ещё брал её, постоянно ускоряя темп. Тело Джейн сотрясалось от быстрых толчков. Ей начало казаться, что это уже никогда не кончится, как Корокииле резко замедлился. Ещё несколько глубоких толчков, сопроводившихся шумным дыханием, и он совсем замер в ней. Только горячая ладонь мягко легла на низ живота девушки, поглаживая его.        «Пожалуйста, пусть всё закончится», — Джейн не сразу поняла, что сама тяжело дышит, буквально заглатывая воздух.        Больше всего её пугало, что божеству может не хватить одного раза. Вдруг он захочет ещё, прямо сейчас. Ведь он не просто насиловал жертву ради удовлетворения, он делал это для зачатия ребёнка, и мог объявить, что над этим они будут трудиться долго, беспрерывно. Но нет… Кажется, опасения девушки были напрасны. Она отчётливо почувствовала, как мужчина медленно вышел из неё и отстранился, чтобы подняться на ноги. Девушка же так и осталась лежать с разведёнными ногами, согнутыми в коленях, боясь пошевелиться. Но взгляд всё же невольно поднялся на Корокииле.        Верховный бог ничего не делал, просто стоял, рассматривая свою жертву. Поправлять одежду нужды не было, поскольку свою юбку он не развязывал, просто приподнял вверх.        «Уходи! — девушка не смела даже моргнуть, только тупо повторяла про себя одно и то же слово. — Уходи! Уходи!»        На лице Корокииле появилась лёгкая снисходительная улыбка, словно он смотрел на глупого детёныша ягуара. А после, не произнеся ни слова, направился к выходу. Потревоженная занавеска на миг запустила в шатёр яркие ослепляющие солнечные лучи, но почти сразу же их скрыла. Джейн осталась в одиночестве. В голове девушки внезапно стало пусто, все мысли растерялись. Только две горячие слезинки, скопившиеся в уголках глаз, скатилась вниз по вискам.        Едва пошевелив ногами, чтобы их свести, девушка поняла, как сильно недовольны мышцы и связки вынужденным гимнастическим упражнением. Правда, тупая ноющая боль ощущалась приглушённо, возможно, ей не удавалось пробиться сквозь густой туман, заполонивший сознание Джейн.        Девушке с трудом удалось подняться и сесть, всё вокруг казалось каким-то размытым и неестественным, как во сне. Руки неосознанно сжали уцелевшее на груди платье. По коже пробежал озноб, словно последние остатки тепла кто-то вытягивал из хижины. Раздался тихий всхлип, потом ещё один, сопроводившийся градом крупных слёз, а спустя секунду Джейн уже горько плакала, сжавшись в комочек.        И вроде бы, как она сама себе твердила, ничего страшного не произошло. От неё ничего не убыло, никаких последствий не предвиделось, но… Как же противно! Противно и мерзко, даже не от самого факта насилия, а скорее из-за того, что за личность это сделала! Верховный бог племени каннибалов, относящийся к людям, как к своей бесправной собственности. Захотел — сервировал на стол, а захотел — потребовал в постель.        К счастью, пока девушка не могла себя контролировать, просто сидя и плача, её никто не потревожил. У Джейн было достаточно времени на то, чтобы выплеснуть скопившиеся эмоции и прийти в себя. Когда она смогла открыть глаза, осмысленно оглядываясь вокруг, на её щеках ещё блестели слёзы, а дыхание периодически сбивалось. Заставить себя размышлять было трудно, поэтому девушка пока просто попыталась встать на ноги. Ей очень хотелось поскорее покинуть это место, хотя она ещё не очень понимала, как это сделать.        Некогда очень тесное платье больше не сковывало шаг, оно теперь полностью оголяло бёдра, но хотя бы спереди и сзади загораживало все необходимое, свисая, как две широкие тряпки. С трудом переставляя ноги, Джейн дошла до водного окна, но только убедилась, что не может им воспользоваться. Никакие манипуляции руками по голубой глади не помогали. Выходить туда же, куда ушёл Корокииле, было страшно: а вдруг он стоит где-то неподалёку, и она выйдет прямо к нему, причём откровенно зарёванная. Нет, в таком виде показываться владыке солнца она не хотела. Но оставаться тут — это было выше её сил. Даже сам воздух казался ядовитым, пропитавшись тошнотворными запахами выделений.        Покачиваясь, девушка двинулась к выходу. Отвратительное ощущение между бёдер чего-то липкого заставило делать небольшие, неуверенные шаги, в результате чего она едва не поскользнулась на длинношерстном мехе. Но это не заставило её идти аккуратнее.        Как бы она ни храбрилась, всё же ткань отдёрнула не столь решительно. Яркий свет ослепил её, отчего девушка вынуждено зажмурилась, а когда с трудом раскрыла веки, подумала, что до сих пор слепа. Перед Джейн ничего не было. В буквальном смысле этого слова, просто ярко-белое пространство, от света которого сильно резало глаза. Шокированная девушка, не веря себе, хотела протянуть трясущуюся руку, но упёрлась в незримую преграду. Хижина не выпускала пленницу наружу.        Джейн думала, что уже смирилась со сверхъестественной реальностью, но очередная её демонстрация вновь выбила девушку из колеи. Она вдруг в полной мере ощутила, насколько беспомощна здесь, и все её мечты о бегстве, спасении до невозможности глупы и наивны.        Слабость взяла вверх, и Джейн рухнула на трясущиеся колени. Мрачные мысли и страх стали слишком сильным испытанием для израненного разума. Особенно в замкнутом пространстве. Кожа показалась грязной одеждой, которую хотелось немедленно снять и вычистить. Джейн подумала, что сойдёт с ума, если сейчас же не выберется отсюда.        Словно в ответ на её мысли, водное окно внезапно ожило. Джейн стоило больших трудов сдержаться, чтобы не броситься в него. Вместо этого девушка напряжённо подняла голову, выжидая, кто из него появится.        Это оказалась Кото. Индианка беззвучно вступала на коричневый мех, взглядом выискивая подопечную. А Джейн, горько усмехнувшись, смотрела на её наряд. И как она сразу не поняла, её платье теперь было идентично платью Кото. Порвано в тех же самых местах. Ощущение такое, что божество её пометило, как свою собственность. Пусть индианка скорее уведёт её отсюда, сил уже не было сидеть в этом помещении!        Вот только надежда Джейн, что сейчас её вернут в прежнюю хижину, не оправдалась. Женщина отвела её быстро ополоснуться, а после девушку вернули обратно на брачное ложе. Абсолютно без сил она опустилась на мех, прямо около водного окна. Через пару минут снова вернулась Кото, неся в руках знакомую чашу. Запах крови ударил в нос раньше, чем мозг распознал её содержимое.        «Да сколько можно! — злиться сил уже не было. Но тревога за юношу всё же пробилась сквозь усталость. — Из-за чего опять?! У Томи так скоро и крови не останется!»        — Тко… — голос индианки прозвучал тихо, аккуратно, как будто она обращалась к тяжелобольному человеку. — Тко, — вновь проговорила она, после чего указала пальцем на чашку, потом на рот девушки.        Джейн не стала сопротивляться, всё равно это никуда бы не привело. После глотка захотелось тут же прополоскать рот, вот только воды на этот раз не было. Сильная истощённость пришла на пользу, девушка смогла, зажав рот, перетерпеть рвотные позывы. Она устала даже от отвращения.        К сильному разочарованию пленницы, Кото никуда не ушла. Женщина всегда слишком много говорила, но сейчас Джейн заметила, что индианка повторяла одни и те же слова или фразы по нескольку раз, произнося их медленно и непременно изображая что-то руками. Это раздражало. Девушка решила по возможности не обращать на Кото внимания, мысли и так разбегались, думать ни о чём не получалось. Однообразная речь вгоняла в сон ещё сильнее, глаза закрывались. Джейн уснула прямо там, где сидела, у водного окна.        Проснуться удалось не сразу. Граница между сном и реальностью никак не хотела стираться. Лежать было мягко. Спросонья никакие переживания не беспокоили. Откуда-то сбоку шло приятное тепло, нежно согревающее половину тела.        Первое, что смогла осознать девушка, — она пыталась развернуться, чтобы полностью попасть под волну тепла. Вторыми вернулись воспоминания о вчерашнем дне, отчего комфорт вокруг сразу же испарился. Раскрыть глаза оказалось непросто, веки словно слиплись, и Джейн даже пришлось их протереть.        — Ты проспала дольше обычного…        Доброжелательный голос, раздавшийся над самым ухом, прогнал последние остатки сна. Девушку словно окатили водой, она медленно повернулась на звук, лелея крохотный огонёк надежды, что ей всё почудилось.        — Это значит, ты наконец-то перестала сопротивляться действию крови. Хорошо.        Увы, не почудилось. Корокииле собственной персоной сидел на шкурах сбоку от девушки. Именно от него исходило то самое тепло, к которому Джейн хотелось тянуться спросонок.        — Со временем ты так же привыкнешь и ко мне.        Ответа на это заявление у девушки не нашлось. Да она и услышала его вполуха, внимание отвлекал нагой торс мужчины, наводя на мысль, что сейчас может последовать продолжение «брачной ночи».        «Вытерпела тогда, вытерплю и сейчас», — подумала она от безысходности. Деваться всё равно некуда.        — Ты боишься меня?        Девушка испуганно вздрогнула от внезапного вопроса. Неужели он понял, насколько противен ей? Но тогда почему сейчас совсем не злится, даже улыбается? Джейн так ничего и не ответила. Правду сказать слишком опасно, на правдоподобную ложь не хватит ни сил, ни мастерства. А как он отреагирует на молчание?        — Ты пришла сюда с моим именем в мыслях. Само солнце отметило тебя, чтобы я обратил внимание. Так чего же ты боишься?        И снова Джейн промолчала. А Корокииле пододвинулся ближе. Его жёлтые глаза упорно пытались поймать взгляд девушки, но та, опасаясь выдать свои истинные чувства, не рисковала лишний раз смотреть ему в лицо.        — Там, откуда ты приехала, много по-другому… Тебе даже кровь выпить было трудно. Понимаю, дикарям всегда сложно привыкнуть к более развитому миру.        Дикари? Дикари?! Возмущение остро вспыхнуло в сознании девушки. Это Кииле самые настоящие дикари, даже не слышавшие о цивилизации! Праведный гнев англичанки был настолько велик, что она даже подняла голову и столкнулась с лукавой ухмылкой божества. Так он действительно считает её дикаркой или просто хотел спровоцировать на что-то? Уточнять Джейн, разумеется, не стала, продолжая молчать, как немая.        — Или же ты боишься моего могущества? — Корокииле воспользовался ситуацией, чтобы, резко приблизившись, подцепить подбородок Джейн пальцем. Теперь при всём желании она не могла опустить голову. — Думаешь, одно неверное слово — и я тебя уничтожу?        Девушка невольно сглотнула. По сути, именно так она и думала. Только вряд ли божество имело в виду именно те неверные слова, которые крутились у неё в голове.        Должно быть, сомнение отразилось у пленницы в глазах, поскольку Корокииле улыбнулся теплее и обхватил горячими ладонями лицо Джейн, ещё больше приблизившись.        — Не стоит бояться. Твоя особенная внешность уже покорила меня. Разве станет повелитель солнца обращать внимание на глупые слова, сказанные этими губами? — мужчина провёл большим пальцем по рту девушки. — Они не имеют никакого значения.        Корокииле наклонился ниже… Совсем близко, отчего его крючковатый нос почти коснулся нескладного длинного носа Джейн. Она напряглась, думая, что сейчас её насильно поцелуют, но божество замерло, просто внимательно вглядываясь в карие глаза. Девушке от этого стало совсем не по себе, как будто он изучал её душу, считывая все тайные мысли… Но если это так на самом деле — она пропала!        Уже готовая к справедливым обвинениям, Джейн приоткрыла рот, попутно набирая воздуха в грудь, чтобы хоть как-то попытаться оправдаться… Но ничего такого не последовало. Корокииле просто отпустил её, садясь прямо.        — В прошлый раз я сделал, как ты хотела. Теперь ты будешь делать, как скажу я.        Девушка не пошевелилась. Без дополнительных пояснений ясно, что он имеет в виду. Внезапно в голове вспыхнул вопрос: а что, если она всё же не пойдёт на поводу? Воспротивится?        — У тебя такой несчастный взгляд. Ты всё ещё сильно боишься. Но я ведь не предлагаю тебе ничего нового. Разве в твоей далёкой стране это не такая же обыденная вещь? К тому же хорошо тебе знакомая.        Самое ужасное, он говорил действительно совершенно будничным тоном, словно не собирался сейчас снова подвернуть пленницу насилию.        — Я видел этот мир в твоей памяти, — мужчина чуть-чуть понизил голос. Он выглядел немного отстранённо, прикрыв глаза, как будто просматривал эти воспоминания прямо сейчас. — Ха! — внезапный хохот божества заставил Джейн вздрогнуть. — Как много правил! Как вы не вымерли, если для того чтобы зачать ребёнка, нужно пройти столько глупых традиций?! — он снова посмотрел прямо на Джейн, даже с большим интересом, чем раньше. — Ты из-за этого переживаешь? Но здесь нет таких глупостей. Достаточно того, что я тебя выбрал.        Корокииле резко приблизился к ней, чтобы заключить в объятья. Джейн успела только сжаться, будто хотела уменьшиться.        — Я не сделаю тебе больно, — ласково проговорил мужчина, прижимая несчастную девушку к себе. — Тебе нужно лишь быть послушной, — Корокииле, провёл горячей ладонью по её горлу. — Человеческое тело такое хрупкое… если мне придётся заставлять тебя слушаться, оно может повредиться, чего мне совсем не хочется. Ты… такая необычная…        На этот раз Корокииле не стал тянуть. Его горячие губы коснулись плотно сжатых губ Джейн. Его не волновало, что девушка в его руках больше походила на каменное изваяние, что все её мышцы напряжены до предела, что губы не ответили на поцелуй, а судорожное дыхание вызвало дрожь по всему телу.        Сомнительные комплименты её не тронули. Она увидела за ними только скрытую угрозу в ответ на свой неизданный вопрос. Поцелуй она ожидала, но это не уберегло её от тошноты. От рта верховного божества каннибалов хотелось держаться подальше, а не целоваться с этой мерзостью.        Но девушка осталась сидеть неподвижно, позволяя мужчине делать, что он хочет. Не маленькая, вытерпит. Несмотря ни на что, вытерпит! Самое сложное сейчас — расслабиться. Если продолжит зажиматься, лучше ей не станет.        От тела Корокииле по-прежнему исходил сильный жар, в его объятьях душно и неприятно, поэтому, когда Джейн повалили на спину, она почти почувствовала себя легче, но началась новая пытка. Божество стало покрывать поцелуями её лицо, делая это медленно, неспешно. Будто секунду-другую тщательно высматривал место, выбирая, куда прикоснётся губами. Через какое-то время Джейн стало не хватать воздуха, владыка солнца давил на неё, горячее дыхание жгло кожу.        Губы девушки разомкнулись автоматически в попытке вдохнуть больше кислорода. Корокииле как будто этого и ждал. Едва Джейн открыла рот, как мужчина снова поцеловал её в губы. На этот раз напор был сильнее, его язык проскользнул к ней в рот. До чего же мерзко! Девушка невольно завырывалась, но её тут же прижали к шкурам, одной рукой надавив на горло, второй болезненно вцепившись в плечо.        От такого недвусмысленного предупреждения даже протестующее мычание смолкло. Желание укусить язык усиливалось с каждым мгновением, но разум не позволил девушке поступить настолько глупо. В итоге, когда сносить это стало невмоготу, Джейн попыталась вытолкнуть его язык своим, но это не принесло пользы, а наоборот, стало похоже на настоящий поцелуй. Кроме того, от такой борьбы по её подбородку потекли слюни, что только добавило отвращения.        Воздуха совсем перестало хватать, и вторая волна сопротивления началась оттого, что Джейн показалось, будто она сейчас задохнётся. На удивление, в этот момент её отпустили. Милосердно позволили сделать шумный вдох, после чего неприятный поцелуй возобновился.        Можно было ожидать, что на этот раз девушку разденут полностью, но Корокииле, похоже, совсем не интересовала женская грудь. Странный факт, но что ещё можно подумать, если на ней закрывающее торс платье. Зато юбка опять откинута прочь, полностью оголяя промежность. Её ноги снова согнули в коленях и широко развели. В дело опять пошли пальцы.        Сопротивляться больно. Бороться глупо. Джейн прикрыла глаза, лишь бы расслабиться, не чувствовать такого отвращения и не причинять себе боли. Но стало ещё хуже. Физиологию отстранить одним только желанием невозможно, и пока девушка лежала смирно, от аккуратных касаний между ног начало разливаться тепло. Тело предательски раскрылось от нежных прикосновений и поглаживаний. Проступила смазка, позволившая чужим пальцам легче скользить между половых губ и даже почти безболезненно проникнуть внутрь.        Томление, охватившее Джейн, было ей категорически неприятно. Его придётся перетерпеть, как и всё остальное, что собирался сделать владыка солнца. Вот только тело, вопреки воле разума, реагировало положительно, а горячие волны, распространяющиеся от прикосновения божества, раздражали до такой степени, что наводили на мысль о пытках. Боль могла бы перекрыть всё, в какой-то степени облегчить ситуацию. Джейн это понимала, но осталась лежать смирно. Она не хотела боли. Она начала её бояться. Пусть уж лучше будет мерзко. А мерзости было предостаточно. Особенно, когда мужчина вынудил её закинуть ноги ему на плечи, а сам опустился лицом к промежности девушки.        Джейн успела только задержать дыхание. Раскалённый язык прошёлся вверх-вниз, после чего его кончик проник неглубоко внутрь. Нет, пуританкой Джейн никогда не была, напротив, ей казалось, что она хорошо знала порочную и гнилую сторону Англии, но никогда бы не подумала, что ей подобное извращение придётся испытать на себе. Её покойный супруг был традиционных взглядов на интимную жизнь. Поэтому сейчас от движений Корокииле она была в шоке. Хуже того, эти противоестественные действия вызывали ещё больше томления и напряжения в теле.        С губ пленницы едва не сорвался стон, ей безумно захотелось начать молотить кулаками по всему, до чего дотянется, лишь бы избавиться от непонятного физического удовольствия, исходившего от ненавистных прикосновений. Страшно даже представлять, что ещё заставят испытать Джейн в плену проклятых каннибалов. А что, если Корокииле захочет использовать её тело для удовлетворения совсем противоестественным способом?! Кто знает увлечения этих индейцев, вдруг анальные извращения у них — обычная забава?!        Напряжение стало почти невыносимым, живот напрягся, тело бросило в жар, никак не связанный с теплом, исходящим от верховного бога. Мысли девушки сбились в кучу, о чём-то думать стало невозможно. Джейн как будто переполняло энергией, которая неминуемо должна была выплеснуться, иначе случится что-то страшное! Джейн сойдёт с ума! Или взбесится, как дикое животное!        Неожиданно стало холодно. Напряжение никуда не делось, но способность понимать происходящее постепенно возвращалась в сознание. Корокииле отстранился от неё, отчего насильно вызываемое возбуждение покидало девушку, оставляя после себя сильное раздражение. Пленнице бы обрадоваться, что пытка закончилась, но не успела она опомниться, как мужчина оказался сверху. Ноги Джейн по-прежнему находились у него на плечах, из-за этого девушке пришлось принять крайне неудобную позу, согнувшись практически пополам. Мужчина пока ещё не прижимался полностью, поскольку свободной рукой убирал свою юбку, мешающую делу.        Пару секунд спустя Джейн почувствовала прикосновение горячей головки к своей ничем не защищённой промежности. Девушка только отвернула голову, прикрыла глаза и приготовилась к неприятному толчку. Долго ждать не пришлось. Медленное проникновение отозвалось неприятной режущей болью, быстро прошедшей. Тугие мышцы нехотя растянулись, позволяя захватчику войти. Несколько глубоких толчков заставили девушку поморщиться.        Но это оказалось не самым страшным. Как и в первый раз, Корокииле обхватил лицо своей жертвы, пытаясь вынудить её повернуться. Как и тогда, Джейн не выдержала. Скользкие от смазки пальцы, характерный запах выделений вынудил её замычать от отвращения и вцепиться пальцами в его запястье, отчаянно сопротивляясь. Это не помогло совершенно. Для Корокииле как будто не существовало её усилий, шея девушки медленно поворачивалась под его напором, причиняя ей боль из-за напрягшихся мышц. Похоже, мужчина не бросал слов на ветер, делать поблажек он явно больше не собирался.        Ощутив дыхание на своей щеке, Джейн отпустила его руки и просто загородила лицо ладонями. Под пальцами оказалось мокро. Она не заметила, что из глаз снова потекли слёзы. Корокииле и с этой преградой разобрался просто: зажал её запястья в одной руке и отодвинул их от лица. У него это вышло так легко, будто не потребовалось совершенно никаких усилий, а вот Джейн охнула от боли. Её губы сразу накрыли губы мужчины. Во рту почувствовался неприятный солоноватый привкус. В принципе его можно было назвать терпимым, если бы не осознание, что это вкус её собственных выделений. Сильный глубокий толчок, последовавший за этим, на удивление оказался в помощь. Он отвлёк внимание девушки, сносить мерзкие поцелуи стало немного легче.        Движения бёдрами стали намного чаще, с каждым из них мужчина входил до самого конца, а выбранная им поза хорошо сопутствовала этому. Тело Джейн вновь охватило томление, на этот раз оно пришло быстрее и было насыщеннее. Возбуждение вернулось против воли девушки. Джейн было очень жарко, противно… и в то же время она ничего не могла поделать со своим телом. Уж не подключил ли верховный бог к её ощущениям немного потусторонней силы? Сознание опять начало плохо понимать реальность. Темпа мужчины уже не хватало, где-то в глубине хотелось ещё быстрее! Хуже всего, что, несмотря на всё происходящее, такого ощущения Джейн раньше никогда не испытывала. И даже не знала, как его описать. Нет, не удовольствием! Когда разум и тело разъедены, а душу выворачивает от отвращения, это никакое не удовольствие! Тогда что? Желание? Жажда? Голод? Ей хотелось не просто больше натиска, напряжение раздирало изнутри, ища выход.        Голова пошла кругом, дыхание сбилось, руки, всё ещё удерживаемые божеством, сжались в кулаки. Неожиданно для Джейн по каждой клеточке прошла волна энергии. Её тело слегка выгнулось, ноги силой надавили на крепкие плечи, а после в промежности началась пульсация. Полностью расслабиться мышцам мешали продолжающиеся толчки. Но они сменили темп, теперь Корокииле брал её быстро, входя неглубоко и больше не отвлекаясь ни на ласки, ни на поцелуи. Это продлилось совсем недолго и закончилось новой пульсацией, которую девушка ощутила внутри себя.        «Наконец-то… кончилось», — раздалось в её голове. Единственная мысль, пробившаяся в опустевшее сознание, показалась неправдоподобной, лишней, фальшивой. Джейн не осмелилась ей поверить.        Но нет, ей повезло. Бог солнца аккуратно вышел из неё, после чего мягко коснулся губами лба. Джейн снова осталась лежать без движения. Ноги, наконец опущенные на шкуры, словно налились свинцом, бёдра болели от попытки свести их вместе. Платье пропиталось потом. Девушка устало посмотрела на своего мучителя. Она чувствовала себя настолько изнурённой, что даже страх немного притупился. По крайней мере, глядя на него снизу вверх, девушка не испытывала ничего, кроме грустной безысходности.        Мужчина задержался для того, чтобы поправить золотой медальон, покачивающийся на голой груди, заметив, что пленница на него смотрит, он ласково улыбнулся. У Джейн невольно сжалось сердце: как же всё это ужасно! Он искренне улыбался, творя по-настоящему чудовищные вещи. Сколько женщин было им изнасиловано? А сколько людей зверски убили ради него? Ведь именно Корокииле виновен в существовании могущественного племени каннибалов. Только подумать, если бы не Кокииле, владыка ночи, эти твари и по сей день терроризировали мир.        Лежать здесь и дальше неприятно. Корокииле оставил её, выйдя через запечатанный проход. Удовлетворится ли он этим, или Джейн опять дадут пятиминутный перерыв на мытьё, а после напоят кровью, и всё повторится по третьему кругу? И так до тех пор, пока он не поймёт, что все его планы с рыжими детьми никогда не сбудутся. По спине девушки пробежали мурашки, она вдруг вспомнила свои подозрения, что Корокииле читает мысли. Если это так, то разве её маленький секрет ещё не раскрыт? Или же он не считает это помехой?        Внезапно ожившее водное окно заставило её напрячься. Когда крутятся такие щекотливые вещи, появление незваного гостя играет на нервах. К счастью, это оказалась всего лишь Кото. Как обычно, не успев войти, женщина тут же начала о чём-то сбивчиво говорить. Судя по тому, что она поспешила к подопечной с целью помочь встать, речь шла о ванной. Как предсказуемо. Но помыться и самой хотелось, особенно, когда при шевелении Джейн осознала, что липкая смазка у неё размазалась по внутренней стороне бёдер.        Шаги на этот раз болезненных ощущений не вызвали, хотя ноги плохо держали. И опять полумрак ванной подействовал на глаза, как бальзам. Здесь даже дышать было легче. Вода как всегда выглядела чистейшей. Джейн не знала, действительно ли её каждый раз меняют или очищают сверхъестественным образом, но никакой брезгливости не чувствовала. Напротив, усталой и измученной девушке так хотелось туда погрузиться, что она шагнула в ванную, не раздеваясь, под недоумённое восклицание Кото.        Вот только противоположный край, тот, где девушка увидела бесплотное нечто… Он по-прежнему пугал, но что бы это за существо ни было, оно, видимо, не желало появляться в присутствии Кото. По крайней мере, прошлое купание в этом плане прошло спокойно, поскольку женщина никуда не отлучалась.        Поэтому, слыша почти непрерывную болтовню индианки за спиной, Джейн расслабленно умыла лицо, попутно прополоскав рот, а после обессилено откинула голову на край ванны. Странное состояние, будто из неё вытянули все силы, в сознании путаница, а в душе — странный комок из негодования и горя, запрятавшийся куда-то глубоко, но постепенно вылезавший на свет, где его разматывало.        Вода хорошо успокаивала. Притупляла душевную боль, помогала на время немного прийти в себя. Джейн прикрыла глаза. Непонятная болтовня Кото начала расплываться, постепенно затихая. Девушка очнулась только тогда, когда наступила полная тишина.        Сонливость как рукой сняло. Страх остро прошёл по нервам прямо в сердце, отчего то болезненно забилось. Джейн резко дёрнулась, разворачиваясь, попутно разбрызгивая воду. Она искала глазами Кото, но женщины нигде не было видно. Очевидно, та вышла. Девушка, опасаясь, что может увидеть нечто нехорошее, нервно пробежала глазами по деревьям, быстро обернулась проверить противоположную сторону и вскрикнула от ужаса.        То самое существо, напоминающее человеческую фигуру в чёрном дыме, уже зависало на краю ванны и, прищурившись, хищно смотрело на Джейн. Рот практически нельзя было различить, но ей в своём страхе показалось, что он ухмыляется.        — Нет!.. — взвизгнула перепуганная до полусмерти девушка, когда это нечто в две секунды оказалось около неё.        Мысли о спасении не успели даже возникнуть — существо стремительно протянуло к ней руки, обвитые чёрным дымом.